Снегурочкины слезы

«Я поднимаю тост за своего Бывшего! Какие обиды? Мы же взрослые люди…» —

Люся Чеботина «За бывшего»

«Ох Господи, когда же ты закончишь готовить…» — думаю, нервно топая ногой, стоя на кухне и внимательно наблюдая за поваром. Он, как раз, в этот момент дожаривал курицу и аккуратно, и красиво, прямо как на фотографии в меню, выкладывал все ингредиенты на тарелку, поливая сверху сладким сиропом. — Еще один заказ за второй столик! — громко проговорила Аня, ворвавшись, словно летний ветер на кухню и, как только заметила меня, улыбнулась, усмехнулась и поздоровалась. — О, приветик еще раз Снежан! Давно не виделись. — Очень! — ответила ей тоже в шутку, продолжая внимательно наблюдать за поваром, когда же девушка стала диктовать новый заказ для других работников кухни. Когда с блюдом, которое ждала я, было, наконец, покончено, повар отдал его мне, после чего я положила его на поднос и вскоре покинула кухню, направляясь к седьмому столику. -Ваш заказ! Приятного аппетита! — пожелала я, привычно улыбнувшись гостям выученной улыбкой. — Спасибо, девушка, но почему так долго? — поинтересовалась клиентка, которую я сейчас обслуживала. — Произошли некоторые проблемы на кухне, просим прощения! Но мы их уже решили, поэтому, если захотите сделать новый заказ, он будет готов в самое быстрое и короткое время, — отрепетированным тоном и текстом ответила ей, держа пустой поднос около себя. В ожидании дальнейшего ответа клиентки, я простояла где-то несколько секунд, после чего, еще раз извинившись и улыбнувшись, направилась к барной стойке, за которой стоял молодой бармен с темными волосами и проколотой бровью. Рядом с ним стояла и моя подруга, о чем-то с ним беседовавшая. Заметив улыбку и последовавший за ней смех, я невольно тоже расплылась в улыбке и поспешила к этим двоим ближе. Всё-таки у Аньки очень заразная улыбка, а смех… — О чем беседуете? — поинтересовалась у них, оказавшись напротив, поставив на стол пустой поднос и двумя локтями облокотившись о стойку. — Да так. Ты представляешь, у Кирилла невеста появилась! — с энтузиазмом сообщила подруга. — Да ну! — не поверила ей и перевела всё внимание на «Кирилла». Чтобы у него и невеста появилась? Да ему всего двадцать один год! Он еще даже институт не окончил — и даже не говорил, на кого учится — и девушки у него ни разу не было. А тут целая невеста! Не верю! — Ну, во-первых, Каллисто. — уколол он Аньку за ее вечное обзывательство над ним. Ну что уж тут поделаешь: нравится он ей, а она всё никак ни себе, ни ему признаться не может, вот и издевается над ним как может. — А, во-вторых, нет у меня никого. И не было. — Но это не значит, что не бу-у-уде-е-ет, — тихо, но тонко пропела я в ответ, переводя взгляды с подруги на друга и обратно, одновременно с этим играя бровями. Аня же на мои явные намеки закатила глаза и вздохнула. Я же решила ее еще подколоть. Почему бы нет? — Ой, Анечка, а ты что, ревнуешь? — Кто? Я?! — возмутилась она, даже на минуту перестав вытирать стакан и отдав его, не глядя, прямо в руки к Каллисто. Всё же имя говорило само за себя: хотя это и не мой типаж, однако парень действительно был очень красивым и привлекателен, уж точно краше всех сотрудников мужского пола в этом заведении: короткие кудрявые темные волосы, небольшое колечко в левой брови, аккуратные нос и губы, темно-карие глаза, гладко выбритое лицо, стройное, подтянутое тело, явно крепкие руки и ноги. Сегодня Каллисто решил одеться в теплый вязанный свитер чистого белого цвета и черные джинсы с такого же цвета кроссовками. Как бы он не одевался, что бы ни делал, выглядел всегда замечательно! И всегда был очень привлекателен, из-за чего получал большое количество внимания от противоположного пола. Признаться честно, из-за этого его однажды чуть ли не уволили, так как он понравился одной нашей клиентке, которая, забавы ради, решила заставить своего молодого человека понервничать и стала открыто пофлиртовать с Каллисто, из-за чего молодой человек не выдержал, встал со своего места, увёл свою девушку куда-то и устроил настоящий мордобой прямо внутри заведения. Естественно Каллисто был невиновен, однако получил сполна и плюс еще и штраф с единственным и последним предупреждением об