Убить нельзя любить

      Рука доктора потянулась к моей голове, осторожно снимая странный механизм со множеством проводов. Затем Ян взял металлический таз, в котором была вода, и, прополоскав тряпку, отжал ее. Кусок холодной ткани скользнул по вискам, лбу и щекам, вытирая пот и засохшую кровь возле губ. Сделав вдох, я на несколько секунд расслабилась, почувствовав приятную прохладу после стольких мучений. В голове был хаос: все воспоминания перемешались. Я видела только их обрывки.       — Если ты будешь хорошо себя вести, у меня не будет причин злиться и делать больно, — улыбаясь, Тэмин вновь пытался наладить отношения между нами.       Я не успела ответить ему очередной колкостью, потому что в дверь постучали.       — Если это срочно, то войди, — не отрываясь от умывания, крикнул парень.        К нам присоединилась та безжалостная медсестра, которая постоянно грубо хватала меня, когда вводила препарат. Она подошла слишком близко к врачу и, закрываясь ладонью, что-то шептала ему на ухо. Прикрыв глаза, я постаралась сконцентрироваться на их разговоре.       — Сегодня? — взволнованно переспросил Тэмин.       — Ага, — кратко ответила девушка.       — Странно, по времени прошло всего ничего. Два дня — ничто для таких экспериментов. Он уперт и нетерпелив? Слишком требователен ко мне. Я разберусь. Подтверди встречу, — разозлился доктор.       — И ещё, визит пациента обязателен. Так попросили, — призналась медсестра.       — Нас теперь каждый раз будут тревожить? Мы только встали на этот сложный путь, но уже делаем успехи. Однако, это не означает, что частые проверки пойдут на пользу, — рассвирепел парень: — подготовь место в общей зоне.       — Вы правы, он достаточно несдержанный. Хочет встретиться через час, — заявила работница.       — Час?! Тогда, что мы здесь сидим? Быстро подготовь все! Мне нужна коляска, чистая сменная одежда и расческа. Захвати любую косметику, что найдёшь, — уронив металлическую ёмкость, которая со звоном соприкоснулась с полом и пролила содержимое, врач вскочил на ноги.       От резких движений и звуков, я испугалась и распахнула глаза. Медсестра развернулась и сбежала впопыхах, выполняя приказ. Разломав ампулу с каким-то лекарством, Ян набирал шприц. Сомнения одолели его всего на секунду, но уже в следующую он воткнул острую иглу мне в руку.        — Будем надеяться, что это не даст осложнений. Ты очень сильная и не раз это доказывала мне. Должна справиться и сейчас, — поглаживая ладонь, доктор внимательно следил за моим состоянием.       Пока все вокруг стало казаться каким-то отдаленным и нереальным, руки врача суетливо расстёгивали ремни, освобождая мое тело от жестких оков. На коже оставались красные отметины, свидетельствовавшие о причинении вреда. Я не могла поднять кисть. Даже каждый раз, когда моргала, это действие требовало огромных усилий.       Спустя полчаса меня переодели, причесали и даже подкрасили, чтобы придать коже здоровый вид. Всем лично занимался Тэмин. А я была будто его куклой, с которой он все никак не хотел переставать играть. С безумным взглядом Ян расчёсывал мои длинные тёмные пряди, пододвигаясь и вдыхая их запах. Но вынужден был прекратить эти действия.              Яркое солнце ослепило глаза, когда мы оказались снаружи. Но я была не в силах поднять руку, чтобы сделать «щит», и прикрыть себя от его лучей. Прохладный ветер играл с пледом, которым меня накрыли. Позади, держась за ручки инвалидной коляски, шёл улыбчивый доктор. Чуть позже, стоило на горизонте увидеть знакомую фигуру, он нагнулся и заботливо поправил сползшую ткань. Будто хитрый лис, врач продумал все: вколов препарат, Тэ лишил меня возможности что-либо сказать и даже пошевелиться, а, надев одежду с длинными рукавами, прикрыл алые следы от ремней.       