Девушка с того света

      Вот и заканчивался очередной июльский день. На улице стояла невыносимая жара, от которой не спасали ни кроны раскидистых могучих дубов, ни козырьки подъездов многоэтажных домов. Девушка в джинсовом комбинезоне со спавшей правой лямкой, бордовой футболке и такого же цвета кепке спешила домой с ничем не примечательной смены в автомастерской. По ее вискам струился пот, так как на рабочем месте девушки еще жарче и тело не успело остыть, но это не заботило ее. В веселом расположении духа она направлялась на автобус. Наконец, она пришла на остановку и встала в более уютную тень. Сняв с плеч небольшой кожаный рюкзачок черного цвета, девушка потянула за молнию и раскрыла его. Достав оттуда карту, она закрыла портфельчик и снова перекинула лямку через левое плечо, поправляя бретель своего комбинезона. Девушка сняла кепку, и рыжие волосы до плеч распустились, вырвавшись из тесного кокона неопрятного пучка, который она наспех сделала, уходя с работы. Поправив их рукой, девушка заметила, что резинка до сих пор нацеплена на запястье правой руки. Девушка одним легким движением стащила ее пальцами и сунула в карман, полный всяких неожиданных сюрпризов. Она, вытаскивая поочередно вещи, только и могла искренне удивляться: там валялись фантики от кислых конфет, бокс от наушников (причем последние лежали в другом кармане отдельно), пачка сигарет, где осталась, как помнила девушка, всего одна сижка, и полупустой небольшой коробок мятных жвачек. Выкинув весь мусор в контейнер, что был неподалеку, она, аккуратно, взяв пальцами сигарету, что уже заканчивалась и еле тлела своим черным кончиком, потушила бычок о покрашенный в голубой цвет остановку и тоже бросила вслед за фантиками и бумажками с ненужными телефонными номерами, что уже хранились в ее гаджете.       Обернувшись, девушка заметила, что ее автобус уже подошел. Она, протискиваясь сквозь толпу и ловя следом недовольные окрики людей, зашла в маршрутку и приложила к аппарату карту, что до сих пор находилась в ее левой руке. Водитель, усатый мужчина среднего возраста с худощавыми руками и мешками под глазами, наблюдал за происходящим. Девушка взглянула на него. Получив удовлетворительный кивок, означающий, что оплата проезда прошла, она получила распечатанный чек и сунула его в тот же «мусорный» карман. Оглянувшись, она заприметила очень уютное местечко слева от себя в самом конце автобуса. Поспешив туда, девушка успела как раз вовремя. Она села на место, снимая рюкзак и облегченно вздыхая. Пока автобус стоял, девушка успела подключить наушники к телефону и включить любимую рок-группу. Маршрутка уже тронулась с места, как она, повернув голову, успела огорчиться, заметив, кто подсел к ней на свободное место. Кучерявый крашеный блондин с карими глазами пилил ее взглядом. Они были очень давно знакомы и даже некоторое время дружили, пока их взаимоотношения не приобрели довольно резкий, неприятный для девушки, поворот. Но она вынула из левого уха наушник и поздоровалась.       - Привет, Галя, - поприветствовал давний друг.       - Какими судьбами? Давно тебя не видела, - сказала девушка, заранее зная, что парень за ней, видимо, проследил, потому что после последнего разговора она просила не искать ее, ведь любимый человек у нее имелся.       - Да так. Решил прогуляться по городу, и вижу, что как раз автобус приехал. Дай, думаю, прокачусь. И тут ты. Я так рад видеть тебя снова. А ты меня, Галя?       - Угу, - небрежно бросила девушка, утыкаясь в телефон. Она знала, в какое русло плывет разговор.       - Тебе кто-то пишет? – уже серьезнее спросил он.       - Нет. Тебя это волнует? – с вызовом спросила Галина.       - До сих пор, - честно признался парень. – Я что хотел у тебя спросить: ты сейчас свободна?       Девушка сглотнула вязкую слюну, что заполнила рот. Наверное, даже организм хотел плюнуть этому душегубу прямо в рожу.       - Сейчас, Гриша, я еду домой. Пока я в автобусе, я свободна.       - Я не это имел в виду, Галя, - разочарованно протянул он, возводя глаза к потолку.       В душе Галина усмехнулась.       - Про что ты тогда спрашиваешь?       - Я спрашиваю, свободна ли ты? – тише проговорил Григорий, наклоняясь к девушке.       - Мы с тобой уже разговаривали на эту тему. Ты меня не привлекаешь, понимаешь? Я не могу быть с тобой…       - Пойми, что ее уже не вернуть, Галя, - уже громче, но так, чтобы другие не слышали, с ядовитой горечью сказал парень.       