увольнении. — Ну не я же! — специально громко отвечаю, чем вызываю смущение у подруги от наплывшего внимания. Стоило мне только повысить тон голоса, как Аня тут же потянулась вперед, затыкая двумя руками мне рот. Я хихикаю в ответ и всеми силами пытаюсь увернуться от Аниных действий, из-за чего цепляю мишуру и гирлянду, прикрепленные к стойке и тяну их за собой. Внезапно слышу громкий звук разбитого стекла и последовавший за ним вздох. Устремляю всё внимание вниз, за стол и вижу разбитый стакан на полу. Вот черт! Анна разбила этот стакан! Вижу, как подруга одновременно с Каллисто наклоняются вниз, чтобы поднять осколки и внезапно соприкасаются пальцами, из-за чего девушка замирает, смотря на парня широко распахнутыми глазами. А он, то ли притворяется, то ли реально дурак, сам быстро собирает все осколки, направляется к мусорке и выкидывает их. Аня же, окончательно смутившись, встает, оттряхивает свою юбку и поправляет прическу, стараясь деть свои руки уже хоть куда-нибудь. — Аня, блин, прости! — искренне извиняюсь перед ней, чувствуя себя виноватой из-за этой ситуации. Как-никак это из-за меня она уронила этот чертов стакан и попала в такую неловкую ситуацию. — Ничего страшного, всё в порядке, — улыбается она и, постояв радом со мной какое-то время, уходит в туалет, стоит Каллисто вернуться к нам. Вот же черт! — Дурак ты, Каллисто! — со злостью говорю ему и тут же ухожу, садясь за свободный столик в конце заведения. За подругой идти не решаюсь, как бы сильно этого не хотела: она сейчас хочет побыть одна, я её прекрасно понимаю и не хочу ей мешать. Спустя где-то минут сорок смена заканчивается, я встаю из-за стола и направляюсь в небольшую комнату для персонала, где быстро переодеваюсь, сняв простой белый фартук и сменив серые джинсы и черную футболку на красивые бордовые строгие брюки-клёш и белую блузку, которую заправляю в брюки. Достав из сумки косметичку, наношу еще чуть макияжа на лицо, после чего достаю телефон из заднего кармана брюк и пишу Павлу. «Сегодня в 17:00?)» — спрашиваю и в предвкушении облизываю губы, слизывая с них темную помаду. Ответа не приходит даже спустя пять минут, хотя в сети он был. Замечаю, как дверь открывается и внутрь заходит подруга. Тут же перевожу на нее всё внимание, в последний раз взглянув на экран мобильника, после чего выключаю его и убираю снова в то же место. -Ну как ты? — спрашиваю обеспокоенно, подходя к ней. — Всё отлично, говорю же! — вроде искренне отвечает Анна и даже приобнимает меня. — Если ты переживаешь из-за того стакана, то напрасно: ничего страшного не случилось, а ты просто раздуваешь из мухи слона. — Надеюсь, что это действительно так, — отвечаю, отстраняясь первой от подруги. Стоит мне только отойти чуть подальше от девушки, как она тут же замечает всё мое волнение и спрашивает о нём. Не знаю, почему и с каких пор это стало для меня какой-то неприятной, секретной темой. Но реагирую на это именно так. — Ну, всё хорошо. Вроде. — неуверенно отвечаю и скрещиваю руки на груди, словно защищаясь от последующих вопросов и отворачиваюсь. — У-у. Ну, всё ясно. Пошли поговорим, — хватает меня за руку Аня и тащит к маленькой кровати, что иногда у нас используется по назначению, но чаще всего мы на ней просто переодеваемся. — Ой! Блин, Анечка, прости, пожалуйста, но я правда сейчас не могу! Если не выйду из кафе прямо сейчас, то рискую сильно опоздать. — следуя за подругой, случайно бросаю взгляд на настенные часы и на автомате достаю телефон. Анна это замечает и многозначительно смотрит на меня. — Что-то мне не кажется, что он будет злиться на тебя из-за этого… — отвечает девушка, отходя чуть подальше и скрещивая руки на груди, но при этом смотрит на меня не враждебно, а вполне дружелюбно и с какой-то… жалостью? — Нет, Ань, ты его не знаешь. Конечно, он разозлится! — тут же начала оправдываться я, нервно снимая и надевая обратно чехол на телефон. Всё это время я с каким-то предвкушением ждала сообщение от него, которое всё никак не приходило. «Ой, Снежка, да ты просто саму себя накручиваешь! Может быть, у тебя интернет плохой и поэтому ответ не приходит?» — утешала саму себя мысленно. — Сколько он уже тебе не отвечает? — строгим тоном спросила Анна и кивнула на телефон в моих