Гарри Поттер и Семья (Философский камень)

На Privet Drive 4 летнее утро распростерлось под ярким солнечным небом, окрашивая небо в нежные оттенки розового и фиолетового. Зеленые деревья, пробуждаясь от ночного покоя, медленно колыхались на легком ветру, создавая тень и прохладу. Цветы в садах начинали раскрываться, показывая миру свои лепестки, словно приветствуя первые лучи утреннего солнца. Вдалеке слышался едва различимый щебет птиц, а воздух наполнялся ароматами трав и цветов. Солнце уже дарило тепло своими лучами, освещая зеленые улицы без единого человеческого шума или движения. Все еще было рано, и даже прохожих не было на горизонте, словно весь мир погрузился в глубокий сон, отдыхая под покровом бесконечного летнего утра. Но лишь один человек не спал. Гарри одевался в своём чуланчике, понимая, что если он не встанет, то его дядя с тётей будут невообразимо много ругаться. Скорее всего, он и так останется без ужина из-за какой-то мелочи, но, по крайней мере, на него будут кричать не так долго Маленький Гарри встал и направился на кухню. Ему надо было приготовить овсянку, пожарить яичницу с беконом и сделать пятнадцать бутербродов. Сам Гарри (если очень повезёт) сможет съесть ломоть хлеба. К ужасу мальчика, оказалось, что хлеб почти закончился. Все магазины были ещё закрыты, поэтому он не мог сходить и купить хлеб, даже если бы он решился потратить те деньги, которые он честно скопил стрижа у соседей газон, пока Дурсли ездили с его кузеном Дадли в кино, зоопарки и торговые центр. И он даже хотел потратить эти деньги, лишь бы его не ругали. Но всё же, не будут же Дурсли в самом деле пересчитывать бутерброды. Учитывая аппетит кузена и дяди, они конечно бы всё съели, но ведь ещё была овсянка с яичницей. Гарри всё-таки попытался нарезать хлеб потоньше, чтобы хватило на все пятнадцать, но вышло только девять штук. Несмотря на то, что ему было всего лишь пять, он уже умел считать до пятидесяти, складывать и вычитать в пределах двадцати и ещё много всего. После готовки Гарри начал убираться: вытер всю пыль на кухне и в гостиной, по крайней мере, до куда достовал, а потом пошёл поливать цветы на клумбах. Несмотря на то, что на прошлой неделе прошёл очень даже сильный дождь и небо было затянуто тучами тётя Петунья заставляла его поливать их, а потом жаловалась что цветы залиты. Переделав всю работу он отправился к себе в комнату. Он мечтал, что его однажды пойдёт в Primary school и к этому усиленно готовился. Он брал у Дадли книги, когда его не было в комнате, например, пока Дурсли ели. О том, чтобы пригласить за общий стол Гарри, даже речи не могло быть. Он всегда питался остатками в своём чулане. Сначала Гарри боялся, так врываться в комнату кузену, и «воровать» источники знаний, как ему кричала его совесть, хотя он всегда довольно быстро возвращал каждую книгу, но Дадли, как не удивительно, не замечал пропаж. Надо сказать, что у кузена была весьма обширная «библиотека». Книги ему дарили родители тех друзей, которые ещё не знали о интересах Дадли. Гарри удивлялся, почему это у Дадли всегда столько друзей, а у Гарри не одного, но всё же догадывался что не то что бы всем нравился. «Большой Дэ» наоборот — его избалованный характер скорее отталкивал, просто никто не хотел с ним проблем. В конце концов все в районе знали о любимом «спорте» Дадли. Никто не хотел быть «тренировочной грушей» и поэтому все так и напрашивались в друзья, хотя скорее в приспешники к Дадли. Гарри отвлёкся от размышлений и сосредоточился на новом источнике знаний, попавшем в его руки. Он углубился в чтение «Истории Европы для самых маленьких», поглощенный увлекательными рассказами о древних цивилизациях и знаменитых исторических событиях. Ему было интересно узнать о том, как менялся мир со временем, и какие люди вносили свой вклад в формирование современной Европы. После завершения главы о древнем Риме, Гарри переключился на книгу «Грамматика для малышей», стремясь