Она замолчала. Снова в голову ударили воспоминания того рокового дня: предложение прокатиться по городу, смех любимой, ее прикосновения, тепло, и крик ужаса, когда случилось то самое несчастье, унесшее жизнь последней. Ах, если бы только Галина могла поспособствовать тому, чтобы она не уходила от нее в небытие…       - Разговор окончен. Проваливай отсюда, подонок, - прошипела девушка, толкнув парня левым локтем и хмуря брови от досады и боли в душе.       Некоторые пассажиры, услышав возню на задних сидениях, обернулись. Гриша лишь молча встал, раздосадованно махнул ей рукой и скрылся из поля зрения. Автобус остановился. Галина посмотрела в окно: парень вышел из маршрутки, заложив руки в карманы, и остановился прямо напротив ее окна. Девушка, скорчив гримасу, высунула язык и показала свой тонкий средний палец. Он, всматриваясь в автобусное окно, говорил что-то непристойное. Хоть она и не могла услышать, какой грязью на сей раз поливал ее бывший друг, но все равно читала это по губам и предполагала содержание наносимых оскорблений. Очень скоро автобус двинулся с места, а Галя смогла усесться поудобнее и выдохнуть спокойней: теперь уж в транспорте не осталось индивидуумов, что могли бы помешать спокойной поездке. Хотя со дна души девушки все равно поднялся неприятный остаток воспоминаний, который она так старалась забыть.       Всю поездку Галина смотрела в окно на шоссе, что расстилалось бесконечной длинной серой полосой с множеством поворотов. Девушка совсем не обращала внимания на остановки, ведь знала, что выходить ей только на конечной. Автобус начинал пустеть, а к концу поездки и вовсе оставалось всего пара-тройка человек.       - Выходите, конечная! – крикнул водитель автобуса.       Встав с места, Галя удрученно поплелась к дверям. Она вышла самая последняя, и еще долго стояла на остановке, провожая взглядом автобус. Вздохнув, девушка развернулась и поплелась навстречу цветным многоэтажным домам микрорайона. Взглянув на часы в телефоне, девушка заметила, что времени было достаточно много – полдесятого вечера. Солнце медленно клонилось к закату, хотя все так же ярко светило и дарило миру свои слабевшие лучики, чтобы дать надежду на то, что завтра восход обязательно будет.       Галя чуть улыбнулась. Она зашагала уже веселее, хотя почти пустая пачка сигарет так и манила вытащить последнюю и, закурив, сбегать в круглосуточный за новыми порциями никотина, упакованного в маленькие тоненькие трубки. Но девушка предпринимала отчаянные попытки подавить в себе такое желание. Галина знала, что ХОБЛ накрывал с каждым потушенным бычком незаметно и быстро, но как бы ни старалась она это дело забросить, у нее ничего не выходило. Своего пика девушка достигла в больнице, когда лежала с переломанными ребрами и багрово-фиолетовыми синяками по всему телу после роковой поездки на мотоцикле, хотя медсестры все время ловили ее за непристойным в больнице делом и удручали скандалы. Галя с детства любила именно этот вид транспорта и всегда мечтала приобрести себе иссиня-черный на первую премию, хотя бы самый старенький, потрепанный, но работающий, словно в первый год эксплуатации. И девушка выполнила данное себе обещание, хотя мать и пыталась уговорить дочь, предупреждая, что мотоцикл еще никого до добра не доводил.       И сейчас этот самый круизер, который в аварии пострадал меньше, чем его обладательница, был припаркован на стоянке около многоэтажного дома, где жила Галина. Девушка прошла мимо транспорта, и снова кошки заскребли по ребрам, дыхание стало рваным, а непрошенные слезы застлали взгляд. Галя, нахмурившись и надвинув козырек кепки на лицо, добежала до подъезда. Она лихорадочно начала искать ключи от домофона, ругаясь на то, что руки совсем отказывались слушаться, как внезапно дверь открылась. На улицу вышла на вечернюю прогулку баба Зина, главная сплетница маленького района. Взглянув на девушку, что подняла глаза, ресницы которых были испачканы потекшей тушью, старуха нахмурила брови, и лицо ее стало еще противнее, напоминая пересушенный изюм. Серые, наполовину ослепшие глаза недобро блеснули.       - Снова свою девку вспомнила, греховница ты поганая? – строго спросила бабка, но успела только отшатнуться, чтобы не быть сбитой с ног вскипевшей в один миг Галиной, что рванулась вперед, не зацикливаясь на словах прогнившей в душе старухи, которая всю свою праведную жизнь имела лишь одного мужа, да и тот умер в совсем молодом возрасте по причине, которую старуха тщательно скрывала ото всех, и завидовала людям, у которых было счастье в виде второй половинки, раздавая направо и налево совершенно непрошенные советы и презирая подобных Гале.       