руках. Я включила его, открыла переписку с парнем и сравнила время от отправки сообщения до настоящего момента. — Почти двадцать минут. В сети был три минуты назад, моё сообщение прочитал, но не ответил. — Понятно. — поняла всё Анна, кивнув, и, отвернувшись, начала переодеваться. — Нет, Ань, ты всё неправильно поняла! У него просто интернет плохой! — глупо начала оправдывать его я. — Ладно-ладно! Я же ничего не говорю! Может и плохой, — отвечала девушка, не поворачиваясь ко мне, снимая черную рубашку и вместо нее надевая короткую свободную белую футболку, которая еле доходила ей до пупка. Не зная, что на это ответить, я просто продолжала нервно теребить чехол телефона, покусывать губы, постоянно посматривать на часы и проверять входящие сообщения. Спустя тринадцать минут телефон, наконец-то, оповестил о входящем уведомлении, и я, думая, что Павел, наконец-то, мне ответил, включила его… и тут же разочаровалась. Это было очередное сообщение от интернет-магазина. — Да как же вы достали! — вслух ругнулась я, смахивая быстро рекламу и убирая телефон в задний карман брюк. — Я так понимаю, все встречи и свидания сегодня отменяются? — спрашивает Аня, заплетая тугой хвост и смотря на меня. Тут же перевожу взгляд на часы и понимаю, что опаздываю. — Чёрт! Аня-я, спасибо за напоминание! Всё, я побежала! — отвечаю, быстро складываю все вещи в сумку и выбегаю из кафе, перед выходом случайно цепляя сумкой вешалку, что стояла около двери, из-за чего пришлось возвращаться обратно, чтобы ее поднять и поправить. «Чёрт, возвращаться назад плохая примета!» — мысленно даю себе по лбу, продолжая быстрым шагом двигаться к автобусной остановке. «Черт, я еще и опаздываю!»

***

«Так, кажется, на месте.» — отмечаю мысленно, двигаясь по заснеженной тропинке в парке. Странно, я думала, что мы с парнем будем здесь одни, однако тут довольно многолюдно для такой холодной снежной погоды. -У-у-ф-ф… Как же холодно! — произношу, поежившись от сильно порыва ветра и закрывая лицо от снега, летящего прямо в лицо. Из-за такого снегопада решаю натянуть на голову капюшон черной длинной куртки и прячу руки в карманы. Вот же день шикарный: и погода снежная, ужасная, и ветер сильный дует, и перчатки дома забыла, и на работе проблемы, и с подругой поссорилась… «Может, это знак? Да ну, нет!» — произношу мысленно и тут же отгоняю эти мысли. — Господи, Снежана, да ты просто себя накручиваешь! — произношу вслух самой себе, подходя и останавливаясь около одинокой заснеженной лавочки.

***

«Паш, ты где?» — отправляю Павлу уже какое по счету сообщение, медленно набирая сообщение, стуча по экрану отмерзшими пальцами. «Ты придешь сегодня?» — следом отправляю другое СМС, которое тоже остается непрочитанным. Потеряв уже всю надежду на встречу с ним, встаю с лавки и собираюсь уйти, как вдруг замечаю подходящего ко мне Павла. Он пришел! Радость от предстоящей встречи с ним захлестывает меня. И тупо из-за этого на моем лице расплывается счастливая улыбка, а я сама уже готова простить ему эти сорок минут опоздания. К тому же мало ли какие ситуации могут быть в жизни? Я ведь всё понимаю. — Ох, ну наконец-то ты пришел! — говорю, счастливая, подбегая к Павлу, хрустя снегом под ногами и огибая редких посетителей парка, после чего прыгаю на шею парня и крепко обнимаю его, продолжая улыбаться. — Да, привет. — сухо отвечает он, даже не обняв меня, наоборот, оттолкнув. — Что такое? — тут же обеспокоенно спрашиваю у него, заметив такую резкую перемену в его настроении. — Что случилось? — Жан, — начинает парень, называя меня моим нелюбимым сокращением. А я ведь столько раз его просила звать меня, как угодно, но не Жанной, считая, что это два абсолютно разных имени. Однако я закрываю на это глаза. Как и всегда. Как и на всё. — Ты знаешь, я тебя уважаю, уважаю все твои принципы и желания, поэтому и говорю сейчас прямо и не собираюсь ходить вокруг да около. — Господи, Паша, говори уже, что случилось, не томи! — уже почти молю его, снова не находя себе места из-за волнения. — В общем, нам нужно расстаться. Согласен, я козел, идиот, дурак последний… Прощения не прошу, знаю, что это невозможно простить. Прошу лишь понимания. Прости. — говорит он, своими словами словно прибивая меня к