Светловолосый парень взволнованно подбежал к нам, заметив знакомые силуэты. Феликс опустился передо мной на колени, заглядывая в глаза и бесцеремонно хватая за руки. Его белоснежная улыбка спала с лица, когда он поздоровался со мной, но я ничего не смогла ответить, инстинктивно открыв рот и молча замерев.       — Ч-что не так? Почему она в таком состоянии? — нахмурившись, парень развернулся к доктору.        — Нет-нет, все в порядке. Не время для пустых переживаний. Сейчас я вколол ей сильное успокоительное, ведь вы хотели увидеться с ней. Вспомните, чем в прошлый раз закончился ваш визит… — стал объяснять Тэмин.       — Но я не просил этого делать. Не думаю, что в этот раз она вела бы себя так агрессивно, — сощурился Ли, недоверчиво смотря на врача.       — Ох, я просто излишне беспокоился о вашей безопасности, — оправдывался собеседник.       — Хорошо, но не стоило предпринимать таких решений без моего согласия, — выпрямившись, Ликс поравнялся с доктором: — я хочу поговорить с ней наедине.       — Ох, к сожалению, это невозможно. Вы же понимаете, как лишний стресс может сказаться на пациентке. Ее состояние заставляет желать лучшего, — развёл руками он.       — Но вы же сами говорите, что сейчас она под успокоительным. Проблем возникнуть не должно, — приподнял брови Ли.       — Давайте отойдём и немного поговорим, — занервничав, врач оставил меня в коляске у лавочки, на которой сидели другие пациенты и отвёл Феликса в сторону.       Их разговора я уже не слышала, потому что рядом, словно неугомонные курицы, трещали две женских фигуры, заглушая остальные голоса.       — Новенькая? Как попала сюда? — поинтересовалась одна из них.       — Т-ш-ш, тут что-то серьёзное. Видишь, сам главный врач привел ее сюда и не отходит далеко, — поднеся палец к губам, захохотала вторая.       — Я знаю! Тот парень, который постоянно смотрит на нее… он очень красивый и видно богатый. Твой жених? — поняв то, что я не разговаривала, женщина сделала предположение.       — У нас тут любовь! — радостно захлопав в ладони, встрепенулась другая.       — Черт, медсестричка, только не это! — закатив глаза, засквернословила первая.       — Любовь, ха-ха! Любовь! — вскочив с лавки, сумасшедшая подбежала ко мне и схватила за руки, свалив плед на грязную землю.       Начиная их трясти, невменяемая фигура громко смеялась, а затем резко стихла.       — Она тебя убьёт. Ты скоро умрешь, ха-ха-ха! Любовь тебя убьёт! — сощурив глаза, с безумным смехом громко произнесла она.       — Замолкни и иди погуляй! — резко дёрнув её на себя, женщина, до этого злившаяся и сидящая на лавке, прогнала подругу.       Подходя ко мне, она отряхнула запачканную в пыли ткань и накрыла меня ею. Устало вздыхая, пациентка села на лавку, расслабленно расставляя ноги и бросая мимолётный взгляд в мою сторону.       — Тс-с. Не думай о ней плохо. Она относительно нормальная. Подумаешь, кукуха поехала из-за одного происшествия, — покрутив пальцем у виска, ухмыльнулась женщина: — хочешь, поведаю эту историю?       Ответить я ей никак не могла, поэтому собеседница сочла мое молчание за согласие.       — Она была медсестрой. Молодой и амбициозной. Так любила свою работу. Но в какой-то момент следила за последним пациентом, который перевернул ее жизнь. Каждый раз, когда она слышит слово «любовь», ее переклинивает, и она вспоминает те дни. Одна молодая пара переживала тяжелейшую аварию. Парню повезло больше, но и это было временно. Девушка пострадала сильнее. Их жизнь пошла под откос. Медсестра впервые видела такую сильную любовь. Тот парень сутки проводил в палате любимой, боясь пропустить момент, когда она выйдет из комы. И в один день это случилось. Наша медсестра была близка с этой пациенткой. Все думали, что теперь