Девушка с того света

      Девушка очнулась от своих воспоминаний, вновь спускаясь с небес на землю, из звучащего капелью апреля в жаркий июль. С ней все хорошо, и она полна сил, чтобы продолжать жить дальше. Она более спокойно воспринимает произошедшее год назад, и скорее чувствует горечь, нежели желание разреветься, напиться и укуриться. Галина поедает свой ужин, а после заваливается на кровать и отдыхает, залипая в телефоне, одновременно занимаясь всем и ничем. Она к концу вечера, когда стрелка переваливает за одиннадцать ночи, доделывает всё необходимое и идет спать. Но ей почему-то не спится. Она встает с постели и направляется к шкафу. Среди вороха своей одежды она находит темную щель. Она просовывает туда руку, извлекая коричневый футляр. Она с лаской вспоминает, как красиво на ней играла Надя. С того самого дня, когда Мурка вернулась от соседей, где была на временной передержке, девушка не может избавиться от дорогого дорогому человеку музыкального инструмента. Она открывает футляр, сидя на кровати снова, и кончиками пальцев нежно проводит по струнам. В доме, кажется, тихо, только за окном гудят последние машины, спеша услужить своим хозяевам и довести их домой, обгоняя другие такие же автомобили. Но тут неожиданно самой для себя за прикрытой дверью, за которой расположен коридор, девушка слышит… музыку… и это точно музыка, которая может выходить только под струнами скрипки, под смычком… девушка ерзает на месте, не веря своим ушам. Это точно не музыка заслушанных классиков, которая может звучать в голове как недавно прослушенная, так как на песни в целом у Галины нет времени. Это галлюцинации, в комнате точно жарко, нужно открыть окно, чтобы ночная прохлада остудила ее разум, но тут Галя замирает на месте. Ей кажется, что дверь в спальню начинает приоткрываться. Она тут же захлопывает футляр, еле успев убрать пальцы от струн. Звук прекращается, только дверь поскрипывает на петлях. Девушка встает с постели, кладя футляр на простынь, и медленно, стараясь на издавать лишних звуков, направляется к двери. Она рывком открывает ее, но в коридоре никого не оказывается. Она всматривается в темноту, вертя головой то вправо, то влево, ища подвох или намек, где же все-таки прячется нерадивый шут. Но шута нет. И никто из соседей не играет на скрипке, насколько известно Галине. Она возвращается в комнату, запихивает футляр со скрипкой подальше и ложится спать, укутываясь одеялом с головой, да так, что трудно становится дышать, а носа высунуть Галя не может – страх продирает до костей.       В следующую ночь Галина не стала искушать свой больной разум и доставать скрипку из шкафа. Девушка вообще постаралась заснуть как можно скорее. Но сон не приходил, становилось страшно даже от Мурки, что перебегала временами с места на место, стуча лапками по полу, застеленному ковром. Девушка сглотнула вязкую слюну и отвернулась к стене. Она начала воображать, что на ней висел тот самый бабушкин ковер, на котором дети выводили узоры и медленно, но верно засыпали. Ей это начало помогать. Водя пальцем по обоям, Галя чувствовала, что скоро провалится в сон, пока дверь снова не скрипнула. Она взбудораженно спрятала палец по одеяло, сжав руку в кулаке. Девушка почувствовала, как бешено застучало сердце. Она никак не могла повернуться от стены, чтобы вообще не получить сердечного приступа, но и так, и этак было страшно. Неимоверно страшно. И снова скрипнула дверь. Девушка взяла себя в руки и рывком развернулась на сто восемьдесят, оказавшись с глазу на глаз с Муркой, что в ночи блестела глазами, смотря на очумевшую хозяйку.       - Проказница, - весело и одновременно истерически сказала Галя, отвернувшись к стене.       