земле, после чего, не получив от меня никакой реакции кроме молчания, разворачивается и уходит. Что?.. Расстаться? Но почему? Из-за чего? Что я уже сделала?! — Паш, подожди, стой! Ты что… Как… Что это значит… расстаться? Нет, подожди, это ведь несерьезно? — подбегаю к нему, догоняя и хватая за руку, становясь перед ним и заставляя его сделать тоже самое. — Паш, ты ведь несерьезно? — Всё более чем серьезно. Мы расстаемся. Это конец. — все его предложения, каждое произнесенное им вслух слово больно режет прямо по сердцу, заставляя его болеть, а непрошенные слезы катиться по лицу, смывая макияж и оставляя грязные и влажные от макияжа дорожки. Кажется, Паша сказал мне что-то еще, но я не слышала, что именно. Только увидела, как он обошел меня и, даже не оборачиваясь, пошел дальше. — Да будь ты проклят урод! — кричу на него на всю улицу, совершенно не сдерживая слез и ни капли не волнуясь о мнении окружающих. — Что б тебе пусто было на этом свете! Ненавижу тебя! Урод! Козел! — кричу ему в спину и, в порыве эмоций, начинаю хватать с земли снег и, слепив из него снежки (благо снег липкий) начинаю бросаться ими ему в спину. «Что б они тебе голову пробили!» — в порыве ненависти желаю ему, бросая снежные комочки в его сторону. Однако, к сожалению, из-за пелены слез, застывшей на глазах, его образ размывается, и я не вижу, попала ли хотя бы раз в него. Очень надеюсь, что попала. И не раз. — А я ведь тебе верила. Прощала тебя, оправдывала тебе всё, оправдывала тебя перед всеми, перед друзьями, перед семьей, а ты… — когда гнев спал, его место заменила сильная боль, заставляя слезы катиться по щекам с новой силой. — Козел ты! — произношу громче, пиная ногой ножку лавки, на которую затем сажусь, закрывая лицо ладонями и продолжая тихо плакать. — Жаль, кирпич нигде не валяется, надо было запустить… — слышу рядом с собой чей-то мужской голос спустя несколько минут моей истерики. Поднимаю заплаканное и явно страшное из-за потекшего и размазавшегося макияжа лицо, смотря на подошедшего. — Вы всё видели? — задаю, кажется, глупый вопрос, шмыгая носом. — Как и еще несколько людей здесь. Признаться честно, этот Паша тот еще мудак, раз смог кинуть такую красотку, так еще и не объяснившись. — произносит светловолосый парень, нагло присаживаясь рядом со мной и вторгаясь в мое личное пространство. — Ага, скажете тоже, — отвечаю и отворачиваюсь, стирая с лица новые слезы и продолжая шмыгать носом. — Скажу. — твердо отвечает он. — А еще скажу, что Вы были хороши. А этот козе — ужасен. Позор ему! Дай Аллах ему всего «хорошего» в огромных кавычках! — желает он, явно смеясь надо мной, что меня конкретно в нем злит, из-за чего я поворачиваюсь к нему. — Смеётесь надо мной? — рассерженно спрашиваю. — Не над Вами, над уродом одним, — тут же отвечает он, выглядя при этом очень серьезным, однако в его глазах я заметила искорки смеха и веселья, из-за чего распознаю его наглую ложь. — Не лгите мне. Вас глаза выдают, — отвечаю гнусавым голосом, отворачиваясь. — Хорошо, давайте тогда так, раз Вы мне не верите. — быстро находится он, продолжая говорить серьезным тоном. Из любопытства я остаюсь рядом и даже поворачиваюсь к нему. — Я Вам кое-что сейчас скажу, а Вы проверите: лгу я или нет. Идет? — Идет. — отвечаю спустя где-то минуту или даже две раздумий, боясь проиграть. — Что на счет правил? — О, а Вы с правилами хотите? — спрашивает он, и в его глазах появляются весёлые чертики, из-за чего я теперь начинаю жалеть о своем вопросе. Однако он не дает мне даже рта открыть, тут же продолжая. — Отлично, мне так даже больше нравится! М-м-м. давайте так: если Вы угадываете, я от Вас ухожу, если проигрываете — выполняете одно моё желание. Не переживайте, я человек приличный и желания мои будут такими же. Ну так что? «Ох уж чертики, Снежа, вот же ты вляпалась…» — думаю, покусывая губу, из-за чего она потом неприятно трескается на морозе. Так, в принципе, в обоих случаях я ничего не теряю: либо он уходит, я снова плачу, после чего возвращаюсь домой, либо выполняю одно его ПРИЛИЧНОЕ желание. Радует, что желание приличное. Только это убеждает больше всего согласиться и попытать удачу. Конечно, если не брать во внимание простое любопытство. — Ну ладно, я согласна. — нерешительно