Когда уходят кошки

В среду дождя не было. Но город окутал плотный, густой туман. Он забирался в душу каждого, прятал машины, деревья, дома. Влага, пронизывающая воздух, опускалась тяжким грузом на плечи, обволакивая, будто бы покрывая странной жижей. И, тем не менее, многие понимали, что сентябрьский день будет душным. Во многом из-за того, что ветер совсем стих. Не шелохнулся ни один маленький листочек, ни одна пылинка не взлетела в воздух. И несмотря на тёплую погоду, возможно, последние теплые деньки в этом году, никто особо не гулял, не хотел даже выходить на улицу. Все потому что туман пробирался в самое сердце, пряча за собой не только очертания города, но и любую положительную эмоцию. С самого утра Евгению на столе ждала гора отчетов. Она с равнодушием пробежалась глазами по отчёту судмедэксперта. В нём всё излагалось замысловатыми терминами, но, по сути, это был всё тот же рассказ, который она выслушивала вчера: труп с пробитым легким, домашний нож, неопознанные отпечатки пальцев, приличная рана, не оставлявшая и шанса к выживанию. Другим отчетом были записи допросов каждого, кто находился в то время в зале ожидания. Они не несли в себе никакой особой значимости. Далее шёл допрос проводников пребывающих поездов. Опять таки, ничего примечательного. Никакие женщины с детьми на этой станции не выходили. Самый последний и самый тонкий отчет никак не именовался. Евгения нахмурилась, открывая его. В нём лежала всего пара листочков: лицензия на детективную деятельность на имя Раевской Аннет Марьевны, выписка из учебного заведения все на то же имя, о получении высшего юридического образования, а так же о съеме помещения под детективный офис. Дверь в кабинет вдруг тихо открылась и в помещение вошел Леша. Он толкнул дверь плечом, напряженно поглядывая на стаканчики с кофе в своих руках. Евгения Алексеевна подняла голову, наблюдая за его попытками войти в помещение и не пролить напиток. В целом, сотрудником Леша был хорошим, способным. Одна только проблема – по утрам он был ужасно, просто смертельно неуклюж. В такие моменты майор старалась не поручать ему опасные задания. Под опасными она понимала вырезание чего-то острыми предметами, сшивание дел, перенос кипы бумаг и тому подобное. Леша буквально на цыпочках прошел в помещение, поставил кофе на рабочий стол женщины и, наконец, выдохнул. Евгения Алексеевна одарила его благодарным взглядом и вернулась к просмотру бумаг. Леша же отнес свой рюкзак к своему столу и вернулся к ней. Аккуратно, чтобы ничего не задеть залез на ее стол, подхватывая свой стаканчик с кофе. Он сделал аккуратный глоток, перед этим подув на содержимое, и отпил. –Изучаете? – уточнил парень. –Абсолютно ничего интересного, – женщина скривилась, отодвигая бумаги от себя. –Я покопался в информации по поводу той, с кошками, – Леша сделал ещё один глоток кофе и зашипел – обжег язык, – если вкратце, судьбе не позавидуешь. Полная сирота, была под опекой бабушки, после смерти родителей, но та тоже в скором времени скончалась. Поэтому большую часть жизни провела в приюте. Поступила на юридический не сразу, только через два года после окончания школы. Переквалифицировалась и стала детективом. Хрен пойми, что ей было не так. Бегала бы, искала компромат на мужей-изменщиков и рубила бы на этом бабки. Но нет, лет пять назад стала давать консультации по изотерике, когда ещё в университете училась. Друзей нет, мужа тоже. Только кот, получается. –Ну, я бы тоже в таких условиях свихнулась, – Евгения Алексеевна усмехнулась. –Но она вас заинтересовала, – пожал плечами Леша, – детективная чуйка? –Да нет, чуйка мне как раз подсказывает, что она никак не связана с этим делом, - женщина сделала