Найти выход

      Ничего приятного в прохождении между мирами не было. Тело словно распадалось на уйму крошечных частиц на грани одного пространства и вновь собиралось за гранью второго. И Феликс не до конца был уверен, что его собрали правильно. По крайней мере того волнения, что он испытал, когда Вару внезапно пропал, в душе не было. Его заменило странное разочарование, что этот вечно неугомонный клон сейчас висел в воздухе неподалёку, а не действительно исчез в неизвестном направлении. Думать, конечно, о таком, было не хорошо, но Феликс ничего не мог с собой поделать. Слишком уж часто Вару выводил на совершенно не положительные эмоции...       – Хватит так пялиться, - пробурчал виновник торжества, - не мог я вернуться, чтобы сказать, что тут всё. Конец. Не пускает оно обратно.       – В каком смысле? - поднял голову Куромаку от разглядывая подозрительно сочно-зелёной травы под каменными ногами.       – В буквальном, - фыркнул пятый, - некуда возвращаться. Исчезает этот портал между мирами, будто его и не было. Сам проверь.       Феликс неосознанно шагнул в сторону, противоположной той, из которой только что вышел. Трава, под едва касающимися её ногами, отдавала фальшивой прохладой. По, затянувшемуся серыми тучами небу, искрясь скользили тонкие золотые полосы, соединяясь в причудливый геометрический рисунок. Складывалось ощущение, что только из-за их наличия этот мир не погряз в вечном полумраке. Где-то вдалеке маячили горные хребты и такие же серые, сливающиеся с ландшафтом, каменные замки. Их острые башни устремлялись шпилями в небо. Но всё это было где-то там, далеко. Пространство перед Феликсом уходило равнинным зелёным полем, без единой протоптанной дорожки, на километры вперёд.       – Ещё один Фома неверующий, - послышалось за спиной знакомое ворчание, когда четвертый обнаружил себя отошедшим от общей группы на десять шагов назад. Почему-то жутко хотелось огрызнуться. Атмосфера в целом не располагала на хороший лад. Мрачноватым было их нынешнее место пребывания.       Феликс обернулся, собираясь высказать Вару всё, что он думает о выходках пикового валета и нём самом. Но тот уже наматывал круги с Габриэлем вдоль поля, вырисовывая в воздухе спиралевидные петли. Расстраивать первого, отвлекая от развлечения, в принципе не хотелось, поэтому Феликс проглотил ком негодования, переключаясь на более позитивный лад. Что-то хорошее во всём этом определённо было. Обязано должно было быть.       Они продолжали двигаться вперёд. Сотканный из тьмы силуэт Пикового короля вёл колонну за собой, ни на секунду не замедляя шаг. За ним так же монотонно двигался Куромаку. Его тяжёлая поступь приминала траву, образуя едва заметную тропинку.       – Как думаешь, долго мы будем идти? - прозвучал тихий голос поблизости. Зонтик скользил рядом, нервно теребя похожую на водопад прядь волос. Видимо, попытка завести разговор, давалась ему из рук вон плохо.       – Не знаю, - искренне признался Феликс и, услышав удручённый вздох собеседника, поспешил прибавить, - зато, можно всё хорошенько рассмотреть. Вон, та туча похожа на... на...       Ничего подходящего в голову не шло. Небо было просто серым, с небольшими вкраплениями золотого. Пересекающие его линии напоминали тюремную решётку, а такая ассоциации вряд ли могла поднять настроение. Феликс неосознанно обернулся в поисках хоть какой-то поддержки. Идущий позади Ромео замер от неожиданности, нервно встряхнув листьями на отросточных стеблях. Это безмолвное мгновение, казалось, длилось целую вечность, но внезапно седьмой отмер, кивнув Феликсу.       – На... на корзинку с фруктами, - резво произнёс он, поравнявшись с валетами, - лучи - это плетение, а туча как сложенные яблоки. Видишь?       – Похоже, - как-то неуверенно произнёс Зонтик, следя за очерчивающими небосвод шипастыми лианами, которые с натяжкой можно было назвать руками.       – А вон там флаг колышется, - продолжал говорить Ромео, - вон, вон там. На шпиле замка.       – А та скала на коня похожа, - подключился Феликс, мысленно радуясь, что наконец удалось разглядеть хоть что-то.       – Та тоже похожа, - неуверенно протянул Зонтик чуть более воодушевлённо, чем раньше.       – Самое простое предположение может и не быть верным, но все равно даёт основу для дальнейших теорий, - меланхолично произнёс позади Данте. Феликс улыбнулся, насколько в принципе позволяло тело, сотканное из электричества. Настроение постепенно поднималось. Даже кружащий впереди Вару (уже один, без Габриэля) почти не раздражал.       – А это нормально? Так и должно быть? - первый клон приземлился где-то позади, кажется, обращаясь к Данте.       – Нет ничего невозможного, - слегка напряжённо ответил тот. Языки пламени от его речи устремились вбок, раскаляя воздух. Феликс неосознанно обернулся. Слишком непривычно звучал голос самопровозглашённого философа.       Они двигались. Тёмные лошадиные силуэты, что Феликс по ошибке принял за скалистые выступы, перемещались. Подрагивали, словно рябь на воде, резкими скачками приближаясь к идущим вперёд клонам.       – Что за? - послышался ошарашенный выкрик Вару, прежде чем силуэты достигли его. Тёмные кони бесшумно проскакивали мимо, устремляя свой путь за горизонт. Куромаку остановился, озадаченно вглядываясь во всадников, повыскакивавших из-за спины. Пик же не обратил никакого внимания, даже когда развевающееся знамя одного из конницы коснулось его плеча.       – Что это за фигня? - фыркнул Вару, оглядываясь вокруг. И это, пожалуй, единственный раз, когда Феликс был с ним солидарен. Конница и не думала заканчиваться, обтекая группу замерших клонов, словно тёмными речными водами.       – Что встали? - недовольно фыркнул Пик. Его чёрный (куда темнее тех, что скакали рядом) силуэт сделал шаг назад. Можно было предположить, что сейчас на сгруппировавшихся клонов должно было смотреть его лицо. Однако по этой черной дыре в форме человеческого тела, поглощающей собой и без того тусклый свет окружающего мира, сложно было в принципе что-то понять.       – Ну, можем лечь, - усмехнулся Вару, однако первым срываясь с места и следуя за лидером.       Продолжить поход оказалось не столь проблематично, как предполагалось. Конеподобные силуэты предпочитали обходить вторженцев в их мир стороной, держась на расстоянии пары десятка шагов. Непрерывный поток конницы слился в одно тёмное марево, не позволяя больше разглядеть пейзажа. Разве что...       Феликс неосознанно прибавил шагу, наблюдая как из серого месива конницы перед глазами вырисовывается пара белоснежных колонн, уходящих в небо. А потом ещё двух и ещё... Конница постепенно расступалась перед ними, словно намеренно освобождая дорогу. Пиковый король целенаправленно шёл между ними, не обращая внимание ни на что вокруг. Ни на движение силуэтов, ни на постепенно сужающуюся дорогу между колоннами, ни на расстояние, что образовалось между ним и другими клонами. Его целеустремлённости можно было только позавидовать. Белой завистью, конечно. Другой Феликс испытывать не хотел. Однако, что-то нехорошее его всё-таки беспокоило, пока он смотрел в спину удаляющемуся восьмому. Это что-то, напоминающее одновременно обиду, возмущение и, на удивление, понимание. Какой-то малой частью настроенного на позитивное мышление разума, Феликс понимал нетерпение Пика, граничащее с маниакальностью. Выбраться хотелось всем. И всё же, оставить позади ради этого всё и всех он бы точно не смог.       – Ты в порядке?       Сладко-цветочный запах окутал сознание, вырывая из пучины терзающих мыслей. Наклон цветочной головы Ромео выглядел обеспокоено.       – Да... - попытавшись придать голосу побольше жизнерадостности, произнёс Феликс, - а что?       – Да так. Ничего, - вновь выпрямился седьмой, продолжая двигаться по направлению колон, - разряды просто испускаешь.       – Правда? Никого не задело? - обеспокоенно обернулся Феликс, подмечая, что Зонтика поблизости уже нет. Данте неспеша шёл где-то на расстоянии десятка шагов. Паривший над ним Габриэль тоже не выглядел как кто-то получивший «заряд бодрости». Лёгкая обеспокоенность за ближних увела неприятные мысли на дальний план и продолжала держать их там, пока силуэт Пика не исчез между двух слишком близко расположенных колон.