отвечаю, присаживаясь поудобнее. — Отлично! Тогда приступаем. — явно на всякий случай оповещает он, затем спрашивает, готова ли и, получив мой положительный ответ в виде молчаливого кивка головой, задает своё странное утверждение: — Вы мне нравитесь. Вот тут у меня нет слов. Они пропали! Единственное, что я могу сейчас делать — это глупо смотреть на него огромными глазами с закрытым ртом. Не хватало еще начать открывать и закрывать рот, как рыба. — А… Это всё? — глупо интересуюсь, пытаясь понять, что сейчас чувствую после такой… проверки?.. — Ну да. — спокойно и всё также серьезно кивает он. — Ваш ответ?.. — Ложь! — выпаливаю тут же. — Да не могу я Вам нравиться: наша встреча произошла с моей глупой истерики, продолжилась моими слезами и шмыганьем носом, а заканчивается глупой проверкой и моим страшным лицом с явно потекшим макияжем. И как при всём этом я могу Вам нравиться? — Вполне спокойно и правдиво. Вы проиграли, красавица, — отвечает он и ухмыляется. — Как?! — выпаливаю мгновенно. — Всё просто: я не лгал, — отвечает он всё тем же спокойным голосом. — Да нет, я про другое. КАК я могу Вам нравиться? Да, Господи, я только что прямо на Ваших глазах истерила из-за разрыва с парнем, а прямо сейчас сижу перед Вами с ужасным макияжем. Да не могу я Вам нравиться. Не-мо-гу! — до сих пор в голове не укладывается тот факт, что прямо сейчас я могу кому-нибудь нравиться. — Честно: сам не знаю, как меня угораздило влюбиться в такую прекрасную, сильную и просто великолепную девушку? — нет, он явно насмехается надо мной. — Ага, получается, Вы только сейчас сознались, а все другие Ваши слова были ложью? — подловила его на слове. — Я всё время был честен с Вами, хотя Вы этого не хотите видеть. А еще Вы постоянно увиливаете от наказания. — М. Понятно: очередной пошляк и козёл. — Ладно, Бог с Вами, говорите своё наказание. — спорить с мужчиной теперь было выше моих сил. — Сходите со мной на свидание. — опять на полном серьезе отвечает он. Это что, шутка, что ли? Сколько можно еще надо мной издеваться?! Хватит! Мне это надоело! — Знаете, что? — говорю, после чего замолкаю на несколько мгновений, получив заинтересованный взгляд собеседника. — А почему бы да? Только для начала мне нужно привести себя в порядок хотя бы с макияжем. — отвечаю, диктуя свои условия. — Не проблема. Натяните сейчас получше капюшон и следуйте за мной. — произносит парень, встает и протягивает мне свою ладонь. «Божечки, я точно не в подростковом романе?» — проносится в мыслях. -Да, х-хорошо, — киваю, протягивая свою руку в ответ, но тут же отдергивая. «Господи, Снежа, ты только что рассталась с парнем, а теперь готова вновь довериться уже другому?» — ругаю себя в мыслях. — У Вас руки красные… — отвечает он, насильно хватая мою руку и сжимая в своей, с ужасом добавляя. — Ого-о, ещё и такие холодные… Ну-ка! Парень берёт другую мою ладонь в свою и начинает на неё дуть и греть своим тёплым дыханием и горячими руками. Не знаю, что со мной сейчас происходит, знаю только, что этот парень красив. Очень. До безумия. А еще, оказывается не такой уж плохой, как я сначала думала. «Да, Снежа, он хуже. Намного!» — вновь мысленно ругаю себя за эти чувства, кое-как вырываю свои ладони из его и прячу их в карман куртки. — Так мы пойдем куда Вы там собирались или нет? — поторапливаю его. — Если Вы дадите мне свою руку. Хотя бы одну. — снова серьезно говорит он. — А сердце Вам не дать? Оно у меня тоже одно. — огрызаюсь в ответ, не повышая голоса. — Это, безусловно, наступит только позже. — отвечает он и снова протягивает свою раскрытую ладонь. Как бы холодно мне ни было, как бы сильно я не хотела вновь вложить свою ладонь в его, гордо выдергиваю подбородок и идут вперед, проходя мимо парня, даже не смотря на него. — Вы хотя бы знаете, куда идти? — спрашивает он с явной насмешкой. — А Вы мне не скажете? — спрашиваю, не останавливаясь. — А Вы спрашивали? — вот же паразит, снова вопросом на вопрос отвечает! — Я мысли читать не умею. — А я будто умею! — отвечаю с каплей злости, после чего медленно, но шумно выдыхаю, успокаиваясь и решаю всё же подчиниться ему. — Уф, хорошо. Скажите мне, где Ваша машина? — Вот так бы сразу! — отвечает довольным тоном и даже улыбается.

