Как не писать идиотский сюжет и иные советы

      Сюжеты о богах и демонах, которые наделяют смертных своими способностями в общем-то достаточно интересны и на мой взгляд, тут можно придумать много чего занимательного. Эта часть будет состоять из двух пунктов: во-первых, я пропишу, что называется, базу; во-вторых, я покажу, как я сам лично реализовал все эти тропы, когда писал свой фанфик. Важным для нас будет последняя часть «Космической трилогии» Клайва Льюиса — «Мерзейшая мощь». У неё присутствует очень интересная задумка, но в то же время хреновая, с моей точки зрения, реализации.       Теургия — с др.-греч. «бог, божество» + «обряд, священнодействие, жертвоприношение» — это возможность входить в резонанс с богами. Теург — это персонаж, который может так делать с руки, по сути это разновидность мага, но он связан именно с высшими существами, которые фундаментально превосходят простых смертных и низших сверхъестественных существ. Обычно высшие существа наделяют тех или иных смертных своими способностями тогда, когда эти смертные должны выполнять их волю и в данном случае провоцировать события, которые соответствуют божественной природе или замыслу конкретных божественных сил. Ну, или, возможно, демиургов всё это забавляет и они не желают ничего, конкретного того, чтобы тупо посмотреть на то, как смертные творят всякую хуйню.       Такая разновидность магии интересна тем, что она, возможно, не требует обучения. Божества в принципе сами могут загрузить в сознание все необходимые навыки или объяснять, в том числе по наитию, без использования слов, как это можно использовать. В том числе боги могут манипулировать вероятностью, позволяя своему чемпиону оказаться в нужных обстоятельствах и использовать его для проекции своих способностей, при этом самому чемпиону даже не обязательно давать на это своё согласие или вообще что-то делать ещё.       Таким образом теургия является очень читерной магией с точки зрения сеттинга. Это важно, потому что речь идёт о божественных силах, если некое существо называют богом, то оно должно обладать способностями, которые фундаментально значимы для сеттинга. Таким образом теургия должна аннулировать более слабую магию и тому подобные сверхъестественные явления и эффекты.       Конкретный набор фишек и способностей зависит от сферы деятельности конкретного бога и от цели и задачи. Тут возможно огромное количество вариантов, я не буду сейчас вдаваться в подробности — постарайтесь разнообразить пантеон и показать читателю разные абилки.       Наконец, что бесит лично меня. Да, здесь я буду пристрастен и не буду скрывать этой самой пристрастности, но я думаю, что читатель со мной, скорее всего, согласится. Божественные способности должны быть крутыми. Божественные способности должны отличаться от стандартной классической магии — иначе на такой хрен она называется божественной?! Речь идёт не только о масштабных способностях, но и на манипуляции каким-нибудь фундаментальными сферами бытия. Покажите, что-то, что читателю может запомниться.              Распишу более подробные навыки теурга: — Божественное озарение — боги могут воздействовать на подсознание с целью передавать нужную информацию, таким образом персонаж, связанный с богами, может очень эффективно познавать новое и использовать прочие способности. — Воззвания — боги отзываются на прямое обращение к ним. — Благословение — боги увеличивают удачу субъекта и манипулируют его судьбой, чтобы он оказался в нужное время и в нужном месте, а также защищают от воздействия других враждебных сущностей. — Способности — в отличие от воззваний, они не требуют непосредственного вмешательства божества лично; это дары, которые персонаж может использовать по своему разумению сам, усилием воли — точно так, как обычный волшебник. Они могут быть связаны теми или иными ритуальными ограничениями, в зависимости от условий сеттинга. — Божественная сфера — полноценные боги — это не типичные физические существа, а скорее живые природные явления, которые могут охватывать сразу множество сфер во времени и пространстве, пронизывая их собой как радиация или магнитное поле. Отдельные личности, размножение целых видов, движения элементарных частиц, целые природные явления, целые страны, целые события, целые исторические периоды — всё это входит в сферу компетенции божества. Избранный персонаж находится всецело в сфере действия божества.       Если использовать термин античного религиозного мультикультурализма, то обычно сфера божества называется «эоном». Этот термин очень популярен в гностицизме, но также присутствует в христианстве — в принципе распространён в тогдашней философии и в эсхатологической доктрине. Эон означает большой промежуток времени и может переводиться на русский как «век» или «вечность». Например, известная эсхатологическая фраза «Сатана — князь века сего», означает, что на всю известную действительность распространяется влияние Сатаны (как вариант — гностического демиурга), потому тут везде царит грех, разбой, насилие, смерть и так далее. Но вот когда правильный Бог истребит всех неверных (как вариант — разрушит материальный мир, который является тюрьмой гностического демиурга), тогда закончится эон Сатаны и начнётся новый прекрасный эон. Тогда праведный Бог исключит смерть и страдания, дети будут играть с плотоядными животными, которые перестанут быть плотоядными и будут все питаться травкой. Эон здесь это не только эпоха, но и сама сфера перманентного действия божественной воли. Если богов несколько, то разные избранные персонажи могут принадлежать к разным эонам. Следовательно, даже сами онтологические законы могут работать отдельно для каждого такого персонажа, сообразно сфере бога. Чтобы победить такого персонажа, потребуется на онтологическом уровне потеснить сферу действия отдельного божества. — Аватара — наконец, такой персонаж может превратить себя в сосуд для непосредственного божественного воплощения. В таком случае сознание индивидуума отходит на второй план, его телом управляет главным образом божество, тут возможны самые разные варианты. Возможно, первоначальное индивидуальное сознание теурга просто растворится в божестве. Теперь это будет полноценная теофания — чистое явление божества, где от теурга останется разве что его внешний вид. Возможно же случится разделение и божество сотворит себе новое тело, которое будет отделено от аватары (вылезет у неё из какого-нибудь места).       Поговорим теперь о божественном конфликте. Как вы понимаете, интереснее всего, когда несколько пантеонов богов устраивают друг с другом некое противостояние. Возможно для самих богов оно воспринимается исключительно как шахматная игра, где чемпионы выполняют функции просто шахматных фигур.       Упомянутая мною выше «Мерзейшая мощь» Клайва Льюиса повествует о том, как оккультно-эзотерическая масонская секта, организованная гуру, который выглядит настоящим королём Артуром в глазах экзальтированных девиц, противостоит секте интеллигентов-сатанистов, которые выступают за прогресс, науку и поклонение Сатане. У них на вооружении есть фашистско-лесбийская банда. Секта Рэнсома пробуждает волшебника Мерлина и он призывает инопланетных ангелов, которые раздают свои абилки. Потом они идут к сатанистам. Сперва они напускают проклятие Вавилонской башни, которое лишает сатанистов дара связанной речи, а потом натравливают на них животных из вивария, после чего землетрясение разрушает окрестности. Всё. Выглядит всё это невероятно всосно — потому что сатанисты, в сущности беспомощны, у них нет никаких дьявольских чудес, они не могут огонь с небес свести, ни даже собрать какого-нибудь боевого робота-терминатора. Вся их сатанинская магия сводится к тому, что они оживили одну-единственную голову казнённого учёного (пародия на Герберта Уэллса) — вся их болтовня выглядит абсолютно нелепой на фоне того, кем они являются. Таких антагонистов невозможно воспринимать всерьёз. Сами ангелы не демонстрируют никаких интересных способностей, так как у них даже нет соперников, на которых можно было бы их использовать. Не ясно, на кой ляд они вообще нужны. Все чудеса мог бы сделать сам Мерлин. Короче, стыд и позор.       Теперь — как это надо. Во-первых, сатанисты должны быть угрожающими и также должны обладать различными зловещими чудесами. Во-вторых, король Артур и его рыцари должны быть реально героическими бойцами, а не какой-то унылый сектой декадентов, которая может впечатлить разве что какую-нибудь экзальтированную девицу. И нет, если автор хочет создать авторитарную организацию, лидер которой трахает её участников, то я не только не против, но и могу сказать, что я сам сделал именно так. Разве что могу добавить, что лидера этой организации самого трахают не реже, чем он трахает кого-то. Но вернёмся к организации сатанистов — последователи злых богов должны обладать достаточной силой и мощностью для того, чтобы ввергнуть цивилизацию в пучину греха и погибели. Иначе на кой черт их бояться? Сатанинские дары и искушения должны быть такими, чтобы реально угрожать искусить персонажей (читай — самого читателя / зрителя / игрока по ту сторону экрана). Наконец зло в принципе должно быть на момент начала конфликта сильнее добра — в противном случае не будет вообще никакого напряжения. Представления про верховного доброго боженьку вообще должны быть полностью изжиты. Теперь покажу, как я реализовал идею Льюиса. Большая часть персонажей взята либо из «Мерзейшей мощи», либо из «Милого во Франксе».        