Проклятые Небеса

      — Я же говорил, что не ожидал, что он окажется настолько мягким, — пожал плечами Лио Су.        — Я бы, честно говоря, тоже был бы не в восторге, если бы мой злейший враг, которого я хотел убить всю свою жизнь, заставил меня делить с ним кровать, — закатил глаза Ван Гун.        — Ну… Зато мы правда наладили с ним отношения. Добровольно-принудительно, конечно, но наладили же. — Беззаботно хмыкнул тот.        — Ты неисправим.        — Да-да, знаю.       Парни сидели в мягком свете свечей, окутывающий их подобно одеялу и ласкающий расслабленные лица. За окном виднелось черное поле и темно-синее небо с белую крапинку. Подливая своему другу вина в пиалу Ван Гун вздохнул: вся эта сумбурная история с Ву Гоу была более чем в стиле Лио Су.        — А что с твоими подопечными? Таскаются за тобой и ничегошеньки о тебе самом не знают.        — Во-первых, Цэ Ши — подопечная Ши Ли, а не моя, — уточнил тот, на что Ван Гун лишь махнул рукой. — А во-вторых, я их не заставлял. Я больше скажу, я им регулярно напоминаю, что я не тот, кем кажусь.        — Ты именно тот, кем кажешься — до безумия мудрый балбес, — фыркнул демон, скрестив руки на груди, в тот же миг заставив пиалу парить рядом. От столь знакомого жеста в груди тут же разлилось приятное, такое родное тепло.        — Тем не менее.       Лио Су откидывает голову назад — они сидели на полу, облокотившись спинами о двух или даже трехместную огромнейшую кровать Ван Гуна. В каждом цуне тела чувствуется то спокойствие, которое он всегда обретает возле лучшего друга.       Однако друг друга они зовут лучшими врагами — потому что они как-бы враги, но как-бы нет, но друзьями быть не могут, потому что все-таки враги, но не настолько, чтобы быть просто врагами. И то же самое со статусом лучших друзей — они хоть и друзья, но ведь все еще враждуют, но уже и как-бы нет, потому что это было в прошлом. Таким образом как-то абсолютно случайно они стали называть себя лучшими врагами — хоть и враги, но лучшие. И хоть с того времени, как они придумали этот статус, от вражды как таковой осталось лишь название, уж слишком им обоим понравилось это обращение, которого еще совсем нигде и ни у кого не встречалось.        — Кстати, а о Ла Цине ты мне почему ничего не рассказал? Последнее, что я слышал от тебя, так это что он у тебя в подвале сидит и орет, чтобы его выпустили.        — А ты мне о Мэй Ане?       Лио Су поднимает голову, хмуря брови. В голове появляется явная несостыковка.        — Что?        — Ну, вы же с Мэй Анем разве не… — Уже сомневаясь тянет Ван Гун.       Лио Су тут же прошибает осознание.        — Да вы что, сговорились все, что-ли?! То «женушка», то «любовница», то ты! Мэй Ань, да Мэй Ань, вы что, совсем уже все?        Ван Гун в ответ лишь засмеялся и замахал руками, призывая второго остановиться от нескончаемых возмущений.        — Ладно-ладно, успокойся, я же ничего еще не сказал.        — Да конечно, не сказал! Я в глазах у тебя все вижу, — нарочито надулся Лио Су, отвернувшись от того.        — Что ж… А что ты тогда вообще можешь про него сказать?        — Он невероятный воин, но все еще таскается со мной. Я пытался его вразумить и отправить на Небеса, ведь там он бы точно обрел популярность, но меня не слушали.        — Я помню, как ты о Небесах отзываешься. После твоих лекций о том, что все небожители — гады, а в их пристанище вообще лучше не соваться, мне бы тоже туда не захотелось.        — Да ну, кто меня всерьез будет воспринимать после того, как я сам вознесся и не обеспечил себе мгновенное низвержение?        — Ммм… как я посмотрю, Мэй Ань? — Вопросительно изогнул бровь Ван Гун.        — Именно, и я не понимаю, почему!        — В любом случае, я тебя спрашивал о нем немного в другом плане… — Натянул уголок губ тот.        — Ты знаешь мои принципы: улыбаюсь и держу на расстоянии вытянутой руки, не больше.        — Хватит уже так сильно беспокоиться, Лио Су. Со мной же все еще все в порядке. Да, я прекрасно помню, что раньше ты лишился всех, кто был тебе дорог, в одно мгновение, но сейчас ведь все иначе. Тот, кого ты так боишься, мертв, к чему все это?        — Он не мертв, — резко обрубает тот. — Он просто не появлялся долгое время. И я практически полностью уверен, что это он даровал мне бессмертие. А его, как ты знаешь, может дать лишь тот, кто сам неподвластен смерти. И я… Я просто не хочу, чтобы история повторялась — тот-кого-я-так-боюсь прекрасно мне дал понять, что произойдет с каждым, к кому я хоть как-то привяжусь. Однажды он точно вернется, чтобы напомнить мне об этом.        — А я, а Ши Ли? — Не сдается Ван Гун, стараясь не позволить в миг помрачневшему Лио Су уйти в свои мысли.        — А вы… Вы чертово недоразумение. Если я однажды исчезну из твоей жизни, не думай, что мне была безразлична дружба с тобой, пожалуйста.        — Не говори так, Лио Су. Неужели ты готов помереть одиноким лишь из-за какого-то психопата, который не давал о себе знать более тысячи лет?        — Одиночество — это не так уж и плохо, знаешь ли… Я все равно умру позже кого-либо. Да и вообще, Мэй Аню шестнадцать, и он встречается с Цэ Ши, о какой вообще дружбе или о чем-то еще может идти речь?! — Резко меняет тему Лио Су, находя достойный аргумент.       Ван Гун вскидывает брови, молча поднимается и идет к двери в комнату. Распахивает ту и, прерывая доносящиеся из гостиной голоса, выкрикивает:        — Мэй Ань, а ты встречаешься с Цэ Ши?!       Лио Су в миг подлетел к тому, собираясь то ли ударить, то ли толкнуть, но в итоге запнулся и упал прямо к его ногам, крепко вцепившись в чужую голень.        — Ван Гун! — Прошипел до-безумия-мудрый-балбес.        — Что?! — Послышалось сразу три удивленных голоса: Ла Цина, Цэ Ши и самого Мэй Аня.        — Лио Су, да что ты ему опять наговорил?! Ни с кем я не встречаюсь! — Возмущается тот, после чего демон тут же захлопывает дверь.        — Зачем ты это сделаааал, Ван Гуууууун… — Захныкал парень.        — Хорошо, а теперь мне, как твоему лучшему врагу, хотелось бы услышать хоть каплю правды.       Лио Су молча встает, поправляет растрепавшиеся волосы и отходит к окну, заложив руки за спину. Обычно он такого не говорит, но Ван Гун — это Ван Гун. Ему можно.        — Мне страшно. Я пережил столько ужаса из-за своей привязанности к людям. Я не готов сближаться с кем-либо вновь и рисковать всем, что у меня есть.        — От Мэй Аня ты тоже уйдешь также неожиданно, как от Ву Гоу, как от Цай Цу, как от Хэ Дзяя, да? — Спросил Ван Гун, стоя за спиной того.        — Они были счастливы, я сделал для этого все.        — А ты сам был счастлив, уходя от них?        — Заткнись.       Дальше они стояли молча. Лио Су знал, что не так уж и прав, но ведь и его опасения не лишены смысла, ведь так?       Ванг Гун определенно хотел бы что-то сказать. У него однозначно было что сказать.        — Ты можешь солгать мне, но не ври самому себе. — Лишь кидает он, вытаскивая звонким голосом Лио Су из омута тревожных мыслей.        — А еще мне страшно, потому что Мэй Ань… — С тяжелым вздохом попытался подобрать слова тот. — То есть я не думаю, что мне будет легко уйти от него.        — Так ты все-таки…        — Чуть-чуть. Совсем чуть-чуть. — Отвечает на невысказанный вопрос Лио Су, а на лицо налезает неконтролируемая глупая улыбка: сам уже успел осознать, что да.       