глоток кофе, - а вот очко намекает, что она ещё доставит мне проблем. Парень засмеялся, опасно тряся стаканчиком над документами. Евгения окинула его недовольным взглядом и отодвинула бумаги подальше. Лёша посмотрел на нее, как пристыженный ребёнок и вдруг задумался. Взгляд его ярких голубых глаз потемнел, да и сам он стал больше напоминать груду грусти и печали, сваленную на рабочем столе Евгении Алексеевны. Женщина слегка склонила голову набок, пытаясь понять, отчего такая перемена в настроении. Леша поймал ее взгляд и неуверенно провел рукой по шее. –А она вам тоже рассказывала, о том, как вы умрете? Его слова, в полной тишине только начинавшего жить полицейского участка прозвучали очень звонко. Майор вскинула брови, удивлённо уставившись на него. –Нет. Она начала пересказывать мне мою жизнь, и я её прервала. –Зря. Там по плану увлекательный рассказ о вашей кончине. Она сказала мне, что я не увижу как моя дочь пойдёт в школу. Евгения Алексеевна тяжело вздохнула. Она могла понять, как эта шарлатанка работала. Все эти предсказания, просто хорошая работа с фактами. Скорее всего, ожидая своей очереди на допрос девушка успела погуглить информацию о сотрудниках. А если нет, что ж, делала довольно неплохие детективные выводы, на основе того, что видела. Слова Аннет, сказанные про нее на том допросе сделали свое дело. Они и правда попали прямо в цель. Ну, кроме того бреда, что Евгения не на своем месте. Да, в последнее время ее немного угнетало собственное существование. Работа в полиции выглядит совсем не так, как на телеэкранах. По большему счёту это обычное, рутинное заполнение бумаг. И это угнетает, да, особенно если у тебя кризис среднего возраста. Но женщина всегда знала, что она там, где должна быть. Но Аннет, эта шарлатанка, бросалась такими серьёзными утверждениями. Как вообще можно было сказать человеку, что он скоро умрёт? Будь это кто-то другой, Евгения посчитала бы это угрозой. Но девчонка была маленькой и худенькой, она бы ни за что не смогла навредить крупному и подтянутому Леше. Так что это были пустые слова, сказанные от того, что у нее нет ни грама совести и ещё меньше эмпатии. –Малой, и ты серьёзно ей поверил? – Евгения Алексеевна улыбнулась, хлопая его по плечу, – вот уж глупости, ещё скажи, что в ведьм веришь. –А вы нет? –Не больше чем в Бога, – майор скривилась. –Впервые вижу атеиста в нашей профессии, - ухмыльнулся Лёша. –Наши верят в Бога, потому что бояться смерти. Надежда на Бога и Рай дает им хоть какую-то силу каждый день заглядывать в лицо смерти. –А вы, получается, смерти не боитесь? –Боюсь, Лёш, конечно боюсь, – Евгения Алексеевна тяжело вздохнула, – и именно поэтому в Бога не верю. Она окинула подчинённого внимательным взглядом. Он выглядел задумчивым, а глубоко, за радужкой глаз пряталась скрытая тоска. –Сколько твоей уже? – спросила она, переводя взгляд в окно. Туман постепенно рассеивался. Сквозь его пелену стали видны кромки деревьев. Осень, своей рукой уже коснулась их, листья пожелтели, предвещая скорый приход холодов. –Пять. В следующем году уже в школу пойдёт. –Так быстро выросла. Казалось, только недавно отмечали день её рождения. А оказывается, уже пять лет прошло… –Почти шесть. До декабря уже рукой подать, а что дарить ей, ума не приложу. Всё котенка у нас клянчит, а я, видишь, не могу с этими животными жить. Тут либо я, либо котёнок. –Не переживай, малой. Решим с этим что-нибудь. И в школу ее вместе с тобой отведём. Оглянуться не успеешь, а будешь уже рыдать как девчонка на её выпускном. А россказням разных сумасшедших верить себе дороже. Лёша перевёл на неё благодарный взгляд и слегка улыбнулся уголками губ. Было видно, что дурные мысли из его головы