You’re my light

      Чонгук старался избегать контакта с Чимином, прятался по кабинетам и коридорам, выезжал по мелким поручениям, лишь бы минимизировать своё присутствие в офисе. Он не понимал, что происходит. Почему при виде этого парня внутри всё сжималось, а в штанах становилось тесно. Почему, засыпая ночью, перед ним появлялся он. В голову лезли картинки, как омега облизывает свои пухлые губы, как по его манящей тонкой шее стекает капелька пота, как он медленно расстёгивает рубашку, гладит себя, задевая маленькие соски. Рука Чонгука сама спускалась вниз и обхватывала твёрдый от возбуждения член. Вот омега покорно становится перед ним на колени, обхватывает напряжённый член губами, водит языком. Чонгук начинает двигать быстрее рукой, представляя, как держит блондина за волосы и трахает в его дерзкий рот. Представляет, как целует эти губы грубо и напористо, как раздвигает бёдра омеги и входит в него. Он сжимает свой член со всей силы, представляя, как узко в этой девственной попке. Начинает двигать своими бёдрами навстречу руке, а в голове картинка, как он вдалбливается в прекрасное тело омеги с бешеной скоростью. Чонгук кончал от своих фантазий, изгибаясь с криком и закатывая глаза. А когда дымка наслаждения рассеивалась, и он становился в трезвом уме, то корил себя за слабость и несдержанность.       Он пытался держать эмоции под контролем, провоцировал блондина на работе, пытался задеть. Всего лишь бы вызвать у себя неприязнь к нему, вместо влечения. Но от этого только больше все его мысли заполнялись этим человеком и его запахом. Он сходил с ума.       — Такого со мной ещё не случалось, — Чонгук сидит откинувшись на спинку кровати и держится за голову, в его голосе чувствуется досада, если не страх.       — Ничего, ты мне сделал хорошо и без своего члена, — Тэхён сидит рядом обнажённый, раскинув ноги и держа кончик пальца во рту. Он глянул на Чонгука, тот был погружён в себя, — да не переживай ты, Гуки, с кем не бывает, это пройдёт, — решил подбодрить он друга.       — Не пройдет, это не первый раз, — Тэхён на него кинул взгляд, — перед тем как обратиться к тебе, я пробовал и с другими. Ничего не вышло.       Тэ посмотрел на потолок, что-то соображая.       — Я знаю тебя не первый год, ещё задолго до того, как мы учились целоваться друг на друге. Я вижу, что что-то произошло, и ты знаешь причину своего, так сказать, недомогания. Расскажи, может, подскажу что.       Чонгук придвинулся ближе и положил голову на плечо Тэ, а тот прикрыл их обнажённые тела покрывалом. Он начал свой рассказ о блондине с невероятным запахом, сводящего его с ума, о том, как его безудержно влечёт к нему до умопомрачения.       — Тэ, понимаешь, я хочу, я испытываю дикое возбуждение при виде него или просто почувствовав его запах. У меня на него стоит, а на других нет. Неужели я больше не смогу трахаться ни с кем? — Чонгук прикрыл глаза и выдохнул. Осознание этого пугало его больше всего. Он охотник, привык преследовать свою жертву, загонять в угол, не оставлять права выбора. В итоге любой запримеченный омега сдавался и оказывался у него в постели. Но только на одну ночь, максимум на две, если сильно зацепит. Единственным исключением был Тэхён, друг детства. Они, так сказать, помогали друг другу по дружбе. Ни тот ни другой любовных чувств не питал друг к другу, только желание отлично провести ночь. Ну и моральная поддержка, конечно же.       — Я думаю это временно, ты просто загнался этим. Успокойся и подумай хорошенько: какие точно чувства ты испытываешь?       Чонгук лёг на колени Тэхёну и прикрыл глаза. Он погрузился в себя, вспоминая Пак Чимина. Он пытается прочувствовать его, определить свои точные желания. Чон снова вспомнил первую встречу с омегой, его запах, то, как он грациозно прошёл, как высокомерно и дерзко отвечал ему, подняв точёный подбородок, как шевелились его пухлые губы, как играли сухожилия на манящей шее. Он думает, какая на вкус его кожа, как красиво на ней будут выглядеть тонкие полоски от ногтей, какой чистый, должно быть, на загривке запах, ему хочется разорвать блондина от переполнявших чувств.       Прошло несколько минут, Тэхён всё это время молчал, подняв голову к потолку. Чонгук, почувствовав дикое животное желание, открыл глаза и, выдыхая, сквозь зубы, почти рыча, простонал:       — Ты просто не представляешь, КАК я хочу отодрать его и оставить метку, — Чонгук прервался, он сам не ожидал, что это скажет, он не допускал таких мыслей. Про желание пометить омегу, фраза вырвалась спонтанно, на инстинкте, сама собой. Он сжал зубы.       — Ну всё понятно, — протянул Тэ, — это, конечно, редкость, но похоже, что он твой истинный, раз тебе так хочется проткнуть зубами его шею. Что теперь будешь делать?       Осознав своё настоящее желание, которое скрывалось за возбуждением, Чонгук и сам догадался, в чём дело. Он испугался, сердце бешено забилось. Нет, ему этого не надо, зачем эти проблемы, он не хочет никому принадлежать. Зачем клеймить себя и кого-то узами, если семью создавать совсем не хочется? Он ещё слишком молод, не нагулялся, он хочет свободы.       — Уеду. Подальше. Передохну, и всё забудется, — он встал с кровати и начал одеваться.       — Ну попробуй, — Тэхён задумчиво улыбнулся и снова уставился в потолок, будто там было что-то поинтереснее обнажённого альфы.