На третий день девушка решила лечь спать пораньше. Может, ей удастся заснуть, и она больше не проснется от стука мягких лап кошечки. И сон вроде был уже на пороге, прямо у кровати Гали, нежно обнимая девушку за плечи, как вдруг дверь снова заскрипела, более протяжно, чем если бы в коридор прошмыгнула кошка. Но сквозняка не было, так как, подумав заранее об этой ситуации, девушка закрыла окна, не оставив шанса молекуле наружного воздуха пробраться в комнаты и помешать ей спать. Девушка раскрыла глаза, уже наполовину заспанные, как вдруг напротив себя, около двери, она разглядела силуэт, подсвечиваемый голубоватым сиянием. Это была девушка в белой ночной рубашке. Ее лицо было скрыто темными волосами, которые давали яркий контраст с ее одеяниями. Галина подскочила на месте, зажмурилась, крикнула. И призрак исчез. И как бы Галя не хотела припомнить молитвы, она только шептала в одеяло, которое прижала ко рту:       - Чур, чур меня, чур меня, чур…       Она сидела так очень долго, возможно даже около часа, не в силах пошевелиться. Видение произвело на нее слишком сильное впечатление, хотя девушка не назвала бы себя впечатлительной и боязливой. Она легло еще в младшей школе давила тараканов каблуком под оханье одноклассниц и отгоняла пауков под тот же визг, но из-под мальчишечьего кроссовка. Девушка еще долго не могла забыться сном.       На следующую ночь это нечто снова пришло, но ни визг, ни причитания, ни ругательства девушки не заставили нечто уйти восвояси. И даже, странным образом, Мурка не просыпалась под крики своей хозяйки, хотя это была очень чуткая кошечка.       - Пожалуйста, уйди отсюда. У меня ничего для тебя нет, - девушка взяла подушку за угол и с силой бросила в стену. - Что же тебе нужно, тварь?!       Завизжала кошка и бросилась из-под летевшей подушки в сторону. Призрака больше не было, и, как оказалось, подушка летела в ошарашенную, проходившую мимо Мурку. Бедное животное забилось под диван и не вылезало оттуда до самого рассвета, как бы ни уговаривала ее Галя.       На пятую ночь призрак не пришел. Девушка забылась сном, и уже видела розовых пони на сладких сахарных облаках, как вдруг в ухо пропело тихое мелодичное:       - Галя.       Обладательница этого имени вздрогнула, все пони поскакали из головы прочь. Она оглядела комнату, где никого не было.       - Галя, - звал женский, но в то же время низкий голос с хрипотцой, что более присуща мужчинам.       Девушка заткнула уши ладонями, сжавшись на постели, но голос, казалось, проник в ее голову:       - Галя, Галя, - все тише звал ее призрак, или чья-то душа, может, даже спящего человека за стенкой.       Галина просидела на постели до самого рассвета, до того напряженная, словно пружина, в любой момент готовая выстрелить в сторону противника, развинчиваясь в струну.       Шестая ночь. Девушка ожидает все, что угодно. Почти неделю она плохо спит. Да что плохо, она вообще не спит. Каждый раз ее будят, пугают, а уходя, оставляют ее настолько испуганной и одинокой, что остается только сидеть, замерев, как добыча перед пастью хищного зверя, которая больше не бежит, а ожидает своей скорой кончины, страшной смерти от сомкнутый челюстей, что откусят голову с молниеносной быстротой, что даже пикнуть не успеешь. Но все было донельзя тихо, будто приходившая душа знала, что Галина не спит, и решила над ней поглумиться. Пусть, голубка, ждет ее, чтоб помучилась, не выспалась и ходила сомнамбулой на работе, пугая коллег красными глазами и глубиной мешков под ними.       И никто действительно не пришел. Мик все же поинтересовался состоянием девушки.       - Уж очень он болезненный, - оправдывался коллега своим вопросам.       - Мне… снятся кошмары, - выпалила девушка, накручивая обеденные макароны на пластиковую вилку.       - Лжешь. Я это прекрасно знаю.       - Раскусил, - девушка усмехается. – На самом деле по ночам ко мне приходит призрак, или душа, я не знаю, как его назвать.       - Вообще духи могут посещать своих близких родственников на сороковой день после своей кончины, перед тем как отправиться в Рай, - с тоном знатока говорит Мик, смотря на девушку серьезными глазами.       - У меня никто не умирал намедне, ты знаешь, - сказала с грустной ноткой в голове Галина, опуская глаза и продолжая накручивать макароны на зубья вилки.       - Тогда может кто из соседей? – поинтересовался участливо Мик, опуская ладонь на маленькое женское плечо.       - Навряд ли.       - Тогда тебе стоит сходить к священнику. Он посоветует, что делать. Может, это твои близкие, которых ты давно не поминала.       Галина пожала плечами.       