девушка поправится, и прежнее счастливое время вернётся. И в какой-то момент все оборвалось. Так странно и глупо. Возлюбленная умерла на руках своего парня, истекая кровью, и то отпечаталось в памяти у работницы. Но и это не было концом. Прибираясь в палате, она случайно нашла дневник, в котором при жизни ее пациентка делала пометки. Там была и предсмертная записка. Конечно, наша медсестра с трудом нашла того самого парня и вернула ему книгу. В тот же день спустя некоторое время он сбросился с крыши больницы, где все и было. Жутко, не правда ли? — поёжившись, рассказчица повернулась ко мне.       И вновь я все понимала, но не имела возможности что-то сказать. Тогда женщина потёрла глаза и поджала губы.       — Да… После того дня в смерти второго человека медсестра винила себя. Ведь его мертвое тело нашли вместе с тем дневником. Парень обнимал его так крепко, что, вроде как, во время похорон их не разъединяли. Она постоянно сидит и вспоминает те дни. И особенно момент, когда решила отдать ему записи. Что случилось бы, если бы она их скрыла? Возможно, спасла бы одну жизнь, — потирая подбородок, задумалась пациентка: — поэтому, не люби. От таких чувств одни проблемы. Тебя сюда упёк вон тот парень? — показав пальцем на фигуру Феликса, спросила она, но выпрямилась и замолчала, заметив, как две мужских фигуры подходили к лавочке.       Вновь присев передо мной, Ли погладил мои колени. Его взгляд был печальным, но парень быстро собрался с мыслями.       — Оставьте нас, я поговорю буквально десять минут, — бросил он врачу, а все ушли против своей воли.        Когда мы с Ликсом были наедине, парень стал поглаживать мои руки. Феликс всегда был внимателен к деталям. Хотя бы здесь мне повезло. Виновато опустив голову, он был готов расплакаться.       — Я искренне прошу у тебя прощения за все, что ты пережила из-за меня, — лицом утыкаясь в мои ладони, начал Ли.       Я ощутила как руки стали влажными из-за слез парня. Внутри меня разгорелось желание прижаться к нему и обнять, почувствовать себя в безопасности. Попросить, чтобы он спас меня и никуда не уходил. Да, я не готова была простить его за то, что Феликс сделал, но, возможно, этот парень — единственный ключ попасть на свободу.       — Я принял важное решение. Я отпускаю тебя, моя Со, — сорвавшись с опухших губ, это заявление прошлось током по всему моему телу.       Не могло быть. Моя последняя надежда ускользала из рук, которые не в силах и пошевелиться? Как мне это предотвратить?! Что мне сделать, чтобы сказать хотя бы слово?!       — Ты во всем была права. И мне стыдно, что я не услышал тебя раньше, когда ты не просто говорила, а кричала… твоя душа кричала об этом. С самого детства ты была той, кто поддерживал меня и желал только добра. Со, ты стала единственной, кто разглядела и пыталась вытащить наружу то, что другие закапывали. Мои истинные мечты и сущность. Время показало мне, что я испытываю чувство любви лишь к одному человеку. И это не ты, — признался Ли.       Оглядев мое лицо, которое было без каких-либо эмоций, парень жалобно сдвинул брови.       — Мне даже не хватает смелости поговорить и рассказать тебе это тогда, когда ты сможешь ответить. Я боюсь твоей реакции. Очень боюсь. Я не жду, что ты простишь меня, но каждый раз буду извиняться, искренне раскаиваясь во всем. Моя слепая одержимость тобой разрушила много жизней, но больше всего навредила тебе. Однако, я хочу все исправить! Мы все начнем новую жизнь, но по раздельности. Я буду с Чанбином, а ты выберешь того, кого захочешь. Я не буду препятствовать, а даже поспособствую всему. Веришь мне? Я попробую все изменить. Хочу, чтобы на твоем лице всегда была улыбка, — протянув руку, Ликс нежно погладил меня по щеке.       