Уэстон восстановил своё прежнее тело [после отделения от ВИРМа, который его ранее схавал], после чего решил собрать группу элитных интеллектуалов, чтобы предостеречь их от сотрудничества с ВИРМ. — Я вовсе не отказался от идей эволюции человеческой популяции, но я теперь понял, как важно сохранить прежнее эго, — сказал он им перед тем, как отправиться на Землю. — Мы его так просто отпустим? — уточнил Горо у Хиро. — Думаю, если он раскаялся, почему нет? — Как скажешь. — Мне интересно, — подошла к ним Итиго, — почему Уэстон восстановил эго? — ВИРМ связался с Эоном Йог-Сотота и Шуб-Ниггурат, он, видимо, восстановил его. Этот Эон связан с жизнью и временем. — Хиро, а у тебя нет опасения, что в виде Уэстона что-то могло пройти из мира этих самых Богов? — подошёл Мицуру. Хиро вопросительным взглядом поставил вопрос: может ли он как-то это подтвердить? — Это просто подозрение, предчувствие — от Взрослых всегда следует ждать подвоха. Уэстон собрал своих коллег по корпорации Кризалис. Она исследовала сверхъестественные способности и явления, в том числе сатанинского и дьявольского происхождения. Он рассказал о том, что такое «Страна Света», родом из которой — ВИРМ. — Пока я пребывал в трансцендентном состоянии, будучи одним целым с этим Существом, мне довелось участвовать в войне: адские легионы Вельзевула напали на Страну Света; в космосе, в мироздании постоянно идёт война — потому человечество погибнет, если будет слишком слабым. Уэстон собрал потом более доверенный круг: — Мне удалось стать свидетелем, к каким Существам следует приобщиться, чтобы эволюционировать и одновременно сохранить своё эго. Есть Боги Иные, нежели ВИРМ и Аннатар. Те, которые обеспечили победу рёвозаврами. Азатот, Ньярлатхотеп, Йог-Сотот и Шуб-Ниггурат. Уэстон далее обратился к Хиро и к Фэанору с такой просьбой: — Я предлагаю вам исследовать силу Придворных Азатота, с помощью которых создаются синтетические монстры. Я хочу, чтобы мы повторили это заклинание на подопытных. Хиро, ты благословлён одновременно Йог-Сототом, Шуб-Ниггурат и Ньярлатхотепом. Фэанор, вы содержите в себе очень плотный сгусток «Фламма Рекондитус». Если Зеро Ту согласится в этом почувствовать, то это будет значить, что благословение Шуб-Ниггурат будет удвоено. ВИРМ и прочие угрозы могут уничтожить всех нас, жителей Солнечной системы, потому я хочу, чтобы мы вместе вложились в наше общее будущее. Хиро и Фэанор слушали всё это предельно скептично — последний несколько пренебрежительным жестом двинул соломинку, сжатую между зубами — у эльфа в последнее время возникла привычка жевать соломинки. — Если так подумать, он прав, — заговорила рядом с ним Тихо. — Эту силу надо исследовать. — У меня присутствуют эксклюзивные знания от ВИРМ. Так что я единственный, кто может наиболее точно разобраться в этой теме, — предупредил Уэстон. — Хорошо, я согласен попробовать, — Хиро, несмотря на то, что ему всё это очень не нравилось, решил всё же кивнуть. — В таком случае — я с вами, — Фэанор поднялся с дивана. — Тихо, ты останешься здесь. Я должен доверить тебе Сильм, а также я не хочу, чтобы моя беременная жена имела дело с тем, что не было сотворено и не имеет имени. Тихо согласилась. Через некоторое время Хиро, Зеро Ту и Фэанор только втроём прибыли в штаб-квартиру корпорации Кризалис. Это было очень высокое здание, которое возвышалоь на одном из островов туманного Альбиона, в высоту несколько сотен метров и ещё больше в глубину. Рядом находился исследовательский городок Эджстоу, где жили родственники сотрудников, их семьи, а также множество людей, мало причастных к деятельности корпорации. Уэстон собрал группу учёных, которые ранее участвовали в деятельности APE и в проектах Чёрной ложи, то есть все они обладали навыками работы со сверхъестественным. Хиро, надо сказать, мало понравился, такой контингент. Что-то подозрительно он выглядел. Все эти люди, как подсказал Лелуш, тесно связаны с тайными экспериментами и чёрной магией, поэтому доверять им ни в коем случае не следует. — Вероятно, — прямо предостерегал британский принц, — значительная их часть посещала приходы Чёрного Блага до того, как это стало крайне небезопасно. Эти учёные призывали демонов и пытались скрестить их с человеческой плотью. Хиро всё это ещё меньше понравилось. Он пришёл сюда в стандартном тёмном костюме с синими элементами. Зеро Ту носила более молодёжный, на наш взгляд, наряд, который включал в себя яркую розовую курточку и тонкие шортики, обувь на каблуках; бёдра, голени и колени обнажены; розовые волосы перевязаны лентой. Фэанор одет в зелёную накидку, белую рубашку, светлые брюки и открытые сандали со шпагатом — в таком наряде он прямо прибыл с тёплых океанов Венеры. Лабан предлагал им свою помощь: — Нет, — отказался Хиро, — я не хочу, чтобы вы, только недавно освободишься от влияния Богов мифов Ктулху, снова могли под него попасть. Нам с Зеро Ту, в этом смысле, уже нечего терять. Все трое появились перед столиком, на котором лежал скелет человека. Уэстон объяснил: — Это останки Герберта Уэллса — прогрессиста и фантаста древности. — Да, типичный последователь ВИРМ, который облизывал очко Сталина [1], — вспомнил Хиро. — Такого не жалко. Ну и дурацкие всякие он бредни сочинял про марсиан, которые пили людскую кровь. Хиро, конечно, иронизировал по поводу того, что это люди полетели на Марс и начали употреблять магматопливо, которое было формой существования рëвозавров. — Уэстон, если здесь будет обман, — ткнул ему в лицо Фэанор, — клянусь — я убью тебя. — Что ж, тогда мы вернём его к жизни и сделаем на его основе сверхсущество, способное к эволюции, — пояснил Уэстон. — Если вас беспокоит, что получившееся существо будет бесноватым или представлять опасность, то мы его запечатаем. Эта комната и само здание разработано оккультным архитектором Иво Шандо, как раз оно может позволить удержать в своих подвалах существо огромной силы, если ритуал будет выполнен правильно. Зеро Ту немного в стороне облизывала леденец, пока Хиро, Фэанор и Уэстон подробно обсудили будущий ритуал. В первую очередь их интересовали средства защиты и запечатывания потенциальной угрозы. В это время к Зеро Ту начал подкатывать какой-то придурок по имени Страйк. Он стал рассказывать о том, как поддерживал лоно прогрессивной католической церкви, о том, что он — последователь доктрины Тейяра де Шардена. Он что-то там ей ещё втирал о своих духовных поисках Ангела Последнего Искупления. Очевидно этот выходец из ордена иезуитов желал произвести впечатление на девушку, думая, что она интеллектуальная девица. В свою очередь, когда Зеро Ту слышала все эти абстрактные рассуждения про духовности и прогресс, на неё накатывала такая зевота, что в данный момент она чуть было не проглотила свой леденец вместе с палочкой. Наконец все четверо встали по углам от столика. Страйк благословил их от имени католической церкви и побрызгал святой водой. Вокруг находился сложный оккультный знак, эти символы здесь были везде. Очень много астрологических знаков, которые формировали печать. Если бы что-то случилось, то все четверо оказались бы изолированы от внешнего мира высшей магией небесных сфер. Они начали читать заклинание. В закрытом помещении поднялся ветер, скелет начал покрываться плотью. Герберт Уэллс порадовал всех своим обнажённым телом, на вид лет тридцати, когда оторвал свой затылок и открыл глаза. Взгляд блеснул коварством. — Любимый, здесь что-то не так! Она первой это поняла чисто на уровне интуиции, в свою очередь Хиро и Фэанор пытались анализировать текст заклинания. Потому что им не понравилось что-то в нём. — Ловушка! — Хиро хотел было трансформироваться в Короля рёвозавров, а Фэанор попытался призвать меч и доспехи. Не вышло. — Что?! Позади них зато материализовались три креста, от которых выбросились цепи. Они приковали всех троих к ним, распяли как Иисуса и разбойников. Хиро — в центре, Зеро Ту — слева, Фэанора — справа. Довольный Уэстон теперь начал объяснять: — Мы вложили свои силы в заклинание, которое должно было запечатать неподконтрольное существо, если что-то пойдёт не так. Я обратил это заклинание против вас. Вы вложили в него свою силу — теперь оно действует на вас очень эффективно. Пока он об этом говорил, Герберт Уэллс встал и сотворил на себе удобный, стильный костюмчик. Его внешний вид чрезвычайно подчёркивали характерные усики. — Ньярлатхотеп! Это ты! — Хиро понял, кто явился под личной древнего последователя прогресса. — Он самый, — Ньярлатхотеп трансформировал столик в трон, который изображал слепой глаз, испускающий лучи, на вершине своей спинки. Зловещий Бог уселся там. — Ты хорошо постарался, Уэстон. — Рад, что вы довольны, мой повелитель! Учёный поклонился