***

      На пороге в комнату Ван Гуна стояли трое: все были в замешательстве.       Кровать была сломана, шкаф перевернут, всевозможная одежда раскидана по всей комнате. Меньше всего это устраивало Ла Цина, у которого от представшей картины разве что глаз не задергался.       Но если с беспорядком еще можно было смириться, то валяющиеся на полу в обнимку Ван Гун с Лио Су вызывали больше всего вопросов. Те мирно сопели, совсем не подозревая о пристальных взглядах.        — Делаю ставку, что они подрались. — Шепотом хмыкнул Мэй Ань, подмечая в стороне пустые сосуды из-под вина.        — Сто единиц духовной энергии на то, что они… Кхем. — Многозначительно кашлянула Цэ Ши.        — Двести единиц. — Поставил первый.        — Заткнитесь вы, нечего столько энергии на них спускать, — зашипел Ла Цин.       Одна единица энергии, также зовущаяся частицей энергии, использовалась для простейших заклинаний по типу зажигания света на руке или управления небольшим предметом на расстоянии. Однако чем сложнее было заклинание, тем больше единиц энергии на него требовалось — таким образом, телепортация на несколько чжанов уже требовала как минимум пару сотен единиц, а бывало и больше. Хоть для влиятельных богов потерять хоть миллион частиц не значило почти ничего, для Цэ Ши с Мэй Анем, которые совсем не имели последователей и храмов, а следовательно, и возможности восполнять энергию, даже двести единиц играли значительную роль.       И хоть ни один небожитель, демон или дух не мог сказать определенно точное количество единиц энергии, составляющие на данный момент его духовную энергию, зато каждый прекрасно осознавал момент, когда она полностью иссякала — это грозило исключительно невозможностью применять заклинания, однако обычно это значило, что небожитель потерял всех своих подданых и никто больше не спешит вознести молитву для того, чтобы подарить свою частицу энергии. Да и на Небесах за это обычно унижали настолько сильно, что такие неудачники начинали желать собственного низвержения.       Когда Ла Цин, не сгибая ног, склонился над Ван Гуном, Лио Су зашевелился и открыл глаза — тому потребовалось еще пару минут прийти в себя, после чего, как только он осознал, в каком положении его застали, слабо усмехнулся и погладил по щеке своего лучшего друга.        — Итак, что произошло? — Выгнул бровь небожитель.        — Мы подрались… И я победил. Да, Ван Гун?        — Учитывая те звуки, которые мы слышали ночью, это не очень похоже на твою победу… — Потер переносицу Ла Цин, уже не соображая, смеяться ему или плакать.        — Да ладно тебе, не надумывай лишнего, не паникуй. Я абсолютно серьезно, — с абсолютным умиротворением ласково потянул Лио Су, а затем легонько схватил за нос своего лучшего врага, заставляя его проснуться.       Тот похлопал глазами и наконец сел, окидывая заспанным взглядом все вокруг: и сломанную кровать, и оторванные шторы, и дергающийся глаз Ла Цина, и отдающую свою энергию Мэй Аню Цэ Ши.        — Ван Гун, а, Ван Гун, чем мы занимались прошлой ночью? — Чтобы уж наверняка отвести от себя всякие подозрения лукаво спрашивает Лио Су.        — Пили… И дрались…        — Что-нибудь еще? — Он кладет тому голову на плечо.        — Мы… Обсуждали Мэй Аня, — кивнул демон.        — Да пошли вы, — махнул рукой Ла Цин, выходя из комнаты.       Следом за ним улизнули и младшие, хоть Мэй Ань и успел зацепить тех вопросительным взглядом — друзья вновь остались вдвоем.        — И все-таки я победил… — Выдохнул Лио Су.       Вчера они, будучи в хорошей доверительной компании, позволили себе чутка переборщить с выпивкой, отчего в какой-то момент у них промелькнула мысль о драке — никто уже и не помнил, как все началось. Сначала выигрывал Ван Гун, постоянно заламывая Лио Су то руки, то ноги и то и дело выбивая из того болезненные стоны — эта тварь слишком уж хорошо знала все его слабые места, а в пьяном бреду бой так вообще выходил слишком уж нелепым и те то и дело натыкались на какую-нибудь мебель, калеча себя и без чужой помощи. Однако потом Лио Су резко сделал вид, что находится при смерти и, воспользовавшись доверчивостью Ван Гуна, одержал неоспоримую победу.       Затем они еще долго болтали, смеялись и снова пили — так и вышло что, не заметив всего погрома вокруг, они сладко уснули в объятьях друг друга. Все раны к утру зажили, так что сейчас их волновало лишь небольшое похмелье — к счастью, выносливые оболочки тел обоих прекрасно переносили алкоголь.        — Ла Цин беспокоился?        — Скорее просто злился. — Лио Су поднялся на ноги и протянул руку Ван Гуну. — Не переживай ты так, все в порядке. Думаешь, буду твою личную жизнь портить?       А ведь это было не что-то из ряда вон выходящего для них — это уже стало обыденностью. Виделись те не так уж и часто, иногда и десятилетиями могли ничего не слышать друг о друге, а затем вновь встречаться и как ни в чем не бывало продолжать близкое общение — это не были намеренные перерывы, просто каждый шел своей дорогой. И Лио Су был безумно счастлив, что Ван Гун о нем помнит — как они выяснили этой ночью, каждый помнит точный возраст второго, но не помнит свой.       Когда Лио Су был человеком Ван Гун каждый год приносил ему подарок на день рождения, отчего первый часто удивлялся — обычно он забывал о собственном празднике. А вот в обратную сторону это работало чутка сложнее — в мир демонов тому было тяжело попасть, так что Лио Су обычно придерживал подарок для того, чтобы вручить, когда Ван Гун сам заявится. И оба даже без слов и подписей понимали, от кого приходил дар — никто другой им их и не слал.       Но все же Лио Су все еще метался меж двух огней — теперь у них была возможность видеться чуть ли не каждый день. И он был бы безусловно этому рад, ведь он правда чувствовал себя до боли одиноким — в этом он убедился в очередной раз в эту ночь. Да вот только страх все потерять, страх оказаться оторванным от всего мира, страх стать еще более одиноким, чем сейчас, но теперь уже навсегда, пересиливал. Раньше они и на друзей-то сильно не походили, а тут за день вернули себе настолько теплые отношения. Отталкивать не хотелось, уходить не хотелось.       А если так подумать, то надо ли?       Лио Су медленно осматривает всех собравшихся в гостиной — только Мэй Аня не хватало, ушел куда-то. Он живет уже второе тысячелетие, а все еще помнит ужас, пережитый в первых столетиях. Если же он задержится у близкого друга ненадолго, ничего не случится, да?       ***       Случилось.       Пятеро знакомых стояли друг к другу спиной, обнажив мечи — четверо небожителей, один из которых бессмертный, и демон. Вокруг них столпилась толпа, медленно наступающая на тех со всевозможным оружием.        — Ну что, насмотрелся на мир демонов? — Сквозь зубы процедил Лио Су, стараясь сообразить, в какую сторону бить сначала.        — Да, достаточно. — Без капли удовлетворения ответил Мэй Ань, стоявший с ним плечом к плечу.        — Мы либо скрываем наши личности до конца, либо не калечим ни единого жителя, — диктует Ван Гун, двумя пальцами придерживая капюшон магической мантии. Этот артефакт позволял скрывать лицо в беспросветном мраке — точно такие же были и на всех остальных.        — Оставляю выбор за тобой. У тебя секунда. — Кидает Лио Су, сильнее сжимая рукоять. Он не сводит взгляда с ближайшего монстра, готового ринуться в атаку и без команды главного.        — Бежим! — Тут же выкрикивает Ван Гун, нарочно изменяя голос.       Все подрываются с места. Демоны, окружившие их, тут же кинулись на тех, но компании на месте уже не оказалось — некоторые получили ранения от своих же.       Те же, во главе с Лио Су и Ван Гуном, знающими это место как свои пять пальцев, неслись прочь. Не оглядываясь, они уносили ноги в противоположном направлении от центра города.        — Быстрей, давайте! — Выкрикнул на ходу Ла Цин, прибавляя скорости.       Так долго продолжаться не могло — разгневанные монстры начали выпрыгивать из каждого угла, пару раз чуть не зацепив Лио Су. Тот все время лишь контролировал остальных, не замечая опасности перед собой.        — Телепортация! Нужна телепортация! — Едва ли не задыхаясь, воскликнула Цэ Ши.        — Нет!        — Ни в коем случае! — Тут же отрезали главные и, не находя в себе сил пуститься в объяснения, продолжили бежать молча.       На телепортацию на длительное расстояние у них все равно не хватило бы сил, пришлось бы перемещаться рывками — а так были велики шансы угодить не туда, куда нужно.       Улицу освещали различные фонарики и факелы гнавшихся за ними. Обычно в мире демонов царила непроглядная тьма, но сегодня все было не так. Стоило им замешкаться хоть на секунду и пламя охватит их тела, добираясь до душ — этот огонь был проклятым и являлся страшным оружием. И по их оплошности перед ними предстала серьезная угроза. Хуже всего чувствовал себя сейчас Ван Гун и, хоть и не подавал виду, это понимал каждый — пасть от рук своего народа, для которого ты столько сделал было не лучшей участью.       И в этот миг идея до конца формируется в мыслях Лио Су — он тут же прикладывает два пальца к запястью, телепатией обращаясь к своему лучшему врагу и передавая план действий.        — «Принято, вперед!» — Слышится чужой голос в голове и Лио Су резко замирает. Пять темных силуэтов в мантиях продолжают уносить ноги, а за ними и свирепствующий народ.       Тот в миг оказывается на крыше и снимает невидимость — та требовала слишком много сил даже на пару секунд. Следом за тем рядом появляется и Ван Гун. Оба уже были без накидок        — Да простят нас остальные, — выдыхает демон и тут же устремляясь вперед, догоняя троих небожителей и две пустые оболочки-обманки. Все были одеты одинаково, так что заметить подмену во всей этой суматохе было нереально.       Лио Су срывает со спины Лепешку и запрыгивает на ту, с огромной скоростью обгоняя все шествие. Он материализует в руке сгусток света и кидает его вниз, ослепляя каждого снизу. Парень, не страшась большой высоты, спрыгивает прямо перед его убегающими друзьями и поднимает руки, заставляя всех вокруг замедлиться.       Тут же возле него приземляется Ван Гун и в пару изящных ударов оставляет от беглецов лишь окровавленные трупы, нарочно полностью уничтожая лица тех — теперь никого опознать не выйдет.       Синхронно выдохнув, Лио Су с Ван Гуном встают плечо к плечу, уверенными взглядами окидывая пораженную зрелищем толпу — теперь маскировки на них не было, каждый в миг узнал действующего и бывшего правителя их измерения.        — владыка? Ван Гун? Лио Су? — Начинают появляться удивленные возгласы.        — Жители мира демонов! — Начал речь небожитель. — Я, Лио Су, вернулся для того, чтобы во всеуслышанье объявить, что отныне мы с Ван Гуном, вашим действующим правителем, сражаемся на одной стороне! У нас одна цель на двоих — обеспечить безопасность своего народа. Еще давным-давно, когда я потерял всю свою силу, я заключил мирный договор с Ван Гуном и помог занять мое место. Все это время этим миром правило мое доверенное лицо за что я выражаю искренние благодарности!        — С этого момента, когда мы оба в строю, я заявляю, что Лио Су имеет такие же полномочия, как и я. — Поддержал того Ван Гун с улыбкой на лице. — Он не будет проводить в мире демонов все время, но, если вам понадобиться помощь, вы можете смело отправляться к нему!        — Почему от него несет божественной аурой? — Выкрикнул кто-то недовольный в толпе.       Лио Су, хоть и не особо хотел об этом рассказывать сейчас, понял, что лучше уж выложить все сразу.        — Вы можете это счесть абсурдом, но я смог вознестись! — Вокруг посыпались удивленные возгласы. — Но не подумайте, что я стану считать себя одним из тех зазнавшихся Небесных чиновников. Некоторые из вас все еще помнят меня, помнят мое стремление защитить каждого из вас. И я ни за что не отступлюсь от своих принципов, ни за что не встану на сторону богов!        — Силы небожителя не изменят душу демона! — Помог тому громким восклицанием Ван Гун, переводя на того сияющие глаза.       Жителям демонического мира еще требуется время чтобы осознать все произошедшее — кто-то задает вопросы, кто-то обсуждает с остальными. Но еще ни одного проклятья не было брошено в сторону кого-либо: ни Небес, ни Лио Су, ни Ван Гуна.        — Да что же мы стоим? — Вдруг слышится хриплый голос какого-то древнего духа. Он, должно быть, жил уже в этом мире дольше многих демонов и считался для многих авторитетом. — Лио Су всегда был хорошим правителем, да и Ван Гун всегда был на нашей стороне, не думая о своей выгоде. Так давайте же примем двух великих владык в наш мир и возведем для них храмы! Не важно, небожители, демоны или духи — я знаком с каждым их них лично и, помяните мои слова, такого расцвета, как при них, не было еще нигде и никогда!       Его слова стали решающими — уже через пару минут вся толпа взорвалась одобрительными возгласами, криками и аплодисментами. Лучшие враги неловко подступили ближе друг к другу, чтобы не потеряться. Кто-то даже пытался поднять Лио Су на руки, чтобы начать подбрасывать, но чутка не рассчитал свои силы и плюхнулся на землю. Вновь признанный владыка демонов тут же помог ему подняться, чтобы беднягу не раздавили.       Их незаметно утащили в сторону центра столицы, в главный особняк Ван Гуна. Там же сразу же накрыли огромное застолье, без чьего-либо приказа. Лио Су, увидев, как большая часть нелюдей толпиться у главных ворот, не заходя внутрь, приказал перенести все празднество на улицу и предоставить бесплатную еду для всех. Ван Гун хоть и фыркнул, что вообще-то это его деньги с провинцией и ему решать, но с лица не сходила спокойная улыбка — они думали об этом так долго.       Следующие несколько часов пролетели за разговорами, тостами, планами на будущее и обычным весельем. Лио Су практически постоянно говорили, что с завтрашнего дня начнут возводить тому храмы и возносить молитвы. Ван Гуну же пришлось выслушать уйму благодарностей за его великое правление.       Почти все это время парни держали руку на пульсе, разговаривая мысленно — то они смеялись с чьего-то обещания вырастить картошку в форме их лиц, то умилялись с маленьких детишек, которые на минутку отлучались от родителей, чтобы подарить тем какую-нибудь безделушку в виде цветочка. В знак благодарности тех задаривали конфетами, отчего те радостно убегали хвастаться остальным — а затем к ним подходили уже целые компании детей, поднося совсем незначительные, но так сильно согревающие душу дары.       Когда большинство нелюдей наконец разошлись, Лио Су с Ван Гуном смогли ускользнуть прочь — забрав парочку талисманов перемещения, они в мгновения ока оказались прямо у двери маленького домика на краю огромного пшеничного поля.       