Mon Demon

      Эва крутилась у зеркала, с недовольством разглядывая темные следы укусов на спине и проступающие на бедрах синяки. Все происходящее казалось до ужаса неправильным. Разве может она получать удовольствие от подобного? Амен ведь причинял ей боль, и делал это намеренно, но все же в его действиях не было грубости и пренебрежения. В какой-то своеобразной манере так он проявлял нежность, так показывал свои чувства.              Он заставлял ее наслаждаться тем, о чем и подумать было стыдно. Он буквально пробуждал в ней худшее, менял ее под себя. Каждая отметина на ее теле была доказательством губительности его влияния.              — Вот, держи.              Амен, совсем не обремененный одеждой, вошел в спальню и протянул Эве бокал. Даже не прикасаясь к нему, она почувствовала, что находится внутри.              — Ты хочешь, чтобы я выпила это? — он кивнул, и она поморщилась: — Фу, нет!              — Что-то не припомню твоих возмущений тогда, на столе. — довольный тем, как она по обыкновению сжалась от приливающего стыда, демон ухмыльнулся: — Дама не приучена к бокалам? Могу снова сделать надрез для тебя. Где тебе больше нравится?              Неспешно прочерчивая багровеющий след на своей груди, Амен с хищным прищуром ждал ее ответа. Поджав губы, Эва выхватила фужер из его руки, но выпить все еще не решалась.              — Зачем это?              Демон приблизился к ней, перекинул волосы за плечо, очерчивая кончиками пальцев следы своей страсти на ее спине. Она такая хрупкая, даже слишком. Он не привык думать о ком-то, заботиться. А вот об Эве заботиться отчего-то хотелось. Правильно ли он поступал с ней? Давно ли беспокоит его эта «правильность»? Амен всегда брал то, что хотел, без оглядки на последствия и лишние сантименты. Так почему с этой девушкой все иначе?              — Моя кровь излечит тебя и придаст сил. Привыкай, следующая порция будет больше. Хотя вкус тебе, кажется, и так нравится.              Бросив на него рассерженный взгляд, Эва сделала два небольших глотка и сморщилась, отставляя бокал.              — Все, не могу больше. Гадость какая!              — Я ведь могу и обидеться.              Не прилагая усилий, он за плечи развернул ее спиной к зеркалу, демонстрируя идеально ровный цвет кожи. На ней и впрямь не было и следа, а в теле ощущалась приятная легкость. Эва заметила, что даже оттенок ее глаз был немного ярче обычного.              — Ты выпила недостаточно. Вся сила ушла на то, чтобы тебя излечить. Кстати о силе. — Амен склонился, мягкими губами прокладывая дорожку неспешных поцелуев от ее плеча к шее. — Я ведь не спросил, как ты нашла меня тогда? Как использовала мою кровь? В тебе ее не было.              — Откуда ты знаешь? — прошептала с придыханием, блаженно прикрыв глаза, ощущая, как он упирается в ее поясницу.              — Я сразу почуял на тебе запах, но тебя не чувствовал.              Еще мгновение назад тающая от его ласки Эва напряглась и задержала дыхание, когда смысл его слов стал доходить до разума.              — Меня.. Что это значит? Что ты сделал?              — Ничего. Ты все сделала сама. — он шумно вдохнул аромат ее кожи, намеренно задевая носом шею. — Я ощущаю теперь все эмоции, которые ты так усердно прячешь. Если ты вдруг пропадешь — найду тебя даже под толщей воды. А если я позову тебя, ты услышишь, как бы далеко ни была.              Все внутри нее закипало от гнева. Она развернулась к нему, еще надеясь, что это всего лишь одна из его жестоких шуток, но демон выглядел абсолютно серьезным. До дрожи разгневанная, Эва прошипела:              — Твоя кровь.. Поверить не могу! Ты привязал меня? Я тебе собака что ли?              — Я бы предпочел называть тебя своей женщиной, но если тебе такое больше по нраву..              