улучшить свои языковые навыки перед поступлением в школу. Он усердно читал правила и делал упражнения, стараясь запомнить новые слова и грамматические конструкции. Затем Гарри взял в руки «О числах простым языком» и начал изучать основы математики. Он читал о числах, операциях сложения и вычитания, стараясь понять и запомнить каждую деталь. Поглощенный чтением и обучением, Гарри мечтал о том дне, когда сможет отправиться в Primary school и начать новую главу своей жизни, полную увлекательных открытий и знаний. Гарри услышал, как Дурсли медленно двинулись на кухню, а за ними раздавалось верещание Дадли. Он тихо следовал за ними, зная, что его ожидают новые порции упреков и наездов. Как только они вошли в кухню, Петунья сразу заметила недостаток бутербродов. «Но как это так, Гарри?! Я же тебе сказала сделать пятнадцать бутербродов, а не девять!» — вскричала она, встряхивая бумагу с заказом, который Дурсли давали Гарри каждый день. «И почему они такие тонкие?!» — добавил Вернон, с трудом сдерживая свой гнев. «Это неприемлемо! Ты должен делать все правильно, Гарри, это твоя работа!» — выкрикивала Петунья, ее голос дрожал от ярости. «И еще ты не вытер кран после мытья посуды! Полная неряшливость!» — приставил Дадли, вытирая слезы и пот из-под своего покрасневшего лица. «И где твои тапки? Я же сказал, всегда держи их у двери!» — встрял Вернон, снова рыча. «И у тебя снова косые швы на моей рубашке! Ты ведь знаешь, как я ненавижу небрежность!» — добавила Петунья, сверкая глазами от ярости. Гарри стоял молча, чувствуя, как его сердце сжимается от боли и отчаяния. Но тут Дурсли перешли все границы. «Иди отсюда! Тебе не место в этом доме!» — зарычал Вернон, толкая его к двери. Петунья молча стояла, сверкая глазами от ярости. Дадли, забравшись на стул, добавил свои упреки: «И воняешь ты, как убогий пес! Убирайся отсюда, пока я не передумал быть таким терпимым!» Гарри вышел на улицу, чувствуя себя одиноким и преданным. Он медленно шел по тротуару, слыша, как за его спиной затворяется дверь. В его душе было пусто и холодно, словно он потерял все, что дорого ему было. Но в этот момент он почувствовал себя свободным, как будто теперь мир стал его игровой площадкой. Гарри поднял глаза к яркому солнцу и улыбнулся, зная, что где-то там, в этом огромном мире, его ждут новые приключения и возможности. Гарри брёл по незнакомой улице. Ему казалось что прошла целая вечность, а на самом деле всего лишь два-три часа. Солнце впервые за эти две недели палило нещадно, от прохладного утра не осталось ни росинки. Мальчику хотелось пить, есть и просто присесть отдохнуть. Но он продолжал идти и идти всё дальше от дома номер четыре, всё дальше от прошлой жизни. От надежды на новые приключения не осталось почти ничего. За свои пять лет с Дурслями он не привык надеется, но всё же... всё же Гарри был ребёнком. В глубине души он надеялся. А ещё Гарри понял почему в самом начале ему казалось что он потерял что-то дорогое ему. Книги. Это были книги, его единственная радость в жизни. А теперь, на улице он даже и мечтать об этом богатстве не может. *** Прошло ещё несколько часов. Вокруг было всего пару домов, но и те выглядели так что казалось в них не живёт никто лет десять. Солнце уже начало заходить за горизонт и на улице становилось всё холодней. Гарри понятия не имел откуда пришёл. От усталости он просто осел на землю и заплакал. Гарри не был плаксивым мальчиком – жизнь научила. Но никогда, ещё никогда он не был в таком отвратительном положении. Его и раньше выгоняли из дома, крича, что ноги его больше у них не будет. Но Дурсли забывали об этом, или просто делали вид, что забывали, как только им надо было, чтобы кто-то прибрался, приготовил еду, прополол клумбы…в крайнем случае, думал Гарри, он мог напроситься жить к соседям, пообещая делать всю-всю-всю работу, которую они только захотят. Как бы он хотел оказаться сейчас где угодно, только бы не замёрзнуть на улице. ...