никуда не ушли. Но глубоко в сердце он был безумно благодарен начальнице за поддержку. Слышать от женщины не издёвки и приказы, а искренние слова было на вес золота. Она мягко потрепала его по голове, вставая со своего места, направляясь, видимо, за новой порцией кофе. Но перед самым её лицом дверь распахнулась. За порогом стоял дежурный. Молодой совсем, только из академии МВД. Он вздрогнул, увидев Евгению Алексеевну, а потом вытянулся по струнке, вскинул руку к своей голове и громко, даже слишком громко поздоровался. –Здравия желаю, товарищ майор! Евгения Алексеевна скривилась, чуть отходя от него. Слишком громкий был этот дежурный, наверное, каждый, кто был в коридоре и соседних помещениях услышал его голос. –И тебе не хворать. Вольно. Что такое? –Там эта… Женщина. С ребёнком. Говорит, что невеста убитого. Евгения Алексеевна тут же посерьёзнела и любые признаки весёлости вмиг исчезли с её лица. Она обменялась коротким взглядом с Лёшей и велела: –Приводи её сюда. Но лучше без ребёнка. –Так точно! Он развернулся на пятках и ушёл, громко хлопая дверью. Евгения Алексеевна с сожалением посмотрела на пустой стаканчик и вернулась на свое место. Леша уже прекратил протирать ее стол своей пятой точкой, отошел чуть подальше, готовя блокнот и ручку. Майор постучала пальцами по одной из папок, на которой ничего не значилось. Женщина с ребёнком. Невеста убитого. Евгения Алексеевна сверлила взглядом полупустую папку. Не то чтобы она отмела предположение этой Аннет, просто почему-то от заявления дежурного женщина опять почувствовала это. Словно маленое насекомое бегает где-то глубоко под кожей. Не к добру. Через несколько минут в дверь снова постучали. После короткого «Войдите» он снова возник на пороге и громко отрапортовал: –Гражданка Обухова. В кабинет, осторожно озираясь по сторонам, прошла женщина лет тридцати пяти. Ее кудрявые рыжие волосы были стянуты в тугой хвост. На бледном, как мел, лице ярко выражались огромные испуганные зеленые глаза. Увидев их, Евгения невольно дёрнулась, но сдержала себя. Женщина, по сути, совсем не была похожа на Аннет. Просто у нее тоже были зелёные глаза. Вот и все. –Доброе утро. Я Воронова Евгения Алексеевна, главный следователь по делу, как я понимаю, вашего жениха. А вы… –Обухова Людмила Константиновна. Скажите, это правда? – дрожащим голосом пролепетала женщина. –Правда или нет, я не знаю. Вы утверждаете, что убитый Ерёмов Владислав Андреевич, как было указано в его водительском удостоверении, это ваш жених? –Да, да, так оно и есть. Мне нужно посмотреть на его труп и опознать? –Нет нужды. Вчера в отделение приезжала его мать и провела опознание. Труп уже доставлен в морг и скоро будет передан семье для проведения похорон. Если вы хотите убедиться, что это именно ваш жених, могу показать вам фотографии. Если вы, конечно, готовы их увидеть. –Да, да, конечно. Евгения Алексеевна пожала плечами, доставая из вороха бумаг на столе толстую папку и выкладывая фотографии друг за другом. Надо признаться, фотографии были отвратительные. Бледное лицо слегка лысеющего мужчины с распахнутыми глазами. Рот, открытый в немом, застывшем крике. На губах – сгустки крови, уже начинавшей сворачиваться. После шли фотографии издалека. Тело мужчины, лежащее на полу в уборной, с торчащем в груди ножом и целой лужей крови. Евгения Алексеевна такие фотографии видела не раз и не два. Более того, это были не самые ужасные фотографии. Стандартное такое тело, ни кишков наружи, ни оторванная голова, ни другая какая жуть. Но, разумеется, ее чувства с годами роботы, притупились, она не испытывала и толики тех эмоций, что сейчас читались на лице женщины. С каждой выложенной на стол фотографией, лицо