Ньярлатхотепу, пока Хиро, Зеро Ту и Фэанор дружно корчились в бессильной ярости и бились среди цепей, которые очень надёжно приковали их к крестам. — Именно моя воля позволила Уэстону восстановиться, когда ВИРМ начал играть с силами Иных Богов, — пояснил Ньярлатхотеп. — Ему было открыто моё Провидение. — Я понял, что человечеству не выжить без покровительства богов. Но те боги, которые раньше были на Земле, не способны дать нам спасение, не меняя нашей природы. Ты, Хиро, показал мне, что Боги мифов Ктулху — лучшие покровители для целой цивилизации! Только благодаря Йог-Сототу и Шуб-Ниггурат, вы смогли выдержать вражду с Князьями Гадеса, ВИРМ, Валар и прочими опасными соперниками и врагами! — Йог-Сотот и Шуб-Ниггурат — относительно дружелюбные Божества! — закричал Хиро. — Они даже не желают никому зла сознательно! Идиот, ты призвал единственного из этих Всемогущих Божеств, кто зол сознательно! Я почти никогда не обращался к Ньярлатхотепу сознательно! Я обычно только проклинал его! У Уэстона, кажется, появились сомнения: — Пылкий и неблагодарный юноша, — обратился к нему Ньярлатхотеп. — Разве я не помогал тебе всё это время?! — Ты играл со мной и с моей любимой, как с игрушкой! Будь ты проклят, Ньярлатхотеп, истинный Тёмный Эльдил! — Хиро по крайней мере постарался доплюнуть до него. — Фэанор, разве Эру Илуватар — не один из Придворных Азатота? — спросил Уэстон. — Разве он не сотворил твою родную вселенную? Эльф ответил: — Сотворил, но Безымянный Ужас Ньярлатхотеп был тем, кто не дал это сделать в совершенстве! Он был тем, кто свёл с ума Мелькора, превратил моего друга во Врага! Он обрёк мою Родину на медленные смерть и тлен! Идиот, ты призвал себе худшую погибель! — Не слушай их, Уэстон, — прервал Ньярлатхотеп. — Они просто не хотят признавать моей милости. Если бы не моя направляющая рука, род рёвозавров был бы кучкой дикарей, а эльфы — пустыми игрушками Валар. Я везде нёс свободу, прогресс и эволюцию, а они, приняв мои дары, не желают быть благодарными. Даже «спасибо» мне не хотят сказать. Хиро и Фэанор скрежетали зубами от ярости, потому что их заклятый враг таким образом извратил факты, что его слова, с некоторой точки зрения, были правдой — с той точки зрения, что это всё это — особо наглое враньё; диалектика. — Так, — Ньярлатхотеп обратил внимание на сотрудников корпорации, — всякому из вас я готов дать свою благодать. Страйк первым снял с себя крест, бросил его на пол, плюнул на него и наступил. — Сатана, сделай меня своим верховным жрецом! Я обещаю служить тебе! — Хорошо, я сделаю тебя моим верховным жрецом. Мне понадобится верховный жрец потому, что я собираюсь создать свою церковь — здесь будет мой престол. Раньше здесь была Богемская роща, где мои последователи приносили мне жертвы веками, и вот теперь я сошёл на эту Землю. Я собираюсь дать каждому суперспособности. Я собираюсь дать силу каждому человеку, который пожелает превратиться в сверхчеловека. Каждый так будет следовать лишь одному закону — закону своего сердца. Я дам каждому возможность творить то, что он хочет. Тогда потенциал человеческой цивилизации будет полностью раскрыт — желание каждого человека будет осуществлено в реальность. — Безумие! — закричал Хиро так, что аж слюна полетела с клычков. — Если дать каждому человеку возможность осуществить своё желание, то это поведёт к хаосу! Уэстон, этот дьявол намерен разрушить цивилизацию и превратить сперва Землю, потом всю Солнечную систему в царство кошмаров! — Да, будет борьба — но это неизбежно, — Ньярлатхотеп развёл руками. — У вас жизнеотрицательное мировоззрение, потому вы с неприятием и скепсисом воспринимаете идею глобального улучшения мира. Фэанор, я знаю ты в глубине души хочешь стать великим, потому я предлагаю тебе левое место у моего престола… — Заткнись, Безымянный Ужас! Я видел, что ты сделал с Мелькором! Я ненавижу и проклинаю тебя! — эльф ответил только так, с такой же ненавистью, с какой звучал Хиро. — Зеро Ту, а что ты, молчишь? — обратился он к ней. — Я ненавижу тебя, потому что тебя ненавидит любимый! Если ты будешь пытать нас, я разделю с ним эти пытки! — закричала Зеро Ту. — Мы с ним — птица о двух головах! — Ох, какие вы упрямые! Что ж… в таком случае, я буду отрезать от ваших тел по кусочку. Эти кусочки будут обладать вашей метафизической силой. Благодаря регенерации и воли к жизни, вы сможете прожить в таком состоянии несколько веков или даже тысячелетий, потому что вы обладаете огромной жизненной энтелехией. Благословляя вашу плоть, я смогу, с помощью такого причастия, обратить тех, кто будет предан мне, в богочеловеков, подобных вам. Разумеется, я милосерден, потому я ещё дам вам время подумать, — улыбнулся Ньярлатхотеп, явив оскал истинного космического садиста. — Возможно, такая угроза заставит вас перестать упрямиться и принять единственного истинного Бога — вашего Господа и Спасителя — Ползучего Хаоса Иных Богов Ньярлатхотепа! Чарльз тем временем настаивал на применении Меча Акаши. Йошио, Лабан и Дуглас предложили свои услуги в борьбе с Ньярлатхотепом. — Вы думали, я — Тёмный Властелин? — иронично шутил Саурон. — Теперь вы можете знать разницу. Икуно, узнав, что там случилось, вернулась одна из крепости NERV. — Я думаю, стоит позвать Небесных Рыцарей, они смогут с этим справиться лучше нас! — настаивала она. Саурон, который не хотел, чтобы NERV совали сюда свой нос, предложил ещё один вариант: — У нас с Валар есть одно правило. Мы забываем обиды, если нам угрожает Безымянный Ужас, потому я могу попросить их о помощи. — Попросите, в конце концов они от начала времени ведут войну с Богами Мифа, — поддержал Лабан. Манвэ ответил быстро и попросил представителей Королевства лично прийти на переговоры. Итиго и Горо вызвались. Они, а потом некоторые из «паразитов», очутились в созвездии Ориона, где Бетельгейзе открыла свои врата для связи с высшим изменением Валар. Манвэ эфирным торнадо перенёс их к себе во дворец, в котором он ранее боролся с Хиро, в место, которое напоминало облачное небо, посреди которого парили островки с различными постройками. — Я готов выдать вам наши силы, сделать вас нашими представителями на Земле, чтобы вы могли победить воплощение Безымянного Ужаса и его последователей, освободить ваших друзей. Если вы думаете, что я замышляю что-то злое, то я никогда не скрываю своих мыслей — вы можете прочитать их, если захотите. Лабан смог войти в ментальный контакт с Манвэ. — Неподготовленный эльф или человек мог бы сойти с ума, но я справился с этим, — слепой волшебник только вспотел, — да, у них нет никаких коварных планов. — Это всё равно — риск. Потому я не хотел бы, чтобы сильные бойцы нашего Королевства вот так сразу принимали вашу силу. — Горо выступил. — Я готов принять её. Блондин взглянул на остальных. — Ради Хиро — я готов! — выступил рядом с ним Мицуру. — Я тоже ради него готова, — была с ними Итиго. — Ради него и ради нашего Королевства! — Я готова, — Кокоро была с ними. — И — я! — Я — тоже! Дзоромэ и Мику выступили в один голос. — Я тогда тоже, — Футоши не хотел быть трусом. Ланц, Наоми и Икуно тоже согласились: — Если Итиго готова, я — тоже, — подошла к ней Икуно. — В таком случае я, мои братья и сёстры предоставят вам наши силы. Как только Манвэ это сказал, Алуэ из разных стихий сотворил на запястье у каждого из них по браслету. Они возникли на тех руках, которые пилоты предпочитали использовать в быту (все «паразиты», созданные APE, были амбидекстрами, но у них обычно были предпочтения). — Тебе досталась моя сила молнии, ветра и эфира, — Манвэ сказал это в лицо Горо. Его браслет возник из ветра и был жёлто-коричневым, как марсианское небо днём. На нём был изображён белый орёл. — Тебе досталась моя сила звёзд, — Варда сказала это Итиго. Её браслет был тёмно-космическим, со россыпью декоративных, мерцающих звёздочек. Он возник просто из пространства. — Тебе досталась моя сила управлять судьбой и загробной участью, — пояснил Мандос для Мицуру, потом пояснил за свою жену [2]перед Икуно: — Тебе досталась сила Ниэнны управлять кошмаром и надеждой. Мицуру получил фиолетовый браслет с символом весов. Он возник просто в один момент. Икуно — тёмно-космический, как у Итиго, только со всего одной звёздочкой в центре. — Тебе досталась моя сила управлять тонкой настройкой, — сказал Алуэ для Футоши. Его браслет был никелевым, с нарисованной шестерёнкой. — Что даёт эта сила, простите? — с долей заикания спросил он. — Возможность настраивать все процессы и явления на более тонком уровне, а также управлять и создавать артефакты. Брать под контроль любые механизмы и многое другое. — Хорошо… Потом Алуэ пояснил за свою супругу: — Йаванна дала вам свою силу управлять витализмом, — сказал он Кокоро и Ланцу, они получили по браслету от одной и той же богини. У них сквозь поры кожи проступила зелёная трава, которая сплелась в алюминиевые браслеты. У Кокоро изображалась виноградная лоза и женский астрологический символ, у Ланца — лист шиповника и мужской символ. Алуэ пояснил для Мику за Улмо, который также не мог изъясняться привычном человеческим языком, ибо был даже не в силах