***

      Вокруг шумела подстёгиваемая ветром листва. Сквозь обилие зелени пробивались тонкие лучи солнца, окрашивая мир вокруг приятным золотым светом. Тишь, да благодать. Лишь тлеющая под ногами древесина не позволяла полностью окунуться в нирвану.       Они находились на дереве. Гигантской ветке, если точнее. Пик нервно расхаживал взад-вперёд, пытаясь, судя по всему, понять куда двигаться теперь. Его попытки заканчивались сотрясанием воздуха и парой опавших листьев.       – Вниз? - внезапно остановился он. Клоны почти синхронно уставились на корни дерева. Расстояние было впечатляющим. Тяжёлый, покрытый шероховатой корой ствол чем дальше, тем казался тоньше, впиваясь в тёмную землю витиеватыми, словно змеи, корнями.       – А мы разве не оттуда пришли? - озвучил Габриэль крутившийся на языке вопрос. – Резонно, - согласился Куромаку. Казалось, он хотел добавить что-то ещё, но Пик произнёс, как отрезал:       – Тогда наверх.       Сказать проще, чем сделать. Идти вперёд это всё-таки одно, а карабкаться вверх по вертикальному стволу - совершенно другое. Отростки коры под огненными ладонями превращались в сыпучую золу. Не сразу, конечно. Данте утихомиривал собственное полыхание внутренним спокойствием. Но стоило хоть на секунду напрячься, как мельтешащие поблизости искры вспыхивали огненными шарами. А напрягаться приходилось - подъём вверх давался трудно и медленно. Силуэт, с непреклонным упорством карабкающегося, Пикового короля, уже превратился в маленькую чёрную точку на фоне зелёной листвы. Наверняка, где-то там же, сливаясь с местностью, парил Вару, также бескомпромиссно не отлипая от своего одномастника. Чуть ниже золотистым солнечным зайчиком метался Феликс, то прыгая вниз к переползающему с ветки на ветку Ромео, то подскакивал вверх, отмеряя насколько они отстали. Ещё ниже медленно двигались двое. Для каменного состояния Куромаку подъём был столь же проблематичен, что и для Данте. Но, по заверениям первого, не доставлял настолько разрушительного влияния. Зонтик, по просьбе своего короля следовал за ним. По идее, его состоящее из воды тело должно было смачивать кору, облегчая уже путь Данте, но реальность оказалась плачевнее.       Оставаться в самом низу было неприятно. Попытки ускориться лишь затормаживали, наваливая и без того гнетущую дилемму бытия. Всё то расстояние между двумя ветками, что он преодолел, казалось таким огромным и, одновременно, таким ничтожным.       – Чего сидишь? - выглядывающая из зелёных листьев голова Габриэля напоминала жёлудь. Немного удивляло, что со своей способностью он куковал тут, внизу. Это даже немного обнадёживало.       – Самый медленный человек, не теряющий из виду цель, всё же проворнее того, кто блуждает без цели, - подняв голову ответил Данте. Остальные клоны, что лезли по стволу вверх, окончательно скрылись в листве.       – Ммм, - протянул Габриэль, - под тобой ветка горит, это тоже для определения цели?       – На некоторые вопросы, у человечества нет ответов, - пытаясь сохранить самообладание, ответил Данте, всё же взглянув под ноги. Возле ступней образовался чёрный обуглившиеся след, но древесина была достаточно прочной и беспокоиться пока было рано.       – Тебе скучно? - Габриэль соскользнул вниз с ветки, легко приземляясь поблизости.       – Скука всего лишь результат машинальной жизни, - Данте уже не опасался, что от разговоров ветка под ним воспламенится. Нахождение рядом Габриэля действовало удивительно успокаивающе, - но, если тебе одному скучно, давай скучать вдвоём.       – Вдвоём? - по птичьи склонив голову набок, повторил бубновый валет и, взмахнув крыльями, в долю секунды оказался на расстоянии вытянутой руки, - можно вдвоём? Зацепишься?       – Чего? - ни единой подходящей цитаты, чтобы передать всю степень замешательства просто не нашлось. Данте озадаченно пялился на спину валета, с раскинутыми для полёта крыльями, искренне не понимая, чего от него ожидают.       – Ну? Цепляешься? Знаешь же, что на руках я тебя в воздух поднять не смогу?       – Не стоит спешить с предложением помощи. Иногда стоит опасаться даже собственной тени, - наконец выдавил из себя Данте. Несмотря на всю плачевность сложившейся ситуации и явную необходимость чужого воздействия - вредить своему валету абсолютно точно не хотелось. Если даже на вековой коре гигантского древа оставались огненные отпечатки, то каких ожогов можно было бы ожидать от прямого прикосновения с кем-то живым.       – Это не так работает, - знакомый голос Габриэля прозвучал незнакомо утвердительно, почти приказным тоном, что не подчиниться было кощунственно, - просто расслабь сознание и держись крепче.       Расслабить сознание... Это можно. Уж чего-чего, а расслабляться Данте умел. Почти сонно он сомкнул руки вокруг чужой шеи и, старательно отрекаясь от эмоций, наблюдал как мимо проносится зелёная листва.       Габриэль двигался не быстро. Подлетая рывком вверх, он медленно планировал, позволяя и себе, и вынужденному пассажиру, рассмотреть местность внимательнее. Листва оказалась не настолько зелёной и густой, какой выглядела снизу. То тут, то там листья, окрашенные в яркие рыжие оттенки, облетали, образуя проплешины. Где-то голые ветки наливались упругими почками, вот-вот распускающих молодые листочки. Где-то и вовсе иссушались до мертвецки-хрупкого состояния, готовые обломился от единого прикосновения. Данте внимательно всматривался в окружающую природу. Что-то это неравномерное течение времени ему напоминало.       На одной ветке Габриэль долго не задерживался, тем же рывком поднявшись дальше. Данте слишком явно ощутил это перемещение. Его словно окатило мельчайшими каплями воды, заставляя танцующие вокруг искры раздосадовано зашипеть. Можно было подумать, что они просто обогнали Зонтика, но бубновый король внимательнее присмотрелся к местности. Габриэль как раз пошёл на медленное снижение.       Всё вокруг было словно пропитано дождём. Бусины капель толпились в углублениях коры, собирались в листьях, свешивались с, внезапно, паутинки. Данте только попытался представить, каких размеров должен был быть тот, кто её сплёл, как Габриэль рванул вверх.       – Фига! - только и успел он расслышать прежде, чем первый замедлился. Голос, судя по язвительности, принадлежал Вару. А если пиковый валет теперь был внизу, значит и лидер их маленькой компании ушёл не далеко. Возглавлять колонную было по-своему приятно. Возможно, бубновые могли бы первыми добраться до границы миров. Только Габриэль резко спикировал на свободную ветку.       – Что? Я устать не могу? - произнёс он, разминая плечи. Ожогов на нём не наблюдалось, что несказанно радовало.       – Не а, даже не думай. Я тебя на своём горбу не понесу!       – Я ничего не говорил.       – А смысл говорить. У тебя на лице написано, - голос Вару постепенно усиливался, пока сам пятый не выскочил откуда-то снизу, - о, и вы тут. Ну что, привал?       – Нет усталости - нет привала, - констатировал Пик. Он, резво цепляясь за выступы на коре, поднимался дальше, не останавливаясь ни на секунду. Вару что-то фыркнул, скривив на лице крайнюю степень высокомерия и сиганул за своим королём, видимо, не желая отставать.       – А вы это здорово придумали! - после пиковых показалось светящееся лицо Феликса, - так действительно быстрее.       Он, придерживая свисающего Ромео за лианоподобные руки, вытягивал его вверх. Судя по исцарапанным листкам бутоноподобной головы седьмого, делалось это всё не слишком аккуратно.       – Точно не хочешь передохнуть? - заговорщицки произнёс Ромео.       – Да нет. Зачем? Только приноровился, - резво отвечал червовый валет. Данте проследил, как эти двое скрылись в гуще листвы. Оставалось для полного комплекта разве что подождать ещё и Куромаку с Зонтиком.       – Ну что? Пошли дальше? - голос Габриэля оборвал ожидание.       – Уверен? Не нужно считать отдых, чем-то необязательным или снисходительным. Это акт заботы о себе, который должен ставиться в приоритет...       – По-твоему, я не знаю, сколько мне отдыхать? - звучало так же вопросительно, как и всегда. Габриэль вполне искренне смотрел на собеседника, без толики издёвки, - тогда чего не цепляешься?       Окружение довольно резко поменялось. Доселе ровный ствол распался надвое, образуя дугообразную выемку. Она казалась повреждённой, словно изъеденной паразитами. Подлетать ближе не хотелось, но Габриэль, словно специально спикировал к гниющей древесине, выводя своего пассажира из зоны комфорта. Благо, почти сразу поднялся выше, следуя по левой иссушённой части растения.       Как оказалось, древо вновь срасталось в единый ствол чуть выше. Сияя зеленью листвы и привычной раскидистостью ветвей, оно казалось теперь таким гармонично-прекрасным. Особенно после предыдущего полета. А ещё, в сознание закралось странное чувство, будто это всё, что-то неумолимо Данте напоминало. Это дерево со странными, почти символичным ветками; этот подъём вверх, сквозь тернии наблюдений - что-то крайне философичное и знакомое...       Они промчались мимо вновь ползущего Ромео, судя по всему, убедившим Феликса его отпустить. Мимо карабкающегося в том же темпе Пика и парящего чуть ниже к ряду, Вару. Мимо бьющихся на ветру листьев и покосившегося пустого птичьего гнезда. Габриэль без предупреждения приземлился прямо в него.       Гнездо оказалось действительно огромным. Свитым из листьев, веток и бурых перьев. Габриэль в нём выглядел до странного гармонично. Как-то слишком естественно, словно так и должно быть в этой первобытной природной среде.       – Уже жил площадь себе надыбали? - рядом с плетёнными ветками примостился Вару. Его дымный образ выглядел непривычно плотным и осязаемым, - когда яйца заводить планируете?       – Яйца? Какие яйца? - озадачился Габриэль.       – Совместные, - хихикнул пятый, принимаясь разглагольствовать о семейном счастье и подъёме демографии среди клонов. Габриэль слегка подзавис, не успевая вставить ни единого вопроса в эту непрекращающуюся речь.       – Бросаясь остроумием стоит соблюдать дистанцию, - хмыкнул Данте, прерывая поток чужих шуток. Вару на это лишь хмыкнул. Казалось, он хотел что-то сказать, возможно разразиться ещё одной шуточной тирадой, но внизу показалась тёмная голова, с характерно выпирающими «рожками» и пятый умолк, подскакивая к своему королю. Габриэль, видимо, решившись не дожидаться остальных, расправил крылья, жестом головы прося цепляться обратно.       Сквозь ветки прорывался ослепительный солнечный свет. Даже через зажмуренные веки смотреть было больно. Габриэль слонялся от ветки к ветке, от лиственных зарослей и другой возможной тени, пытаясь преодолеть то малое расстояние, что отделяло от следующих ветвей. Данте прикрыл его лоб рукой, словно козырьком, пытаясь хоть как-то помочь. Держаться так было не очень удобно и, возможно, даже не безопасно, но ничего другого в голову не приходило. А Данте привык считать, что первые мысли - мамы верные мысли, ведь чем проще, тем лучше. Он, конечно, не мог в явной степени оценить того, помогает его идея или нет, но, вроде, двигаться они начали чуть более прямо. Всё-таки толика надежды на то, что предполагаемый «свет благоразумия» благоприятно скажется на...       – Точно, - внезапная мысль будто обухом ударила по затылку.       – Чего-чего? - послышалось привычно вопросительно снизу.       – Кто-то слишком буквально воспринял понятие «древо жизни», - успел произнести Данте, прежде чем граница миров поглотила его слова.

