Они вернулись в светлый дом, после блуждания в ночной тьме.

Вернувшись назад в Призрачный Город, первым делом дочь Демона и Небожителя, отправилась в Игорный дом, чтобы наверстать упущенное. Се Лянь хотел пойти за ней и напомнить о сдержанности в азарте, но Хуа Чэн его остановил со словами: – Она пообещала, что не будет сильно увлекаться, не беспокойся за неё. – Ты прав. Видимо я всё ещё слишком зациклен на прошлом. Князь демонов обнял Небожителя за плечи. Ему ли не знать, как сильно корил себя Наследный Принц, когда узнал, какую боль пережила его родная дочь. Благо девушка сумела оправиться и при встрече с ними была практически такой же как раньше. Это немного успокоило волны тревожности в душе Се Ляня. Когда на землю опустилась ночь и Призрачный город заиграл своими привычными праздными красками, Князь и Принц вовсю трапезничали в своей резиденции. Не сказать, что стол был прямо до отвала усыпан разными яствами, но Хуа Чэн как всегда старался подать к столу как можно больше любимых блюд Его высочества. И всё бы ничего, ужин как ужин. Но Хуа Чэн не сводил глаз с, подаренной на днях их знакомыми, курильницы для благовоний. Артефакт не имел никаких признаков присутствия зловещей или какой-либо ещё маны. Но тем не менее приковывал к себе взгляд всякий раз, когда на него обращали внимание. – Сань Лан? Что-то не так? Демон резко перевёл взгляд на супруга. – Всё хорошо Гэгэ. Просто интересно что же это за артефакт нам подарили. После чего всё же поднялся с места и подошёл к стоящей на полке курильнице. Принц наблюдал за действиями своего мужа пытаясь понять, о чём он думает в этот момент. А думал Собиратель Цветов о многом. После того как Шень Цинцю подарил Его высочеству курильницу, Хуа Чэн решил выяснить у Ло Бинхэ о её истинном предназначении. Тот немного странно ухмыльнулся и дал весьма интригующий ответ. – Вы сможете встретиться в самом желанном для вас обоих сне. Но Ло Бинхэ сказал это, частично ссылаясь на собственный опыт. Так что было неизвестно, что преподнесёт судьба и глубины подсознания Небожителя и Демона. Поэтому Хуа Чэн решил не действовать столь опрометчиво и обернувшись к слегка взволнованному Се Ляню, ответил. – Да вот думаю, может дать опробовать подарок твоим вспыльчивым дружкам? Наследный принц вздохнул, но упираться не стал. На самом деле он и сам хотел дать опробовать своим друзьям этот артефакт, но только из-за слов Шень Цинцю. Заклинатель объяснил ему, что после использования курильницы, он с супругом наконец сумел разрешить некоторые недопонимания и сделать их связь ещё крепче. Возможно, эта курильница могла помочь и Наньяну с Сюаньчжэнем. В конце концов, их отношения действительно были очень сложными. Ведь прошло уже много лет после того как троица воссоединилась вновь и наладила прежнюю дружескую связь. Но Му Цин и Фэн Синь, всё равно, время от времени затевали ссоры и драки, порой совсем уж на пустом месте. Последний раз Се Лянь застал ожесточённую драку этих двоих, когда боги войны решали, кто пойдёт за их племянницей в мир смертных. Пришлось долго и упорно разнимать мужчин, ведь каждый из них стоял на своём. Оба бодались и были похожи на упрямых баранов. Поэтому в итоге пошли вместе. Но опять же, не прошло и недели с того момента, как им удалось отыскать Хуа Сюин, как они затеяли драку в одном из самых аскетичных орденов Китая. И по возвращению тоже! Нужно было уже что-то решать. Поэтому Се Лянь сам вызвался отнести курильницу своим друзьям. Из лучших побуждений. А Хуа Чэн просто хотел разузнать обо всех подводных камнях артефакта. В итоге, курильницу вернули супругам где-то через неделю. Причём было это сделано через посредника в виде Хуа Сюин. На которую родители сразу накинулись с вопросами. Се Лянь стремился узнать о том в каких отношениях и чувствах были Фэн Синь с Му Цином на данный момент, в то время как Собиратель Цветов осторожно выведывал то, что именно должен был показать артефакт этим двоим. Девушка пыталась собраться с мыслями для рассказа, ведь давно такой картины не видела. Когда она оказалась в Небесной столице, то первым делом направилась во дворец Наньяна, ведь по идее курильница сначала должна была пробыть какое-то время у Му Цина, и лишь потом перейти к Фэн Синю. Но по приходу её огорошили ответы помощников. А