Амен засмеялся, когда маленькие злобные кулачки отчаянно осыпали ударами его плечи и грудь. Чем больше он ее узнавал, тем лучше понимал, почему она живет одна посреди леса. Дикая, яростная, совершенно безумная. Идеальная.              — Ненавижу тебя! — непрошенные слезы скатывались по щекам одна за другой. — Зачем ты свалился на мою голову? С ума меня сводишь, ненавижу!              — Довольно.              Он спокойно перехватил ее тонкие запястья, но Эва не оставляла попыток вывернуться. Быстро утомившись от этой смехотворной борьбы, Амен обхватил ее руками, прижимая к себе так крепко, чтобы не могла даже пошевелиться.              — Остановись. — его вкрадчивый шепот запустил мурашки по смуглой коже. — Я никогда не использую это тебе во вред. Никогда не стану обманывать твои чувства. Ты сама захотела моей стать, и захочешь моей остаться только по своей воле.              Не удерживая больше, он поцеловал ее жадно, напористо, языком раскрывая показательно сжатые губы. Мысленно ругая себя за покорность, Эва обняла его крепкую шею, пальцами зарылась в гладкие белые волосы, всем телом прижалась ближе к нему. Эта близость лишала самообладания, и она же была единственным, чего ей всю жизнь не хватало.              Сколько бы ни отрицала, сколько бы ни пряталась от этих чувств, они все равно брали над ней верх. Безумство.. но такое приятное.              Амен огладил ее длинные волосы, ласково прикоснулся к щеке.              — Не злись на меня, Эва, и себе не противься. Не закрывайся, это ни к чему больше. Видишь ведь, у нас по-настоящему все.              Она тяжело вздохнула, растерянно изучая глазами клеймо на его груди.              — Ты не дал мне выбора! Я ведь ничего о тебе не знаю, а ты повесил на меня какую-то.. связь, или что это вообще?              — Если бы ты не бегала от меня как маленькая трусиха, уже узнала бы все, что душе угодно. — он поцеловал ее снова, а после устроился на кровати, вытянув ноги. — Давай же, садись рядом. Расскажу все, что захочешь знать.              — Ты, может, хотя бы прикроешься для начала?              — Да мне не холодно, не переживай.              Эва села в кресло напротив, отчего он с улыбкой закатил глаза. Упрямая..              Решительности в ней заметно поубавилось, когда пришло время самой задавать вопросы. Она заговорила тихо, нервно перебирая пальцы:              — Как ты оказался здесь?              — Получил копье в спину. Из меня вытянули силу и сбросили сюда.              Он произнес это без тени печали, будто произошедшее с ним было чем-то обыденным. Кто так реагирует на попытку убийства?! Нахмурившись, Эва продолжила осторожно:              — Ты говорил, властитель сменяется.. Ты был этим властителем?              — Нет. Я был его приближенным, одним из Верховных. — на этих словах он немного расправил плечи. — Поддерживал его власть, карал за провинности, неплохо проводил время. Мы все слишком разбаловались праздной жизнью и пропустили готовящийся переворот.              — Ты как-то не выглядишь расстроенным.              — По правде говоря, правителя давно пора было сменить. Я даже подумывал взять власть в свои руки, но понял, что это принесло бы мне больше проблем, нежели пользы.              — Я все же не понимаю.. Получается, убить тебя не хотели?              — Как раз наоборот. Со мной едва ли кто сладил бы в открытом бою, потому и сделали ставку на подлость. — видя возникший в ее глазах вопрос, пояснил: — В нашем мире убить себе подобного очень непросто, а меня и еще пару-тройку Высших демонов, считай, невозможно. Сам воздух там будто пропитан энергией, которая обычного человека уничтожит за пару дней. Нас же она делает практически бессмертными.              Эва хмыкнула, скривив губы:              — И ты хотел, чтобы я туда с тобой отправилась? Зная, что это место меня убьет?              