***

Спустя несколько минут мы сидим в его машине. Я смотрю в зеркало, что висит рядом с лобовым стеклом и оттираю старый макияж (оказывается, он не так сильно потек и испортился из-за слез и мороза, как я думала), а молодой человек попивает кофе из стакана, за которым сходил пока я отогревалась. — Вы согрелись? — спрашивает он, делая очередной глоток напитка. Киваю, довольно улыбаясь и смотря на себя в зеркало: ещё один слой «штукатурки» наносить не хочу, я итак красотка. — Угу, можем ехать. — получив мой ответ, парень трогается с места, держа в одной руке полупустой стакан Латте-маккиато, а другой — крутя руль. — Прекрасно выглядите. Я Вам не говорил? — делает комплимент водитель, рассматривая меня. Странно, но я, почему-то, не чувствую себя неловко от его взгляда. — Не помню такого. — хитро улыбаюсь, облизывая губы. — Люблю девушек без косметики. — произносит он, после чего в салоне воцаряется какая-то внезапная тишина. Однако неприятной она не была. Спустя несколько минут мы останавливаемся возле большого, шикарно и явно дорогущего ресторана. Пока я отстегивалась и рассматривала снаружи это здание, мой водитель успел выйти, открыть мне дверь и помочь выйти, снова протягивая свою ладонь. — Так хотите моей руки? — шучу за весь вечер и, улыбаясь, сама выхожу из автомобиля. Фраза моя остается без ответа, молодой человек велит следовать за ним, что я и делаю. Как только мы оказываемся внутри, к нам подходит официант и, приветствуя, ведёт разговор дальше исключительно с парнем, стоящим рядом со мной. — Антон Владимирович, Вы заказывали у нас столик, прошу, позвольте Вас проводить. — произносит официант, затем отходит чуть назад, протягивая вперед руку и, пропустив Игоря вперед, ведет нас к столику, который, как оказалось чуть позже, был довольно большим, прямоугольным, с белоснежной скатертью и стоял между двух довольно больших, мягких, бордовых диванчиков и рядом с окном, в котором отражались некоторые присутствующие с персоналом, а спустя некоторое мгновение и мы с Игорем. — Пойдем. — произносит Антон Владимирович, повернув ко мне голову. Я снова покорно следую за ним, стуча каблуками коротких модных чёрных сапожек и жалея, что стерла с лица весь мейкап: все девушки, что сидели здесь (а было их немало), были при полном параде: каждая с разным, но большим слоем макияжа и либо в брючных модельных костюмах, либо в модных длинных или коротких платьях. Хотя я и долго наряжалась около зеркала, всё равно ощущала себя здесь какой-то лишней, совершенно неподходяще одетой к этому месту. Когда официант провел нас к забронированному столику, Антон сказал мне присаживаться и сам сел только после меня. Парнишка-официант ушёл, но вскоре вернулся с двумя книжками меню в руках, что положил напротив меня и напротив Игоря. — Вам как всегда, Антон Владимирович? — спросил официант, достав из кармана чёрного короткого квадратного фартука небольшой блокнот и ручку. Судя по вопросу, Игоря Владимировича здесь знали очень хорошо и наверняка уважали, а значит он здесь довольно частый гость. — Мне пока что просто воды. — тут же отвечает Антон Владимирович, отвернувшись от официанта и вновь смотря на меня. — Хорошо. — отвечает парень, кивнув, и интересуется теперь у меня, буду ли что-нибудь сейчас заказывать. Отвечая, что пока что ещё не решила, продолжаю листать меню, знакомясь с блюдами (вернее, с ценниками). Официант, кивнув, уходит, оставляя нас с Игорем Владимировичем наедине. — Я знаю, что уже говорил это, но не могу не воспользоваться вновь выпавшей возможностью. Чудесно выглядите, — вновь похвалил он. В этот раз я с благодарностью и гордостью приняла комплимент: всё же сейчас, приведя себя в относительный порядок, я действительно чувствовала себя иначе. — Спасибо, — искренне ответила ему, кивнув и улыбнувшись. Вскоре к нам вновь вернулся официант со стаканом воды в руках. — Вы решили, что будете заказывать? — вновь поинтересовался молодой парниша. «Блин! Я совсем про это забыла!» — я принялась быстро и судорожно листать меню в поисках хоть какого-нибудь нормального и недорогого блюда. — Принесите нам самый лучший ужин на двоих с самым лучшим вином. — произнес вместо меня Антон, и официант, быстро записав всё в блокнот, кивнул и удалился на кухню. — Ты что?! — офигела я от заказа мужчины. — Это ж самый дорогой заказ! Да я за всю жизнь с этим рестораном не расплачусь! — А кто сказал, что платишь ты? — спросил он. Я не знала, что ответить, поэтому