женщины менялось. Оно бледнело все сильнее, а руки начали мелко дрожать. Она поднесла одну из них к лицу, закрывая свой рот, издавая тихий, почти неслышный стон. Евгения Алексеевна смотрела на всю палитру ужаса на ее лице равнодушно. Тяжело вздохнув, она кивнула Леше в сторону киллера с водой и тот мигом принялся исполнять немой приказ. –Как… Кто это сделал? – прошептала женщина. –Следствие ещё ведётся. Скажите, Людмила, как давно вы знакомы с погибшим? –Мы познакомились два года назад. Спасибо, - она приняла из рук Лёши стакан с водой, - на сайте знакомств, в интернете. Понимаете, я уже была замужем и от первого брака у меня остался ребёнок. Мы развелись, когда моему мальчику было пять. Ничего такого, просто не сошлись характерами. И с тех пор я была одна. С прицепом никто брать не хотел. Я уже ни на чтоне надеялась. Ничего , у меня была мама, она помогала мне и я как-то привыкла. А потом он мне написал. Понимаете... Влад был другой. Ему было неважно, что у меня ребёнок от другого мужчины. Мы много общались, он отправлял мне цветы. Я как будто снова стала молодой, любимой, – голос женщины вздрогнул, – вы ведь меня понимаете, в нашем с вами возрасте не много нужно, чтобы мы расцвели. Просто ласка и забота. Он начал приезжать ко мне, я ведь не местная, я сама из Орла, понимаете… Он с Тёмиком, это мой сын, отлично поладили. Возил ему игрушки, ходил на волейбол, мой мальчик очень любит жениться. А пару месяцев назад, когда Влад гостил у нас и собирался уезжать, Тема спросил, почему папа постоянно куда-то уезжает. Это был такой нежный момент, Влад расплакался и пообещал больше никогда не уезжать. Он тут же предложил мне выйти за него. Два месяца мы готовились к переезду. И вот, сегодня оказались здесь. Приехали к нему, а там всё опечатано. Я позвонила будущей свекрови и она сказала… Она сказала… - девушка снова задрожала и принялась судорожно глотать воду. Майор подождала, пока девушка успокоится. –Сегодня? Разве вы должны были приехать не вчера? –Нет, - женщина нахмурилась, - я заранее купила билеты и предупредила Влада, что приеду сегодня. –Но он ждал вас на вокзале вчера. —Это какая-то ошибка, может быть он перепутал? Евгения Алексеевна нахмурилась. Она бросила взгляд на Лёшу, стоящего совсем рядом. –Скажите, у Влада были враги? –Враги? Что вы, нет. Он был обычным мужчиной. Работал на заводе, слесарем. Нет, конечно, конфликты случались, но ничего серьёзного. –А у вас? –Кому я нужна, – женщина улыбнулась, – нет, никаких врагов. –А ваш бывший муж? Мог приревновать к вашему жениху и из ревности убить? –Господи, нет! Мой бывший муж... Он не такой. К тому же, он уже женился второй раз. С сыном он изредка общался, но не особо горел желанием, а мной вообще не интересовался. Иногда я думаю, что он даже забыл, как меня зовут. Ему лучше без нас. Евгения кивнула, бросая быстрый взгляд на Лешу. Тот слегкаприподнял блокнот, показывая, что сделал все записи. ±Гражданка Обухова, я попрошу вас никуда не выезжать из города. У следствия пока нет к вам вопросов, но они могут появится в ближайшем будущем. Думаю, мы с вами ещё поговорим, когда вы придёте в себя. –Да… Да, простите… Я пойду. Женщина встала и мелкими быстрыми шагами удалилась из кабинета. Евгения откинулась на спинку кресла. –Должна была приехать сегодня… Так какого чёрта он делал там вчера? –Может, и правда перепутал даты? –Слишком удобно, не находишь? Просто перепутал даты и его просто убили. Возможно, ему кто-то помог? Или наша, убитая горем невеста лжёт? –А какой ей в этом резон? –Хотела бы я знать. Значит так. Давай ка ты на вокзал, побеседуешь с проводниками. А я останусь здесь, просмотрю камеры наблюдения. Вдруг на них что интересного будет.