Амен вздохнул, устало потер переносицу. Ну что за несносная девчонка, чуть что — сразу скандал. Не выслушала даже, но уже себе все придумала.              — Я не просто так говорил, что тебе нужно стать сильнее. Все изменится, ты скоро сама начнешь замечать. Это займет время, но и мне нужно набраться сил до того, как вернуться. Вряд ли меня ждет теплый прием.              — Я думала, что ты восстанавливаешься, когда мы.. — она неловко отвела взгляд. — В смысле, что ты подпитываешься силой от меня..              Он снисходительно улыбнулся:              — Для этого силой надо обладать, а пока ты едва ли превосходишь обычного человека. Если ты еще не поняла, Эвтида, я с тобой не ради корыстной цели.              Ей было одновременно приятно и немного обидно слышать подобное. Она спасла его от верной смерти, а он все еще считает ее слабой.. Но зачем тогда на самом деле остается с ней рядом?              Понимая, что она вновь старательно не замечает очевидного, Амен покачал головой. Он подошел к Эве, опустился перед креслом, обнимая ее стройные колени.              — Я вижу, как ты перебираешь сотни возможных причин в своей голове, в то время как есть всего одна — мне хорошо с тобой. И даже если я не тот, о ком ты мечтала, ты не можешь отрицать, что чувствуешь то же самое. — вместо того, чтобы успокоиться, она явно уходила в себя. Не желая этого допускать, он скомандовал: — Поднимайся. Эту дурную голову надо чем-то занимать.                     Амен учил ее концентрироваться на ощущениях, заставляя подолгу сидеть посреди двора в медитативной позе. Эва терпеть это не могла. Вместо концентрации и острого восприятия у нее получалось только забить свою голову таким количеством тревожных мыслей, что становилось дурно. Видя в очередной раз, как она хмурится, он сокрушенно вздохнул, признавая безнадежность собственного подхода.              Он подозвал Эву к себе и принялся вырисовывать на земле огромную печать с неизвестными ей знаками. Велел повторять узор, пока не получится в точности так, как показано. По крайней мере, рисование ей удавалось неплохо. Если все пойдет как он и задумал, скоро они будут дома.       

***

             На следующее утро, усадив Эву на коня, он неспешно повел его в лес. Остановившись не слишком далеко от поместья, велел спешиться и слушать кровь. И откуда она должна знать, что это вообще значит?              — В каждом живом создании кровь пульсирует и течет. Научишься слышать это, а после и видеть на расстоянии — и никто не сможет подобраться к тебе незамеченным.              Она скрестила руки на груди, опираясь бедрами о поваленное дерево.              — И зачем надо было идти в лес? — в ее голосе сквозило сомнение.              — Здесь много кто обитает. Сконцентрируйся и попытайся их обнаружить. Сложно только вначале.              Эва недовольно вздыхала, закатывала глаза и без конца ерзала в нетерпении. Они сидели тут битый час, а у нее ни черта не выходило. Она ни на что уже не надеялась, когда вдруг уловила шум в отдалении, явно выбивающийся из обычного звучания леса. Затаив дыхание, она сосредоточилась. Постепенно звук стал обретать визуальные очертания — красные, точно кровь. Сквозь густую листву Эва никак не могла бы разглядеть молодого оленя, и тем не менее, она не сомневалась, что он был там.              Амен ободряюще улыбнулся, призывая ее продолжить занятие. Она радовалась как ребенок, когда то тут, то там вспыхивали скрытые от глаз силуэты.              Конь, рядом с которым стоял демон, вдруг зубами ухватил его за рога.              — Вот зверюга! — он мотнул головой, с улыбкой отмахиваясь от него. — Если бодну — не оправишься.              Асмодей носом пихнул его под руку, и Амен принялся почесывать хитрую морду. Они неплохо поладили, и демон даже подумывал, как бы и коня прихватить с собой. Не бросать же здесь одного, без хозяйки.       