промолчала, а Антон продолжил. — В-первых, я хоть раз представил себя, как какого-то мужлана, который зовет девушку на свидание и заставляет ее там платить либо 50/50, либо только ей? — Ну… нет, — почему-то неуверенно ответила я, когда поняла, что он ждет моего ответа, что ему действительно важно мое мнение, подумав, вспоминая нашу сегодняшнюю встречу и отвернувшись к окну. — Печально, что так неуверенно… Что ж, хорошо. Во-вторых, раз уж мы так удачно перешли на «Ты» и, к тому же, ты знаешь моё полное имя, предлагаю нам познакомиться. Как ты на это смотришь? — чёрт, как же непривычно: впервые в жизни встречаю человека, которому действительно важно моё мнение, которому оно не безразлично. — Положительно! — постаралась как можно тверже ответить я. — Прекрасно! Что ж, мое имя ты знаешь, с нетерпением жду твоё. — Снежана. — отвечаю, невольно протягивая руку вперед, но тут же её убирая, чего сделать мне так и не получилось: Антон быстро схватил мою ладонь. — Какое прекрасное и редкое имя! Никогда его не слышал. Приятно познакомиться, Снежана. — отвечает мужчина, специально выделяя голосом моё имя, словно пробуя его на вкус, после чего подносит мою руку к своим губам и оставляет на пальцах короткий поцелуй, не сводя при этом с меня взгляда, чем заставил смутиться еще больше. «Господи Боже мой! Снежа! Что сегодня происходит? Что это еще за день такой?!» — воплю в мыслях и чувствую, как щеки и уши стали гореть, а всё лицо, похоже, залило краской. Как только Антон отпускает мою руку, тот тут же распускаю прическу, заставляя белоснежные локоны падать мне на лицо, скрывая его от Игоря. Больше мы ничего друг другу не говорим и мне, в поисках нужной темы для разговора, неожиданно приходит в голову мысль, терзавшая всё то время, что мы тут сидим. — Антон, официант сказал, что ты заказал столик. Я думала, что на одного, но оказался на двоих, так? — отдаленно начинаю, боясь задеть его чувства своим праздным любопытством. — Всё верно. — кивает он, внимательно выслушав меня и довольно быстро догадавшись о вопросе, который хочу задать. — Хочешь спросить, где та девушка, для которой заказан этот столик? Я киваю, отмечая ту легкость, с которой он сам задал этот вопрос. — Знаешь, Снежка, а мы кое-чем похожи: нас двоих бросили наши половинки. И не думаю, что по-разному. — через боль усмехается он, начиная свой рассказ. Я вижу, как ему неприятно это всё рассказывать и извиняюсь, советуя больше не отвечать на вопрос, если больно, ведь я всё понимаю. Однако он отмахивается и продолжает. — Мне изменили и вместе с тем предали сразу два моих самых близких человека, которым я без раздумий готов был доверить свою жизнь: лучший друг детства и моя девушка, в отношениях с которой я был уже три года и сегодня должна быть наша годовщина. Естественно, мы пообещали друг другу сделать сюрприз, однако её был самым запоминающимся. Уже купив и подарки, и забронировав столик на двоих, устроив просто идеальный романтический вечер, какой она любит, я решил без предупреждения заехать за ней, чтобы поздравить, ведь она так любит праздники и так радуется им, прямо как дитя малое. А мне всегда было так приятно видеть ее счастливые глаза, улыбку, смотреть на то, как радостно она визжит, подпрыгивает на месте или по кругу, а потом крепко обнимает меня за шею… В общем, я приехал без предупреждения и. увидел крайне неприятную картину: моя теперь бывшая девушка лежит в постели с моим лучшим другом. Я думаю, тут и без пояснений ясно, чем они занимались. «Кошмар…» — знаете, я ожидала всего, но не этого. — Боже мой, Антон, прости! — извиняюсь за то, что заставила рассказать его эту историю и в качестве поддержки кладу свою вечно холодную ладонь на его сжатую в кулак руку. — Снежана, ты ни в чем не виновата. Наоборот: спасибо тебе за то, что выслушала. — отвечает он, вновь взглянув на меня и слегка улыбается. Не зная, что еще можно ответить кроме банального: «Не за что!», тоже улыбаюсь в ответ. — Что ж, моё расставание ты знаешь, твоё я видел… о чём бы еще таком поговорим? — кажется, пытается пошутить он и перевести тему разговора. — М-м-м… Я говорил, какая ты прекрасная? — Уже несколько раз, но всё равно спасибо! — улыбаюсь и решаю тоже сделать какой-нибудь комплимент, отмечая его действительно прекрасную прическу: светлые русые волосы аккуратно расчесаны и убраны назад, что его ни капли не портит, наоборот: даже придает какой-то особый шарм. — А я говорила, что у тебя