***

      — Что сказал доктор? — Джин закинул в рот креветку из салата. Они с Чимином решили поужинать вместе, как в старые добрые времена. С появлением альф у них совершенно не хватало времени друг на друга.       — Он осмотрел меня и сказал, что температура прыгает из-за приближающейся течки, — Чимин отрезал кусочек мяса.       — В смысле? У тебя их не было уже несколько лет. Он уверен?       — Да, я тоже это чувствую. Похоже, Юнги разбудил мои гормоны. Беда в том, что я совершенно забыл каково это. Раньше в это время обо мне заботился ты, а теперь мне придётся подготовиться самому.       — А почему бы тебе не предложить Юнги провести это время с тобой? — Джин сделал глоток вина из бокала.       — Ты серьёзно? У нас ещё ничего такого не было! Как я ему такое предложу? Это неприлично, как минимум, — отрезал Пак.       — Вы же теперь встречаетесь, это в принципе не может быть неприличным. Это секс, Чимин, он у всех, — старший поднял бровь для убедительности.       — Ну-у, — протянул блондин, — понимаешь, к этому у нас уже почти дошло несколько раз, но я так и не смог перешагнуть этот порог. Как только дело касается снятия одежды, меня будто током шибёт, — смущаясь, пробубнил Пак.       — Тебе просто надо расслабиться, можешь выпить немного, для первого раза это хороший совет, ты будешь раскованнее. Когда у вас следующая встреча?       — На выходных, он пригласил к себе домой. И я прекрасно понимаю, чем там он собирается заниматься, я тоже этого хочу. Просто не уверен, правильно ли поступаю, мне неловко, — Чимин нервно глотнул из бокала, вся эта ситуация вызывала в нём шквал противоречивых эмоций.       — Если ты боишься показаться не опытным, то успокойся — это он и так знает, ты же пахнешь чистой девственностью. Просто хорошо подготовься к выходным, почитай литературу, расслабься и получай удовольствие.       — У тебя всё так просто! — возмущаясь, фыркнул блондин.       — Ну так да! — подтвердил Джин, потому что зачем усложнять и без того сложную жизнь.