***

             Если раньше после ночей с Аменом Эве приходилось полдня отсыпаться, чтобы хоть как-то функционировать, то теперь, благодаря его крови, она была полна сил, и как бы неправильно это ни звучало — бесконечно счастлива.              Их идиллия была абсолютным самообманом. Она знала, зачем демон уходит иногда вечерами. Знала, почему выглядит все мощнее, но делала выбор — не замечать. Анна сказала, что приходить больше не сможет — небезопасно в лесу. Уговаривала Эву перебраться в город на время, но та была только рада, что никто им не будет мешать.              Она с каждым днем все быстрее определяла чужое присутствие, и скоро Амен стал учить ее управлять кровью. Конь пугался воздействия и бесновался, стоило хоть немного применить на нем магию, потому его с собой больше не брали. Демону все приходилось показывать на себе. У нее выходило из рук вон плохо — она попросту боялась сделать что-то не так. Никакие уговоры и объяснения, что в случае чего он быстро оправится, не помогали.              Уже неплохо изучив Эву, Амен понимал, что лучшее средство сдвинуть ее с мертвой точки — ярость. Ему совсем не хотелось выводить ее из себя, но когда любые комплименты и попытки вселить в нее уверенность не увенчались успехом, пришлось действовать наверняка.              Ему потребовалось всего несколько колких фраз, чтобы выбесить ее достаточно. Легким взмахом руки Эва отшвырнула его в дерево с такой силой, что прочный ствол треснул надвое. Вначале она испугалась, подбежала к Амену, принялась извиняться, осматривать. Увидев же его довольную улыбку, и сама радовалась — у нее получилось!              А вот учиться убивать она наотрез отказалась, и как бы он ни пытался ее задеть — ни один лесной кролик не пострадал. Уставший от препирательств Амен растянулся на мягкой траве, наблюдая за мирно плывущими по небу белесыми облаками, полной грудью вдыхая чистый лесной воздух. Эва устроилась у него под боком, любуясь отражающимся на его лице смирением.              — Я должна буду стать демоном, чтобы отправиться с тобой?              — Стать демоном нельзя, мы такими рождаемся. — он приобнял ее, целуя в макушку. — Ты будешь собой, просто гораздо сильнее.              Она положила ладонь на его грудь, пальцами вырисовывая призрачные узоры на горячей коже.              — А сколько тебе лет?              — По вашим меркам где-то тридцать один год. Мы живем намного дольше, чем люди.              — То есть, я быстро для тебя постарею?              — Ты удивишься, сколь многое может дать твоя магия. Тебе осталось лишь научиться брать. Я все тебе объясню, когда будешь готова.              После недолгого молчания она робко спросила:              — И как мы будем там жить? Кем будем друг для друга?              Амен сделал задумчивый вид, едва сдерживая ухмылку:              — Стадию с помолвкой мы, как выяснилось, уже прошли, так что предлагаю пожениться в самом скором времени.              Смутившись от столь прямого ответа, Эва попыталась свести все к шутке:              — И ты что, прямо войдешь со мной в храм? Представляешь, что там начнется?              — Это лишено смысла, такой союз не будет иметь силы. Я же предлагаю тебе гораздо большее. — он перехватил ее пальцы, поднося к губам, мягко поцеловал. — Я прикажу пошить для тебя самое красивое платье, лучшие мастера выкуют для нас кольца. У Сапфировых озер, в тени Драконова дерева нас свяжут водой и кровью. С того момента подле меня будешь как равная, каждый перед тобой склонится. Все, что мое, твоим станет.              — Легко обещать, когда у тебя ничего и нет.. — она осеклась, когда поняла, насколько грубо это прозвучало, но демона это не задело вовсе.              — Легко, потому что я верну себе все.. в благоприятный момент. Я медлю лишь потому, что пытаюсь избежать бойни.              — Бойни..?              — Ты же умная девочка, Эва. Наверняка догадалась, что нам потребуется сделать.              Она и впрямь догадывалась, хоть и старалась не слышать собственных мыслей. Амен обретал силу, отбирая чужие жизни. Неужели она тоже сможет так поступить? Эва никому не желала зла и едва ли была готова к подобному. Просто надеялась, что все обойдется. Как наивно с ее стороны..              — Для этого нужно будет много.. жертв?              — Боюсь, у нас слишком разнится понимание в этом вопросе. — глядя на нее, со всей серьезностью произнес: — Я сделаю для тебя все. Просто верь мне.              