чудесная прическа? — В отличие от меня — ни разу. — с неприкрытым самодовольством отвечает он, заставляя меня улыбнуться шире. — Странный комплимент, конечно, но всё равно спасибо! — Да блин! Ну не привыкла я мужчинам комплименты делать! — цокаю и начинаю оправдываться, приняв его неудачную шутку на личный счет. — Спокойно-спокойно, Снегурочка! Я же шучу! — отвечает он и издает короткий смешок. Я, кажется, хочу ему что-то ответить, но тут же забываю, что именно, заметив подходящего к нам официанта с несколькими подносами еды. Желудок, учуяв такой приятный запах вкусной еды, решает довольно громко напомнить о себе, чем снова смущает меня. Вот же чёрт! — Вот это голод! — снова пытается пошутить Антон и сам тут же палится: его желудок тоже начинает громко урчать. -Похоже, я не одна такая, — смеюсь в ответ. — Давай, официантишка, двигайся быстрее! Я же не зря тебе деньги плачу? — с шутливой угрозой в голосе произносит Антон, переводя всё свое внимание на парня, идущего будто специально медленно к нам. — Или я тебя съем! А ты всё вкуснее и вкуснее выглядишь, дорогой! — подхватываю, хватая нож и вилку со стола и облизываясь, включая актерское мастерство на полную. — Ой, Господи, Снежана ты настоль кровожадно выглядишь, что тут даже я испугался. — Извини, я просто полностью вошла в образ. Даже снова почувствовала себя бедным голодным студентом. — рассмеялась я, кладя обратно приборы и проваливаясь в воспоминания. — Что ж, сыграла ты впечатляюще. — оценил он, сначала хмыкнув, а потом тоже рассмеявшись, наблюдая за мной. К нашему всеобщему счастью, официант уже подошел к столику, поставил перед нами блюда, а затем вновь удалился, чтобы вскоре вернуться вновь с двумя бокалами и одной дорогой бутылкой красного вина. Ох, черт, наверняка крепкого… — Приятного аппетита! — пожелал парень, после чего удалился, поставив нам на стол небольшую ведерочку со льдом, в котором лежала уже открытая бутылка вина и наполнив им наши бокалы. Первым делом мы с Антоном приступили к трапезе, полностью игнорируя наличие алкоголя, пробуя разные вкусности: от идеально приготовленной запечённой курочки до легкого овощного, но ни фига не диетического салата. «Ой, мама, зачем ты только учила меня этикету, если я всё равно ем как свинья», — подумала я, представляя себя со стороны. Ну сто процентов выгляжу как человек, которого месяц не кормили.

***

— Ну что, за наших бывших? — решает поднять тост Антон после того, как мы поели. Долго не раздумываю, соглашаясь и вновь вспоминаю своего бывшего. Да будь он проклят! — Да гореть им в аду! — желаю со всей злостью, хватая рукой бокал. — Пусть они теперь чужими бывшими, но не нашими! — поддерживает Антон, приподнимая свой бокал. — Дай Бог! — желаем с ним хором, чокаясь бокалами, а затем осушая их. После этого мы еще какое-то время сидит в ресторане, когда же многие посетители спешат разойтись и покинуть это теплое приятное освещение, чтобы вновь оказаться на холодной, заснеженной и темной улице. — Думаю, пора расходиться. — говорю спустя может час, может полтора такой приятной и легкой беседы в такой на удивление приятной компании. — Да, я тоже так считаю. — кивает Антон, встает вместе со мной, затем, подойдя ко мне, забирает у меня из рук куртку и, как настоящий джентльмен, помогает мне ее надеть. Киваю и благодарю его, после чего вместе с ним снова оказываюсь на улице, где нас двоих обдает холодный зимний ветер с большим количеством снега, попадающим прямо в лицо. — Что ж, спасибо большое за такой приятный вечер, Антон! Я пойду, — произношу, собираясь уйти, но он хватает меня за руку, заставляя остановиться. — Куда ты пойдешь? На остановку? В такую погоду и темноту? Еще и когда моя машина прямо перед нами? — спрашивает он, читая весь ответ в моих глазах. — Снегурочка, не глупи! И не выставляй меня каким-то мужланом каким был твой бывший. Уж прости за напоминание. — Уф, ладно! Но только сегодня и только потому, что неважно себя чувствую! — неважно? Господи, Снежана, да ты пьяная! Рассталась с одним парнем, а сегодня напилась с другим, причем совершенно незнакомым. Молодец! Что сказать? Благо, хотя бы не вдрызг! Антон, получив моё согласие, открывает мне дверь своего автомобиля, помогая сесть внутрь и протягивает руку. В этот раз я тоже решаю сесть в машину полностью сама. Как только я пристегиваюсь, в салоне вновь появляется Антон, заводит машину и включает обогреватель, после чего, узнав от меня адрес, заводит машину.