принять гуманоидный облик: — Улмо дал тебе свою силу управлять изменчивостью. Мику из капель пота получила аквамариновый браслет с волнистыми линиями. — Я дал тебе силу моего оружия, как самому воинственному, — сказал Оромэ для Дзоромэ. Его браслет из бериллия со знаком оловянного лука возник из вспыхнувшего огонька. — Звучит круто, а чё я могу?! Наоми тоже получила свой браслет от архонта иной вселенной, который не пожелал или даже не мог появиться в какое-то зримой форме: — Ирмо дал тебе силу управлять сном и памятью, — пояснил сам Манвэ за брата. — Он управляет сферой мечты и сновидения в нашей реальности. Браслет Наоми состоял из циркония, на нём значился символ APE, сейчас напугавший её [3]. — Пока вы там висите и думаете, я медленно перейду к делу, — Ньярлатхотеп сам лично подошёл к Зеро Ту, похотливо обнажил ей сиськи, полапал, после чего взял ритуальный кинжал и отрезал от груди кусок. Хиро бился в ярости, от чего цепи, которые удерживали его жену, начали бить её током. Ранее Фэанор уже пытался их порвать, в результате чего цепи нагрелись у других пленников и начали их жечь. Они все поняли, что заклинание было сделано таким образом, чтобы попытка прорвать его в одном месте, распределяла давление на других пленников, таким образом они друг друга истязали и не могли вырваться. Ньярлатхотеп отрезал кусок груди Зеро Ту в чашу и после чего добавил туда своей крови. Сама грудь Зеро Ту восстановилась сразу же благодаря регенерации и едва ли это сейчас могло утешать. Первыми причастие приняли Уэстон и Страйк. Для первого Ньярлатхотеп сотворил маску — он сказал, что это Маска Сфинкса, которая просто прилегала к лицу и могла позволить получить соответствующую часть сил Ползучего Хаоса. Униформа Страйка превратилась в ритуальную красную робу, а потом Ньярлатхотеп вложил ему в руки посох с головой козла на конце. Теперь сатанинский жрец мог выполнять все необходимые обряды, сам и использовать природную растительную магию Зеро Ту. Уэстон, пока на нём была маска, наполнял чашу своей кровью. Он теперь тоже легко мог восстановить любое ранение и нормально себя чувствовал после обильного кровопускания. — Когда мы смешаем плоть и кровь моего Мессии, — Ньярлатхотеп имел в виду Уэстона, — и наших пленников, вы можете получить какую-нибудь способность из их числа, либо сразу несколько; в том числе вам будут дарованы некоторые мои способности, которые я даровал моему Мессии. — Раньше я подавал хлеб и вино под видом плоти и крови! Теперь я впервые в жизни не буду обмановать паству! — Страйк теперь отрезал у Хиро фаланги пальцев на правой руке, потом вырезал у Фэанора кусок из груди, это сопровождалось большим выделением искр и огня, но никак не повредило верховному жрецу. Теперь в чаше собралось всё то, что нужно для причастия, когда Уэстон через шприц добавил своей крови. Те, кто приняли причастие, получили красную мантию с капюшоном — её сотворял из воздуха Страйк. Ньярлатхотеп же сидел на троне и довольно наблюдал за озлобленными и отчаянными выражениями своих пленников. Когда они пытались озвучить какое-нибудь заклинания, которое могли бы порвать цепи, то магические удары наносились по тем, кто находился рядом. Хиро бил свою жену, Фэанор бил Хиро, либо Зеро Ту. Всем им было чрезвычайно неприятно бить товарищей, тех, кого они любят, поэтому они не могли в полную силу обрушиться на свои цепи. Горо, Итиго, Икуно, Футоши, Наоми, Мицуру, Кокоро, Мику, Дзоромэ и Ланц, облачённые в доспехи нолдор, спрыгнули из пучин эфирного урагана. Они летели прямо к небоскрёбу корпорации Кризалис. У Горо доспех, который ему сделал Фэанор, серебряного тона, с мордой льва на поясе; шлем закрыл часть головы, но оставил плотностью открытым лицо, позволяя свободно носить очки-гаджеты. Элемент шлема только покрыл горло и подбородок эластичным материалом. На лбу Горо блистал яркий сапфир. За спиной спадал плащ небесно-голубого цвета. У Итиго, как обычно, был тёмно-синий доспех с алмазом в шлеме, который закрывал лицо целиком, доспех был больше панцирным; Икуно — тёмный, с ярким, фиолетовым кристаллом, он же включал фиалковый плащ, маску на лице, доспех выглядел очень гладко; Футоши — бежевый и песочный, больше похожий на римский, шлем был такого же стиля; Наоми — серый и белый, лицо полностью закрыто, доспех очень эластичный и на вид тонкий; Мицуру — чёрный, включающий в себя маску, которая закрывала верхнюю часть лица, у него было много чёрной кольчуги; Кокоро — сглаженная бело-коричневая кирасира и много мелкой кольчуги с элементами коричневой синтетической кожи; Мику — металлические, красные, розовые цвета, много мелких пластинок, голова закрыта только наполовину; у Дзоромэ — зелёный, оранжевый с жёлым цветов, лицо открыто, позволяя задиристым волосам свободно торчать; у Ланца — розовый с подобием короны. Рисунки тех или иных растений, животных, звёзд были как украшения у всех из них. Браслет Валар в такой форме принял форму наруча и выступал как часть основного доспеха, из того же материала, с таким же символом, который пульсировал при активации дара. — Шуб-Нуггурат, защити нас! — Страйк совершил ритуальный призыв, в результате прямо из воздуха материализовались растения — целые джунгли, которые потом оплели здание корпорации. Покрытые шипами, толстые растительные щупальца взметнулись в небо. — Гром! — всё ещё будучи в воздухе, впереди всех, Горо взмахом меча Гриффиндора испарил в пепел выброшенные к ним тентакли. На их месте выросли новые. — Спокойствие! — Кокоро использовала собственные силы природы для того, чтобы парализовать эти растения. Теперь они им не мешали. Когда отряд приземлился на крышу, где расступились все колючие растения, их встретил Филострато — сатанист, который получил от Фэанора силу создавать артефакты. С её помощью он наделил оружие нацистов из Ордена Девяти Углов достаточной силы, чтобы они могли повредить доспехам нолдор. Таким образом отряд Горо и Итиго приветствовали настоящие эсэсовцы, у которых нацистская символика сочеталась с сатанинской, а в качестве вооружения они использовали бластеры, которые были стилизованы под винтовки и автоматы Второй Мировой войны. Орден Девяти Углов в этом веке обычно похищал людей не-белых рас для того, чтобы охотиться на них в каких-нибудь лесах или глухих местах, испытывая огромное удовольствие от убийства настоящих людей. Но вот в реальных боях этих отморозки не участвовали. — Подчинение! — Футоши взмахом руки сделал так, чтобы их стволы вообще не могли стрелять. Те выстрелы, которые уже были выпущены, Дзоромэ остановил в воздух и потом развернул — взрывающие плазменные стрелки превратили самих нацистов-сатанистов в груды дымящегося отвратительного мяса! — О нет! — сам Филострато пришёл в ужас, после чего застрелился. Кокоро и Мицуру появились над ним. Первая сделала так, что его тело восстановилось, а второй — вернул душу. Мицуру схватил Филострато за горло: — Скажи, где Хиро, иначе я обреку твою душу на тысячу адских перевоплощений! Филострато что-то там проговорил. Футоши коснулся рукой крыши, после чего развернул голографическую схему здания, абсолютно полную, которая в реальном времени отражала происходящее. — Что?! Понятно. Твоя помощь не нужна больше. Иди, будь ты проклят на тысячу адских перевоплощений! — как только Мицуру это сказал, душа Филострато отправилась в ад — там, в одним из кругов, он переродился в виде голодающего призрака — ужасного существа, у которого глотка настолько тонкая, что ни один глоток пищи сквозь неё не пролезет, но при этом это существо всё время хочет есть. Там этого призрака сожрал более крупный демон. Тогда Филострато воплотился там в облике ещё одного мелкого беса, на которого охотились более крупные черти. Только по прошествии тысячи подобных перерождений, у него мог появиться шанс воплотиться где-то ещё за пределами адской воронки. Сатанист Стэддок, высокий суховатый мужчина с длинным худым лицом, но толстыми губами, сотворил перед собой круглый шар (видимо, получил от Фэанора власть создавать видящие артефакты), в котором отразилось то, как Тринадцатый отряд перебил национал-сатанистов. — Эти проклятые язычники получили силы от ложных духов, которые прибывают вне моей благодати, — пояснил Ньярлатхотеп. — Но ничего: зря ли я вам тоже даровал силы? — Меня зовут Марк, — внутри их встретил сотрудник корпорации, который заявил, что ему совсем не нравится происходящее. Мицуру быстро ему высказал: — Если ты будешь полезным, то я говорю тебе: ты будешь рождён в раю. Марк не очень понял к чему это, но согласился провести команду к месту, где держат пленников и где находится аватар Ползучего Хаоса. Отряд спускался на лифте, достаточно большом, чтобы все туда влезли. Страйк вскинул ритуальный жезл: — О, Безымянная Тьма, супруга Бесформенного Тумана, мать Шуб-Нуггарат, даруй нам свою защиту! Всем показалось, что они уже слишком долго едут в лифте. Футоши давал ему приказание спускаться, потому их никак не могли отключить. Горо, Итиго, Дзоромэ стояли ровно у самых дверей. Последний всё время был наготове выскочить. Икуно позади опёрлась на стену, всмотрелась в свои очки, которые