Ночь с субботы на воскресенье. Дивная ночь, которая предвещает отдых и начало утра, когда настанет единственный выходной, и то на эту авантюру подговорил ее Мик, подкрепив это тем, что заменит Галину на смене. Галина пришла с работы уставшая и, даже не поев, завалилась спать. Но Мурка взяла свое, разбудив хозяйку в полночь. Девушка быстро покормила кошку и убежала в постель, укрываясь с головой одеялом. В комнату залетел ветер, играя с занавесками и поднимая их к беленому потолку. Галина встает с кровати, нехотя закрывая окна. Позади нее скрипит дверь. Девушка, почти не дыша, поворачивается в сторону, откуда издается звук. Кажется, ее мозг начинает сходить с ума, потому что она снова, как в первую ночь, слышит скрипку. Ту самую мелодию, которая в последний (и действительно последний) раз играет для нее Надя.       - Привет, Галя, - говорит призрак, зловеще подсвечиваемый голубым светом позади.       Девушка молчит. Ее глаза раскрываются все шире и шире. Кажется, она нашла рабочий способ сделать взгляд более распахнутым. Призрак поднимает свои руки в белесых царапинах к волосам, отодвигая своеобразную шторку. До боли знакомый лик глядит на девушку, заставляя сердце екнуть и подпрыгнуть в груди, опустившись до пят, сделать там пятикратное сальто и вернуться с бешеным стуком на место, между легкими, до боли задевая пищевод и заставляя волну тошноты подкатывать к горлу и застывать там глыбой. На нее глядело лицо давно потерянной, но до сих пор не забытой девушки. На нее глядит Надя…       - На ждала меня? – вопрошает Надежда, глядя прямо в душу девушке напротив.       Та словно онемела, не может произнести ни звука, даже облегченный выдох не дается ей сейчас. Она пытается сделать хоть что-то, чтобы заставить свой организм произвести на свет хоть какую-то реакцию. Наверное, думает она, ей это кажется, сейчас она моргнет, и видение упорхнет в форточку или через дверь, или просочится сквозь стену и улетит прочь, оставив снова одну. Поэтому Галина замерла, ожидая, что будет дальше.       - Это сон? – тихо лепечет девушка, почти одними губами, не издавая громких звуков.       Призрак в мгновение ока оказался близко к телу Гали. Последнее начинает мелко дрожать то ли от внезапной близости призрака, то ли от страха дальнейших его действий.       - Я скучала, - говорит фантомная девушка, соприкасаясь своими губами с губами Гали.       Этот почти неощутимый поцелуй заставляет колени подогнуться, и девушка оседает на пол. Она хватается руками за голову и тихо бормочет, что все это неправда, и она не сошла с ума. Призрак Нади тоже садится на пол, обнимая колени и подтягивая их к телу. Ее темные глаза поворачиваются к Гале.       - А ты скучала?       Девушка медленно поворачивается к бестелесной душе. Она пытается положить свою руку на ее ладонь, но та действительно просачивается и опускается на холодный пол, не встречая препятствия в виде чужого тела.       - Я даже не могу обнять тебя, - шепчет Галина, не мешая слезам стекать по щекам и капать на пижаму и пол.       - Я знаю, Галь, - печально отзывается призрак.       Галя плачет почти навзрыд, не может успокоиться, но душа Нади, или кем бы она сейчас не являлась, продолжала смотреть на нее с тихим сочувствием. Ее глаза, полностью темные, непривычно поглощающие в себя, ничего не выражают более. Все эмоции отпечатываются на лице, проглядываются напряженными бровями, опущенными уголками губ.       Пока Галина пытается успокоиться, откуда-то сзади Надя достает такую же нематериальные скрипку и смычок. Правильно удерживая инструмент, девушка зажимает струны и начинает играть. Из-под смычка выходит красивая, но в то же время грустная и печальная музыка, которая успокаивает Галину. Она смахивает слезы и слушает, уставившись в пол и сверля его глазами. Мурка больше не бегает по квартире – она сладко спит, верно, не улавливая эти звуки. Кажется, только в голове Галины они звучат, словно исходят из внешнего мира. Но у девушки нет желания бороться с этой мелодией. Она тихо встает и направляется к постели на трясущихся ногах, уставшая морально и физически. Галина прикладывает ухо к подушке и закрывает глаза. Сквозь сон она продолжает слышать, как играет скрипка прямо около ее кровати.       ***       Снова ночь. Девушка больше не боится встретить свою любимую в таком устрашающем виде. Она просто ждет. Ждет, пока стрелки часов медленно, истерически медленно дойдут до нужного часа, пока закипит чайник и разварится заварка в использованном тысячу раз чайном пакетике, пока очередь в магазине дойдет до нее и она сможет оплатить товары, собранные с полок в тележку. Весь день прошел в ожидании ночи. И она снова настает.       