***

Почему-то все думают, что видео с камер наблюдения очень легко просматривать. Нет, понятное дело, кто в этом виноват. Киношники всегда почему-то показывают, будто картинка на этих записях чёткая, ее можно приблизить или отдалить, чтобы понять, кто на ней. В реальности все не так. Евгения Алексеевна устало потерла глаза. Она смотрела эту запись уже целый час и глаза, от пристального внимания, болели ужасно. Сначала она вообще не могла разобрать, что там происходит. Потом, спустя несколько перемоток она смогла найти и отследить хоть немного знакомый силуэт. Саму коробило от этой находки, честно говоря. Это была Аннет. На самом деле, ее было не сложно обнаружить. В зале ожидания было не так уж и много людей с чёрными котами. Если быть совсем точной, то ни одного. Аннет зашла в помещение в 7:03, если верить цифрам на записи. Она прошла между рядами и уселась на одно из сидений. Достала книгу и начала читать. В 7:34 в зал ожидания вошел мужчина с огромным букетом цветов и маленькой подарочной коробкой. Он сел вперед на несколько рядов. Рядом с ним сидел мужчина, натянувший на голову капюшон. Честно говоря, Евгения Алексеевна предположила, что это мужчина исключительно потому что про него говорила Аннет. В 7:47 мужчина поднялся, сказал что-то женщине, сидящий рядом и отправился в сторону туалетов. В 8:02 люди резко вскочили со своих мест и направились в сторону туалетов. Значит, убийство свершилось. Евгения Алексеевна просматривала этот фрагмент раз за разом. Из примечательного, она обнаружила, что в какой-то момент кот Аннет куда-то пропал. Отследить перемещение маленькой чёрной точки на экране было практически невозможно, да и к делу это не относилось. Когда поднялся шум, человек, за которым, предположительно, следила Аннет встал и ушёл в строну перронов. Что ж, это объясняет, почему его не было на допросе. Но самое главное, с десятого раза просмотра видео, майор, наконец, обнаружила то, что ей нужно. Когда люди, неконтролируемой кучей собрались у дверей в туалет из толпы вдруг вынырнула фигура. Человек, нервно озираясь по сторонам, вырвался из бесформенной массы людей и направился в сторону выхода. У человека были яркие рыжие волосы, туго связанные резинкой. Евгения Алексеевна дёрнулась. Она слишком пристально вглядывалась в экран и не заметила, что дверь в кабинет отворилась. В помещении прошел Леша. Его волосы лежали непослушными локонами на лице. На улице ближе к вечеру снова стал собирать туман, оседая моросью на каждой поверхности. Леша тяжело вздохнул, подходя к столу начальницы. Евгения Алексеевна поманила его пальцем, указывая на экран. –Знакомая причёска, тебе не кажется? – ухмыльнулась женщина. –Кажется. Потому что работники станции видели ее в этот день. Сказали, что видели женщину, которая пришла со стороны перронов. Судя по описанию – очень похожа на нашу безутешную невесту. –А говорила, что приехала только сегодня, – Евгения Алексеевна ухмыльнулась, – давай ее ко мне в кабинет, срочно. Кажется, она нам не все рассказала.