После городской суматохи это место казалось по-особенному тихим. Стрекотали кузнечики, шелестели заливные колосья, изредка поскрипывали крылья мельницы. Звезды над головой мерцали в такт умиротворенному сердцебиению.       А ведь все началось с того, что Мэй Ань захотел воочию лицезреть мир демонов — а Лио Су на правах его наставника тут же поспешил исполнить просьбу. И в итоге вместо похода на рынок те все вместе отправились в другое измерение.       Вот только они даже не подозревали, что это обернется восстанием против них самих. Все пятеро старались вести себя как можно незаметней — вплоть до того момента, как их процессия не решила свернуть на главную площадь. И именно в тот момент там проходила смертная казнь какого-то совсем юного демона. А для высших тварей этот процесс очень отличался от обычных людских убийств — чтобы умереть во второй раз приходилось пройти через настолько невыносимые муки, что все доселе покажется мирной счастливой жизнью. Но и сами смертные казни проводили здесь в разы реже, поэтому это являлось дорогим зрелищем. Однако иногда их все-таки устраивали публично, так что в такие дни все улицы просто кишели нелюдями, желающими посмотреть на муки других.       Лио Су решил, что раз уж они захотели увидеть мир демонов во всей красе, то пускай посмотрят и на такую его сторону. Он с легкостью перенес их в первые ряды.       Да вот только он совсем не ожидал, что Ла Цин, вопреки всем указаниям не высовываться, не станет со всем этим мириться и взлетит на эшафот, помешав палачу. Следом за ним взметнется Цэ Ши, сначала оттолкнув палача, а затем влепив пощечину небожителю.       Далее события развились настолько быстро, что уже, казалось, через мгновение все пятеро неслись прочь от разъяренной публики — конечно, это же было такое редкое зрелище! демоны в большинстве своем любят наблюдать за чужими страданиями. И, хоть по мнению Лио Су не отличались этим ни от людей, ни от богов, все же их жажда крови взаправду была очень и очень велика. Так что против них встала вся столица разом — подумать только, насколько сильно Ван Гуну удалось сплотить свой народ! И даже убегая от собственных подчиненных он все еще гордился этим — как и Лио Су своим лучшим врагом.        — Здорово ты придумал, двух зайцев разом. — Тихо произнес Ван Гун, улыбнувшись своему другу.        — Зато сейчас нас точно съедят, — подмигнул тому парень, и оба рассмеялись. Никто из них даже подумать не мог, что их план воплотится так быстро: хватило всего пару уверенных фраз.       Ло Су тихонько открыл дверь. Свет горел лишь в гостиной. В доме стоял сильный запах каких-то полевых трав, корицы и воска. Они вдвоем медленно прошли внутрь.       Целые и невредимые Мэй Ань, Цэ Ши и Ла Цин сидели в кругу на полу, медленно отпивая травяной чай. Те были окружены самодельными свечами, в которые Ван Гун подмешал лаванду и ваниль для приятного аромата. Все трое, кажется, специально игнорировали новоприбывших.        — У вас тут так уютно, — искренне улыбнулся Лио Су, опираясь плечом о дверной косяк.       Ответа не последовало. Вместо этого Цэ Ши сделала глоток из совей пиалы, тяжело вздохнула и продолжила прерванный разговор:        — На самом деле, самым тяжелым временем в моей жизни было когда я работала палачом.       Брови Лио Су взметнулись вверх сами собой — он чуть не потерял равновесие. Ну кто ведет такие разговоры в столь домашней обстановке?!        — Я думаю, мы здесь лишние. Потом поговорим, — положив руку на плечо лучшему врагу, прошептал Ван Гун. Те обменялись взглядами и уже собирались уйти, как мерный голос Мэй Аня их остановил:        — Я не возражаю, чтобы вы остались.       За ним последовало два подтверждения. Те, лишь легко дернув плечами, уселись в общий круг — Лио Су между Цэ Ши и Мэй Анем, а Ван Гун между Мэй Анем и Ла Цином. Они налили себе чая с корицей и принялись внимательно слушать остальных.       Оказалось, что тут шел очень душевный разговор на волнующие их темы — каждый делился тем, чем считал нужным, не больше.       Сейчас была очередь Цэ Ши, рассказывающая о своем прошлом. Девушка, печальным взглядом рассматривая оседающие чаинки, поведала совсем неожиданную историю.       Когда ей было двенадцать, ее мать собирались публично казнить — жили те бедно, на работу никуда таких оборванок не брали, потому и пришлось воровать. Но грешное дело заполонило душу ее матери, полностью поглотив — та не могла прожит и дня, чтобы что-нибудь не утащить. И каждый раз масштаб становился все больше: начиная с яблок, совсем скоро она начала красть всевозможные драгоценности. Вот и когда ее поймали, девушка жадно загребала чужое имущество, даже не заметив подошедших стражников.        — Если кратко — просто сошла с ума. — Выдохнула Цэ Ши. — Меня саму схватили вместе с ней, но детская обаятельность, как оказалось, — вещь весьма сильная. Я попросилась на любую работу и сказала, что буду зарабатывать сама.       Она сказала, что возьмется за самую тяжкую работенку. Это так рассмешило охранников, что те даже согласились — вот только юная Цэ Ши даже не подумала, что ей вручат в руки топор, натянут на голову маску и выведут на эшафот вместе с собственной матерью. Разве что не на смертную казнь, а в роли палача.       Это было тяжело — отрубать голову истерично смеющейся, но все еще родной матери. И совсем маленькая девочка взаправду это сделала. Дрожащими пальцами обхватила рукоять топора и, не проронив ни единой слезы, с силой ударила по худой бледной шее.       Под хруст костей, под брызги алой крови, под чужие аплодисменты закончилось ее детство. Вместе с уверенным хлопком по маленькому, но крепкому плечу, началась ее новая жизнь.       С тех пор Цэ Ши поднималась на эшафот десятки раз, обрывала дюжины жизней. И каждый раз движения становились уверенней и… Обыденней. Смерть перестала казаться чем-то страшным — смерть и стала ее возможностью жить.       В тот день, когда она вознеслась, в ее сердце во второй раз в жизни появилось нежелание убивать. Свирепая злость на этот мир заставила ее откинуть топор и сбежать куда подальше, бросив все на произвол судьбы. Это было так абсурдно и безнадежно. И если бы не благословение Небес, то ей бы уже пришлось давно гнить в какой-нибудь канаве.       Когда история закончилась, повисла задумчивая скорбящая тишина. За спиной каждого небожителя, духа и демона находилась своя тяжелая история, о которых иногда было страшно узнавать. Лио Су старался никогда никого не спрашивать о прошлом, потому что сам не понаслышке знал, насколько тернист и ужасен путь до обретения силы.       Почему-то именно сейчас Лио Су ощутил ужасное желание рассказать о себе. Он окинул взглядом всех собравшихся — каждый думал о разном и одновременно об одном и том же. Парень не знал, как они отнесутся к рассказу, но все же не хотел долго обдумывать. Если хотелось — значит надо сделать.       Лио Су тяжело вздохнул, сделал кроткий глоток обжигающего чая, затем снова вздохнул.        — Что ж… — Фраза началась сама собой. Самое тяжелое уже было позади, оставалось лишь поведать то, что так давно лежит у него на душе. — Наверное, я бы тоже хотел немного рассказать о себе…       Он снова вздыхает — зря он, наверное, это затеял. Но все же игра с доверием как с огнем, так и манила его, каждый раз вынуждая рассказывать все совсем незнакомым людям.        — Как вы все знаете, когда-то я уже был небожителем, которого низвергли. — Старался как можно аккуратней подбирать формулировки Лио Су. — В тот же день меня и убили — я стал демоном практически сразу. Но силы у меня не было от слова совсем, так что единственная моя удача заключалась в том, что я не умер до конца. До этого всю мою жизнь меня преследовал один ужасный демон — сначала убил родителей, затем друзей, после чего от родной деревни оставил лишь тлеющие угольки, а затем довел ситуацию до такой степени, что я лишился статуса небожителя. Я ненавидел его всем своим сердцем, я его презирал и боялся. Вот только… Когда у меня не осталось совсем ничего, именно он пришел за мной. Он помог мне подняться на колени, помог начать жить заново. Он показал мне совсем иную сторону этой жизни.       Лио Су сглотнул накопившуюся во рту слюну и поднял глаза на сидящих рядом.        — Он ушел полторы тысячи лет назад и больше я его не видел. Но даже спустя столько времени я не знаю ни единого мотива — зачем было убивать всех дорогих мне людей, зачем было помогать потом?        — А ты… — Тихо начал Мэй Ань и, увидев согласие в глазах напротив, продолжил. — Ты его ненавидишь? Боишься?        — Я… И да, и нет. Это был самый мудрый и самый ужасный человек в моей жизни. — Лио Су поднял на того налитые янтарем глаза, наполненные непониманием. — Он сделал меня таким, какой я есть сейчас. Все мои мотивы, принципы, действия, да даже ругательства — это все он! Это он был таким! Он рассказывал мне настолько мудрые вещи, что никогда более ничего важного я не слышал. Поэтому… Я должен быть ему даже отчасти благодарен.        — Хотел бы встретиться с ним еще раз?       Лио Су задумался. Он долго молчал — и был очень признателен, что ему дают это время, а не торопят с нелегким ответом.        — Мне бы очень хотелось его спросить о многих вещах, но я боюсь, что история может повториться. А я не готов терять все, что у меня есть.        — А если бы у тебя была возможность увидеться с ним прямо сейчас, ты бы согласился?        — Почему ты спрашиваешь? — Без всяких подозрений интересуется тот.        — В моей жизни была похожая ситуация. Я не уверен, что могу понять тебя в полной мере, но отчасти я вижу в твоих словах свое отражение. — Поясняет Мэй Ань, слегка стыдливо опустив глаза.       Больше Лио Су не спрашивал — знал, что не стоит лезть. До тех пор, пока он не решит рассказать сам, любые вопросы будут бессмысленны.       И все же, выбор между встретиться со своим главным кошмаром и спасителем в одном лице или продолжить жить с ужасным непониманием в душе, был невероятно тяжел.        — Да. — Само срывается с кончика языка. Лио Су не успел все обдумать до конца, но, кажется, этот ответ походил на правду: помереть же не помрет, в конце концов.       Только если этот самый демон и не был тем, кто даровал ему бессмертие.       Парень взглянул на Мэй Аня, и на лице его подопечного расцвела слабая улыбка.        — Если ты однажды встретишься со своим главным страхом, я буду рядом.        — Да даже не начинай, Мэй Ань, — усмехается Лио Су. — Ни к чему сейчас все эти обещания. До тех пор, пока это взаправду не случиться, я не поверю.        — И все же я советую тебе запомнить мои слова.        — Ну-ну, — с улыбкой на лице медленно помотал головой старший.       Через некоторое время, когда все затихли, у Ла Цина внезапно возникла идея обменяться друг с другом интересными или жуткими фактами о себе, о которых не стоит знать каждому. Хоть и не каждый здесь считал рядом сидящих близкими людьми, до этого и так было сказано многое, так что возражений ни у кого не нашлось.       «В конце концов, славу хуже, чем сейчас, я уже не обрету» — пронеслось в голове Лио Су.       Первым начал сам Ла Цин на правах того, кто и затеял эту «игру».        — Не знаю уж, жуткий это факт или нет, но у меня есть коллекция ракушек, в которые я вселяю неупокоенные души — от этого каждая становится уникальной и неповторимой, вторя характеру, который был у человека. Иногда они начинают бесноваться и сначала усыпляют меня, а потом проникают в сознание. Однажды они настолько сильно завладели мной, что всей столице пришлось выслушивать гневные речи о тупых божествах, которые совсем не думают о слабеньких душах и используют их как игрушки. Тогда меня практически низвергли, но владыка вовремя понял, что что-то не так и выручил меня.        — Это не жуткий факт, это похоже на мои будни при моем первом вознесении, — прыснул со смеху Лио Су.       Остальные лишь неловко промолчали. Ла Цин с Лио Су синхронно кашлянули.        — Что ж, кто хочет продолжить? — Предложил Мэй Ань и, получив четыре ожидающих взгляда, обреченно вздохнул. — Видимо, я.       Он в очередной раз долил себе чая и, не успев сделать и глотка, надумал, о чем можно рассказать.        — По мне, может, и не скажешь, но я ужаснейший собственник, — лицо разрезала наглая ухмылка. — Очень сочувствую тому, кто сможет выйти за меня замуж. Я безумно ревнив, серьезно. Хоть я никогда в жизни не скажу в лицо, что готов кожу живьем снять с того, кого моя вторая половинка удостоит лишним взглядом.        — На самом деле, я понимаю тебя. — Вздохнула Цэ Ши. — Но я надеюсь, что вы найдете компромисс с твоей будущей женой.        — Мне главное, чтобы во мне были уверены. Я сам как-нибудь уж справлюсь, — как-то печально улыбнулся Мэй Ань, отводя взгляд в сторону темного окна.        — Плохая логика. — Встревает Лио Су. — В любом случае, я бы обговорил этот вопрос. Нельзя молчать, если ты чувствуешь какой-то дискомфорт со стороны любимого человека. Потом это все может вылиться в серьезный конфликт.       Тот взглянул на своего наставника и улыбнулся — но продолжать разговор не стал.        — А что ты можешь рассказать, Лио Су?        — Я… Ну, я, это… — Промямлил тот. — Это, конечно, не жуткий факт, но под определение «интересный» попадает. Если кратко, то за всю свою бессмертную жизнь я ни разу не предавался плотским утехам — ни сам, ни с кем-то… И даже не целовал никого.        — Это попадает и под определение «жуткий», знаешь ли… — Раскрыв рот потянул Ван Гун. Стоило Лио Су окинуть всех остальных взглядом, так он понял, как сильно их шокировал.        — Сколько тебе вообще? — С опаской поинтересовалась Цэ Ши.        — Около полторы тысячи лет, — как не при делах улыбнулся парень. — О, а еще про меня когда-то ходил слух, что я одновременно с тремя дюжинами девушек вожусь!        — Вот он — настоящий святой. — Вздохнул Ла Цин.        — Бросьте, я лишь придерживаюсь правила «только по любви».        — Вдвойне святой. — Поддакнул Мэй Ань.        — А сам-то? — Тут же возразил Лио Су.        — Мне шестнадцать! — недовольно напомнил тот.        — Полторы тысячи лет, и ни разу… В любви тебе явно не везло… — Все никак не мог отойти Ла Цин.        — Я просто ее избегал, — он дернул плечами. — И без этого нормально жил.        — Ты сказал, что ты никого не целовал. А тебя целовали? — Словно это была его последняя надежда, спросил Мэй Ань.        — Ооо, да, да, целовали. Уйму раз целовали. И, честно сказать, это было страшно. И нет, не смотрите на меня так, это не было насилием!       Мэй Ань лишь вздохнул — не стоило спрашивать.       Такого явно никто не ожидал так что, как только все хоть немного оправились от взаправду неожиданного факта, они тут же перевели тему.       А Лио Су на это все лишь рассмеялся — не ко всем же грехам, в которых его обвиняли, он взаправду был причастен.       

