Дурной нрав

      Уйдя с аллеи, они углубились в лесную часть парка. Дэвид выставил перед собой руку и на траве засияла пентаграмма, из которой выросла дверь. Том уже устал удивляться всему подряд, поэтому спокойно вошел следом за Дэвидом. Тихая мелодия заливала помещение, больше напоминавшее бар. Общая обстановка выглядела вполне современной: небольшие люстры украшали потолок, обитые красным бархатом диваны закруглялись вокруг столов, расставленных вдоль стены, барная стойка из темного массивного дерева, стены украшали позолоченные узоры. В целом всё выглядело просто, но недешево. У барной стойки стоял некто выряженный как бармен. Его светлые волосы закрывали добрую половину лица, поэтому нельзя было сказать, рад он визиту или нет. Местный обитатель не проронил ни слова. Его будто не беспокоило появление чужаков. Он молчаливо стоял на месте, вытирая стеклянный бокал, который и так уже сиял в его руках, облаченных в перчатки белого цвета. Стоило гостям подойти ближе, хозяин заведения изволил обратить на них внимание.              — Давно тебя не было, — проговорил он, не спеша прекращать свою возню с бокалами.              — У меня есть работа, — ответил Дэвид и усадив Тома рядом, сел сам, облокотившись к стойке. — Полагаю, тебе уже известно, зачем я пришел? И прости, что не один.              — Мне то всё равно, — произнес загадочный блондин, — но, если заявятся светляки, сам с ними возиться будешь. А приходишь ты всегда за одним и тем же, — он поднял взгляд и посмотрел на Тома. Последний мог бы предположить, что перед ним стоял демон, однако это существо выглядело иначе. Больше всего поражали глаза: зеленым цветом никого не увидишь, но вот отсутствие зрачков что-то новенькое. Перед ним стоял некто ещё более пугающий, чем Дэвид. — Моё имя сложно выговорить, поэтому можешь звать меня Наоки, Дэвид зовет меня так. Я страж времени, воплощение темной стороны.              — Есть ещё второй, воплощение светлой стороны, но он слегка нелюдимый, — пояснил Дэвид. — Это вроде как нужно для баланса тьмы и света.              — Верно, — подтвердил Наоки. — С Дэвидом мы знакомы давно, и он любит этим злоупотреблять. Вообще, это довольно сложно, не представляю, как мой дорогой друг собрался объяснять всю эту чушь.              — Но мне необходимо всё это узнать? — Томас нашел в себе силы заговорить, раз уж этот Наоки знал зачем они здесь и всё ещё не разозлился. Видимо, всё в порядке.              — Можно и так сказать, — Наоки усмехнулся и начал смешивать что-то в своих хрустальных бокалах. — Для твоей же безопасности. Существует вероятность, что кое-кто преследует ещё какие-то цели, — Наоки сделал паузу, посмотрев на Дэвида. — Но это уже не моё дело.              — Цели? — Том повернулся к Дэвиду.              — Я всё тебе объясню, но сперва надо расспросить его, — Дэвид внимательно посмотрел на Наоки.              — Говоря на мирском языке, демоны и ангелы существуют, хоть таковыми себя не называют. Кроме них в мире полно иных существ, но они относятся к миру людей, — Наоки закончил смешивать напиток и пододвинул бокал Тому. — И есть мы — стражи, которые не принадлежат ни тем, ни другим. Мы охраняем баланс во вселенной. Соответственно нам ведомо всё, что происходит, но вмешиваться мы не можем.              — Вы что-то вроде богов? — голос Тома звучал скептически, но он старался вникать в то, что слышал.              — Это не так. История богов довольно интересна и совсем не такая, какой вы люди привыкли её знать, — хитро улыбнувшись, Наоки прислонился к стойке. — Демоны и ангелы существовали с самого начала времен. Они не помышляли о власти и не ведали о подобных вещах. Но появились некие Люцифер и Бог, решившие, что раз по силе они превосходят своих собратьев, то все должны им подчиняться. Мнения ангелов и демонов, разумеется, никто не спрашивал, самопровозгласив себя лидерами они устроили вражду. Каждый хотел отхватить свой кусок, из-за чего миры оказались в опасности. Единый мир раскололся на две части, светлую и темную стороны — соответственно. Всё больше ангелов и демонов отказывались признавать их, поэтому они создавали новых ангелов и демонов, соревнуясь в игре, понятной только им. Как следствие, баланс во вселенной нарушился. И мир оказался на грани гибели.              — Что же было потом? — Том с интересом слушал Наоки, который ненадолго замолчал и отпил немного воды из небольшого стакана.              — Говорят, они просто уничтожили друг друга, но это неточно. В любом случае, они исчезли, однако что-то продолжало разрушать гармонию, — Наоки задумчиво приложил палец к губам. — Ангелам и демонам пришлось поговорить без попыток уничтожить друг друга, ведь тысячелетняя война оставила на всех неизгладимый отпечаток.              — И как это должно было помочь восстановить равновесие? — поинтересовался Том, хотя изначально предполагал, что ничего восстановлено и не было.              — Никак, — Наоки развел руками. — Случилось нечто иное. Время — является некоей сущностью, которая постоянно пытается восстановить свой ход. Мир раскололся и что оставалось? Время воссоздало пространство между мирами, куда отправлялось всё, что нарушало баланс. Так и появились врата и мы, стражи, которые должны охранять равновесие. Мы не должны принадлежать ни одной из сторон, в нас есть что-то и от тех, и от других.              — Выходит, всем правит время? — сделал вывод Том.              — Да, — Наоки взял блокнот и карандаш, начертив в нем круг, поделенный на три части. — Верхний — мир людей и всех остальных существ, — он поочередно указывал карандашом на каждую часть круга. — Нижний — объединенная темная и светлая стороны, ангелы и демоны, соответственно, — затем он указал в середину. — Середина — это пространство, куда попадают души умерших. Мы сейчас находимся здесь. Тут вам находиться нельзя, но можете побыть, пока никого нет.       — Простой бар переход для душ? — чем больше Том слушал, тем отчетливее понимал, только что его знания о реальности взяли и растоптали с особой жестокостью.              — Ну, это не совсем бар, — спокойно ответил Наоки. — Мононокеан. Ёкай, иначе говоря. Существует вне времени и пространстве, поэтому спокойно может парить в месте, называемым рекой душ. Он может принимать любой вид, поверь, река душ довольно унылое зрелище, поэтому я сделал его таким, чтобы душам было комфортно ждать своей участи.              — Какая участь их ждет? — Том покосился на Дэвида, который, похоже, не собирался участвовать в диалоге.              — Не смотри на меня так, — отозвался Дэвид. — Вы отклонились от темы.              — Мы к ней вернемся. Отвечаю на твой вопрос — души побывав здесь либо перерождаются, либо исчезают, поскольку их время истекло, я помню каждую, что здесь побывала, — пояснил Наоки и нарисовал между частями круга волнистые линии. — Это то место, где находятся врата, сюда попадает всё, что нарушает ход времени. И будто история недавнего раскола никого и ничему не научила, среди ангелов и демонов появились избранные, утверждающие, что само время велело им решать, кто нарушает баланс, от кого избавиться и всё в таком духе. Так получилось, что их появление плохо сказывалось на мире людей, а демоны и ангелы на них вовсе плевали. Так и появились экзорцисты, которые отчищают мир людей от всякой дряни, у них давняя война со светляками, ведь они суют свои носы везде и это никому не нравится.              — Хорошо, — Томас вздохнул. — Если ангелам и демонам плевать на людей, то что они делают среди них? И много ли их?              — Достаточно много, — нехотя пробубнил Дэвид.              — Людям нежелательно водиться демонами. С ангелами в общем-то тоже, — добавил Наоки. — Поэтому они стараются держаться подальше, — Наоки мельком взглянул на Дэвида. — А теперь перейдем к причине, по которой вы здесь. Я не могу ничего рассказывать, но ты сам способен делать выводы. Вы повстречались с экзорцистами и заклинание связи на вас не сработало.              — Канамэ сказал, что оно сработало по принципу применения на мертвецах, — Том задумался. — Время постоянно стремится восстановить свой ход, но Канамэ предположил, что это из-за того, что судьба ещё не определилась, — Том ненадолго поднял взгляд, ему вспомнились самое первое слово, про смерть и оно казалось ключевым. — Ход времени нарушен?              — Так я и думал, — подтвердил Дэвид, сочтя молчание Наоки подтверждением сказанного. — Насколько губительные последствия его восстановления?              — Всё зависит от выбора, — Наоки подбросил монетку, и она приземлилась ребром, между его пальцами. — Пятьдесят на пятьдесят, всё или ничего, мой дорогой друг.              — Кто должен выбрать? — на всякий случай спросил Дэвид, вдруг Наоки ответит. — Не могу сказать, пока чья-то судьба не решится.              — Это как-то связано с моей душой? — вдруг выдал Том. — Ты ведь не зря сказал, что помнишь каждую, видел ли ты мою душу?              