***

Женя откинулась на кресле, придирчивым взглядом осматривая женщину напротив. Та выглядела намного хуже, чем с утра. Красные, заплаканные глаза, ни грамма косметики. Она опасливо оглядывала кабинет, явно не понимая, что она здесь делает. Её руки тряслись, то ли от большого стресса из-за горя, то ли из-за страха. Она бегала глазами по лицу майора, словно пытаясь в них найти объяснение. Но Женя молчала. Её взгляд был строгим и пустым. Ещё с утра она смотрела на женщину с жалостью, но сейчас ее глаза были пусты, ни тени эмоции. Будто это был не человек даже, а так, пластмассовая кукла, без единого чувства. Рядом с Евгенией сидел Леша. Он крутил карандаш в руках, абсолютно не выказывая никакого интереса к женщине, которую он доставил в отделение. Он был спокоен, черт побери, как слон, у которого под ногами происходит своя маленькая жизнь, а он к ней не имеет никакого отношения. Молчание длилось слишком долго. Это ужасно давило на психику. Женщина ерзала на стуле. Почему ещё с утра эти люди казались ей обычными, милыми и тёплыми, а теперь из кабинета так и хочется сбежать? –Вы знаете, почему вы здесь? – наконец спросила Евгения Алексеевна. Но от её голоса температура в помещении стала ещё холоднее. –Не знаю, вы мне скажите. Майор хмыкнула. Она наконец двинулась в своем кресле, наклонилась к столу и поставила на него локти. Она смотрела внимательно, так змея смотрит на свою жертву, готовая вот вот накинуться. –Вы прибыли сегодня? –Да. –Каким рейсом вы прибыли? –Орел – Волгоград. –Вы были одни? –Нет, со мной был мой сын. –Вас кто-то встретил? –Должен был встретить мой жених, но на вокзале его не было. Мне пришлось взять такси. Это что, допрос? –Сейчас вопросы задаю я, – голос Евгении стал как будто бы ещё холоднее , – во сколько вы выехали? – В 17:30 по Московскому времени. –Ехали без пересадок? –Нет, одна пересадка была в Москве. –Сколько у вас заняла дорога? –Один день и 17 часов. –Хорошо. Что вы делали вчера утром на вокзале? –Меня не было здесь вчера утром! – воскликнула женщина. –Правда? А у нас есть свидетели, которые видели вас на станции в семь утра. Так же у нас имеется видео с камер наблюдения, на которых вы выходите из туалета, где буквально только что был убит ваш жених. Хорошая попытка, вы почти слились с толпой. – Это не я! Меня здесь не было, спросите у проводников! – У кого надо мы уже спросили. Я хочу знать, откуда женщина, чертовски похожая на вас оказалась на станции в день убийства? –Я не знаю, я ничего не знаю, я была в пути в это время! –С пассажирами вы познакомились? –Да, конечно, я много общалась с попутчиками, дорога всё-таки не близкая! – Хорошо, вот вам лист бумаги, напишите их имена. А ещё я требую, чтобы вы в подробностях изложили на бумаге то, чем вы занимались в пути, как сели в поезд и веди себя там. Женщина закивала головой. В ее глазах стояли слезы. Она дрожащей рукой взяла ручку и принялась выводить корявые буквы. Она то и дело тихо всхлипывала, но старалась себя сдержать. Кусала губы, почти до крови, чтобы остудить свой разум. Евгения не сводила с нее глаз, будто бы пытаясь взглядом проникнуть в ее голову. Наконец, женщина закончила и передала лист бумаги майору. –Мы проверим. А пока, вы останетесь у нас. Лёш, позови кого-нибудь, пусть отведут гражданку. –Нет, пожалуйста, у меня сын один! – Не один, со свекровью. Так что пару часов, до выяснения обстоятельств он может подождать. Майор отвернулась к окну, явно показывая, что разговор закончен. Женщина издала какой-то странный скулеж, но когда ее под руку взял сотрудник полиции, сопротивляться не стала. Просто не было сил. –Почти двое суток в пути, майор,- поджал губы Леша, - это не могла быть она. – Она либо правда находилась в пути, либо очень хорошо лжет. Так или иначе, у нас есть одна женщина, которая находилась в двух местах одновременно. Знаешь что? Позави ка мне сюда того сотрудника станции, который видел ее в день убийства. Составим фоторобот. И свяжись с людьми из этого списка. Ещё я хочу видеть копию билетов, по которым она, якобы, приехала сюда. И да, позови ее сына. Хочу побеседовать с мальчиком. –Но товарищ майор... –Никаких но, Леша. Дело странное. Мне нужны показания всех, кто с ней контактировал. –Будет сделано.