Всхлипнув, парень снова склонился. Этот разговор был не из лёгких. Но теперь, выслушав Ли, я успокоилась, потому что точно знала, что он освободит меня из заточения в этой психушке.       — Я так нагло воспользовался твоей любовью, даже опустившись до того, чтобы притвориться родным потерянным братом. Ничто не загладит мою вину, но я попытаюсь многое исправить и правда отпустить тебя. Пускай, в самом начале это будет трудно, но я сделаю все, что в моих силах. Мне так жаль, — приподнимаясь и вытирая слёзы, он тяжело сглотнул. Его влажные глаза разглядели странные покраснения на моих запястьях, — Со, что они с тобой сделали? — испуганно задрав рукава одежды, Феликс закрутил головой.       Я не знала как, но одинокая соленая капля скатилась по моей щеке. Волнуясь, Ликс заключил меня в самые крепкие объятия, поглаживая по спине.       — Я вытащу тебя отсюда. Прости меня за все. Прости. Я не хотел, чтобы ты пережила подобное. Ты не можешь и на минуту больше оставаться в этом ужасном месте. Я поговорю с тем доктором и все улажу. Со, сегодня я заберу тебя с собой. Все будет хорошо, — успокаивая меня, тараторил Ли.       За тем, как парень сгрёб меня в охапку, издалека наблюдал доктор, который постоянно крутил в руке телефон. Я смотрела на него, прекрасно понимая то, что меня так легко не отпустят. За ним стоит госпожа Ли, которая доберётся до Феликса и испортит все планы.       Наши объятия прервал телефонный звонок. Ликс не стал на него отвечать, продолжая говорить о том, как все изменится в лучшую сторону. Но противный звук никак не умолкал, что на второй, что на третий раз. Вспылив, Ли поморщился и ответил на звонок, не сводя взгляда с моего лица.       — Что случилось с Бином? Это точно? — подорвавшись на ноги, Феликс сжал кулаки, а затем, бросив одну фразу, закончил разговор, — я еду.       Видно ли было страх в моих глазах, уже не так важно. Переживая за нас обоих, Ликс оказался на перепутье. И в этот раз вновь сделал выбор.       — Со, мне нужно срочно уехать. Чанбин попал в аварию… но я вернусь. Пожалуйста, верь мне. Сегодня вечером я приду за тобой, — бегло обняв меня, Ли стёр ещё одну слезу с моего лица.       Нет, Феликс. Только не это. Я уверена, что Ян сообщил матери Ликса о том, что он здесь и мешается под ногами. Не могло быть случайностью то, что Бин именно в такой момент пострадал, да ещё и так сильно. Это не обычное совпадение.       Обездвиженная и загнанная в ловушку я невольно была прикована к инвалидной коляске. Мой взгляд ещё долго наблюдал за фигурой Феликса, пока та не скрылась из виду. На ее место пришла другая. Белый медицинский халат, по которому не так тяжело узнать владельца, маячил перед глазами.       — Не стоит тешить себя пустыми надеждами, — закрывая мои руки длинными рукавами и натягивая сверху тёплую ткань, улыбнулся Тэмин.       Доктор немного прошёлся и уверенно взялся за выступающие ручки коляски, а затем развернул ее в обратную сторону. Он вновь решил вернуться в тот ад, который лично создал для меня. Снаружи выражение моего лица ничего не показывало, но внутри я разрывалась на части из-за того, как была близка к шансу выбраться на свободу, но по итогу оказалась на самом дне. Эти страшные события и эксперименты сумасшедшего человека могут стать той самой причиной по которой я больше не увижу свет. Какая судьба меня ждёт? Неужели все закончится именно так?       — Госпожа Ли приехала. Она хотела с тобой поговорить, — приглаживая мои волосы, сообщил Ян.       Колеса затормозили ровно в тот момент, когда врач увидел строгую фигуру женщины, с суровым видом сокращающую расстояние между нами. Сняв перчатку, она протянула руку, чтобы Тэмин поцеловал ее. Поздоровавшись и рассмотрев меня в таком состоянии, госпожа Ли довольно улыбнулась.       — Кажется, в нашем плане возникли изменения. Но в лучшую сторону. Хорошо, что ты быстро среагировал, — засмеялась мама Феликса.       — Рад служить вам всегда и везде, — почтительно поклонился доктор: — так это правда? За бедняжкой больше некому следить? Она осталась сиротой? Даже любимый жених бросил ее? — положив ладонь на собственную щеку, он стал покачивать головой, озвучивая странные вопросы.       Я ничего не понимала. О чем он говорил и что имел в виду. Но продолжила внимательно вникать в их разговор.       — Что поделать… ты теперь единственная опора и поддержка для этого жалкого создания. Дорогой мой Тэмин, я очень надеюсь, что ты сможешь позаботиться о своём пациенте, — вновь надевая перчатки, без особых эмоций заявила женская фигура.       — Вы можете на меня положиться! Благодарю за столь чудесный подарок, вы очень щедры, госпожа, — положив руку на область сердца, обрадовался парень.       — Просто сделай так, чтобы ни я, ни мой драгоценный сын больше не увидели ее. Как ты понял, за ней никто не придёт. И спасти от несчастного одиночества эту особу сможешь только ты, — наигранно вздохнула собеседница: — мне нужно возвращаться, но я хотела бы сказать ей пару слов перед тем, как попрощаться навсегда.       — Конечно, я ненадолго оставлю вас, — кивнув, врач отошёл.       Ухмыльнувшись, мама Ликса присела, поравнявшись со мной взглядами. Смотря в мои пустые глаза, она светилась от счастья. Ее кончики пальцев, которые были сокрыты тканью дорогих перчаток, коснулись моего лба так, что тот резко отодвинулся. Будто овощ я сидела без возможности пошевелиться, а мать Ли наслаждалась этой картиной и продолжала издеваться. Распрямившись, она грубо схватила меня за подбородок и заглянула в глаза, нависая надо мной. Ее холодный и довольный взгляд был направлен в самое сердце, а слова, которые женщина произнесла, стали последней каплей.       — Ты должна умереть. Если этого не случится, ты захочешь навредить моему сыну. Да, я тоже мать и понимаю боль твоей, но ее поведение стало непростительной ошибкой. Никто не имеет право угрожать мне тем, что отберёт у меня Ли, — жестко вцепляясь в белоснежную кожу ногтями, которые чувствовались даже через ткань, она оставила свежие вмятины: — ты — глупая девчонка. Сделала тест ДНК с моим сыном в одной больнице и тайно запросила, чтобы результат в письменном виде пришел на адрес, где вы живете. Твоя уже покойная мать прибежала с никчемным листком с ложными результатами, тряся им перед моим лицом. Конечно, я не могла простить такого. Я избавилась от неё, а теперь настала твоя очередь. Пойми меня правильно, я лишь защищаю свою семью любой ценой. Но перед смертью, ты должна знать, что в том, что бедная женщина умерла, есть и твоя вина.       Эта боль, насквозь прошедшая через мое сердце и растоптавшая душу, накрыла с головой. Я не могла поверить в услышанное. С уголков глаз неконтролируемо стекали слёзы, без возможности остановиться. Из-за влажности, картинка стала мутной. Я моргала все быстрее, пытаясь разглядеть лицо этой женщины, надеясь, что это все очень плохая шутка и неправда. Только бы не такая реальность меня ждала. Хоть бы с мамой все было хорошо.       Мать Ли настойчиво причиняла мне невыносимую душевную боль, пытаясь задеть как можно сильнее. Эти ужасающие слова, приносящие мучительные страдания и заставляющие биться мое сердце быстрее, будто оно не выдержит и взорвется, беспрерывно повторялись в голове.       Женщина сделала глубокий вдох, и на ее лице растянулась улыбка. Осмотрев парк возле клиники, в котором мы находились, она с восторгом развела руки в разные стороны.       — Ты подходишь этому месту, а оно — идеально для твоей кончины. Ах, да, Наен передавала тебе привет. Она очень обрадуется. Прощай, — помахав рукой, мама Феликса развернулась и пошла вдоль тропинки.       — Уже закончили? У меня грандиозные новости. Думаю, ты уже в курсе, — молниеносно схватив коляску, доктор двинулся в путь.       Я впервые увидела собственными глазами маршрут до странной пристройки, на первый вид никак не связанной с самой клиникой. Хрупкое обветшалое здание было тем самым местом, внутри которого Ян и ставил опыты над людьми. В первой комнате хранились пыльные коробки, различные старые вещи и инструменты для уборки снега и листвы, которые требовались для ухода за парком, но чуть дальше, в самом конце, располагался потайной ход, ведущий вниз. Закрытых на ключ дверей было несколько, и все они — из прочных материалов. Чем дальше мы шли, тем меньше света было вокруг и тем быстрее билось мое испуганное сердце.       На удивление, Тэмин завёл меня совершенно в другую комнату. На этот раз она была куда больше похожа на спальню. Здесь ни одного окна, зато были стол, на котором располагались шприцы и несколько ампул, и просторная кровать. Остановив коляску у кровати, доктор откинул лишние вещи и аккуратно уложил меня на постель, поправляя выбившиеся пряди волос, а затем руки и ноги, болтающиеся как у тряпичной куклы. Будто происходил какой-то ритуал, а для этого чокнутый врач располагал все в идеальном виде. Улыбнувшись, парень взял один из шприцов, набрал жидкость и ввёл мне препарат.       Меня охватило кошмарное чувство. Мне совсем не нравилось то, что могла подразумевать ситуация. Постоянные безумные взгляды врача в мою сторону не могли показаться обычными. Его интерес, которым он стал одержим, с каждым разом проявлялся все сильнее, стоило ему только прикоснуться ко мне.       — Нет, это не то, о чем ты думаешь. Я не люблю, когда у партнёра остывшее тело. Предпочитаю, чтобы он был в сознании, — терзающая мои мысли правда подтвердилась.       И эта тьма в виде ужасного человека нависла надо мной. Я увидела, как он стал раздеваться. Постепенно снимая белоснежный халат, парень ушёл из зоны видимости, но быстро вернулся, оставшись уже в одной рубашке.       — Я же говорил, что хотел быть ближе. А ты понравилась мне с того раза, как тебя увидел. С первой нашей встречи я знал, что ты будешь одной из моей коллекции, — поглаживая по щеке, по которой скатывались слёзы, заявил врач: — у тебя такая мягкая кожа, я восхищён.       Стоило ему снова отдалиться, как я больше не видела его лица и того, что происходило. Смотря в потолок, я понимала, что это страшная участь, которую мне не избежать. Да, однажды мне посчастливилось уберечь себя от подобного на территории мафии, но тогда это оказалось огромной удачей. Я не смогу сопротивляться и ничего сделать сейчас. Закричать или поднять руку — ничего из этого. Горький ком подобрался к горлу, но я даже была не в состоянии его сглотнуть. Это конец. На этот раз мне не уйти.       Шорох помятой рубашки, которую доктор откинул вслед за халатом, лишь все больше нагонял на меня страх. Жуткий звук приближающихся шагов с каждой секундой вынуждал трястись от шока, но только внутренне. Внешне я не подавала признаков.       — Это выражение любви, но немного в другом ключе. Не все могут понять таких, как я. Но это не означает, что мы плохие. Мы нормальные, просто немного другие… — склонившись, Ян высунул язык и облизнул мои слёзы.       Если бы я только могла что-то сделать. В первую очередь меня бы вырвало. Стошнило прямо на него, чему я была бы очень рада. Такого отвращения я ещё никогда не испытывала.       Устраиваясь сверху, Тэмин накрыл меня собственным телом и расположился поудобнее, слегка приподнимая мне голову. Мы встретились взглядами, а после он ухмыльнулся.       — Мне не терпится попробовать тебя на вкус, — хитро сощурившись, Ян жадно и противно впился в мои губы своими.