Пристально всматриваясь в глаза Тома, Наоки долго молчал. Казалось, что даже музыка стихла, хоть она и продолжала заливать помещение своим медленным волнообразным звучанием. Нахмурившись, он отстранился, махнул рукой, собираясь что-то сказать, но опрокинул стакан из-за чего всё пролилось на руки Тома.              — Прости, я бываю неуклюжим, — он принялся вытирать стойку. — За баром есть уборная, можешь помыть там руки.              Том прекрасно понял, что на его вопрос не просто не собирались отвечать. Было что скрывать или об этом он не должен был знать, что угодно — но ничего из этого Тома не устраивало. Он прижался спиной к стене, вслушиваясь в их разговор.              — Слышал, что в Лондоне неспокойно, — проговорил Наоки.              — И это связано с демоном, — рассудительно произнес Дэвид. — Он мне мешает, из-за него в город заявились экзорцисты. Но это меньшая из бед. Мне кажется, что он как-то связан с Томом.              — Чтобы ответить на этот вопрос, спроси себя: зачем тебе Том? — отрезал Наоки. Дэвид не ответил и Том не мог даже предположить, что они сказали за это время друг другу глазами. Наоки, скорее всего, вздохнул. — Бездна стремится к бездне.              — Причем здесь бездна, — прорычал Дэвид. — Он не мог из неё явиться, ведь… ведь…              — Ведь из неё никто не возвращался и лишь тебе известно, почему? — голос Наоки звучал загадочно, но Том не сомневался, ему известно, о чем он говорит.              Поняв, что он слишком задержался, Том всё же вымыл руки и вернулся обратно на своё место.              — Ранее ты говорил про светляков. У Дэвида из-за меня могут быть проблемы? — Том обратился к Наоки. — Есть какой-то запрет? Тогда в том, что ваши собратья ходят по миру людей нет смысла, даже если они держатся подальше.              — Нет, общаться не запрещено, — Наоки покачал головой. — Но чем больше ты знаешь, тем выше вероятность того, что баланс будет нарушен. Поэтому я и рассказал тебе сразу всё в надежде, что ты верно распорядишься услышанным, — Наоки перевел осуждающий взгляд на Дэвида. — А ещё кое-кто забыл упомянуть основную причину проблем. Как правило, подобная связь заканчивается смертью, исключений не было.              — Пока не было, — Дэвид прищурился.              — Ой ли, — Наоки вновь подбросил монетку, но она улетела куда-то в сторону. — Хочешь поспорить с судьбой, мешать не буду.              Из-за услышанного в душе Томаса могло зародиться смятение, но почему-то этого не произошло. Не потому ли, что он был к этому готов? И всё равно слова Наоки про выбор давали легкую, но надежду. Ему безумно хотелось верить словам того, кто говорил так, словно всё в порядке, вопреки предостережениям. Пусть это звучало ужасно, но для себя Том всё решил и отступать не намеревался.              — Меня это не пугает. Всё в порядке, — сказал Том, твердо.              — Это очень смелые слова, — Наоки чуть склонился к нему, уперевшись руками в стойку. — Дэвид наверняка предупредил тебя обо всех последствиях. Хватит ли тебе, простому человеку, смелости?              — Я очень несмелый, — Том широко улыбнулся. — Но, как ты выразился, что терять простому человеку? Так я хотя бы буду уверен, что моя жизнь не прошла зря.              — Вот как, — Наоки что-то подметил для себя и посмотрел на Дэвида. — Ты так и не раскрыл свои мотивы.       — Это же очевидно, — Дэвид скривил полуулыбку. — У меня их нет.       Наблюдающий за происходящим Наоки, равнодушно поглядывал на каждого поочередно. В его пустом взгляде не отражались эмоции, как, впрочем, на протяжении всего диалога. Только вот, что-то мешало.              — И ты совсем не боишься? — даже с каким-то несвойственным ему сожалением произнес Наоки. — Я не сомневаюсь, что ты сильнее того демона, которого ищешь. Но лишь в том случае, если падут твои печати. Готов ли ты к последствиям? — Дэвид смотрел на Наоки с видом: «что за чушь ты несешь» и Наоки поспешил подтвердить, что это вовсе не чушь. — После падения печатей собой ты уже никогда не будешь. Злоба, что тьмы темнее окутает твою душу, а потом поглотит. И тебе не сбежать от неё. Ты вернешься в бездну.              — Какая нелепость, — на лице Дэвида появилась ироничная улыбка. — Бедна давно отвергла меня. Ведь наложив на себя печати — я отринул её. Дожили, ты меня наставляешь.              — А ты меня не слушаешь, — сухо произнес Наоки и практически сразу расслабился. — Скоро прибудут души, вам пора уходить, если не хотите здесь застрять.              — Был рад познакомиться, — проговорил Том, когда Дэвид поднялся и, перехватив его за руку, повел к выходу.              — Ещё увидимся, — Наоки махнул им рукой.