Раб Шэнь Цзю

      — Я запрещал!!!       Шэнь Цзю почти не услышал рык. Почувствовал. Прямо на него неслись три алых огня цвета крови. Он шарахнулся прочь. Дверь почему-то оказалась закрыта! Холод металла опалил спину. Ужас сковал тело и убил все чувства. Демоническая энергия с потоком воздуха впилась в Шэнь Цзю за миг до того, как в него вцепился демон. Шэнь Цзю успел только зажмуриться, не желая видеть, как его плоть раздирают.       Запах крови, пота и потрохов ударил в нос. Жар, исходящий от другого. Почти звериный рык в ухо. Только что демон был в нескольких шагах, мгновенье короче вдоха, и он стоит, прижавшись всем телом. Нет, не демон. Даже не зверь. Живое воплощение худших человеческих кошмаров вырвалось наружу. Не осталось человеческих слов, чтобы описать его.       Пытка временем началась. Режущая звуками дыхания вены. Запах зверя, заставляющий сердце остыть и остановиться. Его жар, опаляющий сильнее самого малого солнца. Демоническая энергия, учуявшая зачатки враждебного заклинательского дара. Норовящая забраться под кожу и растерзать врага. Сколько это длилось, Шэнь Цзю не знал и не открыл глаз.       — Что ты тут делаешь? — это было сказано не просто в ухо. Фраза впилась в самый разум. — Ты что, не знаешь приказа?       — Господин Лао прибыл и ожидает вас.       Ответ прозвучал быстро и бесстрастно. Шэнь Цзю не был в состоянии выдавить из себя ничего больше, кроме заранее подготовленного по смыслу и интонационно ответа. Ло Бин-гэ резко, зло выдохнул ему в щёку.       Бах!       Шэнь Цзю вздрогнул вместе с дверью, о которую опирался. Она затряслась, как солома наверху, когда демон по ней лупанул. Материал под спиной пошёл волнами, надавив на лопатки и поясницу.       — Кто его сюда пустил?!       Топот убегающих ног с той стороны.       — Сяо Гунчжу, это ты?!!!       Хрясь!       Металлическая дверь закричала в агонии, когда демон выдрал её из проёма. Шэнь Цзю покачнулся, зажатый между ними. Снова грохот падающей двери. Чужая рука поддержала его за талию от падения слишком крепко, но не оторвав плоть. Оказывается, ноги его подвели.       — Жди здесь, — с трудом выдохнул хозяин. — Я тебя не убью.       Стремительное движение воздуха. Демон метнулся за Сяо Гунчжу. Наверху раздавались крики. Он сумел-таки настичь её, но Мобэй Цзюнь, почувствовав вспышку враждебной энергии, тоже поспешил разобраться. Сверху долетали крики. Хозяин желал разобраться с Сяо Гунчжу немедленно. Она, заикаясь, визжала, что чужой раб сам явился и спустился к нему. Мобэй громко, резко и отрывисто требовал оставить его рабыню в покое. Если Ло Бин-гэ тут так некомфортно, пусть забирает своего пленника и слугу туда, где им не помешают.       Что-то щёлкнуло в голове, и Шэнь Цзю «очнулся». Посмотрел на несчастный человеческий кусок мяса.       Раз.       Он был жив. Он не мог быть жив, так долго истекая кровью. Но он бился в агонии всё это время, пока демоны спорили наверху.       Два.       Ни один лекарь не смог бы спасти его. Но он был жив. Ци Цинци быстро поправилась от страшной раны. А у Шэнь Цзю не только не осталось следов от плети старика Лао, но и даже ожогов после сегодняшнего утра.       Три.       Демоны могут управлять самими телами, их здоровьем и сознанием. Хотя бы на время.       Четыре.       Не все демоны это могут, не то мир был бы полон покорных человеческих кукол.       Пять.       Все эти возможности имеют разный срок и силу воздействия. По крайней мере, хозяин хочет, чтобы Шэнь Цзю так думал.       Шесть.       Лю Цингэ довольно долго покорен, несмотря на демонстративное несогласие со своим положением. Возможно, Ша Хуалин овладела этим искусством воздействия лучше, чем хозяин. Или тот более осторожен.       Семь.       Ци Цинци знает больше, чем говорит. Осторожничает или боится?       Восемь.       Пыточная по какой-то причине находится в доме Мобэя, а не хозяина. Почему?       Девять.       Железная дверь валяется покорёженная после одного удара хозяина. Ему не только плоть, но и металл не преграда. На ней кровь. Палача или его жертвы?       Десять.       