сейчас производили некоторые измерения. Мицуру закрыл глаза и ожидал с тревогой прибытия на самый глубокий подвал. Наоми беспокойно глядела на Икуно. Кокоро и Ланц переглядывались в уголке. Марк рассказывал Мику о том, что случилось более подробно. Футоши его слушал и постоянно держал руку у кнопок управления, которые здесь присутствовали на тот случай, если голосовая команда выйдет из строя. Его проекция показывала, что они вот-вот прибудут. И вот лифт раскрылся — сперва двери, за которыми простиралась абсолютная тьма. Первая мысль — там очень темно, однако даже очки Икуно и Горо ни черта там не разглядели. Они могли даже развеивать иллюзии и помрачения низкого и среднего уровня. Небольшой экран внутри лифта при этом указал символ бесконечности вместо нулевого этажа. Это первым заметил Футоши и, разумеется, сильно испугался (его проекция здания просто пропала), потому что абсолютная чернота казалась одновременно и бесконечно просторной и — в то же время — давила своей теснотой: крохотный клочок прежнего бытия заключался исключительно в относительно небольшой кабине лифта. После чего вдруг во все стороны разошлись сами стенки и весь отряд вывалился в абсолютную и чёрную бездну. Все закричали, но каждый слышал исключительно свой крик. Каждый теперь осознал, что он абсолютно один в этой чёрной пустоте! Он бесконечно падает во тьму! — Кошмары, надежда, повинуйтесь мне! — закричала Икуно. Как только она это озвучила, всё вокруг залило освещением кабины лифта — двери открылись и все увидели просто дальнейший проход. Отряд с облегчением выдохнул, у всех всё покрылось липким, холодным потом под доспехами. — Иллюзия высокого уровня! Икуно коснулась своих очков. — Меньшего я не ожидала от Апостолов Смерти! Икуно подумала: — «Это была вовсе не иллюзия — это была манипуляция онтологической структурой реальности! Эта чёрная пустота, опоясывающая круговерть в преддверие престола Азатота, была реальной — и сейчас для нас она размещалась в тех же координатах пространства и времени, в каких размещался лифт! Если бы не я, то весь отряд вечно бы падал в эту темноту и каждый был бы там абсолютно одинок на протяжении всей вечности! Трудно представить участь кошмарнее, но именно в такой ловушке Старшие Боги пытались запереть своих врагов — Богов мифов Ктулху! Не думала, что я буду сочувствовать Древним!» — Почему их грязная языческая магия может отменять проклятие наших Абсолютных Богов?! — вознегодовал Стэддок, глядя в свой магический шар. — Абсолютным Богом в сущности нет никакого дела до наших дел; для меня происходящее — это просто маленькая шутка: не более того, — пояснил Ньярлатхотеп. — Вообще мы готовы дать кому угодно столько силы, сколько ему хватит воли совладать, у вас просто очень жалкая воля. Потому у вас не хватает могущества, чтобы противостоять той силе, которую им дают лживые духи. Грубо говоря — Придворные Азатота дают вам силы от переизбытка могущества и даже не следят за этим. Вы сами должны унести многое. — Повелитель! Даруйте мне своих ангелов, чтобы я мог лично избавиться от проклятых языческих рыцарей! — попросил Страйк. — Да: иди! — Ньярлатхотеп отбросил от своего трона тень, из которой начали появляться различные монстры. Марк показывал дорогу. Эффект Безымянной Тьмы ещё не позволял Футоши нормально сотворить карту. Отряд бежал по коридору — чтобы Марк, обычный человек, не отставал, Мику держала его за руку и передавала ему скорость и выносливость бойцов, закованных в доспехи нолдор. Страйк задействовал очередное колдовство: — Йог-Сотот, даруй мне власть над пространством! Коридор изменился — такое впечатление, словно он был миражом. После чего один мираж перешёл в другой. Отряд бежал теперь через сюрреалистическую конструкцию, где лестницы и пролёты были со всех сторон — лестница теперь шла через потолок, проходы и двери теперь располагались прямо на полу. При этом на каждом шагу всё менялось — когда Горо завернул за угол, он врезался прямо в спину Футоши, который шёл позади. Мику и Марк, которого она оберегала, чуть не упали в окно, оно — вело в ту дверь, в которую завернул Горо. — Да стойте вы все! — Мицуру остановил отряд посреди хаоса дверей, лестниц и переходов. Футоши тщетно пытался связать два слова, тыкая на карту, которая каждую секунду менялась. — Икуно, это тоже иллюзия?! — Горо, сильно вспотев, взглянул на своих соратников. Взгляд за очками нервно дрожал. — Нет, это не иллюзия, это реальная перестройка действительности, — Икуно обратила внимание на то, что Мику держит за руку Марка. — Мику, не выпускай его из рук, потому что, если ты его отпустишь, то он, как обычный человек, мгновенно будет превращён здесь в спагетти. Только доспехи эльфов помогают нам существовать в этой искривлённой реальности! — Да, Мику, здесь нам нужна твоя сила изменяться, — указал Мицуру. — Футоши, возьми свою силу тонкой настройки; мы должны объединиться — мы трое: я, моя сила судьбы, ты — Мику, ты — Футоши, мы должны вывести нас отсюда. Все трое сосредоточились и пожелали одновременно упорядочить это место: Мику изменила их и место, чтобы они вышли из него; Мицуру повысил их удачу; Футоши усилил точность заклятий своих друзей. В результате окружающее пространство преобразилось в нечто понятное и более похожее на первоначальный вид. Не успели ребята обрадоваться, как хлынули монстры — два отвратительных Охотящихся ужаса просунули головы. Это были гончие псы Ньярлатхотепа — они напоминали собой червей-драконов, сделанных из дерьма и гноя, с непропорциональными конечностями. Здесь вырвались из проходов низшие флейтисты Азатота, подобные ходящим наростам; эти слепые монстры со щупальцами визжали в свои флейты или свирели. Их звук подавлял магию и мутил рассудок. Они желали усыпить отряд так, как они всё это время усыпляли самого Азатота, дабы Султан демонов не сокрушил в ярости то мироздание, которые он до того сотворил своими бессмысленным кривляниями. Дзоромэ, Ланц и Марк свалились в сон. Рассудок Итиго, Икуно, Футоши, Кокоро и Мицуру просто помутился. — Нельзя спать! — Наоми развеяла эффект засыпания. Горо, как самый героический человек среди всех, обратил себя в живую молнию и пронзил собой Охотящихся ужасов. Их испарило. — Ебите друг друга! — Ланц напустил похоть на флейтистов. Они начали сношать друг друга и забыли про бой. — Йог-Сотот, защити меня! — Страйк обратился в красного рёвозавра, он пошёл сам в ближний бой. Его посох из рогатого надолбашника долбил очень плотными красными снарядами, которые очень сильно били доспехи Дзоромэ. Горо ударил врага электрическим клинком — у него не получилось преодолеть оболочку замороженного времени вокруг чернокнижника. Мицуру осознал альтернативные вероятности: — Мику, верни изменения! Она указала рукой на Страйка, доспех времени развеялся. Икуно напустила на него пугающие иллюзии — теперь он долбил в кошмарных монстров, которые существовали лишь внутри его сознания. Наоми усилила их своей сновидческой мощью, потому Страйк не мог более вырваться из лап лярвов. — Сила звёзд! — Итиго за это время успела крутануться со своим жезлом; вокруг неё возникли миниатюрные звёздочки, которые выпустили из себя яркие лучи. Они соединились над головой волшебницы, когда она указала туда своим жезлом, после чего она направила оружие на врага. Теперь мощный поток испепеляющий белизны накрыл красного демона — Страйк испарился, сгорел или скорее высох, как упырь на солнце. От него осталось только немного синей крови — там, где раскиданы листки, возле столиков лаборатории. Кокоро привела Марка в порядок, после чего своей витальной мощью укрепила его, дабы он мог пережить все эти приключения. Сатанисты затрепетали, осознав, что они не могут никого остановить. — Ха-ха-ха! Вы всерьёз думали, что ваша лживая, продажная интеллигенция сможет остановить моих боевиков?! — Хиро, будучи прикован к кресту, во всю торжествовал. — Интеллигенция — дерьмо нации! Футоши заставил открыться проход сюда. Итиго развеяла барьер магии звёзд. Дзоромэ ринулся первым, стреляя из стволов. Он легко выкосил сатанистов. — Аватар: Чёрный призрак! — Уэстон накрыл своё лицо Маской Сфинкса: она покрыла его тонкой плёнкой из нефти, после чего произошла трансформация. Мессия Хаоса принял одну из форм Ньярлатхотепа: чёрный гуманоид в египетском прикиде, с головой шакала, с парой мечей в руках. Он сошёлся с Горо — два загнутых ближневосточных клинка бились с относительно коротким мечом, чьи удары сопровождались выделением электрических разрядов. — Хиро! — Итиго рванула к тем, кого распяли на крестах. Ланц усилил все её способности, основанные на силе любви. Футоши увеличил их точность. Итиго выпустила множество снарядов в виде сердечек, которые разорвали цепи вокруг Хиро, не причинив ему никакого вреда. Итиго направила такие же на Зеро Ту. Она рисковала, потому что в глубине души испытывала ревность и ненависть к этой девушке, однако её любовь Хиро подавила всякий вряд. Итиго знала, что Хиро будет очень страдать, если Зеро Ту погибнет. Потому она смогла столь же изящно освободить Зеро Ту. Фэанор, как только увидел, что Хиро и Зеро Ту свободно, преодолел