дело было в том, что генерала Наньяна уже как большую часть недели не было во дворце. Он всё это время находился у Сюаньчжэня. Помня о странных отношениях между этими двумя на протяжении нахождения рядом с ней в орденах заклинателей, девушка уже начинала строить определённого рода теории, пока направлялась в недалеко стоящий дворец Сюаньчжэня. И как одно из неочевидных подтверждений, ей стал оклик Пэй Мина. Он улыбался во все тридцать два зуба и выглядел довольнее кота, что наелся сливок. – С чего такая радость на лице? Госпожа Юйши позволила отночевать в её покоях? – Вот же бестия. Но думаю этот вопрос стоит задать не мне, а твоему дяде Наньяну. На вопросительное выражение лица девушки, Мингуан ответил следующее. – Ох какие крики «борьбы» мы тут все недавно слушали. Ночью. Мне и самому интересно посмотреть сейчас на них. Хуа Сюин снова начала прокручивать в голове события в Гу Су, направляясь к дверям дворца Му Цина. Пэй Мин шёл рядом с ней и тихо посмеивался, явно предвкушая что-то интересное. Интересное это мягко сказано. Когда их впустили младшие чиновники, от взора заклинательницы и мужчины не укрылось то, какими нервными и смущёнными они все были. Но что-либо рассказать наотрез отказывались. Поэтому девушка сделала глубокий вдох, после чего настроилась на самый худший исход и открыла двери в опочивальни Му Цина. Лицо девушки мигом слилось с её волосами. А Мингуан лишь шире ухмыльнулся. – Хо-хо. Боги войны всё ещё спали, крепко обнимая друг друга. Но не это заставило смутиться заклинательницу, а Пэй Мина прийти в восторг. Дело было во внешнем виде мужчин. Они были полностью обнажены и прикрыты кое как, тонким одеялом. На смуглой коже Фэн Синя виднелись ярко-алые отметины и укусы от зубов с царапинами. С Му Цином ситуация была аналогичной. Не было никаких сомнений в том, что как минимум предыдущую ночь, эти двое провели активно. Не зря Мингуан так лыбился, когда говорил о звуках борьбы. – И как их разбудить? Прошептала девушка, задавая вопрос скорее самой себе, чем своему спутнику, но бог любви решил этот вопрос. – Легко. ПРОСНИТЕСЬ ОБА! К ВАМ ПЛЕМЯННИЦА ЯВИЛАСЬ!!! Оба бога тут же подорвались всё ещё сонные и злые. Они глянули на Пэй Мина и единогласно воскликнули. – КАКОГО ХУЯ ТЫ ТУТ ЗАБЫЛ МИНГУАН?!!! Фэн Синь хотел было встать на ноги, но тихое покашливание девушки мигом отрезвило как его самого, так и сидящего рядом мужчину. Вот тут-то до обоих запоздало дошло, что они сидят перед своей племянницей в чём мать, родила и мигом прикрылись одеялом, которое одним своим видом говорило, сколь много успело повидать. Уже более спокойным тоном, Му Цин спросил. – Зачем ты сюда пришла? Девушка ответила, упрямо избегая взгляд и рассматривая причудливые узоры на занавесках. – Меня отправили забрать курильницу. Я думала отец вас предупредил. Послышался громкий удар ладонью о лоб. Хуа Сюин на автомате повернулась и увидела то, как Сюанчжэнь лихорадочно потирает свой лоб. Рядом сидящий Наньян осторожно гладит мужчину по спине, после чего переводит взгляд на Пэй Мина. – Ну ладно А-Сюин. Ты то какого хуя тут делаешь?! Мингуан поправил волосы и ответил с лисьей улыбкой. – Пришёл глянуть на исход ночной борьбы между вами. Так, кто кого? Или по очереди? На мужчину тут же уставились три испепеляющих взгляда. Заклинательница мигом прописала подзатыльник богу войны и воскликнула. – У тебя ни стыда, ни совести дядя Пэй!!! Даже после столь тяжёлого удара и пронзительных взглядов, мужчина ответил без капли раскаянья. – Прошу прощения. Тем не менее, мне просто интересно, что же подтолкнуло вас к таким… Кхм, активным действиям? Я думал, вы ещё лет двести будете ходить вокруг да около. Фэн Син и Му Цин тут же покраснели. Невольно двое богов войны перевели взгляд на курильницу для благовоний, что стояла на столике у окна. Девушка проследила за этим взглядом и начала догадываться обо всём. – Я просто заберу курильницу и верну родителям. Хорошо? Му Цин хотел встать, чтобы самому передать артефакт, но на него накинулся Фэн Синь с одеялом, укутывая с головы до ног. Вновь повисла неловкая тишина. Тяжело вздохнув Хуа Сюин, подала голос. – Не нужно вставать. Я сама возьму. Отдыхайте пожалуйста и ни о чём не беспокойтесь. Пэй Мин смотря на всё это действо, пожал плечами, и более чем