Сегодня «учить и учиться» выпало Ци-гэ. Хотя многие женщины могли научить этому, хозяину зачем-то понадобилось пристроиться к мужчине. Зачем? К Ци-гэ и Шэнь Цзю. Зачем? Хозяин любит издеваться над ровесниками, игнорировать детей, стариков и подростков. Ци-гэ и Шэнь Цзю ровесники. Что ещё у них общего? Они оба не влюблены в полудемона. И оба рабы. Но под эти же мерки подходит и Лю Цингэ. Однако им хозяин вообще не интересуется. Кажется, он купил его лишь потому, что он красив для Ша Хуалин. Даже не поэтому. Чтоб насолить за то, что тот не любит ему подобных. Но, похоже, хозяину быстро надоело злорадствовать насчёт Лю Цингэ. Значит, возраст и равнодушие к привлекательности хозяина стоят не на первом месте. Что ещё у них с Ци-гэ общего? Оба люди, оба осторожны, оба сироты. Последнее неважно, так как это хозяин выяснил позже. Но что-то ещё должно быть…       Если только хозяин так часто не кидается на женщин, потому что не может удовлетвориться. Не может удовлетвориться, потому что втайне желает мужчин. Возможно, он долгое время не мог себе в этом признаться. И Шэнь Цзю стал первой попыткой, а, войдя во вкус, демон полез уже к Ци-гэ. Наверное, именно поэтому он начал с рабов, а не с равных. Рабы не могут отказать или осмеять. Кстати, Мобэй Цзюнь кажется старше из-за своей сдержанности. Ещё он молчит, и невозможно понять, что у него на уме. Может ли хозяин желать его, но бояться признаться? А потому выбрал рабов для тренировки или представлял его на их месте? Как Цю Цзяньло. Неизвестно же, кто сильнее из этих двух демонов, но Мобэй не боится вступать с ним в ссору. Правда, кроме замкнутости и роста Шэнь Цзю больше не находил ничего общего между ним, собой и Ци-гэ. Кроме того, Мобэй наедине с другом мог проявлять себя иначе. Говорить и делать вещи, не предназначенные для чужих рабов. В конце концов, они вместе пили. Кто знает, как ведёт себя пьяный Мобэй. Или…       Или был другой мужчина. Желанный. Напоминающий одновременно и Шэнь Цзю, и Ци-гэ. Тот, что не достался. Или по какой-то причине исчез. А может, даже отказал. И хозяин ищет «его», чтобы дать им ещё один шанс. Или отомстить. А что, если он уже отомстил? Прямо здесь, и ему так понравилось, что он пытает людей и дальше в этом подвале, чтобы освежить воспоминания. Мужчин, похожих на того. Или же того самого… Которому не даёт умереть. До сих пор.       Шэнь Цзю колотила нервная дрожь, и он сглотнул подступившую к горлу тошноту. Этот мужчина на цепях… остатки этого мужчины… Мог ли быть это тот самый мужчина… Тот, что разворовал или отказал хозяину? Или который мог рассказать кому-то, намекнуть так глубоко уважаемому отцу хозяина, какие вкусы у его сына? Как бы то ни было, рядом с ним хозяин стал настоящим демоном. Или демон полностью поглотил его? Неважно. Шэнь Цзю, думавший, что уже видел гнев хозяина, очень ошибся. Истинный, поглощающий гнев накрыл хозяина рядом с этим человеком. Удивительно, как он вообще не глядя не размазал Шэнь Цзю. Хотя у него будет время. Теперь стало ясно — у хозяина всегда будет время и возможность убить, даже не находясь рядом. Бежать бесполезно, ведь он может заставить чужие ноги вернуться к нему же. Или просто потерять сознание, и, пока беглец будет валяться без чувств, сам его найдёт. Так что Шэнь Цзю ещё получит своё. Или потеряет… Так или иначе, если вдруг каким-то несвойственным его жизни везением Шэнь Цзю выживет, возможности заглянуть в лицо измученному мужчине и узнать, похож ли он на него самого и Ци-гэ, не будет. А значит, нужно это сделать сейчас.       Шэнь Цзю считал себя умным человеком. Шэнь Цзю считал себя смелым и решительным человеком, умеющим просчитать многие действия и оценить их необходимость. Однако сейчас, когда так важно было оценить свои перспективы возможного возвращения сюда, даже при «благоприятном» сегодняшнем исходе в виде куска вечно мучающегося мяса, это было необходимо. Лишь зная все стороны противника, можно удачно лавировать. Но он стоял на месте, не двигаясь. Подходить и смотреть в глаза своей судьбе не хотелось. Взгляд малодушно бегал по комнате, отмечая всё новые и новые детали. Свежую кровавую лужу под телом. Значительно большее по размеру бурое пятно под ней. Другие грязные цепи и другие пятна. Бесконечное, мерное капанье крови из человека. Самый страшный и раздражающий звук. Хуже любого предсмертного хрипа или визга боли.       Собрав силы, Шэнь Цзю сделал шаг вперёд и замер, вновь погрузившись в атмосферу. Запах. Затхлый, больной, грязный… к которому примешивался и здоровый, приятный, молодой запах хозяина. Весь пол был покрыт отпечатками обуви хозяина и Мобэя, свидетельствующими, что подобные игрища здесь проходят не так уж редко. Широкий стол у стены с множеством знакомых и очень редких пыточных инструментов. Похоже, демоны любили разнообразие. Пытки зависели от провинности того или иного человека? Или палачи просто экспериментировали?       Ещё шаг. Слабость сковала колени, собственный нервный пот вдруг стал весьма ощутимым и раздражающим. Мокрые капли на лице, липнущая к телу одежда. И всё это от внезапного осознания, что за всё время его присутствия здесь кровь из обречённого продолжала хлестать. Пятно знатно выросло, но кровь в теле неизвестного не кончалась. Это было невозможно. Но так он мог умирать вечность.       — Ты узнаёшь его?       Пошатнувшись от слабости и неожиданности, Шэнь Цзю медленно обернулся. Прямо за ним, непонятно как подобравшись, абсолютно неслышно уже неизвестно сколько времени стоял хозяин с неподвижным лицом, сложенными на груди руками и алеющими глазами и демонической меткой.       — Этот ничтожный не настолько искусен в распознавании лиц, чтобы узнать в этом человеке кого бы то ни было, — голос Шэнь Цзю дрогнул, но он не соврал.       Одежда несчастного давно задубела от пролитой крови, так что даже её цвет невозможно было рассмотреть. Длинные грязные вопросы были растрёпаны и почти закрывали лицо. Единственное, что можно было на нём рассмотреть, так это мясо, торчащее из ран. Отсутствие конечностей не давало возможности оценить рост и пропорции. Лишь по валявшемуся на полу поясу Шэнь Цзю предположил, что его шили для мужчины.       — Почему ты называешь «это» человеком? — хмыкнул хозяин. — Сейчас это больше похоже на свинью. Разве нет?       Это был другой хозяин. Новый. Точнее, с новой стороны. Яркая звериная ярость поутихла после скандала. Видоизменилась. Рядом с Шэнь Цзю по-прежнему стоял демон, а не человек. Пылающий изнутри демонический гнев не угас. Он чётко ощущался покалыванием на коже Шэнь Цзю, но будто бы стал плотнее, твёрже. Не метаясь и кусая всё, что подвернётся, без разбору. Как дрессированный зверь, пока что развалившийся на земле, но поднявший голову. Спокойный от знания, что в любой миг может сорваться и настигнуть добычу, ведь нет никого равного ему по силе и скорости. Этот Ло Бин-гэ утратил какую-то хитрую кокетливость в движениях, эротически тянущиеся отголоски в интонациях. Кому-то он мог бы показаться теперь более мужественным. Осанка, поза, выражения лица, энергия — всё стало жёстким, резким. Для Шэнь Цзю же этот облик выглядел более естественным. То, о чём он всё время подозревал, то, чего ждал с самого первого мига, поймав на себе взгляд хозяина, проявилось. Но такой жестокости даже он не ожидал. Быть может, потому что прежде у него были господа-люди, не способные удержать жизнь ни в чьём теле так надолго. Да и они никогда не были настолько богаты, чтобы убийство раба не было ударом по кошелю. И тем не менее этот демон производил слишком бескомпромиссный образ. Шэнь Цзю не знал, насколько его состояние в этот миг уязвимо. Способен ли он прислушиваться к голосу разума или решит рубить с горяча. И главное — в этот раз он абсолютно не знал, что хочет от него хозяин.       — Конечно, это… мало похоже на человека.       Взирающий на свою жертву демон резко повернул к нему голову. Пламя в его глазах плясало как в печи — пока заслонка закрыта, всё в безопасности. Но только кинь лишнее полено и не прикрой…       — Ты опять решил поиграть в лесть и подсюсюкивание? Тебе это совсем не идёт, Шэнь Цзю! Ты хотел достать правду? Вот она.       — Признаться, я понятия не имел, что здесь…       — Уже неважно, — кажется, сейчас хозяин был не в настроении вылавливать искры правды в его длинных витиеватых ответах и играть с этими искрами. — Ты увидел то, что увидел. И не отвечаешь на мой вопрос.       Шэнь Цзю внутри трусило от напряжения. Он постарался выдавить улыбку. Увидев её, хозяин заиграл желваками. Шэнь Цзю согнал с лица вымученную гримасу и ненавязчиво отвёл глаза:       — Потому что там, где я рос, всегда говорили, что, пока тело изувечено, а душа жива, человек жив. Но даже самое идеальное тело без души зовут трупом, а не человеком.       — То есть неважно, сколько мяса утратит тело, если в нём есть душа, ты считаешь это человеком?       Нехорошее предчувствие начало грызть душу Шэнь Цзю. Вполне возможно, после его ответа хозяин решит, что и слуга ничего не потеряет, лишившись руки или ноги, раз тело для него не так ценно. Но испуганный, сосредоточенный на контроле страха разум Шэнь Цзю был не в состоянии придумать новый ответ.       — Свиное мясо. Человеческое мясо. Демоническое мясо. Куриное, телячье, индюшачье — даже отделённое от тела, сваренное в супе и нарезанное на мелкие кусочки, оно всё равно остаётся мясом своего владельца. В независимости от того, жив он или мёртв.       — Хорошо, — помолчав, сказал хозяин. — Ты узнал этого человека? Не можешь не узнать.       Шэнь Цзю покачал головой, опустив глаза. И вздрогнул, когда Ло Бин-гэ стремительно сделал шаг рядом.       — Ты слишком хорошо знаешь это лицо и не узнал, — схватив изувеченного человека за волосы, он резко дёрнул, поднимая голову вверх. — А так?