заклятие сам. Футоши и Дзоромэ ему помогли, усилив способности эльфа своей аурой. Фэанор теперь смог подчинить цепи себе. Горо, как только обменялся несколькими ударами с Уэстоном, обратил себя в живую молнию: — Келег Айторн! Горо стал гораздо быстрее, нанёс более трёх ударов по Чёрному призраку в разные места; блондин нарезал окружающее пространство, пока его противник фактически висел в воздухе без движения. Когда Горо снова принял вещественный облик, Уэстон рухнул позади него. Чёрный призрак с башкой шакала теперь страшно дымился и бился в агонии, весь наполовину расплавленный. — Аватар: Ревущий! — но всё же ему хватало сил задействовать более мощное воплощение. Уэстон принял новую форму Ньярлатхотепа. Это массивная штука высотой несколько метров, выглядит как человеческий торс, у которого отрубили голову — всего гада зажимают конструкции, состоящие из трёх полукругов, с каждой стороны, того шесть. В области торса присутствуют несколько широких ртов, тревожно человеческих, но, кажется, неспособных открыться хоть сколько-то серьёзно. Стоит эта штука на трёх конечностях, которые выглядят как широкие и прочные ленты. Всё это кажется пластиковым и силиконовым, механическим. Резкая атака лентами раскидала Горо и Дзоромэ. Они врезались в пол, покрыли плитку трещинами. Даже в доспехах нолдор, они оказались легко опрокинуты! Дальше Наоми вложилась, чтобы подавить рассудок Уэстона. Полусонный аватар завалился. — Чёрное копьё Мелькора! — Хиро перевоплотился в синекожего Короля рёвозавров и призвал самый сильный свой артефакт, чей бросок мог бы изгнать Ньярлатхотепа. Зеро Ту приняла форму краснокожей Королевы — её серьга в виде зелёной звёздочки отделилась от уха и вытянулась в посох с таким набалдашником. — Аватар: Чёрный Фараон! — Ползучий Хаос сбросил личину Герберта Уэллса. Такую форму он, как известно, носил в древнем Египте, и сейчас она вышла более современной. Вытянутая фигура выглядит так, словно обтянута дорогим деловым костюмом из бархатной ткани; штанины очень широкие — как шаровары. Ткань заправлена в высокие сапоги, носки загнуты. На голове — громоздкий немес фараона, из него торчат уши шакала, много декора скрывает лицо. Открытая часть головного убора выглядит как поверхность экрана, на котором чуть ли не пикселями отображены всего два светлых глаза. Присутствует длинный набородник, в теме головной убор открыт и обнажает третий глаз. Позади выходят два очень длинных хвоста, постоянно поднятых, на конце они пылают огнём и эти штуки напоминают кисточки львов. Широкие рукава, кисти в перчатках. Почти всё угольно-чёрное, но присутствуют белый и золотые цвета. — Аааа! — Хиро не смог атаковать Чёрным копьём, потому что в душе скопилось слишком много негативных эмоций. Синяя кожа руки начала чернеть. Мицуру схватил шар наблюдения, созданный или призванный одним из сатанистов. В нём он увидел, как Хиро весь становится чёрным и использует силу Мелькора, чтобы уничтожить Землю! — Хиро, нет! Зеро Ту, немедленно убери Копьё! Она схватила его, как бы больно ей не было, и отбросила его. Рука Хиро начала возвращать прежний цвет, но сам он был уже никакой. Он растянулся на полу, Зеро Ту осталось начертить посохом круг и так развернуть вокруг барьер в виде цветочной бури. — Дуга смерти! — выживший сатанист использовал технику Хиро — пропустил электрический разряд между раскрытых ладоней, после чего преобразовал их в два серпа, которые летели вверху и внизу и пропускали между ними решётку из разрядов. Барьер цветов выдержал эту атаку. — Умри! — Футоши материализовал секиру Алуэ и срезал голову сатаниста. Потом он же попытался ею поразить Ревущего — Уэстон отделался лишь незначительным повреждением. Фэанор выбросил цепи в Ньярлатхотепа — Чёрный Фараон легко отразил их протянутой навстречу рукой. — Ха-ха-ха! Сын Финвэ, ты не создан для таких жалких и грязных приёмов! Игнорируя его глумление, эльф теперь выбросил такие цепи против Уэстона. Мессия Хаоса оказался успешно схвачен крючьями. Горо, протягивая руку с пола, приложил к цепи свой клинок, передал сквозь металл электрический разряд в противника. Дзоромэ вложил свою волю в цепи. Фэанор потянул их и вот так порвал Уэстона на куски, вернее разорвал его оболочку, под которой осталось только грязное, кровавое, нефтяное тело без головы. — Позаботься о Хиро! — параллельно этому Итиго оставила на него Зеро Ту — сама использовала звёздную атаку для того, чтобы поразить Чёрного Фараона: — Слишком слабо! — Ньярлатхотеп рукой заблокировал луч белизны столь же легко, как он до того отразил цепи Фэанора. — Я чернота, которая пожирает звёзды! Я — ветер на кладбище вселенной! Икуно придумала план. Она конечно помнила о том, что у Безликого Бога тысячи форм, а некоторые из них были описаны в тех гримуарах, которые она читала. В том числе, там перечислялись слабости отдельных воплощений, которые Ползучий Хаос попускал, чтобы ими интереснее было охотиться в кошки-мышки. — Мику: используй силу изменений и крикни: «Аватар: Обитатель Тьмы!» Мику сотворила в руках водный пузырь, внутри которого хаотично двигались водные пузыри другого оттенка, после чего бросила сферу Ульмо в Чёрного Фараона с указанным криком. Вода облила Ньярлатхотепа, после чего он трансформировался в некое Чёрное существо с трёхворчатым горящим глазом и крыльями, которое никто не успел рассмотреть, потому что в следующий момент его сдуло световой атакой. — Свет надежды! — Икуно поменяла Аватар Ньярлатхотепа на тот, который боялся света, после чего залила его ослепительным потоком из волшебной палочки. Часть этого света впитала сфера Мицуру. На месте Обитателя Тьмы теперь стоял только Герберт Уэллс и с долей изумления водил усами: — Убейте его, скорее, пока у него только человеческий аватар! Фэанор выбросил теперь свои цепи, их попадание разорвало Герберта в брызги крови и ошмётки! Кокоро вливала сейчас жизненные силы в Зеро Ту, Хиро и Фэанора. — Хиро охвачен скверной Моргота! — последний подбежал к нему, встал на колени и схватил руку, которая всё ещё охвачена чернотой. — Я могу изгнать её, но мне нужно, чтобы меня не отвлекали! Увы, его сразу заставил обернуться следующий голос: — Аватар: Чёрный Сфинкс! Очень неплохо! — похвалил Ньярлатхотеп, когда опять зашевелилось тело Уэстона. — Минус один аватар! Оно, полностью блестящее и чёрное, приняло облик барса или львицы. Там, где не было головы, теперь она появилась — полностью блестяще-чёрная, накрытая дарованной маской. Впрочем, сразу же эта маска превратилась в лицо — каждый, кто видел Ньярлатхотепа в облике Чёрного Сфинкса, видел под немесом своё собственное лицо! Сфинкс как крылья выбросил из себя чернильные псевдоподии, которые захватили Футоши и попытались через рот забраться ему внутрь. Мику призвала водную струю Ульмо, которая смыла эти псевдоподии с Футоши. Она смогла оттеснить эти конечности, но не более. Ланц пытался лечить Горо. — Я не зря одолжил ему свою Маску Сфинкса! — Ньярлатхотеп теперь пребывал в этом сосуде. — Это хороший фокус — но второй раз такой трюк не сработает! Дзоромэ в упор напал на него — и был отброшен одним лишь жестом. Мицуру же кое-что увидел в сфере: — Чаша! — он мотнул головой в сторону нечестивой чаши для причастия, которая стояла в дальнем углу под защитой барьера из тёмной благодати, внутри неё кипела отвратительная смесь, представляющая собой кровь и частицы плоти Уэстона, Хиро, Зеро Ту и Фэанора. Горо, который уже отошёл после попадания Ревущего, превратил себя в живую молнию. Ньярлатхотеп хаотично исказил пространство, поэтому Горо вспышкой пролетел мимо него и сформировал себя в другой стороне. — Аватар: Тысяча масок! — приказал Ньярлатхотеп. Чаша взорвалась, выплеснув из себя гейзер мерзости. Ударная волна обогнула всё помещение и покрыла трещинами здание. Зеро Ту закрыла себя, мужа и Фэанора цветочным барьером. Итиго и Горо развернули эфирный барьер, который защитил остальной отряд. Ньярлатхотеп-Уэстон выбросил псевдоподии в гейзер, где постоянно возникали лица и маски, они злобно хохотали, после чего всё это стянулось и сформировало из себя новый облик: — Аватар: Аль-'Арш! Над его старым троном парил новый. Эта форма выглядела как своего рода тёмный цветок с тремя широкими и длинными лепестками, торчащими назад и по бокам. На листках — четыре живых глаза вокруг трона, по краям ещё два, позади два. На вершине в центре — углубление, где находится высокая тёмная спинка, на ней изображение лучезарного глаза. Ньярлатхотеп сидит под ним. Основание трона — поверхность в форме, близкой к колоколу, вся покрыта различными лицами, самыми разными, живыми и реагирующими. Ещё тут есть бахрома очень плоских щупалец, которые, как дальше стало видно, могут свободно удлиняться. Вся это Аватара +/- размером с голову Франкса. Помещение тут большое, так что эта форма Ньярлатхотепа может парить тут очень свободно. — Что-то мне подсказывает, что эта штука настолько сильна, как сильны несколько аватаров сразу! — Горо сквозь очки пытался подсчитать лица, выступающие на этой форме. Сейчас блондин резко переместился к своим товарищам, чтобы уйти от ленты, которая протянулась