Призрак приходит с запозданием, вылезая из-под кровати, отчего Галя выпучивает глаза, открывает было рот для крика, но, боясь спугнуть душу, зажимает рот рукой и старается заглушить бешеные толчки сердца.       - Привет, - говорит фантом.       Галина кивает в ответ лихорадочно быстро. Сегодня она хотела быть настроенной на диалог, но что-то явно пошло не по плану.       - Ты ждала?       Девушка еще интенсивнее кивает головой. Еще бы немного усилий, и она бы слетела с шеи, покатившись по полу.       - Это радует, - призрак садится на постель, чудом оставаясь на поверхности и не проваливаясь на пол.       - Почему? – тихо выдавливает Галя, смотря призраку в глаза.       Надя понимает ее с полуслова, и даже в ее последовавшем ответе было ощущение, что Надежда знала весь диалог от «А» до «Я»:       - Потому что так надо, - выдержав небольшую паузу, она добавляет: - И да, ответ загадочен. Так и должно быть.       - То есть я не смогу добиться конкретных ответов на свои вопросы? – спрашивает Галя.       - Не на все, но на большинство я не отвечу.       - Кто ты теперь?       - Душа.       - Зачем ты пришла?       - Так тебе не нужно, чтобы я была рядом? – Надя отпрянула от девушки в телесной оболочке.       Она понимает, что сморозила бестактную грубость, и старается исправить положение:       - Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто… тогда, почти год назад, когда ты только ушла, я нуждалась в тебе. Я каяла себя за то, что вообще посмела той поездке состояться, ругала за то, что не соблюдала скоростной режим, что вообще села за руль мотоцикла в свой первый раз когда-то давно. Я не хотела, чтобы ты покидала не только свою жизнь, но и мою. Я так скучала, я надрывала голос, когда рыдала в пьяном угаре, когда затягивалась сигаретой, которая переставала тлеть, когда слезы капали на нее. И почему ты ушла? Почему так долго не возвращалась, когда было время? Зачем вообще нужна была та поездка?       - Меня не отпускали, - уклончиво ответила Надя.       Галина вздохнула, и понимая, что не дождется нужных ответов, достала из кармана пачку сигарет. Она вытащила одну, зажала между губ и стала нашаривать в карманах зажигалку.       - Продолжаешь курить? – спрашивает Надежда, хотя ответ очевиден не только ей, но и в данной ситуации в целом.       - Да, - сигарета уже затлела кончиком.       Девушка делает затяжку. Первую за такой долгий промежуток в виде отказа. Вся терапия, что проводили с ней, полетела к черту. Легкие заполняются дымом, никотин ударяет в голову. Становится спокойнее, мысли отступают в сторону, прикрывая себя серыми одеяниями. На второй затяжке ХОБЛ сжимает бронхи, спазмируя их и заставляя кашлять. Девушка продолжает курить, не обращая внимания на свое состояние.       - Зачем ты продолжаешь курить? – спрашивает Надя.       - Ты и так знаешь ответы на все свои вопросы. Какой смысл их задавать?       - Чтобы диалог клеился, - тихо, но уверенно отвечает призрак.       - Так я стараюсь дать ответы на свои вопросы, - отвечает Галя, огрызаясь в своем ответе.       - Зачем ты врешь?       - Чтобы диалог клеился, - передразнивает Галина Надю тем же тоном, словно попугай.       Раздраженный призрак встает со своего места почти рывком и удаляется прочь. Девушка докуривает сигарету и ложиться спать, но сон не идет. Вчера было лучше. Вчера играла скрипка.       К девушке больше не приходит блуждающая душа по ночам. Она все ждет, одну ночь, другую, но все без толку. Даже как-то она пробует садиться в центр комнаты и тихо звать Надю, но она явно обижена. От своего скверного характера даже в сторону нематериального человека Галину охватывает злость. Она начинает скудно питаться, почти не выходит на солнце, изматывает себя на работе и на тренировках, которые она проводит в домашних условиях, и все для того, чтобы каждую ночь проваливаться в сон.       Так проходит неделя. Похудевшая Галина, еле дыша, доползает до кровати и почти врезается в матрас своим маленьким тельцем, лицом в подушку. Она замирает, не имея возможности даже натянуть одеяло. Сквозь звон в ушах она слышит скрипку. Жалобную, разрывающую душу мелодию, которую, как казалось, не может сочинить ни один композитор, не выдать ни один скрипач, кроме того, что стала призраком и играет на фантомной скрипке.