***

       — Нет-нет-нет-нет-нет! Отпустииииииите меняяяяя! Я не хочу тудааааааааа!       Небесные чертоги разрезал ужасный вопль, наполненный страданиями, болью и отчаянием. Лио Су брыкался и выворачивался как мог. Он трижды зарядил Куй Цу пяткой по лицу, но все же выбраться не смог — четверо богов войны, объединившись, закинули его, связанного по рукам и ногам, в главный зал Небесного дворца. Парень перекувыркнулся несколько раз, а затем, не теряя ни секунды времени, улегся на живот и пополз к выходу как гусеница. Скорости ему немного не хватало, так что остальные уже собравшиеся либо захохотали с подобного представления, либо стыдливо отвели взгляд.       Куй Цу, злостно растирал свои щеки и нос, которые неизбежно разбухали от ударов Лио Су — хотя тот честно не целился в лицо. Небожитель, когда парень был уже почти у выхода, злостно пнул того в бок — юноше пришлось вновь кулдыхнуться и проехаться лицом по полу, остановившись только у самых ступеней, которые вели к трону владыки.        — Куй Цу, не смей применять грубую силу в моем дворце. — Послышался сверху властный голос Гуй Цзуланя. В голове Лио Су мелькнула мысль, что до этого он в его ногах еще не валялся.        — Это не ваш дворец, он принадлежит всем Небесам! — Тут же хриплым голосом возразил Лио Су.        — Да вы вообще видели этого червяка?! — Возмутился Куй Цу. — Он мне все лицо избил!        — Как же ты так позволил себя избить связанному Лио Су, у которого и духовных сил-то нет? — Подал голос Мэй Ань, который с самого начала согласился идти мирно. Сейчас паренек с абсолютным спокойствием взирал на все происходящее, заложив руки в рукава. Весь его вид словно говорил, что и не такое он видал.        — Ваш Лио Су, знаете ли!.. — Он определенно хотел сказать что-то гадкое, но Гуй Цзулань поднял на того глаза, заставив тем самым заткнуться.        — Мой Лио Су? Знаю. — А вот Мэй Аня это совсем не смутило. Приподняв уголок губ, он продолжил, делая акцент на первом слове, — Мой Лио Су, поверьте, превосходит вас по силе и в таком положении. А вы, хочу отметить, повели себя сейчас абсолютно неподобающе своему высокому статусу небожителя. Мне бы очень хотелось услышать ваши извинения перед Лио Су.        — Мэй Ань, да вы явно не знаете, кого выгораживаете! — начал было Куй Цу, когда вокруг пошел шепот разборок, кто же прав. Но владыка снова всех прервал, вскинув руку. Увесистые украшения зазвенели, и все затихли.        — Попрошу перенести выяснение личных отношений на потом.        — Но владыка, Куй Цу отнесся крайне неуважительно к Лио Су! — Тут же возразил Мэй Ань.        — У нашего многоуважаемого владыки сейчас очень много иных дел, давайте отнесемся к нему с пониманием. — Зазвучал со стороны трона знакомый женский голос. Лио Су поднял голову и встретил прямо возле Гуй Цзуланя старую знакомую, держащую в руках несколько свитков.        — Ши Ли! Ши Ли! — Как маленький ребенок обрадовался тот. Он уже было хотел помахать рукой, но все еще был связан, так что ему оставалось лишь устало опустить голову на пол.        — Давайте перейдем ближе к сути. — Мягко попросила та, улыбнувшись. К счастью, большинство из присутствующих ее все же уважали, так что возражения наконец угасли. — Сначала мне бы хотелось услышать объяснения от Ла Цина. Не могли бы вы прояснить ситуацию?       Тот мирно стоял возле Куй Цу со связанными руками, не проронив доселе ни слова. Сейчас же он, когда к нему обратились, поднял голову и ровно отчеканил, не выражая никаких эмоций.        — Я не просил себя спасать.        — Что?! — Вознегодовал Ку Цу: он-то еще и на дополнительные благодарности от того наверняка рассчитывал! Ла Цин-то входил чуть ли не в десятку одних из самых богатых небожителей.        — И в целом это прекрасно объясняет все мои действия, — встрял в разговор Лио Су. — О, и между делом, если вы все так любезно заткнулись, не могли бы меня развязать? Здесь не так уж и удобно лежать!       К нему без слов подошел Мэй Ань, собираясь помочь, но обнаружил для себя проблему в снятии магических оков, так что лишь кинул ожидающий взгляд на Куй Цу. Тот и бровью не повел.        — А что вы вообще делали у Ван Гуна? — Продолжал пыхтеть тот. Лио Су даже удивился, отчего он настолько сильно злится — вознаграждение ему дадут в любом случае за выполненное задание притащить их сюда. Неужели само его присутствие так напрягало?        — Отдыхал. — Дернул плечами Ла Цин.        — И все?        — Еще помогал ему с торговлей.        — Торговлей?        — Да. Он продает свою выпечку, — хмыкнул Ла Цин.       — Ага, с мясом девственниц! — Гоготнул Лио Су, но его расценили серьезно.       После этого последовали ужасно долгие обсуждения — в основном в них принимали участие Мэй Ань с Цэ Ши, потому что Лио Су отказывался говорить связанным, а у Ла Цина настроение было хуже некуда. Конечно, их выдернули с общей спокойной утренней прогулки, разгромив поля Ван Гуна и побив того. Демон, конечно же, дал серьезный отпор, но все же старался хоть как-то уберечь свои посевы, отчего сражался не в полную силу. Небожителей успели быстро телепортировать на Небеса, а Лио Су пришлось связать и доставить туда, чтобы хорошенько отчитать — столько времени пропадал неизвестно где, да еще и противился уходить от своего «лучшего врага».       Все закончилось, когда Ла Цин устал выслушивать постоянную брань в сторону Ван Гуна. Он медленно подошел к Лио Су и помог освободиться.        — Раз уж вы не можете сказать ничего более целесообразного, чем наставления меня на «путь истинный», то я, пожалуй, больше свое время тратить на это не буду. Я, конечно, небожитель, который все еще в этом бренном мире борется за добро, но у всего же должна быть мера. Ван Гун сейчас наверняка очень злится, что вы растоптали его поля пшеницы. И я пойду и успокою его.       С этими словами он щелкнул пальцами и растворился в воздухе. Куй Цу тяжело вздохнул и потер виски, взглядом передавая все свои отнюдь не положительные эмоции.        — Лио Су, ты плохо влияешь на других.        — Да что сразу я-то?! — Вознегодовал тот, разведя руками. — Мы с ним знакомы всего пару дней!        — Не важно. Ты вообще во всем виноват. — Обреченно махнул рукой Куй Цу.        — Как я понимаю, проблема решена, опасность никому не угрожает. — Подвела черту Ши Ли, не давая Лио Су начать новый конфликт. — Куй Цу, вы получите свое вознаграждение в течение дня, ожидайте. Все свободны!       В толпе пробежался шумок негодования — опять собрали, опять ничего нормально не обсудили, опять потратили свое время. Лио Су уже собирался подозвать к себе Цэ Ши и Мэй Аня, но увидел, как первая радостно подскочила к Ши Ли и принялась той что-то рассказывать. Старшая девушка с улыбкой на лице предложила ей пойти с ней. Богиня войны вопросительно глянула на Лио Су, все также стоявшим снизу. Тот лишь улыбнулся в ответ и кивнул.       Когда владыка уже собирался подняться и уйти, Лио Су резво подскочил к тому, выжидающе встав рядом. Гуй Цзулань поднял на того уставшие глаза, ничего не говоря.        — Вы обещали мне меч из вашей коллекции, — улыбаясь, напомнил парень.        — За выполненную миссию.        — Так Ла Цин был спасен! — Развел руками Лио Су.        — Если бы другие небожители не разошлись к этому моменту, то мне бы просто не позволили это сделать, — хмыкнул владыка, поднимаясь.        — Да кто вам что мог запретить? — Закатил глаза парень, поманив рукой Мэй Аня. Тот доселе со скучающим видом стоял в стороне и рассматривал узорчатый пол.       Они втроем двинулись в тайный подземный переход. Он вел от Небесного дворца к дворцу Гуй Цзуланя — им могли пользоваться только слуги самого владыки. Им частенько приходилось бегать туда-сюда, так что такие ходы, паутиной тянущиеся через все Небеса, очень сильно упрощали их работу.       Вышли они в огромную оружейную, сплошь заполненное стойками со всевозможными мечами. Сияющие лезвия просто ослепляли — это было настоящим чудом для богов войны. И хоть Лио Су считался сейчас богом чар, от такого зрелища у него побежали мурашки восторга по коже — он уже был здесь однажды, а сейчас коллекция только стала больше. Различное оружие на любой вкус и цвет — о, будь у Лио Су такое сборище мечей, он бы каждый день выбирал новый! Ему ничего не стоило послать всех сторонников правила, что оружие выбирается раз и навсегда, вплоть до полной непригодности, потому что мечник должен разделить с ним свою душу.       У большинства демонов и небожителей было свое тотемное оружие — чаще всего меч, хоть и встречались совсем другие виды. Когда кого-то побеждали, то забирали меч в качестве трофея. Вот и эта коллекция состояла либо из оружия поверженных демонов, либо небожителей, которые канули в небытие.        — Вау… — Восторженно выдохнул Мэй Ань. Лио Су взглянул в его сияющие глаза и по-дружески приобнял за плечо.        — Нравится?        — Спрашиваешь, конечно! Я столько мечей в жизни не видел. Лио Су, да ты прям счастливчик!        — Иди, выбирай, — парень потрепал своего подопечного по светлой голове, на что получил чистое удивление.        — Но ведь это тебе обещали меч!        — Считай это подарком от меня.        — Лио Су…       На лице Мэй Аня расцвела настолько благодарная улыбка, что, казалось, он сейчас расплачется. От такого уже хотелось плакать Лио Су — ему так было приятно видеть счастливые глаза своего подопечного.       Мэй Ань, мотнув длинными светлыми волосами, чуть ли не подлетел к первой попавшейся стойке.        — Это тот самый меч, который начинает светиться, если слышит ложь? — Поразился тот.        — Да, это он. Однако на Небесах его не сильно любят и никогда не используют в судебных процессах. — Рассказал владыка. Он, заложив руки за спину, прошел от порога ближе к тому.        — Потому что на Небесах честных нет! — Уперев руки в бока, заверил Лио Су.        — Словно среди людей есть, — хмыкнул в ответ Мэй Ань, переходя к другим мечам. Он мечтательно вел рукой по острым лезвиям, пока в глазах играли звездочки. — О, а это случайно не меч из легенды о тридцати красавицах? Ну, в которой трое путников встретились с двадцатью девятью ложными оболочками девушки и пытались найти настоящую? Этот меч указывал на тех, у кого были недобрые мотивы, но в итоге и сама девушка была переполнена злобой.        — Откуда ты это знаешь? — Синхронно спросили Лио Су и владыка.        — Мне тогда попался очень хороший рассказчик — он описал меч в мельчайших подробностях, начиная с узоров на ручке и заканчивая двумя глубокими царапинами крест-накрест на самом лезвии. До сих пор гадаю, что это за человек такой был.        — Что-то мне кажется, что ты встретился тогда либо с демоном, либо с небожителем, — хмыкнул Лио Су.       Так Мэй Ань метался от одного оружия к другому, регулярно выдавая какие-то невероятные легенды и истории, некоторые из которых не знал даже его наставник. Он подбегал то к одной стойке, то к другой, засматриваясь на мечи — он являли собой настоящие произведения искусства.       А Лио Су медленно шел за тем, скользя нежным взглядом по чужой коллекции и счастливому Мэй Аню. О, он определенно не жалел, что решил уступить ему выбор. У него вон, Цижу есть, а его подопечный сможет потом вспомнить хоть один добрый поступок со стороны своего наставника.       Хотя, почему один? Они и лапшу вместе крали, чем не добрый поступок?       Кстати, о лапше.       Лио Су плавно прокружился по оружейной и в два оборота оказался лицом к лицу с Гуй Цзуланем. Он привстал на цыпочки, заставляя владыку слегка наклонится, и кое-что прошептал на ухо. На лице старшего отразилось явное удивление, но он лишь кивнул в ответ.       Гуй Цзулань приложил два пальца к запястью, связываясь с кем-то по духовной сети — наверное, с кем-то из своих слуг. Лио Су обернулся, но Мэй Аня не нашел — видимо, тот ушел уже дальше. И верно — стоило пройти несколько стеллажей, как младший нашелся возле дальней стены, в упор смотрящий на какой-то меч на ней.       Парень бесшумно подошел к тому, заглянул в глубокие голубые глаза и замер. Мэй Ань словно смотрел на своего врага и искренне восхищался его техникой — но знал, что он не должен был оказаться таким серьезным противником.        — По глазам вижу, что ты нашел идеальный… — Лио Су перевел взгляд на стену и снова ошарашенно замолчал на середине фразы.       На стене висел двуцветный меч. Он состоял из разного железа — в нем огненными языками переплетались белая и черная сталь.       И Лио Су до боли хорошо знал это оружие.       А именно его владельца.       Ноги подкосились, парень крепко вцепился в плечо своего подопечного. Дыхание, в котором он хоть и не нуждался, участилось само собой.       Почему. В последнее. Время. Ему. Так. Часто. Напоминают. О нем?        — А можно этот опробовать?        — Я… — Невнятно потянул Лио Су, хватаясь одной рукой за голову.       На лицо налезла нелепая улыбка. Парня сразил бесконтрольный смешок. И еще один. Перед глазами все поплыло, голова закружилась. Еще немного, и у него начнется истерика.       Клинок этого меча сиял и блестел, но когда-то Лио Су видел его запачканным кровью. И для оружия это ведь даже не удивительно — только вот за эту самую кровь он отдавал свои последние силы, стараясь спасти тех, кого настигла его кара.        — Конечно, позволь мне его достать. — Звучит уверенный голос владыки за спиной. Лио Су только сейчас осознает, что чуть было не сложился в три погибели, погрузившись в воспоминания. Он резко выпрямляет спину и оборачивается.        — Откуда у вас этот меч?        — О, однажды нам довелось сразиться с его обладателем, — с улыбкой на лице, которая в миг стала так противна Лио Су, поведал гуй Цзулань. — Я думал, ты знаешь, что он пал в битве против небожителей еще тысячу лет назад. С тех пор о нем не было ни единого упоминания, а за такое время он уже мог восстановить свои силы и снова заявить о себе. Значит, тогда мы одержали победу над ним окончательно.       