от трона с целью поразить его. Одновременно с тем сам Ползучий Хаос довольно подтвердил это предположение: — Да, ты прав, Горо. Я манипулировал судьбой Хиро, Зеро Ту и Фэанора, чтобы заставить их страдать и теперь я конвертировал их страдания в свои новые воплощения. Я собрал плоды, которые я посеял — и я доволен. Ньярлатхотеп бросил презрительный взгляд своих жёлтых пиксельных глаз в сторону Хиро, который всё это слушал и корчился от бессильной ненависти. Только Зеро Ту не давала ему отшвырнуть Фэанора и броситься в атаку. Хиро прекрасно понимал, что если он пойдёт на поводу своей ненависти, то это только увеличит процент скверны Мелькора, а также превратит его в безумного апокалиптического маньяка. Его страдания только сделают день Ньярлатхотепу. Тиран, чтобы поглумиться над ними, продолжал: — И это справедливо: только такие нытики, как Мелькор, со своим жизнеотрицательным мировоззрением, отрицают подобное. Я придерживаюсь строго жизнеутверждающего мировоззрения и считаю, что мир прекрасен — потому что я сильнейший и могу на свой вкус пожирать слабейших! Правда, мир устроен хорошо? Фэанор начал биться теперь в бессильной ненависти и разрываться между исцелением Хиро и тем, чтобы наброситься на заклятого врага, который во сто крат хуже любого Мелькора. В том числе просто потому, что он доволен жизнью. Только забота о Хиро, вынудила эльфа продолжить своё дело. Икуно же вслушалась в слова Ньярлатхотепа: — Глупые авторы готических романов пытались изобразить дьявола страдающим и охваченным ненавистью из-за того, что ему не получается совратить всех людей… или что-то такое — на самом деле Существо, которое сотворило мир, пребывающим во зле и грехе, говорит «и это хорошо». Это Божество радуется, как указывает его имя! [4] Его довольство ещё более невыносимо, чем его непобедимость! — Верно подмечено, Икуно. Ты умная девочка! — похвалил Ньярлатхотеп. — Ну так что, может вам перейти на мою сторону, Тринадцатый отряд? Вы доказали мне, что дорогого стоите. Я могу обещать вам мои дары. Мицуру, который всё это время всматривался в магический шар, взглянул на Ньярлатхотепа глазами, полными ненависти: — Уэстон, проклятый предатель! Пусть твоя душа предстанет на нашем суде! Одна из масок Аль-'Арша вывалилась, за ней потянулось всё тёмное и пенящееся тело Уэстона. — Если бы ты отделил его от моей сущности раньше, то ты смог бы меня победить, но теперь концентрация страданий трёх твоих друзей достигла такого предела, что я смог воплотить себе более мощную Аватару. Так что Уэстон мне больше не нужен. Ньярлатхотеп по-прежнему чувствовал себя совершенно нормально. — Предатель! — Дзоромэ выдвинул из рук когти. — Нет, Дзоромэ! Его должен казнить Горо своим клинком! Не зная, что задумал Мицуру, Горо вонзил меч в Маску Сфинкса. Он разрубил её вместе с лицом Уэстона. Электрические разряды сразу подожгли этот труп, потому он рухнул и превратился в тлеющие угольки. — Горо, используй силу, которую ты получил! — закричал Мицуру. Футоши страшно захотел, чтобы это случилось. — Наоми, Икуно наведите на Горо силу яркой мечты и последней надежды! — Меч Гриффиндора способен впитывать силу павших врагов. Ты хочешь перевоплотиться в меня?! — Ньярлатхотеп начал с интересом следить за этим. — Ха-ха-ха! Мицуру, если ты сможешь меня удивить, я обещаю исполнить одно твоё желание! Горо почувствовал, как пошла волна трансформации. Его доспехи перестроились. Он теперь стал чёрным и золотым. Его шлем преобразился — теперь прозрачный, янтарный элемент закрывал глаза, отходил от переносицы и огибал всю голову. Светлые волосы парня при этом растрепались и обнажились. Можно сказать, что шлем пропал вовсе, а очки стали теперь этим. За спиной появилась своего рода металлическая мандала, похожая на крылья секиры. Икуно в этот момент вчиталась в текст, который показали ей её очки — он исходил из той силы, которую ей дала Ниэнна: — Горо, ты теперь аватар Ультаратхотепа, космической антитезы Ньярлатхотепа! — Правда?! — Горо, кажется, сам удивился. Меч Гриффиндора в его руке эволюционировал в плоское и длинное лезвие, похожее на голограмму; на морионовом чёрном кварцевом клинке метафизического Меча Акаши всё плотно покрыто рубиновым ангельским гексоглифом. Заклятие на уничтожение самих Богов! — Ньярлатхотеп, твоя сила заключается в диалектическом устройстве мироздания. Ты — сама диалектика. Однако диалектика всегда подразумевает борьбу и антитезу. У тебя всегда будет «еретический аватар», который будет противостоять тебе: в таймлайне NERV им был Каору Нагиса, а в нашем таймлайне им стал Горо. Ультаратхотеп всегда будет противостоять тебе в любом обличии! — объявил Мицуру. — После того, как эта сфера поглотила свет надежды Икуно, я увидел возможность, в которой Горо, как самый чистый сердцем, станет твоей антитезой! — Ха-ха-ха! Очень неплохо для начинающего! — Ньярлатхотеп похлопал в ладоши. — Ты что ты хочешь, Мицуру? Пока ты разглядывал судьбы и возможности, я разглядывал твою душу. Я вижу, что ты хочешь, чтобы Хиро был только твоим любовником. Мицуру, я предлагаю тебе убить всех остальных, включая Зеро Ту и Итиго. Когда Хиро останется один с тобой, он, желая любви и желая не быть одиноким, будет любить тебя, даже зная, что ты — предатель и убийца всех остальных! Мицуру прекрасно понимал, что он хочет не только орошать своей спермой кишку Хиро — он хотел владеть его задом единолично. Хиро должен дарить свою любовь только ему одному. Сам же Хиро, который сейчас уже почти восстановился, тоже осознал, что Ньярлатхотеп прав: действительно, он настолько хочет любви и настолько не хочет быть один, что будет готов любить Мицуру даже после такого. И это заставило Хиро закричать: — Горо, да убей его наконец! Нараянастра! [5] Услышав название магического приёма, блондин решил его повторить. — Аватар: Зверь! — Ньярлатхотеп заставил с подножия своего трона выскочить целую свору чудовищных зверей, похожих на безглазых гибридов динозавров и саблезубых тигров. Икуно читала, что Зверь — одна из форм Ньярлатхотепа, связанное с Ближним Востоком. Зверь выглядит либо как одно чудовищное существо со множеством голов, либо как целая стая, либо они могут свободно переключаться между этими режимами. — Ньярлатхотеп, я желаю, чтобы ты навечно попал в ад! — изрёк ему Мицуру, параллельно всему происходящему. — Дерзкий язык! — Ньярлатхотеп параллельно с тем как спустил собак, выбросил бахрому трона, собираясь тонким ленточным лезвием срезать голову Мицуру. Последний не мог этого предвидеть — прямые действия Ньярлатхотепа не отражались в сфере и не могли предсказывать его поведение из-за хаотической природы. Дзоромэ закрыл Мицуру собой. Мицуру широко округлил глаза, видя, как доспех Дзоромэ трескается перед ним. Возможно, он бы глубже пробил его, если бы клинок Горо не срезал ленту. — Нараянастра! — Горо призвал множество клинков, которые теперь размножались в воздухе. Они быстро поразили всех Зверей, нарезали их как колбасу и истыкали трон Ньярлатхотепа. Только аура уклонения отставила Чёрного Фараона в целости и сохранности. — Аватар: А-Шаир! — весь Аль-'Арш распался в пиксели и втянулся в ближайшую электронику. — Он теперь внутри виртуальной реальности! Он внутри главного компьютера! — осознал Футоши. — Какой трусливый! — Фэанор устало распрямил плечи. — Только чуть что получил, так сразу бежать! — Дзоромэ! — Кокоро сразу начала его исцелять. — Я убью его! — Дзоромэ, чьи доспехи окрасились в его собственную кровь, резко вскочил. — Я отдаю тебе своё тело, если ты дашь мне силу победить его! Все осознали, что здесь присутствует ещё одна сущность, которую может ощущать только Дзоромэ. — Я могу использовать свой «Witches Electric Warp», чтобы отправить нас в виртуальное пространство! — Зеро Ту приготовилась применить свой посох. Киберпространство представляло собой широкую трубу, которая шла снизу вверх. Её стены состояли из огромного количества нулей и единиц, быстро бегущих. Среди них постоянно открывались окна, которые содержали информацию с различных сайтов. Здесь же транслировались изображение с различных камер, бежали ещё какие-то данные. Отряд, включая забрызганного кровью Дзоромэ, появился здесь после того, как Зеро Ту использовала свой посох. В центре этого тоннеля парило большое существо, чьи размеры более трудно определить из-за абстрактности всего этого измерения. Своего рода металлический шлем, который наполнен под завязку пластиковыми червями. Эти черви формируют структуру, похожую на листья некого растения. Эти черви постоянно в движении. Спереди три подобия глаза, они плоские, от них внизу тянутся сжатые стебельки. Вся эта непонятная штуковина, конечно, только напоминает нечто органическое и растительное — на самом деле она полностью механическая и состоит исключительно из синтетических тканей. Сверху находится тёмный металлический корпус, он всё закрывает по бокам. — Это А-Шаир — «искусственный интеллект, который не должен быть изобретён» — чисто цифровая форма Ньярлатхотепа! — Саурон материализовался здесь в облике андрогинного гуманоида — сформировался из нулей и единиц, вышел из края этой