Амен поднялся на ноги и игриво подхватил ее, усаживая себе на плечи. Она кокетливо рассмеялась:              — Мне прямо за рога держаться?              — Только если нежно.              Они неспеша двигались по дороге к дому, весело обсуждая прошедшие дни. Это был бы еще один безмятежный приятный вечер, если бы не луна, что внезапно окрасилась в кораллово-красный. Снова. Демон остановился, молча взирая на небо. Эва успокаивающе погладила его плечи, тихо спросила:              — Амен.. Что это значит?              Он протянул задумчиво:              — Значит, что не стоит захватывать власть, если не можешь ее удержать.              Смятение на его лице сменилось холодной улыбкой. Похоже, все не так плохо — он явно не выглядел раздосадованным. Пригнувшись, он поставил Эву на землю и тут же притянул в объятия, требовательно оглаживая ладонями ее соблазнительное тело.              — Мы вернемся гораздо быстрее, чем я думал. Согласна провести со мной вечность?              Она кивнула неуверенно, хотя и понимала наверняка, что за всю свою жизнь ничего не хотела столь же сильно. Не скрываясь, быть с ним, его женщиной, женой.. Не верилось, что это на самом деле случится. Эва зарделась, видя его слишком уж довольное лицо — забыла, что все ее эмоции демон чувствует.              Без промедления он распустил шнуровку, удерживающую ее платье, отбросил в сторону ткань, не отводя глаз от почти светящейся смуглой кожи. Теплая, нежная, до сумасшествия прекрасная. Знал ли Амен, что сможет однажды к кому-то привязаться так сильно? Он все положит к ее ногам, и сам возле них окажется, если она захочет.              Бережно опустив ее на землю, он ласкал языком ее шею, удобнее пристраиваясь между ее разведенных бедер, ладонями оглаживал тело, с силой сжимал.              — Амен, не здесь же! — шептала прерывисто, а сама прижимала его к себе крепче.              — Почему? Я не хочу ждать. — он нежно раскрыл пальцами ее половые губы, с улыбкой замечая то, насколько они влажные. — Ты, очевидно, тоже.              Он тут же спустился ниже, оставляя несколько коротких поцелуев на внутренней стороне бедра, и Эва уже шумно дышала, изгибаясь в предвкушении. Он не был намерен заставлять ее ждать, провел языком по ее влажной коже, накрыл губами, втягивая нежно, неспешно. Всего на миг отрываясь, произнес хрипло:              — Люблю твой вкус.              Сердце странно забилось от осознания — он совсем не это хотел сказать. Амен прислушался к собственным ощущениям. Он что, волнуется? Да что творит с ним эта ведьма.. Мальчишка он разве? Нет, вроде Верховный демон. Пристало разве такому как он своих чувств стесняться? Потратив еще несколько секунд на то, чтобы унять несвойственные ему эмоции, он медленно двинулся выше, целуя все тело, пока не оказался прямо напротив ее лица.              — Тебя люблю, Эва.              Не дожидаясь ответа, он с жадностью накрыл ее губы и, притянув за бедра к себе ближе, вошел в нее одним резким движением. Ее сладкие стоны, тонкие ноготки, впивающиеся в его плечи, заставляли его терять контроль. Нетерпеливо, почти яростно Амен вбивался в податливое красивое тело под ним, шепча что-то бессвязное о переполняющих его чувствах. Он покусывал ее ухо, целовал шею, вновь возвращался к манящим ярко-алым губам.              Переплетаясь с ней языком, мягко обхватывал упругую грудь, большими пальцами дразня ее отвердевшие соски. Эва беспорядочно блуждала руками по его мощным плечам, вжималась в него, обхватив ногами широкий торс. Хотела сказать о том, что и она его любит, но мысли невозможно было собрать в понятную фразу, а голос отказывался подчиняться, выдавая одни лишь мелодичные стоны.              Тепло его огромного тела согревало обоих, бархатный взгляд говорил громче самых красивых слов. Эва была полностью в его власти, ощущая столь же явно собственную власть над ним. Сильный, неистовый, невозможно красивый Амен принадлежал ей одной. Голова кружится, хочется его больше, хотя кажется, что больше просто невозможно.              Оторвавшись от ее губ, демон прошелся языком по ключицам и выше, по шее; слегка прикусил тонкую кожу, одновременно с этим ускоряя движения, вжимая ее в мягкую траву под ними. Он плавился от нежности, которой Эва его одаривала, стремился забрать ее всю до последней капли. Все тело звенело от удовольствия. Такая мокрая, узкая, неимоверно горячая.. Амен наслаждался ей до болезненной дрожи, до абсолютного помешательства. Эта женщина врезалась прямо в сердце, засела в нем намертво, и ничего в своей жизни он не желал больше, чем этой любви.              