***

Мальчику на вид было лет семь. Он сидел смирно, во все глаза глядя на Евгению Алексеевну. Стоило ему только войти, как она приветливо улыбалась ему. Предложила какое и даже нашла в ящике стола печенье. По всем правилам, с ребёнком нельзя было беседовать без опекунов. Но ситуация складывалась странной. Во-первых, единственный законный представитель мальчика сейчас находился под следствием. Мать убитого законным представителем не являлась. Так что, по сути, Евгения не могла его допрашивать. Но если честно, это правило нарушалось на регулярной основе. Но она всеми силами старалась соблюсти все остальные правила. Именно поэтому, в комнате сейчас, вместо Леши, который бегал и выполнял другие поручения, находилась психолог. Тучная женщина, с максимально мягкими и дружелюбными чертами лица. Она беседовала с мальчиком все то время, пока Евгения Алексеевна отсутствовала. –Ты любишь смотреть фильмы? – улыбнулась майор, садясь за стол. –Люблю, – мальчик энергично закивал головой. –А снимался в фильме когда-нибудь? –Нет, мама говорит, что я слишком маленький для этого. –А хочешь? –Конечно хочу! Евгения улыбнулась, доставая из ящика небольшую камеру. Она установила ее на стол и начала запись. –Хорошо, значит сейчас мы с тобой снимем фильм. Веди себя как настоящий актер, забудь что здесь вообще есть камера, справишься? –Конечно справлюсь! Я много тренировался дома, я хочу стать актёром! –Да? И в каких фильмах хочешь сниматься? – вклинилась в разговор психолог. –Про супергероев! Хочу чтобы у меня был крутой плащ и суперспособности! –А ты знал, что у супергероев всегда есть враги? – Евгения улыбнулась, – у тебя есть враги? –Вовка из третьего Г! Он такой противный, постоянно пытается меня побить. Но папа меня защитил и Вова меня больше не трогает. Поэтому я и хочу стать супергероем, как папа! –Я правильно понимаю, твоего папу зовут Владислав? –Да. –А у твоего папы были враги? –Только Вовка, но он папе не ровня. –А у мамы? –Да нет, – мальчик нахмурился, – только, разве что, тетя Нина. –А кто такая тетя Нина? –Мамина сестра. Они с мамой постоянно ссорились, но не дрались. Девочки ведь не дерутся. Но тетя Нина давно к нам не приходила, бабушка ее выгнала. –А где ты живёшь? –В городе Орел, на улице Картукова, в пятом доме и шестидесятой квартире. –А как ты в Волгограде оказался? –Мы с мамой приехали на поезде, жить к папе. –Когда вы приехали? –Вчера. –Точно? Не раньше? –Нет, что вы, мама давно купила билеты, я знаю, когда мы приехали. –Тебе понравилось ехать на поезде? –Да, очень понравилось! Мы были в Москве, я ее никогда не видел, но из окна смог посмотреть! –Что ж, спасибо тебе, – Евгения Алексеевна тепло ему улыбнулась. –Что, все? – растерянно произнёс мальчик, – у меня такая маленькая роль? –Ну, это ничего страшного, все великие актёры начинали с маленьких ролей, – вклинилась в разговор психолог, – пойдем, если тёте ещё нужно будет снять сцену с тобой, она тебя ещё позовёт. –До свидания! – мальчик помахал рукой. –Пока, – улыбнулась ему Евгения Алексеевна. Она дождалась, пока ребёнка выведут за дверь и выключила камеру. Только после этого она смогла тяжело вздохнуть и откинуться на спинку кресла. Голова гудела ужасно. Ей бы поспать хоть немного. Женщина перевела взгляд в окно. А когда она вообще брала отпуск в последний раз? На ум ничего не приходило. Наверное, стоит его взять и отдохнуть пару дней. Но сначала разобраться с этим делом. Евгения устало провела рукой по лицу и перевела взгляд на кипу бумаг. Нужно написать отчет. Этого делать совсем не хотелось, но она прекрасно понимала, что если не сделает сейчас – потом придётся сидеть до поздней ночи. Она встала с кресла, потягиваясь. Она не будет отлынивать от работы, просто возьмет себе кофе. Просто чтобы были силы писать.