Лио Су застыл. В голове тут же завертелся ураган вопросов, но встать на ноги получилось поуверенней.       «В смысле — он мертв? Как он может быть мертв, если бессмертен? А если он мертв, то значит не бессмертный. А если так, то кто мне тогда это самое бессмертие передал? А если он знал, что может умереть, то почему обещал, что мы еще встретимся?»        — Может, он просто ожидает подходящего момента? — Недоверчиво нахмурил брови Мэй Ань. — А может, просто не хочет мешать кому-либо?        — Не хочет мешать? — Переспросил Гуй Цзулань. — Ох, поверь мне, такие, как он, только и думают о том, чтобы разгромить Небеса.        — Он не совершал ни единого нападения в мире небожителей. — Напомнил Лио Су.        — Не думай, что я не знаю подробностей. Тогда у меня не было другого выбора, кроме как сослать тебя, но я точно знал, что за всем стоит именно тот, кому принадлежит этот меч.       «И почему он так избегает его имени?» — Пронеслось в голове парня, но все же у него было огромное количество более интересующих вопросов.        — Не несите бред, за всем стоял только я. — Скрестив руки на груди, мотнул головой Лио Су. — Мне кажется, он чего-то ждет. Он определенно не может быть мертв.        — Чего же он мог ждать тысячу лет?        — Меня? — Абсолютно серьезно предположил тот.        — А может, он просто правда совсем не хочет выходить в мир? — Вполголоса спросил Мэй Ань. — Лио Су, мы за последнее время столько таких демонов встретили — взять тех же Фу Ю и Ван Гуна.        — Вряд ли. Он не такой. Время, конечно, всех меняет, но я до последнего не готов верить в то, что ему ничего ни от кого не нужно — что он может затаиться где-нибудь среди людей и продавать выпечку.       Мэй Ань как-то разочарованно вздохнул и снова перевел взгляд на меч.        — И все же, я хочу его опробовать.        — У этого оружия очень сильная демоническая аура. О, я прекрасно ее помню. Даже если сейчас ее не почувствовать из-за защитного поля, ты можешь поверить мне на слово — с ним будет справиться очень трудно. — Предупредил наставник своего подопечного.        — Я настаиваю. — Не отступал от своего Мэй Ань, уверенным взглядом осматривая меч.        — Что ж, раз уж тебя так сильно тянет именно к нему, я думаю, стоит попробовать, — предложил владыка, взмахивая рукой. Тут же в ней засияло двуцветное оружие, которое он без замедления двумя руками передал младшему.       Тот с легким поклоном его принял и вышел на предложенную испытательную площадку — она представляла собой весьма большое помещение, в котором не было абсолютно ничего, кроме белых стен. Дверь за ними плотно закрылась.        — Я думаю, Мэй Аню было бы интересно провести спарринг с владыкой, не так ли? — На лице Лио Су засияла улыбка, но в груди скреблось плохое предчувствие. Он не был готов сражаться против этого меча.       Его послушались — Гуй Цзулань призвал Хинхан и позволил Мэй Аню нанести первый удар. Юноша долго пытался приноровиться, но, несмотря на хорошо отработанную технику, оружие словно пыталось начать жить своей жизнью.       Во время этого небольшого тренировочного боя Лио Су смог отметить, что его подопечный оказывается и для Гуй Цзуланя является неплохим соперником — он предполагал это еще во время тренировочных боев, которые они проводили втроем с Цэ Ши в деревне духов, а сейчас убедился в этом воочию.       Но все же все остальные мысли вытесняли лишь переживания о мече. Клинок вилял туда-сюда — как песик, который был очень рад какой-нибудь похвале. Вот только сравнивать смертоносное оружие с домашним животным было слишком уж чересчур. Да и эмоции, которые пытался передать меч, навряд ли были положительными.       От этой мысли Лио Су прошибает холодный пот, заставляя ухватиться рукой за ближайшую стену.       «Эмоции. Эмоции у меча.»       Любое оружие без владельца бесполезно. Любое оружие, каким бы красивым оно ни было — просто железка. Некоторые могущественные мечники умеют отделять частичку своей души и вселять в свой клинок. Лио Су пробовал это сделать, пока не понял, что для него, бессмертного, это бесполезно — только силой делиться приходилось, а козырь в качестве возможности сохранения его жизни ему был не нужен.       Но этот меч вел себя как живой. Словно в нем была долгое время заточена душа, которая сейчас смогла вырваться на свободу. И ведь его владелец был однозначно достаточно силен, чтобы провернуть такой трюк — спрятаться у всех на самом видном месте. В своем оружии.       По стене в миг паутиной расползаются трещины, отчего в воздухе поднимаются клубы пыли.        — Ха! — Победоносно воскликнул Мэй Ань, ощущая, как оружие полностью ему поддалось. Владыка, едва успевший минуть атаку, несколько раз хлопнул в ладоши.        — Поздравляю, ты нашел подходящий меч.        — Поразительно, я даже подумать не мог, что такой артефакт поддастся мне! — С чистым восторгом на лице радуется тот и оборачивается на своего наставника. — Лио Су, ты видел это?        — Конечно! Это неожиданно, но я очень рад за тебя. — С доброй улыбкой на лице поддерживает того он, стараясь не испортить момент триумфа младшему.        — И все же, ты не думаешь, что это может быть опасно? — Интересуется владыка у Лио Су.       Парень медлит с ответом. Он переводит взгляд с клинка на радостного Мэй Аня, а затем на Гуй Цзуланя. И все же, голубые глаза как магнит тянут все внимание на себя — в них играют озорливые искорки счастья, которое появляется у детей, просящих оставить дома уличную зверушку.       «В конце концов, это все лишь мои опасения. Я их уже давно игнорировал, так почему бы мне не продолжить делать это?»       Лио Су незаметно выдыхает, подходит к Мэй Аню и хлопает того по плечу.        — Не переживайте, владыка. Я уверен, что он прекрасно со всем справится. — Наставник потрепал того по светлым волосам, получая в ответ самую счастливую улыбку из всех возможных. — А теперь мы убегаем успокаивать Ван Гуна, потому что я даже представить не могу, насколько сильно он сейчас подавлен.        — О, ты думаешь, что Ла Цина ему не хватит? — Хмыкает Мэй Ань. — Может, лучше домой отправимся?        — Ах да, кстати, я как раз хотел у вас спросить, — напомнил о себе Гуй Цзулань, заложив руки за спину. — Где вы сейчас живете?       Повислое неловкое молчание. Мэй Ань, сообразив первым, закинул руку на шею второму.        — Да, ты прав. Ван Гуну определенно нужна наша помощь.        — Тогда, перед тем как вы сбежите от меня и от ответа, мне бы хотелось подарить Мэй Аню эти ножны. Призыв оружия — заклинание сложное, хотя я более чем уверен, что и его он освоит совсем скоро.       Мэй Ань принял подарок — на нем был выгравирован сюжет какой-то легенды о бравых воинах. Рассматривать тот долго не стал и, закрепив на поясе, тут же опробовал на практичность. Почему-то на слова о легком освоении трудного заклинания тот лишь хмыкнул — и все же уверенности в себе этому юноше было не отнимать. Лио Су убеждался в этом не первый раз.