Он кусал ее припухшие губы, наблюдая за тем, как она сгорает в его руках. Сжимал пальцами ее роскошные округлые бедра, зная, что причиняет ей боль, зная, что ей это нравится. Чарующий звук ее голоса эхом разносился вокруг. Эва хватала ртом воздух, чувствуя, как все ее тело сжимается в сладостном предвкушении, становится еще чувствительнее.              Амен ощущает все, замедляет темп, двигается в ней плавно и чувственно. Ее пристальный затянутый дымкой взгляд выражает в этот момент что-то похожее на бесконечную преданность.              — Амен.. — шепотом срывается с ее губ, прежде чем она выгибается под ним, подрагивая от горячей волны, прокатившейся по всему телу.              Он не позволил ей отстраниться. Сильными ладонями обхватив ее тонкую талию, мягко толкался в нее снова и снова. Лишь наполнив ее своим семенем, он замер, обнимая ее, вдыхая аромат прекрасных темных волос.              Она приходила в себя, положа голову на его плечо, пока Амен неспешно гладил пальцами ее голую спину. Эва совсем расслабилась, наблюдая за почти незаметным паром, исходящим от его тела. Безмятежно.. но что-то на задворках сознания вдруг забило тревогу. Она слегка отстранилась; взгляд сам устремился к раскидистой иве у самого берега. Сосредоточившись, заметила силуэт за желтеющей листвой.              — О нет..              Притаившийся у ветвей мальчишка, поняв, что его заметили, тут же бросился наутек. Амен намеревался догнать его, но она преградила путь.              — Стой! Пожалуйста, это же ребенок!              — Ты понимаешь, что будет, когда он расскажет, что видел здесь?              — Посмотри, как он испугался, он не решится и рта раскрыть! — она подняла с земли их вещи, поспешно натянула платье. — Просто вернемся домой, прошу!              Амен злился. По-настоящему, неприкрыто. Не может же быть, чтобы она на самом деле была настолько несознательной..              — Я не просто так учил тебя, Эва. Чтобы обрести силу, ее придется забрать. Теперь нельзя медлить. Если о нас станет известно, все обернется гораздо хуже.              — Ты хочешь, чтобы я убивала всех без разбора, как ты? — голос ее дрожал и срывался. — Боже, какая я дура.. Почему ты просто не сказал мне сразу, зачем заставил поверить, что мы можем быть вместе?? Тебе же на всех, кроме себя, наплевать!              Он бережно обхватил ее лицо ладонями, пытаясь успокоить.              — Это всего лишь люди. Большинство из них не представляет собой ничего. Большинство из них с радостью посмотрит на твою казнь, стоит им узнать о твоей природе. Ты и сама знаешь, что они бы не пожалели тебя, так зачем ты жалеешь?              От его слов все клокотало внутри. В душе Эва знала, что к ней это не относится, и все же принять подобное не могла. Слезы так и норовили скатиться из глаз, все в ней разрывалось от болезненного осознания — для них это конец. Они оба замерли, разглядывая лица друг друга, стараясь запомнить каждую мелочь, чтобы терзать себя после долгими одинокими вечерами, утопая в воспоминаниях о своем мимолетном счастье.              Их зрительный контакт прервался рассекающим воздух свистом. Амен успел сделать шаг, заслоняя ее собой. Арбалетный болт вонзился чуть ниже плеча. Эва вскрикнула, понимая — секунда промедления, и он прилетел бы ей точно в затылок.              Амен повалил ее на траву и тут же опустился рядом. Задержав дыхание, выдернул болт из тела. Опомнившись, Эва занесла трясущиеся пальцы над раной. Ей потребовалось всего несколько мгновений, чтобы ее залечить.              — Молодец, быстро справилась! — он тут же поцеловал ее и нехотя отстранился. — Не высовывайся.              Она не успела и слова сказать, как он с нечеловеческой скоростью метнулся к деревьям. Не хватало самообладания, чтобы сосредоточиться и понять, сколько людей пришли по их душу. Красные силуэты мелькали и размывались. Несколько раз Эва пыталась их сосчитать, сбивалась ближе к двадцати неминуемо. Одно ясно — они ждали, были готовы. Похоже, мальчик тот был не случайным свидетелем. Дозорных расставили по периметру леса, и подготовленные воины пришли сразу же, получив сигнал.              