И последняя бы даже поняла, если бы соседка по дому не говорила ей ни слова, не лезла в ее жизнь и не упрекала ее на каждом шагу, напоминая ей на протяжении нескольких месяцев о том, что в ее возрасте лет девушке положено стать матерью прекрасного ребенка и примерной женой хорошо зарабатывающего мужчины, а не таскаться с девушками за ручку по улице и не гонять на мотоциклах, но иногда старуха капала на мозги своим сочившимся абсолютно отовсюду ядом настолько сильно, что для девушки сегодняшний инцидент был последней каплей: если раньше она имела силы держать язык за зубами и старалась не вступать с Зинаидой в конфликт, то сейчас Галина крикнула в закрывающуюся дверь:       - Завидуй моему счастью молча, старая карга!       И, хотя девушка понимала, что соседка ее, скорее всего, не услышала, но где-то глубоко внутри стало гораздо легче, будто камень с плеч упал. «Живем один раз,» - подумала она, разворачиваясь и поднимаясь на свой 7 этаж, осознавая, что почтенная баба Зина расскажет абсолютно всем о неподобающем поведении «греховницы» Галеньки, и каждый, проходя мимо и смотря на девушку, будет неодобрительно качать головой, цыкать или упрекать ее вслух. Но последняя планировала лишь показывать направо и налево средние пальцы рук и не задумываться о последствиях.       Зашла в квартиру она в пригадком настроении: с работы шла веселой, потом встретила треклятого Гришу – поникла, а после вроде бы снова стало спокойно, так нет – мотоцикл и баба Зина обязательно должны были нагадить в душу. Девушка вздохнула, вдруг почувствовав, что в квартире дурно пахнет. Галя поморщилась и, скинув с ног кеды и поставив рюкзак на обувницу, всматривалась под разными углами в пол, на котором могла оказаться заранее заложенная кошачья мина. Ее ласковая обладательница по кличке Мурка выбежала из-за дивана в гостиной с громким мяуканьем и устремилась прямо к ногам хозяйки, ласкаясь о брючины джинсового комбинезона. Девушка посмотрела на котенка, улыбнувшись. Мурка была очень умной молодой кошечкой, знавшей, что хозяйка непременно простит ей все маленькие шалости. Галина взяла питомца на руки, приподняв его выше собственных глаз, и ступила шаг, как чуть не поскользнулась на кошачьей луже. Вовремя оперевшись о дверной косяк одной рукой, а в другой держа любимицу, она почувствовала острую боль в районе лодыжки.       - И как я умудряюсь себе заработать приключений на ровном месте? – риторически прошипела Галина, опуская кошку на пол.       Мурка усвистала куда-то в другой конец комнаты, пока ее хозяйка, сняв носок, потирала больное место, разгоняя кровь внутри. Подняв глаза, девушка нашла котенка уже на подоконнике. Гале пришлось убрать за Муркой, посматривая на то, насколько питомица довольна своим проказом, как сладко потягивается у окошка и урчит на всю квартиру, что не могло не вызвать у хозяйки умиления и всепрощения. Закинув свои пострадавшие носки в стиральную машинку, где ночью должно было случиться маленькое бытовое чудо, отстирав все грязное белье, скопленное за несколько дней, Галина заметила, как живот потихоньку начинает возмущаться тому, что за весь рабочий день в его недры попал только мюслевый батончик и содержимое маленькой бутылки колы без сахара. Посмотрев на сию часть своего тела с укоризной, Галя направилась на кухню.       Зайдя в комнату, девушка подошла к холодильнику и открыла себе на обозрение его полупустующие полки. Обнаружив там утреннюю яичницу, она ловко вытащила тарелку и, левой рукой открывая дверцу микроволновой печи, поставила разогреваться скудный ужин. Микроволновка загудела, медленно поворачивая по часовой стрелке тарелку, чтобы содержимое равномерно прогрелось, а тем временем девушка направилась в свою комнату, расстегивая джинсовый комбинезон и снимая его на ходу. Когда же Галина оказалась в спальне, то была готова к переодеванию не хуже солдата или пожарного, что за полминуты должен вскочить с кровати, заправить постель и быть готовым выполнять задания. Все же уроки жизни от родителей, чьи души покоились на небесах, не прошли даром, оставив о себе напоминание в виде привычек в виде того же режима. Несомненно, в отрочестве Галина не понимала сути вставания даже по выходным дням в полседьмого утра, не осознавала, почему стоит даже в каникулы не растягивать приемы пищи на 2 часа, просматривая сериал, или по какой причине вечерами нежелательно переписываться с друзьями по полночи, когда это так хотелось юному подростку.       Но, как оказалось, жизнь – штука вовсе непредсказуемая, и вот Галя уже шла на кухню в пижамных штанах и спортивном топе, чтобы прервать пищание завершившей свою работу микроволновой печи. Снова девушку захлестнули далекие воспоминания, которые поднялись на поверхность ее сознания при помощи автобусного, железного и черствой парнокопытных животных…