довольный развернувшимся зрелищем, наконец покинул дворец. Девушка тоже начала уходить, когда на выходе из покоев, её окликнул Фэн Синь. – Сюин-Эр, можешь не говорить Его высочеству и Собирателю Цветов, что видела нас такими? Заклинательница мягко улыбнулась, и хотела кивнуть, но понимала, что если рядом с ней, всё это время был Мингуан, то подобное уже никак не укрыть. Видимо Му Цин это тоже понял, так как тяжко вздохнул и сказал. – Иди и… Просто не вдавайся в подробности. И вот теперь, девушка сидела и пыталась объяснить своим родителям всю ситуацию так, чтобы при встрече с друзьями, Наньян и Сюаньчжэн не чувствовали себя слишком смущёнными. С этой задачей вполне себе справится Градоначальник. В итоге, наплетя первое что пришло в голову, Хуа Сюин поспешно собрала немного вещей, и снова отправилась путешествовать, оставив родителей в смешанных чувствах. Следующим вечером, пусть уже и с некоторой осторожностью, но Хуа Чэн таки поставил курильницу в их с супругом покоях. Приятный запах мигом начал обволакивать каждый миллиметр пространства, заставляя демона и небожителя ощущать сонливость. Таким образом они быстро провалились в сон, крепко обнимая друг друга. Первое что почувствовал Се Лянь, была тоска. Тоска такой силы, что в груди невыносимо щемило. Он сел на циновке и осмотрелся. Он был в храме Водных Каштанов. За окном пели птицы и шумел осенний ветер. Первые лучи восходящего солнца пробивались сквозь всевозможные щели, освещая храм и его убранство. Встав и потянувшись, юноша скрутил циновку, на которой до этого времени спал, приступил к своим рутинным обязанностям. Внешне он был всё также спокоен и бодр, но вот внутри. Внутри его разъедала тоска по любимому. Но он будет ждать его. Столько, сколько понадобится. – Думаю нужно пойти в деревню и собрать немного рухляди. Может найду что-нибудь полезное, и людям заодно помогу. Сам себе сказал Се Лянь, полностью слившись с прошлым собой. Он взял мешок, и отправился в путь, украдкой глянув на уже желтеющие листья. Окружение, навивало лёгкую меланхолию. Но юноша решил акцентировать внимание на любой приятной мелочи, что попадётся на его пути. Вот, одна из старушек, накормила его паровыми булочками и даже дала немного этих самых булочек с собой. А вот уже относительно молодой торговец предложил пусть и рухлядь, но зато какую! И погодка хорошая! За такими делами на улицу опустился вечер. И неся, уже в телеге, очевидно не малый за день улов, небожитель шёл в сторону дома, думая о приготовлении ужина. – Может сварить суп? Или просто доесть паровые булочки что мне дала госпожа Мин? Се Лянь задумчиво тёр подбородок, и в итоге решил просто доесть булочки. Вздохнув он поднял взор к небу, заметив ранее на тропе странные отцветы, и застыл в изумлении. Это были небесные фонарики. Такие же, какие были на прошлом небесном пиру. И взлетали они со стороны храма Водных Каштанов! Наследный Принц отпустил телегу и пошёл по тропе с каждым шагом ускоряясь. Когда же он вышел из леса, то увидел недалеко от порога фигуру в красном, что запускала в небеса последний фонарик. Обернувшись, демон с небожителем встретились взглядами, и пошли друг другу на встречу. Принц вновь ускорил шаг и уже не сдерживая слёз помчался к Собирателю Цветов, падая прямо в его объятья. – Гэгэ, я же обещал вернуться. Сквозь слёзы Се Лянь улыбнулся и глянул на своего ненаглядного демона. – Я знаю Сань Лан. Спасибо, я ждал тебя. Простояв так ещё какое-то время, они таки зашли в храм. Се Лянь так сильно радовался возвращению Хуа Чена, поэтому тут же начал суетится, дабы приготовить что-нибудь на ужин. Демон какое-то время наблюдал за этими перебежками из стороны в сторону, после чего подловил момент, и когда его ненаглядный Гэгэ всё же остановился у стола, тихо подошёл и обнял его со спины. Се Лянь удивлённо замер. Он уже придумал что сготовить, и хотел взять продукты на столе, но внезапные объятия слегка сбили с толку. – Сань Лан? Ты будешь есть? Внезапно решил задать вопрос Се Лянь. Хуа Чэн хмыкнул и уткнулся в шею Принца шепча. – Конечно. Я хочу есть. Небожитель тихо вздохнул понимая, что стоило бы узнать, что именно демон хочет отведать. – тогда, чего бы ты хотел сейчас съесть? – Гэгэ. Се Лянь немного не понял, что имел в виду демон, поэтому спросил. – Прости, но