Добыча еще не понимала, что попала в собственные сети.              Полные мучительного ужаса крики и хруст то ли веток, то ли хребтов, эхом пронеслись по обычно тихому лесу. Бойня, что учинил демон, продлилась несколько невообразимо долгих минут. Эва заставляла себя не смотреть, и все же не смогла пересилить свое любопытство. Пожалуй, ей и вправду нужно было это увидеть, чтобы осознать, насколько придуманный ею образ нежного и человечного Амена далек от реальности.              Стиснув зубы, она наблюдала, как он выдавливает жизнь из тех, кто оказался достаточно глуп, чтобы на них напасть. Ей было жаль их, и все же в голову упорно пробиралась отдающая горечью мысль — он был прав. Они бы ее не жалели. Их выстрел предназначался не демону, а ей. Люди, ради которых она отказывалась от всего, хотели ее смерти, в то время как Амен готов был отдать за нее жизнь. Как жаль, что это ничего не изменит..              Покончив с последним, он медленно возвращался к ней. Они встретились однажды под светом кровавой луны, под ним же и попрощаются.              — Я не пойду с тобой, но ты должен вернуться. Мы не сможем так дальше, Амен. Не сможем все время прятаться. Я вижу, что тебе жизнь затворником в этом лесу не по нраву, но даже это не спасет нас. Мы не можем просто убивать каждого, кому по несчастливой случайности попадемся на глаза!              — Я не хочу уходить без тебя. — приблизившись к Эве, он хотел коснуться ее лица, но она сделала шаг назад.              — Но я хочу, чтобы ты ушел. Пойми, я не стану той, кого ты хочешь видеть во мне. И ты.. ты не тот, кто мне нужен.              Амен ничего не ответил, лишь молча кивнул и не проронил более ни слова. Лицо его сделалось каменным, не выражало вообще никаких эмоций. Только глаза будто бы от влаги заблестели всего на мгновение, а может, это ей показалось.              Убеждая себя, что все делает правильно, Эва расчертила на земле вокруг него знаки, и демон рассек свою ладонь, орошая те собственной кровью. Когда он закончил, она легко провела пальцами по воздуху, и кровь повиновалась ей, заполняя каждый контур. Как только окрасился последний символ, сигил засветился, поднимая вокруг Амена ярко-красное марево.              Мне жаль.. Мне так жаль, прости, пожалуйста, прости.. Останься.. — звенело в мыслях, но так и осталось невысказанным. Звук, похожий на раскат грома, порыв ветра, сбивший ее с ног и тишина, оставшаяся после.              Амена больше не было.              Сама не понимая, зачем делает это, Эва бросилась к месту, где он стоял. На что она надеялась, неужто за ним отправиться? Поздно уже, слишком поздно.              Осев на землю, она закрыла руками лицо, разрыдавшись в полный голос. Собственную душу хотелось ногтями выскрести, только бы не рвалась так отчаянно за ним следом. От привычного некогда одиночества теперь до одури больно. Внутри еще недавно цветущего сердца простиралась пустыня, выжженная синим пламенем его глаз.              Ей никогда не забыть ощущение шелка его волос на кончиках собственных пальцев, его запах, впитавшийся в ее тело, голос, от которого она дрожала изнутри. Сильные руки, плечи, шрамы на его белой удивительно нежной коже, нахальная улыбка, касания, взгляд.. Неужели она и вправду по своей воле от этого отказалась?              Обессилев от слез, она заснула прямо там, на холодной осенней земле. Прошло несколько часов, прежде чем продрогшая до стучащих зубов Эва открыла глаза. Луна, все еще красная, равнодушно наблюдала ее страдания.              Она мысленно помолилась, сама не зная кому, только бы с Аменом все было в порядке. Обтерев лицо от налипшей травы и грязи, поднялась на ноги и поплелась к поместью, мало что замечая вокруг из-за одолевших новой волной слез.                     Эва замерла, успев сделать лишь пару шагов по собственному двору. На пороге ее дома виднелось что-то большое и черное. Издалека не рассмотреть в такой тьме, но этого точно не было там, когда они уходили. Внутренний голос подсказывал развернуться и бежать прочь, и все же она медленно шагала вперед, не слыша ничего, кроме стука собственного сердца. Тошнотворный страх подобно молниям пронизывал тело, когда Эва отчетливо увидела окровавленные ступени и стоящую на них голову своего коня, отрубленную по шею.              Калитка за ее спиной захлопнулась с пронзительным скрипом.