***

      От буйства красок рябило в глазах. От чужих голосов, что, не прекращая говорили на неизвестном языке – болели уши. Хотелось, подражая животным, прижать их к голове, чтобы внутренняя тишина вытеснила всё постороннее.       – Почему я не броненосец? - спикировав пониже, произнёс Габриэль, - или не змея? Или не улитка?       Других глухих животных на ум не приходило. Когда-то, кажется, давно. Клоны тогда находились ещё в привычном чёрном пространстве, но... не важно. Тогда Куромаку посвятил целую лекцию фактам о дикой природе. Зачем? Пытался рассортировать знания в памяти. По крайней мере, он сам так сказал и Габриэля этот ответ устроил. Тогда его куда больше интересовали те представители мировой фауны, кому он будет завидовать, когда ситуация вновь приобретёт зашкаливающую громкость.       – От осинки не родятся апельсинки, - хмыкнул Данте, обдавая покалывающим теплом и запахом костра. А Габриэль внезапно обнаружил, что спикировал слишком низко. Подниматься вверх не хотелось. Тело ощущалось каким-то тяжёлым и слегка уставшим. Тратить остатки сил на очередной полёт... А, собственно, зачем? В конце концов, у него же уже проросли ноги.       Передвигаться на своих двоих оказалось непривычно. Отвыкшие конечности всё пытались запутаться или споткнуться о раскиданные по этому новому миру вещи. А вещей было действительно много. Пол, состоящий из цельного куска древесины, покрытый местами разноцветной тканью, уходил за горизонт и там же, вероятнее всего, даже не думал заканчиваться. Разложенные на нём огромные деревянные и стеклянные шары, соединённые при помощи толстого каната, скопились в углу, наваливаясь друг на друга. Они мерно цокали, когда пространство вокруг легонько сотрясалось. Из гигантского черного покрывала выглядывало что-то металлическое. Возможно, даже золотое, но из-за отсутствия нормального освещения, разглядеть было проблемно.       – Извините за нескромный вопрос, - язвительно начал Вару, - а мы точно идём в том направлении?       Его силуэт обрёл некоторую плотность, что явно давила своим весом, от чего пятый скользил, касаясь пола дымными скоплениями, очень смутно напоминающими ноги. Видимо, проблема отяжелевшего тела затронула не только Габриэля и это... вызывало определенные вопросы.       – Извинения приняты, - бросил в ответ Пик, лишь на секунду повернув голову в сторону валета. Его тёмный силуэт тоже изменился - словно стал чётче, фактурнее. Габриэль мог разглядеть полы колышущегося от шага плаща и развевающиеся на ветру пряди волос восьмого.       – И? Мы туда идём то? - не выдержав дальнейшего игнорирования, произнёс Вару.       – Исходя из опыта, вероятность правильного пути составляет девяноста процентов, - за место пикового ответил трефовый король, поправив сползшую на кончик носа каменную оправу очков. А они разве у него были? И, кажется, грузная поступь стала словно полегче и быстрее. Габриэлю же не казалось?       – Верно! Нужно больше доверять своим близким, - воодушевлённо подключился к беседе Феликс. Его, по-прежнему светящийся силуэт тоже тащился внизу, перебирая ногами по пёстрой тканевой поверхности пола.       – Сейчас далёким станет, - фыркнул под нос Вару, перемещаясь на несколько шагов влево, но, кажется, никто кроме Габриэля этого не расслышал. Он тоже едва разобрал сказанное пятым, благо окружающие голоса немного поутихли.       Процессия продолжала двигаться вперёд. С каждым шагом тело казалось всё боле и более грузным. Поднять его в воздух привычным взмахом крыльев, оказалось совершенно нереально. Да и крылья как-то заметно уменьшились, всё больше походя на человеческие руки. И Габриэлю это не очень нравилось. Как назло, голоса неизвестных вновь разразились громкостью.       – Что случилось? - мягкий негромкий голос прорвался сквозь зажатые крыльями уши. Зонтик обеспокоенно смотрел, нервно сжимая синюшные пальцы, не решаясь что-либо сделать. Он тоже, видимо, становился похожим на себя прежнего. По крайней мере, сейчас от человека у трефового валета было куда больше, чем от пародии на водяного.       – Что случилось? - повторил Габриэль, распрямляясь. Голоса вокруг всё ещё звучали на повышенных тонах, но теперь это было ожидаемо.       – А ты что, не слышишь? - почти раздосадовано произнёс Габриэль, - тебя не беспокоят все эти голоса вокруг? Тебя не посещает желание понять, на каком языке они говорят? Что они пытаются сказать?       – Голоса... - озадаченно повторил Зонтик, - нет. Не беспокоят. Они же как... ну, фоновый шум...       – Фоновый... - Габриэль наклонил голову на бок, пытаясь осмыслить сказанное, - шум?       Всё-таки Зонтик его проблемы не понимал и, складывалось ощущение, что никто не понимал.       – Иногда, если не хочешь знать ответа, то и не нужно задавать вопроса, - тепло, распространившееся за спиной, подействовало успокаивающе, отгоняя точащие сознание вопросы. Зонтик взглянул Габриэлю за спину и, не то нервно, не то сожалея, отвёл взгляд, устремляясь вслед за отошедшей на приличное расстояние группой.       – Признаем очевидное, - меланхолично произнёс Данте, поравнявшись со своим валетом, - действительно понимают лишь те, кто хочет понять.       – Думаешь, он не пытается? - лёгкое раздражённое непонимание испарилось, оставляя искреннюю заинтересованность.       – В жизни каждого человека, как и во всяком деле, главное - это определить главное. И его приоритет, это точно не мы, - улыбнулся чему-то своему Данте. Он тоже стал больше напоминать себя из прошлого: сквозь пламя проступили черты лица, линия роста волос, уходящая в огненную шевелюру, и даже какие-то условные элементы одежды, напоминающие длинный халат. Мелкие искры, отходящие от тела бубнового короля, почти завораживали. Габриэль даже забыл, что хотел спросить, наблюдая за пляшущими движениями пламенных язычков.       – А можешь поджечь? Вон там или там? - поймав на себе чужой взгляд, первый указал куда-то в сторону высоких светлых колон со странными, словно натёкшими откуда-то сверху и застывшими, наростами. На деле они его не сильно волновали. Скорее, хотелось просто отвлечь внимание. Данте, конечно, вряд ли бы спросил, почему Габриэль так долго его рассматривал. Бубновый валет скорее спросил бы об этом сам себя. Определённо не получив ответа.       – Нет ничего невозможного, - хмыкнул Данте, взмахнув огненным рукавом в направлении чужого указания. Вспышка света озарила пространство, отражаясь в золотом, наверное, подсвечнике. Правда, больше ничего хорошего не привнесла. Внезапным гулом раздались чужие голоса, видимо привлечённые незапланированным фаер-шоу. Габриэль зажал уши, не в силах выносить эти, напоминающие раскаты грома, звуки. Голова, от их назойливого то шепчущего, то кричащего тона, пыталась расколоться надвое. Сердце или, что там в принципе было посреди грудной клетки, панически билось о рёбра.       Габриэль не почувствовал ни обволакивающего тепла, ни резкого рывка собственного зажатого тела. Просто в одну секунду пёстрое пространство пронеслось перед глазами и... наступила благодатная тишина.       Пространство вокруг не было ослепительно белым. Скорее кремовым - не жалящим глаза. Огромные люстры, подвешенные за толстые цепи к высоченному потолку, дарили мягкий естественный свет. Арочные проходы выше самого клона раза в три, гигантские полотна и гардины на стенах... Этот мир, по сравнению, с предыдущим хотелось рассматривать.       – А нельзя было по аккуратнее? Пронеслись как два паровоза, - фыркнул, судя по голосу, Вару. Самого пятого ещё видно не было, но колышущееся пространство светлой стены, предвещало скорое появление. Однако, перед ним, ожидаемо показался Пиковый король, по пути окинув бубновых мрачным взглядом и остановился.       Впереди сновали тени. Странные тени. Эти были слишком антропоморфными и даже двигались неотличимо от человека - кружились, подавали друг другу руки, переступали с места на место. Всё происходящее очень напоминало... танец? Но более всего привлекало нечто другое. Среди всей этой серой массы мелькала кучерявая блондинистая шевелюра, слишком выбивающаяся из атмосферы. На одном из крутящих пируэтов, она остановилась, оказавшись крайне близко к группе замерших клонов. Из движущейся тёмной массы вынырнуло бледное, но крайне заинтересованное лицо, весело произнеся:       – О! Ещё одни!