1692

      В январе погода заметно улучшилась. Снег, оставшийся лежать на земле, медленно, но верно подтаивал с каждым днём. Холодные ветра продолжали царствовать в Салеме, но снегопадов и дождей больше не случалось, по крайней мере, они не были такими сильными, как в декабре. Жизнь в деревне текла своим чередом. Хотя, пожалуй, не совсем. Энтони всегда казалось, что зимой жизнь будто замедляется. Холод и снег замораживают всё вокруг. Даже вечно неутомимый Бенони был не такой активный, как обычно. — Всё вокруг спит. — тихо сказал Эванс, подходя к окну. Арсений сидел в кресле, трудясь над переводом. Несмотря на то, что за окнами было светло, рядом с ним стояли в подсвечниках три свечи, освещая разложенные на коленях листы. Мужчина поднял голову, смотря на Энтони. — Да, спит. — согласился он, откидываясь на спинку кресла и протирая уставшие от долгого сосредоточения глаза. — Ce sont les lois de l'hiver. — Тихо очень. — Энтони обернулся, осматривая комнату. — Скорее бы пришла весна. — Ты не любишь зиму? — Арсений улыбнулся, аккуратно складывая рукописи и подходя к юноше. — Не то чтобы не люблю. — Эванс пожал плечами, отходя от окна, на всякий случай, и обнимая мужчину, крепко прижимаясь к нему. — Просто мне кажется, что время останавливается слишком часто. А хочется, чтобы оно шло быстрее и быстрее. — Время неумолимо. Оно не слушает никаких слов, равнодушно ко всему вокруг и к нашим ощущениям тоже. Мы можем лишь идти дальше, а слушать тиканье часов, или нет — неважно. Время всё равно будет идти так, как хочется ему. — Арсений улыбнулся уголками губ, поглаживая Энтони по волосам. Реджина всё же немного укоротила их недавно, чтобы не мешались. — Это очень грустно, Арс. — Эванс вздохнул, прикрывая глаза. — Не думай об этом, mon cœur. Постарайся насладиться этим временем. Никогда не знаешь, когда оно захочет убежать от тебя.

***

      Уже к середине января снег растаял окончательно, оставив после себя грязь, иногда по ночам покрывающуюся корочкой льда. Энтони улыбался, смотря на Бенони, который быстро шагал вместе с ним в город. Их часто отправляли на рынок вместе, чтобы мальчики следили друг за другом. Эванс на это лишь улыбался, понимая, что это всё для Бенони. Шустрый паренёк мог запросто потратить все данные ему деньги на неожиданно замеченные вкусности. Вовсе не из-за злобы, или желания напакостить родителям, нет, просто он не всегда мог себя сдержать, видя что-то новое в лавке у очередного торговца. Такой вот любопытный, вездесущий младший названный братец. Его страсть к юной Эбигейл Уильямс прошла, как и предсказывал Энтони, быстро и незаметно. Бенони снова был беззаботным хулиганистым мальчишкой, вечно сующим нос во все возможные сплетни. На рыночной площади, как и обычно, было довольно шумно и людно, несмотря на ранний час. Бенони хотел было пойти к мальчишкам, что с задорными криками бегали туда-сюда, но Энтони вовремя остановил его, напомнив, что они тут для дела. Когда закончат, тогда можно будет и порезвиться. Их мешки быстро наполнялись, а Эванс только и успевал следить за вездесущим братцем, нависая над ним грозной тучей, стоило ему в очередной раз засмотреться на что-нибудь ненужное. Бенони тут же сникал, вздыхал немного грустно, а в следующий момент уже шёл дальше, задорно улыбаясь.       Когда всё нужное было куплено, Энтони со спокойной душой отпустил Бенони немного повеселиться с городскими ребятами, забрав его мешок и отходя в сторону. Он медленно прогуливался по площади, давая мальчику время, и слушал, что говорят люди вокруг. Его не слишком занимали разговоры других, но делать было всё равно нечего, да и долго на одном месте юноша не задерживался, краем глаза посматривая на Бенони, чтобы он ничего не натворил, всё же сейчас на Энтони лежала ответственность за него. Когда городские часы пробили двенадцать, Эванс окликнул Бенони, чтобы отправиться домой, всё же, нужно было вернуться пораньше. — Энтони! — мальчик подбежал к нему, слегка запыхавшись. — Ты не представляешь, что мне рассказали! — Как ты умудряешься влезать во все сплетни, которые существуют вокруг? — фыркнул Эванс, отдавая Бенони его мешок. От тяжести начинала немного болеть спина. — Не важно! — отмахнулся мальчик, бодрым шагом направляясь по дороге в деревню. — Говорят, что к нам в деревню сегодня поехал доктор Григгс! А знаешь, почему? — И почему же? — Энтони вздохнул, поправляя растрепавшиеся от ветра волосы. — Говорят, что Бетти Пэррис и Эбигейл Уильямс заболели! Они кричат, постоянно говорят, что слышат какие-то звуки и тут же прячутся под стол! А когда пастор попробовал прочитать им молитвы, они не выдержали и заткнули уши, представляешь?! Энтони не удержался и прыснул от смеха, смотря в вытянувшееся от удивления лицо Бенони. — Не верь всему, что говорят на улицах, Бенони, в доме пастора просто не могло такое произойти! Мы с тобой видели девочек вчера на службе и с ними всё было хорошо. — Но это правда! — немного обиженно воскликнул мальчик. — Лучше верить в хорошее, чем в плохое. — Энтони, наконец, отсмеялся, закидывая сумку на плечо поудобнее. — Даже если, не дай Бог, девочки заболели, вряд ли это что-то из того, что ты описал. Да даже если похоже, то доктор Григгс с этим разберётся, я уверен.       Однако, Уильям Григгс не разобрался. Ни в тот день, ни спустя неделю. Даже Арсения позвали одним вечером в дом пастора Пэрриса. Энтони, пришедший к мужчине сразу после того, как тот вернулся от Пэррисов, застал его хмурым и даже немного злым. — Что случилось? — сразу спросил Эванс, подойдя к нему. — В доме пастора творится что-то странное. — коротко ответил Арсений, садясь в кресло и кладя голову на руки. — Девочки и правда ведут себя так, как ты мне описывал со слухов. Но… Что-то в этом не так. Как будто они… Специально делают это. — Специально? — Энтони опустился на корточки, пытаясь заглянуть Арсению в глаза. — Думаешь, они могли бы? Эби и Бетти всегда были кроткими и послушными, вряд ли они могли позволить себе такое. А что говорит доктор Григгс? — Пока ничего. — Арсений слабо улыбнулся, беря ладони Энтони в свои. — Но предчувствие у меня дурное. Очень дурное. — А зачем они звали тебя? Ты же не врач. — Эванс сел в своё кресло, не отпуская чужих рук. — Они спрашивали меня, видел ли я что-нибудь подобное в Европе. Я сказал, что не видел. — Арсений пожал плечами и нахмурился, отводя глаза в пол. — Ты… Сказал? — аккуратно уточнил юноша, насторожившись. — Это правда? — Да. Я сказал. — тихо ответил старший. — И это чистейшей воды ложь. Потому что никто не должен знать, где и при каких обстоятельствах я это видел. Иначе… — Иначе что? — Энтони взволнованно закусил губу, чуть сжимая руки Арсения. — Пойдём отдохнём лучше. — Арсений вымученно улыбнулся, поднимаясь с места, и, не говоря больше ни слова, пошёл в сторону спальни.