На границе миров

      Лив проснулась рано утром, хоть и не по своей воле: принцессу специально разбудили за десять часов до бала, чтобы досконально подготовить её за это время. И хоть Лив и не любила всю эту суету, благодаря Силине она чувствовала себя намного увереннее. Вечером, после того, как девушка вернулась в замок, они помирились и закрепили свою дружбу очередной чашкой чая с печеньем. Однако подруга так и осталась на стороне отца, утверждая, что бал — отличный повод познакомиться с кем-нибудь. Это расстраивало, но ссориться не хотелось. Силина, видимо, тоже почувствовав холодный ветерок между ними и эту тему больше не поднимала.       Тяжёлые будни принцессы давали о себе знать: за пол дня Лив перемерила тридцать два платья. Конечно, её не сильно волновало, в чём идти на ненавистное мероприятие, поэтому данную проблему целиком взяла на себя Силина, так критично оценивая каждую мелочь в наряде, как будто от этого зависела её жизнь.       — Это слишком длинное. Это плохо подчеркивает фигуру. Боже, рукава с буфами?! В каком веке мы живём? А это что за ткань такая? Мастеру руки бы оторвала. — и так ровно тридцать два раза. Силина находила недостатки даже там, где Лив бы их в жизни не разглядела, да и любой другой ангел тоже. «Вот, что значит, профессионал своего дела», — с усмешкой подумала девушка.       Однако если сначала это занятие казалось ей смешным, то спустя некоторое время дотошность подруги начала бесить. И вот, когда Лив уже была готова выгнать Силину из комнаты, она увидела его.       Это платье было не похоже на все остальные. Несильно пышное, хорошо облегающее фигуру и лёгкое, как пушинка, оно сразу бросилось ей в глаза. Стоило надеть его, как Лив поняла: если и идти на бал, то только в этом платье.       — Ну что за кошмар! Даже разницы особо нет, идти в этом платье или голой! — возмущённо фыркнула Силина и обратилась к прислугам, стоявшим в углу комнаты и восхищённо рассматривающим принцессу. В принципе, они так реагировали на всё, что бы она ни надела. — Принесите принцессе другое.       — Подождите. Мне оно нравится. — возразила Лив. Декольте и вправду глубоковато… Плюс у юбки сбоку был разрез, оголяющий её правую ногу. Такое платье папе точно не понравится. — Я пойду в нём.       — Что? — Силина потрясённо уставилась на подругу, — Н-но… Но оно же вульгарное…       — Вот именно. Папа ведь хотел, чтобы я нашла себе парня. С таким платьем от меня глаз не отвести!       — И всё-таки оно не очень подходит…       — Я уже решила, Силина. Я пойду в этом платье. — жёстко отрезала девушка, не давая подруге договорить. Конечно, это было немного жестко по отношению к ней, но бесконечные критика и жалобы уже порядком надоели. Тем более, платья, которые всё это время она отвергала, были не такими уж и плохими.       — Хорошо. — поджав губы, согласилась Силина, — Тогда давай займёмся прической.       Методом проб и ошибок было решено оставить девушке распущенные волосы, но из их части сделать косичку, оплетающую голову, словно обод. Затем настала очередь макияжа, маникюра и накручивания локонов. Выдержав эту пытку ещё два часа, девушка, наконец, облегчённо вздохнула, когда последний локон красиво упал на её плечо. Всё-таки страдания Лив были не напрасны – выглядела она просто сногсшибательно. Интересно, что бы Лара сказала, если бы увидела её? Нет. Она не должна думать о ней в такой вечер. Лара убила своего подчинённого просто за то, что он осмелился возразить ей. Это, пожалуй, слишком. Как бы тепло она с ней ни общалась, демоны есть демоны. Перед глазами всплыла картинка мертвого тьюндера, чьи безжизненные глаза смотрели в пустоту прямо перед собой, а из раны на горле у которого сочилась темно-багровая жидкость… В нос тут же ударил воображаемый запах крови, и Лив вздрогнула.              — Вы выглядите просто великолепно! — воскликнула одна из служанок, убирая косметику со стола.       — Спасибо, Рики. — улыбнулась Лив, хотя, на самом деле, это было плохим знаком. На таком мероприятии последнее, что хотелось, это выглядеть красиво.       — Ничего-ничего, Ваше Высочество. Вам нужно почаще носить подобные платья, они так хорошо подчёркивают фигуру! — Лив смутили её слова.       — Ну… Если тебе так нравится это платье, могу отдать его тебе. — предложила девушка. Всё равно она вряд-ли ещё куда-нибудь его наденет. Однако Рики тут же запротестовала с раскрытыми от удивления глазами.       — Вы что! Нам запрещено носить подобные наряды, тем более принимать их от самой наследной принцессы! Я даже надеть его не осмелилась бы!       Точно. Она так привыкла, что Силина, как главная служанка Лив, всегда была с ней даже на балу и могла носить какую угодно одежду, что уже совсем забыла, как живут обычные слуги, лишенные подобных привилегий. Лив вдруг с сожалением представила, какого это, видеть роскошь и убранства вокруг себя и при этом не иметь к ним доступа.       Лив вытащила из ящика шкатулку с украшениями и достала оттуда серебряную подвеску с изумрудным камнем. Она уже даже не помнила, откуда она взялась. Скорее всего, кто-то из гостей подарил на День рождения; её всегда заваливали подобными подарками, но ни одним из них Лив не дорожила по-настоящему. Единственное украшение, которое было важно для неё — это подвеска полумесяца, подаренная Ларой. Ведь это не просто блестящая безделушка, предназначенная чтобы радовать глаз – это воспоминание, а воспоминания куда важнее любых подарков.       Принцесса подошла к застывшей в изумлении Рики и вложила в её ладонь сияющий изумруд.       — Теперь он твой. — Лив искренне улыбнулась, глядя в глаза служанке, — Только носи его под одеждой, а то люди могут не поверить, что я дала его тебе.       — Ч-что Вы… Я не могу. Нам не положено…       — Это подарок принцессы. Ты не можешь отказать. — вскинула брови Лив. Рики взглянула на драгоценный камень, спокойно лежащий в её руке, и взгляд девушки затуманился от восторга.       — Спасибо! Я буду очень его беречь! — горячо пообещала она, и Лив заметила подступающие слезы в глазах служанки, сияющих ярче всех драгоценностей. ***       Когда с прической и макияжем было покончено, Силина передала принцессе списки гостей, что будут сегодня вечером. Отец дал задание выучить имена и звания всех, кто будет на балу, чтобы не опозориться. Вернее, чтобы не опозорить ЕГО. И тот факт, что папа передал список через Силину, а не лично в руки, также не укрылся от Лив. Он всегда долго не может отойти от ссоры – это она хорошо помнила из детства, когда он не разговаривал с мамой аж по несколько дней, старательно делая вид, что её не существует. И как она терпела его столько лет? Нет, Лив совсем не винила мать за её уход из семьи. Пусть будет счастлива. Она заслужила, раз терпела этот кошмар ради неё.       Развернув свиток, девушка ужаснулась, когда конец его упал на пол и докатился аж до двери. «И мне всё это надо выучить? Да он издевается!» Зачем приглашать столько гостей, если она всё равно всех отвергнет? Или он правда думает, что Лив позволит связать её жизнь с каким-нибудь самодовольным идиотом? Конечно, не все ангелы из аристократии плохие, но она уже заведомо знала, что её ждёт, ведь папа ищет не просто хорошего мужа для своей дочери – он ищет будущего короля, который возьмёт на себя управление Раем, лишив при этом Лив всех прав. В конце концов, её постигнет участь мамы, и она будет вынуждена жить в несчастье с нелюбимым человеком, лишённая всякой свободы.       Лив пробрало мурашками. Нет, она никогда не выйдет замуж. Лучше быть одной, но при этом самой вершить свою судьбу, чем жить так. Вдруг раздался стук в дверь, и, обернувшись, она увидела маму, стоящую на пороге. Женщина улыбалась, глядя на дочь.       — Ого! Смотрю, Силина неплохо потрудилась над тобой. Выглядишь просто великолепно!       — Как думаешь, папе понравится такой наряд? — спросила Лив с хитрой ухмылкой.       — Скорее всего, его схватит инфаркт, а ты будешь под домашним арестом до конца своих дней.       — То, что надо!       Они рассмеялись, и мама наклонилась, чтобы поднять конец свитка, лежавшего прямо у её ног. Она тоже приоделась и уже была готова к сегодняшнему вечеру: на королеве было пышное белое платье, расшитое золотыми нитями, а на голове покоилась диадема — признак королевской крови.       — О Господи, граф Линор тоже будет? — вскинула брови мама, пробегая глазами по именам из списка. — Мы с ним в школе вместе учились, так что поверь мне на слово, дочь: не смей танцевать с его сыном! Потом не отделаешься.       — Если бы у меня был выбор…       — Он будет. Обещаю. Возможно, не на этом балу, но затворницей собственного мужа ты не станешь. Мы с тобой слишком свободолюбивы. Нас не удержать золотой клеткой. — она замолчала немного, словно обдумывая собственные слова, а потом продолжила. — На самом деле, я хотела с тобой кое о чём поговорить. В общем… После бала я уезжаю из замка.       — Что? Но ты только недавно приехала!       — Да. Вот только твой отец против того, чтобы я показывала его дочери тайные ходы.       Ох… Значит тот, кто шпионил за ней, заодно решил заложить и маму. Или он рассказывает вообще всё? В любом случае, надо поскорее его найти, пока от её личной жизни не остались кожа да кости.       — Но… Ты ведь вернёшься? — с надеждой спросила Лив. — Он ведь не может выгнать тебя навсегда? — однако по лицу мамы читалось ровно обратное. Она подошла к двери и крепко её закрыла, после чего вернулась к дочери, взяла её за руки и продолжила шёпотом.       — Милая, ты знаешь, что мы с твоим отцом когда-то любили друг друга, но это время уже давным-давно прошло. Сейчас я вообще не уверенна насчёт его действий. Ты — единственная причина, по которой он пускал меня во дворец, но стоит ему подумать, что я плохо на тебя влияю, он сделает что угодно, чтобы мы больше никогда не виделись. И я думаю, что он хорошенько за тебя возьмётся. Бал, закрытие порталов      — всё это лишь начало. Боюсь, как бы он не запер тебя. Или насильно замуж не выдал… В общем, будь начеку. Постарайся не делать ничего компрометирующего. Не давай ему лишний повод для наказаний и не доверяй никому. Вообще никому, слышишь? Ни Ларе, ни Силине. Я попытаюсь вычислить шпиона, но будет сложно это сделать, не находясь в замке, так что у тебя одна надежда — на себя саму.       Лив кивнула в ответ, и мама крепко её обняла. Возможно, это последний раз, когда они стоят так, обнявшись. Всё меняется. Значит, надо меняться самой. Мама права – она не сможет помочь, находясь за пределами замка. Придется брать всё в свои руки и найти, наконец, этого шпиона. ***       — Леди и джентльмены! Благодарю всех, кто пришёл сегодня на этот вечер (как будто у вас был выбор). Мы собрались здесь по случаю скорого совершеннолетия моей дочери, чтобы найти для неё достойного супруга. Именно сегодня каждый юный ангел благородных кровей имеет право станцевать с будущей королевой Рая. Но лишь моя доченька может выбрать, с кем провести свою жизнь. — он обернулся к Лив и одарил её такой натуральной улыбкой, что девушку передёрнуло. — Мне, как отцу, очень важно, чтобы она нашла свою любовь, ведь именно наш спутник по жизни поддерживает нас и придаёт сил. Самое главное — выбрать правильного человека. Так пусть этот вечер станет судьбоносным для всех нас!       Раздались громкие аплодисменты, однако Лив заметила, что некоторые ангелы перешептываются и смотрят скептически. Конечно, ведь слова о важности отношений из уст короля, от которого сбежала жена, звучат не очень убедительно.       — Ну, чего ты сидишь? — спросила Силина, склонившись к ней. — Иди потанцуй с кем-нибудь. Зря, что-ли, музыканты стараются?       — Да что-то нет настроения…       — Появится, как только начнёшь танцевать! Тут столько красивых господинов! Посмотри на того, рыженького. Он вроде ничего… Опрятный, аккуратный такой.       — Джеймс? Да мы с ним с самого детства знакомы. Он назвал мою маму умственно отсталой и сказал, что выгнал бы её раньше на месте папы, а я толкнула его в грязь и посыпала птичьим кормом. Его тогда так искусали… По-моему, до сих пор должны быть шрамы.       — Ладно… Тогда что насчёт того брюнета?       — Ты про Маркса? Он неплохой, только читать не умеет. Родители пытались его научить, даже попросили меня это сделать, а он говорил, что книги — тупая трата времени, так я его книгой по голове шибанула. Больше не говорил… — Лив откровенно усмехнулась, вспоминая детские шалости. Ну правда, как можно не любить читать? А даже если не любишь, зачем высмеивать чужие интересы? Этого Лив никогда не понимала.       — Ну, значит, подойди к кому-то, кого ты не знаешь! — в голосе Силины уже послышались нотки раздражения. — Вы ведь уже не дети! Может, тебе понравится кто-то.       