я не совсем понял. Хуа Чэн еле коснулся губами молочной кожи Принца, вызвав у последнего табун мурашек. – Я хочу съесть Гэгэ. И не дожидаясь ответа, повернул к себе лицо Принца, впиваясь в его слегка сухие губы. – Мх! Тихо начал постанывать Се Лянь неосознанно приоткрыв рот, чем воспользовался Хуа Чэн углубив поцелуй, и вызвав в теле небожителя сладостную дрожь. Последний раз юноша ощущал подобное, когда у его демона было обострение призрака. Но сейчас, не смотря на жгучую страсть, Собиратель Цветов был очень осторожен в своих действиях, чтобы не спугнуть любимого. Руки демона мягко проходились по бокам и талии небожителя, плавно спускаясь к бёдрам. Се Лянь млел и таял от ощущений что сейчас его переполняли. Поцелуи тем временем становились всё грубее и глубже. В какой-то момент, юноша понял, что одних поцелуев и осторожных прикосновений сильно мало. Он хотел большего! Видимо Хуа Чэн это тоже понял, так как резко развернул его к себе и усадил за стол, вновь зацеловывая опухшие влажные уста, попутно снимая верхние и нижние одежды юноши. Отбросив ханьфу на пол, прохладные ладони демона вновь прошлись по туловищу Принца, но теперь с ещё большим нажимом. – Ах! Стоны Принца становились всё громче, пока Собиратель Цветов оставлял алые отметины на его шее и ключицах. Руки демона, тем временем, опустились к завязкам штанов небожителя и начали их развязывать, стремясь освободить и прикоснуться к твердеющему члену. На миг Хуа Чэн оторвался от истерзанной ласками ключицы, и взглянул на нефритовый стержень Се Ляня. В его голову тут же ударила шальная мысль, но он решил сперва воспользоваться своей рукой. Стоны Принца ласкали уши демона, а открытость и желание юноши сделать демону также приятно, просто сводила с ума. В темноте ночи, пока осенний ветер шумел снаружи храма, внутри по помещению разносились звуки мокрых поцелуев, жарких стонов, и шлепков кожи о кожу. Демон и небожитель уже полностью обнажённые, лежали на циновке и упивались друг другом. Се Лянь полностью отбросил смущение и во всю наслаждался процессом, иногда даже перехватывая инициативу. В какой-то момент, когда они оба вновь были на самом краю, Се Лянь схватил Хуа Чэна за плечи, и не прерывая процесс, оседлал его делая ритм быстрым и мощным. В глазе демона плясали звёзды, и он только лишь мычал сквозь стоны. – Ах!... Ваше Высочество! Сам Принц тоже громко выстанывал имя любимого, Всё глубже насаживаясь на его ствол. – Сань Лан! Ах! Мх.. К чёрту предубеждения и сомнения! Они очень любят друг друга и дико друг друга желают. На коже Собирателя Цветов, как и на коже Наследного Принца, красовалась куча алых, а иногда даже и синеватых отметин, вперемешку с укусами. – Твоё Высочество, ты прекрасен! Невероятен! Отвечал Князь Демонов, вновь наваливаясь на юношу и возвращая себе инициативу. Толчки стали настолько сильными и частыми, что в глазах Принца мерцали искры. Стоны сменились на крики, от волны нового оргазма, по вискам стекали горячие слёзы, которые, Собиратель Цветов слизывал и зацеловывал румяные щёки юноши. Они кончили одновременно, а их стоны потонули в новом поцелуе, от напора и грубости которого, по щеке Се Ляня, стекала тонкая струйка слюны. – Я люблю тебя Гэгэ. Принц устало улыбнулся и обнял демона, шепча в ответ. – Я тоже люблю тебя, Сань Лан. Утром, в покоях демона и небожителя было очень громко. Обычно Инь Юй тактично стучал, но в этот раз даже не подошёл к двери. Вот настолько в комнате супругов было шумно. По итогу, на совет, Хуа Чэн явился лишь к полудню и выглядел взъерошенным, но при этом и очень довольным. Черновод осмотрел его раздражённо цокнул языком. Собиратель Цветов даже не скрывал своего состояния, гордо демонстрируя истерзанные укусами и алыми метками его супругом шею с грудью. – Кажется, Господину Хуа пришёлся по вкусу наш с мужем подарок. Коротко констатировал Ло Бинхэ, а Хуа Чэн ответил, улыбаясь во все тридцать два зуба. – Более чем. Я весьма благодарен Лорду Ло. Таким образом, демон и небожитель испытывали возможности артефакта, пока Собиратель Цветов в один из вечеров не предложил передарить курильницу их новым знакомым. Наследный Принц сперва весьма удивился, такому предложению, но немного подумав, согласился, после чего они отправились в гости в Облачные Глубины.