трубы. — О, подкатил на разборку! — Хиро взглянул на него. Сейчас он не мог полноценно сражаться, потому опирался на плечо своей супруги. Они и Фэанор находились на задних ролях. Горо-Ультаратхотеп впереди. Саурон озвучил своё пение — ранее он уже пропитал своё информационное пространство, ибо владел здесь большей силой, нежели А-Шаир: — Ньярлатхотеп! — Дзоромэ обычно не умел так сходу озвучивать сложные имена, но сейчас он оттараторил имя ненавистного врага без сучка и задоринки. Мику сейчас призвала все свои силы для того, чтобы помочь ему, хотя не понимала, что из этого получится. Дзоромэ вскинул руку, прямо сверху из пения Саурона и аквамарина Мику материализовался огромный и плотно сжатый сверкающий серебряный металлический кулак, похожий на кулак мехи. Дзоромэ врезал А-Шаиру так, что эта штука оказалась отброшена вглубь туннеля! Дзоромэ продолжил махать своим кулаком, в результате чего гигантский кулак полностью повторял его движения, и врезался в этого Аватара Ньярлатхотепа! Все сейчас удивились. — Это Тулкас, — представил его Саурон. — Он появляется тогда, когда Оромэ недостаточно. Он выполняет ту же функцию, но он сильнее! Это наша Deus ex machina, дарованная нам сошествием Ультаратхотепа! Дзоромэ обрушил кулак Тулкаса на Ньярлатхотепа. — Быстрее, Горо, Итиго, пока он его держит, — подсказал Саурон, — используйте Священный союз Манвэ и Варды, чтобы нанести решающий удар! Он запел. — Келег Айторн! — Горо махнул мечом вверх и опустил его. В этот момент небо надо штабом корпорации превратилось в воронку, откуда обрушился мощный поток молний. Он полностью порвал на обломки всё это здание! — Старший Знак! — Итиго получила усиление от Горо, потому сотворила щит-символ в виде пятиконечной звезды! Небоскрёб порвало на куски, в центре разлетающихся обломков, уже теперь в материальной действительности все оказались. Для них время шло иначе, чем для остального мира. Вокруг летали куски здания, образовав своего рода туннель, дополнительно со всех сторон пронизанный электрическими разрядами. — Аватар: Тасайдон, «Властелин семи адов из конца времён»! Король Людей и Властелин Земли, — уделил он внимание Саурону, — гляди, кто из нас двоих Владыка Будущего! — Ньярлатхотеп принял облик чрезвычайно плотного и мощного футуристического рыцаря с символом Звезды Хаоса: фиолетовых, чёрных и серых цветов. Такой же компьютерный дизайн шлема, как у здешний формы Фараона. Маска изображает шесть глаз, в ней черты хищного паука и тонкого оскала с парой клыков вампира. У Тасайдона ещё торчали какие-то красные адские крючья — было много скалящихся черепов и всяких символов — завитки змей и щупалец; там, где нет доспехов, обнажены внутренние механизмы. Прямо посреди пояса улыбается белая человеческая челюсть. Тасайдон был достаточно силён, чтобы разрубить кулак Тулкаса своим Мечом Акаши — да, он материализовал оружие Горо! Хиро догадался, что Ультаратхотеп всегда принимает такой облик, что он противоположен какой-то из форм Ньярлатхотепа. Каору-Табрис противоположен Чёрному Фараону, Горо — Тасайдону. — «Значит, это уже развязка! Если победит он — вся Солнечная система будет отдана во власть сатанинского культа, а мы станем пищей для его избранных!» Кулак Тулкаса пропал, рука самого Дзоромэ оказалась разрублена, под свой крик и брызги крови, он пал к обнажённому фундаменту. Горо и Тасайдон скрестили Мечи Акаши, рассекающие Богов. — Печать! — Итиго парализовала Тасайдона Страшим Знаком. Наоми и Икуно вложили в них силы мечты и надежды. — Меч Акаши, разящий богов! — тогда Горо нанёс ему несколько прямых ударов, прямо по линиям магического символа, наложенного на аватару врага. Пиксельные глаза Тасайдона широко раскрылись: — Хороший удар! — его тон звучал так, как звучит голос взрослого, которого вдруг удивляет ребёнок. Он расплескался в чернила, которые теперь устремились в воронку над руинами. Попутно они пенились и воплощали случайные формы Безликого Бога с тысячью лиц. Чёрный Фараон, Чёрный Сфинкс, Зверь, Ревущий, Опухшая Дева и многие иные. Вобрав дух Ползучего Хаоса, она следом же захлопнулась. Там в вышине напоследок блеснули молнии, после чего с небес обрушился очень плотный дождь. Среди развалин вся команда стола и мокла теперь под ним. Хиро лежал калачиком на разбитом фундаменте. Зеро Ту согнула колени и закрывала его крыльями от дождя. Фэанор просто стоял и вообще не обращал внимание на воду, которая с него стекала, текла у него по щиколотке. Мику, Кокоро, Ланц встали под обломок, который закрывал их от дождя. Мицуру сейчас рассматривал хрустальный шар и одновременно делал так, что идущие на него капли просто расходились в разные стороны; похоже, он делал это полусознательно. Футоши и Икуно осматривали Дзоромэ. Всё с ним было в принципе в порядке, никаких ран больше не было, доспех восстановился. Он только выглядел усталым. Наоми смотрела по сторонам. — Интересно, — Саурон был здесь же, — мне оповестить в СМИ о том, что здесь раздался хлопок или сказать, что была просто сильная гроза? — Напишите, что у вас в лаборатории случилось ЧП, — подсказала Итиго. Она, вместе с Горо, была больше под дождём. Сейчас с последнего полностью пропал божественный доспех и спортивный блондин в интеллигентных очках теперь выглядел как раньше. Горо отвёл Итиго под навес и поцеловал в руку. После чего, пока она краснела, от интимности жеста (возможно, поцелуй её он в губы, она не почувствовала бы ничего необычного), друг подошёл к Хиро и начал поднимать его на ноги. Синий цвет кожи пропал, теперь Хиро выглядел полностью как гибрид. Горо, у которого теперь полностью были открыты лицо и голова, активно пытался вывести его из эмоционально упадочного состояния. Дождь лил очень плотно, стекал по лицам и мочил волосы. Горо, чтобы отвлечь Хиро от апатии, облизал губы и впился в него поцелуем. Любовное соединение блондина и брюнета влило некоторые силы в обладателя синих рожек. Мицуру аж отвлёкся от своей сферы. — Хиро!.. Итиго находилась в таком же состоянии — она промолчала. — Эй, Мику, — обратила она теперь внимание на неё, — а где Марк? — А… э-э-э. — Вот он, — указал Ланц на труп, который хорошенько превратила всмятку упавший каменюка. — Ой, похоже я недоглядела! — извинилась Мику. — Ничего страшного, — Мицуру указал на сферу, — Марк переродился как представитель расы моллюсков, которые всё время заняты только одним делом — сношением. Для их биологического вида обмен информацией обычной и обмен информацией генетической — одно и то же; у этих существ нет неприятных чувств и эмоций — почти нет; они главным образом всё время находятся в благодушном состоянии и в бесконечной оргии. Я же обещал, что он будет в раю? Горо теперь дал Хиро опереться на своё собственное плечо: — В таком случае, — иронично взглянул Хиро в сторону Эджстоу, — может вырезать весь этот город за компанию и отправить его в тот рай? — Я предлагаю тогда не ограничиваться одним городом и отправить туда сразу всё население планеты, — поддержала Зеро Ту. — В отличие от ВИРМ и APE, как ты там сказал, у них настоящий рай! Ха-ха! Вот так я это сообразил. — У Льюиса сатана откровенно жалок и ничего не может (если только, конечно, «светлые силы» ему не подыгрывают) — в свою очередь Ньярлатхотеп действительно способен погрузить всю Солнечную систему в Око Ужаса. В таком случае мне пришлось обосновать, почему силы зла до сих пор всех ещё не поработили — и я обосновал, в том числе я показал, как первичное зло порождает вторичное, в онтологическом плане, добро (Ньярлатхотеп — Ультаратхотеп). — У Льюиса сатанинский культ вообще не впечатляет, у них нет никаких отвратительных сатанинских практик, только опыты над животными. Меня это должно впечатлять? Банальное фермерское хозяйство — «это другое»? Так и хочется спросить: где там самая омерзительная мощь? Я её показал — Ньярлатхотеп намерен погрузить человечество в самые пучины греха самым неприятным образом для трех главных героев — их мясом будут кормить сотни миллиардов сатанистов! Вот это — омерзительная мощь, а у Льюиса — фигня. — Сатанисты Льюиса неубедительны. Сатанисты Ньярлатхотепа — убедительны, потому что они хотят, чтобы вы могли сделать то, что вы хотите — абсолютно всё, что вам хочется (на примере Мицуру я показал, что вам может хотеться [6]). Сатанисты Льюиса хотят ограничиться выращиванием только одного антихриста, в свою очередь мои сатанисты хотят сделать антихристом каждого. — Способности ангелоносцев (назовём так теургов, которые получают абилки от ангелов) разнообразны и больше нужны не для грубой силы, а для ритуальных и концептуальных манипуляций; и в той или иной степени подсознание персонажей адаптируется под них. Наконец у них достаточно противников, на которых эти возможности можно испытать. — Персонажи разбираются в метафизике своего сеттинга и могут на практике применить эти знания. В том числе без непосредственного подсказывания со стороны богов и архангелов. И очень высокого уровня (Уэстон через связь с Ньярлом, легко обманул двух персонажей высокого уровня и извратил их заклинание). — Эти Валар-браслеты технически повторяют Единое Кольцо Саурона.