Принцесса хотела было отказаться, но тут заметила хмурый взгляд отца и решила всё же принять предложение. Мама права: не стоит давать ему лишний повод для наказаний. Запустив руку в карман платья, она нащупала кулон-полумесяц, который в последний момент решила взять с собой – какая-никакая поддержка. Мысли о Ларе словно успокаивали и придавали сил… Что бы она делала в этой ситуации? Высоко подняла бы голову, одарила бы всех холодным взглядом и… Перед глазами пронесся образ мертвого тьюндера. Да, именно такая участь ждала бы всех, кто находится в этом зале. А ведь они даже не понимают, насколько им повезло.       Лив решила подойти к столику с напитками, чтобы взять для себя что-нибудь безалкогольное и ягодное, но тут услышала знакомый голос, окликнувший её       — Лив… Как я рада тебя видеть. Прекрасно выглядишь! — К принцессе подошла девушка, на вид её ровесница. Нежно-голубое платье с широким подолом, скромно спрятанные плечи и прикрытые белоснежными кружевами ключицы. Девушка соответствовала дресс-коду бала почти дотошно. Блондинистые волосы были собраны в простой пучок, но зато украшены отблёскивающими заколками в форме бабочек. Она восхищенно улыбнулась, останавливаясь напротив наследницы. — Ты так похорошела! Но твоё платье… Ах, да, прости мою глупость. Ты ведь принцесса. — Её лестный и ужасно неправдоподобно наигранный голосок вместо приятного ощущался, как скрип вилкой по тарелке. Только сама её персона словно вызывала отвращение у Уолтер. Зато знатные парни и даже некоторые мужчины не удерживались от брошенных на неё похотливых взглядов. Вот оно, истинное высшее общество во всей своей красе. Сплошные сексисты и нарциссы. Конечно, ведь они не проходили отбор на земле – они родились сразу в лучших условиях и с пеленок знали свою будущую должность, не заботясь о доброте и порядочности. Когда-то Рай и правда был святым местом, позволяющим погибшим людям попасть сюда и узреть, что значит дарование за тяжелые земные страдания, но когда ангелы узнали, что, родившись тут, они автоматически получали вольность в действиях и полную безнаказанность, все до одного слетели с катушек. Начали плестись интриги, подставные смерти, обман. Рай стремительно прогнивал изнутри. В таком ключе прозванным «небесам» осталось недолго до уровня «гнилой низины».       Девушка напротив отрывисто распахнула веер, частично пряча за ним лицо — снова привлекая к себе внимание принцессы и высказывая этим жестом и наигранное смущение, и стыдливость от собственных неосторожных слов.       — Ничего… Эшли. Спасибо за комплимент. — Лив тоже наигранно улыбнулась в ответ. Разумеется, вести какой-либо диалог с этой лицемеркой не хотелось, но того требовал этикет. И отец, который, как была уверена девушка, будет наблюдать за ней на протяжение всего бала. Придется подавить желание помыть язык с мылом и кое-как пережить этот вечер.       С Эшли они тоже были знакомы с самого детства. Встречались много раз на балах, Днях рождения, званных вечерах и даже занимались вместе конным спортом. Тогда Лив ещё ходила в общую школу для детей аристократов: там были отдельные занятия для мальчиков и для девочек, но общие тоже были, как, например, конный спорт или танцы. Этому бесполезному навыку уделялось аж три часа в неделю. Признаться честно, не со всеми ангелами Лив воевала. Были и хорошие ребята, правда в меньшинстве. У Лив там даже были друзья, к примеру, Карен и Мейсон — близнецы и дети Хейли. С ними правда было весело. Правда, потом Лив перевели на домашнее обучение как раз после того, как она столкнула Эшли с лошади, но только потому, что та издевалась над бедными животными! Постоянно била, кричала на них, не давала есть, а учителя даже не могли ничего сделать, а то мелкая живодерка родителям нажалуется, и их быстро с работы попрут. Эшли с самого детства была той ещё стервой, но, повзрослев, окончательно почувствовала вкус безнаказанности.       — Я слышала, ты будешь выбирать себе пару… Я так рада за тебя! Наконец, мужчина возьмёт тебя в уз... свои руки. — Она осеклась, но, аккуратно улыбнувшись, скрыла ошибку.       Лив почувствовала вскипающую злость. Да что она себе позволяет?! Вот ведь суч…       — И я очень этому рада! Замужество так… радует. — она постаралась изобразить восторг.       