***

      В пятницу у Чимина было замечательное настроение. Он отвесил несколько комплиментов омегам из бухгалтерии, похвалил новое платье секретаря Лиа и попросил кофе. Пак стоял у окон и смотрел на просыпающийся город, солнце уже поднималось и освещало небоскрёбы. Было состояние некой безмятежности, лёгкости и в то же время, где-то глубоко засело чувство тревоги и неуверенности. Завтра он, наконец, отдастся своему возлюбленному, он решился. Чимин отгоняет эти мысли, но волнение всё равно подогревает кровь в венах. Как и посоветовал Джин, он полазил по сайтам и почитал несколько статей, но путного ничего не нашёл. Всё о чём там говорилось, он и так знал. Его интересовал не технический процесс, а психологический вопрос.       — Господин Пак, собрание начинается, вам пора, — оповестила Лиа щебечущим голоском по телефону.       Чимин ставит чашку на стол и подходит к зеркалу, он поправляет пиджак и приглаживает волосы, облизывает губы. Из зеркала на него смотрит совсем другой человек, не тот, что сидит внутри. Вроде бы отражение всё того же Чимина, серьёзного и целеустремлённого, но когда он успел стать внутри мягким и нежным омегой, влюбленным по уши?       На собрании он представил отчёт о результатах за месяц. Стрелки на графике двигались неизменно вверх, что очень обрадовало акционеров. Намджун распорядился выделить крупную сумму на покупку нового оборудования в распоряжение Чимина и его отдела.       — В понедельник возвращается Чонгук, он будет курировать твой проект, по всем вопросам будешь обращаться к нему, — Ким попросил остаться Пака, чтобы донести до него эту информацию.       — Почему он? Я думал, что занимаюсь этим проектом с тобой, — Чимин с возмущением сдвинул брови и развёл руками.       — У меня сейчас нет на это времени. Ты профессионал, и вы вдвоём вполне справитесь. Возможно, ты забыл, но я ещё и подготовкой к свадьбе занимаюсь, голова кругом.       Настроение было испорчено на весь день. Этого только не хватало, Чимин и так терпел нападки этого придурка, а теперь ещё придётся не только отчитываться перед ним, но и вести все дела. Как было хорошо без его присутствия, и почему он так раздражает? Чон ничем не пахнет кроме парфюма, это бесит почему-то ещё больше. Почему в голове столько мыслей о нём, зачем вообще про него вспоминать?       — Это просто надо пережить, — успокаивал себя Пак, — завтра важный день, надо подготовиться и настроиться. Мне не до тебя Чон Чонгук, уйди из моей головы! — он похлопал себя по щекам.       Вечером Чимин решил воспользоваться советом своего любимого хёна и расслабиться. Он налил себе бокал белого полусладкого и лёг в ванну, капнув туда пару капель лавандового масла, чтобы успокоить нервы. Чимин лежал, вертя перед собой уже третий бокал, когда раздался звонок, и он поднял трубку.       — Привет, котёнок. Как день прошёл? — ему как всегда позвонил перед сном Юнги, пожелать спокойной ночи.       — Привет, — улыбнулся Чимин, — ты позвонил, и всё стало хорошо, — он сделал ещё глоток.       — Тяжёлый выдался день? — заботливый голос успокаивал.       — Нет, просто новости не очень, не будем об этом, — заплетающимся языком протянул омега.       — Чем занимаешься? — Юнги меняет тему, лишь бы Чимин не заканчивал их разговор.       — Ммм, ванну принимаю, — без задней мысли, но как-то кокетливо протягивает блондин.       — Хочешь, чтобы я к тебе присоединился? — альфа поддерживает флирт Чимина, его тянет поговорить на откровенные темы. Всё лишь бы раскрепостить омегу и побороть невидимый барьер.       — Да, — помедлив, шепнул Чимин и тут же пожалел за свой язык без костей. Он сам не ожидал, что согласится, но пути назад нет. Да и на самом деле, очень хочется, чтобы Юнги сейчас был здесь, обнял и прижал к себе. Крепко-крепко.       — Дай мне тридцать минут, и я буду у тебя, — быстро отчеканил брюнет, пока парень не передумал, — и знаешь, можешь не одеваться, конфетка, — он улыбнулся и скинул трубку, не дав Чимину даже шанс слово сказать. По правде говоря, альфа думал, что парень начнёт как всегда смущённо отнекиваться, шутить, и их разговор не зайдёт дальше откровенностей о том, кто о чём мечтает и чего бы хотелось попробовать.       Когда Чимин осознал, что только что произошло — порозовел с ног до головы, а сердце волнительно забилось. Он готовился морально на завтра, уж точно не на сегодня! Зачем он согласился? Ну, он не думал, что альфа поймает его на слове. Что делать? Чимин набрал номер Джина.       — Хён, он едет сюда! Я сказал ему, что готов, а я не готов, вернее на завтра готов, а на сегодня нет! — в панике тараторит блондин.       — Чимин, успокойся, спонтанный секс всегда самый лучший. Помнишь, о чём я тебе говорил? Расслабься, плыви по течению, омега внутри тебя знает, что делать. В конце концов, выпей и вспомни какое блядство мы творили с тобой на танцполах. Веди себя также, это настоящий ты, раскованный и горячий. Всё, даже ничего мне не говори, не только у тебя сегодня намечается бурная ночка. Бай! — Сокджин скинул звонок, а Чимину осталось лишь ошарашено уставиться в тёмный экран телефона. Не думал он, что хён может вот так вот его кинуть на произвол судьбы.       Чимин вылез из ванны, поднял бутылку с пола и опустошил её. Где-то же надо набраться храбрости. Он повернулся к зеркалу и оглядел свою фигуру. Да, он определённо красив и сексуален: влажные волосы зачёсаны на бок, светлая ровная кожа, лёгкий румянец на щеках, припухшие от желания губы, глаза горят от выпитого алкоголя, тонкие ключицы, подтянутая грудь, немного проступающие кубики пресса, острые косточки таза и уже немного привставший в предвкушении член — сам себя бы трахнул.       — Блядство говоришь? — Чимин задумался. — Легко сказать, то было другое, — омега скользит оценивающим и уже пьяным взглядом по отражению в зеркале ещё раз, — ну хорошо, я попробую.