Ну уж нет, она не сорвётся на глазах отца, то есть у всех на глазах. Лив огляделась по сторонам и лишь сейчас заметила, что разговоры в зале стихли. Абсолютно все гости с любопытством наблюдали за разговором девушек. Ну конечно, всему миру известно, как сильно враждуют наследная принцесса и дочь главного секретаря! Наверняка уже делают втихаря ставки, кто из них быстрее сорвётся. Лив не собиралась доставлять им такое удовольствие.       — А ты сама как? Ещё не замужем? Никто не держит тебя в узде? — Лив нарочно договорила слова, показывая, что ей, в отличие от Эшли, за это ничего не будет.       — О, папа уже присмотрел мне прелестного мужа. Ты не представляешь, как я рада. — Девушка опустила голову, отрывисто помахивая веером. Она отлично имитировала всё, что от нее требовалось. Учтивость, восторг. Пропускала мимо ушей колкие слова принцессы, что могли однажды стоить ей статуса. — Обязательно приглашу тебя на свадьбу… Но если ты придешь в таком же платье… — Она окинула её напряженным взглядом с головы до ног, и губы дрогнули в отвращенной гримасе, но девушка умело их сдержала.       — Что ж, если тебе понравилось это платье, так и быть, я приду именно в нём. — Лив поймала себя на мысли, что хочет отобрать веер у этой крысы и забить её им до смерти. — Но, думаю, в таком случае твой жених раздумает идти под венец.       Эшли злостно сжала челюсть, но всё равно вновь заговорила первая, только теперь её голос дрогнул, и она показательно шмыгнула носом, что было, в общем-то, неприлично для такой дамы как она.       — Лив. Почему ты так ненавидишь меня? Мы ведь всегда были лучшими подругами. Я и подумать не могла, что тебя так испортит богатство твоего отца! — Заметно громче, чем был их прошедший диалог, вскрикнула она. Девушка захлопнула веер и, прикрыв лицо руками в белоснежных атласных перчатках, тихо заплакала. Все вокруг тут же всполошились, слуги забегали с подносами вокруг дочери секретаря, подошли мужчины и женщины. И все успокаивали Эшли, которая правда пустила слезу! Девушка прятала лицо, но было видно как по шее стекает одинокая капля, а сама она старается прекратить поток наигранной горечи, который сама же и создала. Тяжело дыша и словно захлебываясь, она, окружённая словами поддержки со всех сторон, надрывно спросила. — За что ты так со мной?..       Теперь вокруг них слышались шептания. Люди оглядываясь, как бы невзначай указывали на невоспитанную принцессу бокалами с вином. Многие скопились и всячески поддерживали отвергнутую подругу, но на принцессу теперь метали не слишком приятные взгляды.       Лив лишь вздохнула. Серьёзно? Таким непрофессиональным спектаклем она хочет выбить её из колеи? Ей никогда не было дело до слухов вокруг собственной персоны, а их было ой как много, и все не самого приятного содержания. Но… Она не могла не принять участие в этом маленьком спектакле. Всё-таки дорогая Эшли так старается.       — Потому что ты увела моего парня! — отчаянно крикнула Лив. — Мы так любили друг друга! Встречались больше года, но не хотели рассказывать всем, потому что не желали слухов. Но ты всё разрушила! В тот день он сказал, что больше не любит меня, а через неделю я увидела вас вместе. Как ты могла? Мы были подругами, я ведь всё тебе рассказывала! К тому же, очень странно, что любимый на пустом месте решил порвать со мной… У нас всё было хорошо, а потом он внезапно изменился… О Господи, ты что, использовала приворот?! — Лив вскрикнула и зажала рот руками. Все гости, как по команде, отпрянул от Эшли. По залу волной разнеслись шепотки. Вот так сенсация! Эту новость точно долго не забудут. Для пущего эффекта принцесса пошатнулась, как будто собиралась упасть в обморок. К ней тут же подбежали два молодых господина и поддержали за плечи.       — О чем ты говоришь? — Эшли всхлипнула и потеряно огляделась. По её лицу можно было понять, что её не устраивала эта ситуация. — Я ни разу не была ни с кем в отношениях… Ты лжешь! Меня ни разу не видели с парнем! — Девушка огляделась по сторонам, строя разбитое выражение лица и силясь вернуть себе вид бедной и несчастной.       — Даже… Даже сейчас. — Запинаясь от слез, продолжила она. — Ты со мной так разговаривала, когда я просто хотела быть твоей подругой. Мы были так близки. — Эшли за несколько шагов оказалась рядом с принцессой и взяла её руки в свои. — Я дорожила тобой! Делала всë!       Кажется, их перепалка настолько запутала всех вокруг, что гости попусту оглядывались, пытаясь понять, на чью сторону прибегнуть.       Но их мешканиям было не суждено долго продолжаться. Послышались скромные приветствия, поклоны. Толпа сама расступалась перед вышедшими, и над девушками теперь возвышались Король Рая и его секретарь. Мужчины с хмурым выражением лица направились к дочерям.       — Пап! — Эшли отчаянно вскрикнула, сильнее сжав ладони принцессы. Девушка хотела сказать что-то ещё, например, о том, как плохо с ней поступили, но вдруг резко отпрянула, словно ошпарившись, отдернув руки.       — Твоя кожа… Она холодная!       — Потому что ты причиняешь мне боль! — воскликнула Лив, пряча руки. Амулет… Он понизил температуру её тела. И как она могла про такое забыть!       — Что у вас происходит? — от громкого голоса короля даже музыканты перестали играть, испуганно сложив инструменты. Он строго взглянул на Лив. «А я-то что? — мысленно спросила девушка. — Эта дура решила спектакль устроить. Я лишь подыгрывала».       — Ничего. — хором ответили девушки, мигом выйдя из роли несчастных подруг.       — Да, просто дружеская перепалка. Мы так долго не разговаривали с Эшли. Решили поговорить о наболевшем. — Лив улыбнулась своей «подруге», однако взгляд был полон ненависти.       Секретарь нахмурился, осекая сразу обоих девушек.       — Сейчас неподходящее время. Не волнуйтесь, Ваше Высочество, моя дочь останется в замке ещё на трое суток, а так как её покои расположены в одном коридоре с вами, вы успеете вдоволь побеседовать. — Мужчина в несколько шагов оказался рядом с Эшли и увёл её в сторону, что-то строго выговаривая – видимо, принуждая быстро привести себя в приемлемый внешний вид.       Король же лишь осадил Лив тяжёлым взглядом, который не мог значить ничего хорошего. С ней он поговорит позже, лично, но пока он развернулся к гостям.       — Ну какой праздник без скандала, верно? — он засмеялся, давая понять, что всё хорошо. — Можете продолжать веселиться, ничего страшного не произошло.       Король махнул музыкантам, и в помещении снова стало шумно, но если раньше музыка была энергичной и веселой, то сейчас сменилась более медленной и плавной. Лив заметила, что ангелы начали собираться в пары и вальсировать по залу в такт мелодии.       По понятной причине к принцессе поближе подобрались именно тьюндеры, владеющие довольно большими землями, и, судя по словам правителя, именно у них было наибольшее количество шансов на наследницу престола, ведь король навряд-ли подпустил бы к Лив кого-то без достаточной власти на плечах.       — Можно пригласить Вас на танец? — к Лив подошёл высокий рыжий парень с знакомыми чертами лица.       Глаза принцессы расширились. Только не он! Джеймс выжидающе улыбнулся, кажется, совсем не допуская шанса, что она может отказать. Оно и понятно! Своим отказом она подорвет репутацию как и свою, так и его. В принципе, это просто танец, и подойди к девушке кто-нибудь другой, она бы даже улыбнулась. Но Джеймс! В голове тут же всплыли слова, которые он сказал про её мать. Нет, этот человек не заслуживает ни одного её слова. Лив начала в панике обводить зал взглядом, всерьёз раздумывая, в какое окно выпрыгнуть. К счастью, ей не пришлось этого делать.       Насколько принцессе было известно, все гости, что должны были прийти, уже находились внутри. Слуги входили и выходили через задние выходы, а потому, когда главные двери распахнулись, девушка инстинктивно повернулась. Стило ей только осознать, кто именно вошёл внутрь, как реакция последовала незамедлительно. Девушка широко распахнула глаза и закашлялась, поперхнувшись.       Лара в привычной расслабленной манере входит в помещение. Девушка, как ни в чём ни бывало, оглядывается, и ведь её никто вовсе не замечал! Когда правитель, наконец, настигает принцессу взглядом, её губы расплываются в самодовольной полуулыбке. Карие глаза проскальзывают по телу девушки, тормозя на уровне талии и снова возвращаясь наверх. Возможно, выбранное ангелом платье всё же было не так хорошо.