Cherry

Минхо подмечает внезапную растерянность парня, но решает не уточнять, чтобы не мучить. Падает спиной на кровать, когда дверь в номер закрывается с щелчком. Рука сама забирается пальцами в волосы и сжимает их у лба, глаза прикрыты, а из приоткрытых губ вылетает усмешка. Лино обожает Джисона и уже окончательно впал в эти чувства. Не может представить себе, чтобы этот милый щекастенький парнишка исчез из его жизни. Еще больше его радует, что у обоих получается держать всё в тайне, что это не влияет на работоспособность ни Джисона, ни Минхо. Хан даже, кажется, наоборот, стал писать еще активнее, ловя вдохновение порой прям в процессе. Минхо прикусывает нижнюю губу, перед закрытыми глазами вновь появляется образ Джисона на коленях. И когда только у парня проявилась эта новая черта характера? А может, она и была, просто Джисон так тщательно скрывал, не позволяя прорваться наружу. Минхо ухмыляется, ему хочется еще как-нибудь увидеть такое, Джисона, что берет ситуацию полностью в свои руки, подчиняет Минхо. Ли, правда, не уверен, что подобное «подчинение» протянется долго, ведь его и самого кроет от Джисона, ему тоже нравится перехватывать инициативу. Поняв, что погружается в мысли слишком глубоко, Лино открывает глаза и достаточно резко поднимается с постели. Ему точно нужно в душ, смыть тяжесть этого дня и лишние мысли, из-за которых ночью может начать сниться всякое. Хан Джисоновское. Вода прохладными дорожками струек пробегается по спине и прессу. Лино откровенно завис, подставив лицо под поток воды. Теперь и ванная комната ему напоминает о Хане, как они целовались под водой, после их сумасшествия в номере. Хотя они оба и провели в этом номере всего ничего, Джисон всплывает в воспоминаниях, где бы Лино не находился. Улыбка вновь касается губ Минхо, он тянется к полотенцу и вылезает из душа, насухо вытираясь. В зеркало он не смотрит часто после душа, но тут его взгляд зацепляется за темное пятно у паха. Минхо на секунду хмурится, сощурив глаза, и присматривается, после опуская голову ниже и смотря уже не через зеркало. Джисон умудрился оставить засос. Уже потемневший, явный такой засос. И когда он только успел? Маленький собственник. Лино хмыкает, радуясь, что в ближайшее время ему не предстоит посещений саун или душевых, хотя они так-то в Японии и могут оказаться в онсене. Вспоминается, как он тогда чуть не спалил укус на плече перед Чаном, и если укус еще можно было оправдать, то вот засос там… Надо постараться. «Я тебя переименую в телефоне на «Хан собственник Джисон». Я даже и не заметил сразу… /смущенный стикер/» Лино досушивает волосы, пока пишет Джисону, и проходит к кровати, расправляя ее. Только упав на постель, он ощущает, как тело устало за весь день. И вот вроде он не айдол, что выложился на сцене на все сто процентов, но усталость всё равно накрывает, хотя сон еще не приходит. Свой телефон Хан держит в руке только по прибытию в номер, потому что после, когда он дает номер Минхо Джинни, времени даже просто присесть без лезущего к нему обниматься лидера, у него не находится. Тот даже в душ порывается пойти вместе с ним, оправдывает это тем, что «ну а что такого, мы и не таких друг друга видели». Джисон, естественно, другу отказывает и не потому что стесняется, а потому что наполовину возбужден после того, что произошло в номере, и просто хочет остыть один на один с собой и холодной водой, что будет течь ему прямо на голову. Хан моется достаточно долго, поэтому, когда выходит из душа, видит уже спящего лидера. Того, кажется, отрубило от усталости, потому что поза для сна слишком забавная, он лежит боком на самом краю и, если решит повернуться, то так и шлепнется прямо с кровати. Джисон заботится о стэй и концерте завтра, а поэтому пихает лидера в спину и укладывает на кровати куда более безопасно для здоровья лидера, чтобы тот при падении себе ничего не отбил, да и вообще не упал. Только после он выключает свет и сам ложится в постель. «Ты был такой вкусный, что я не сдержался. Переименуй, если хочется, я не против.» Хан облизывает губы, вспоминая вкус кожи Минхо, его аромат, тяжелое дыхание и сладкие стоны, как можно было вообще отказаться от излишней ласки. Будь возможность у Хана, он бы и сейчас притирался к нему, утопал в их страсти, продолжал жаться, целовать и принимать поцелуи. Минхо бы оставил ему россыпь засосов на шее, если бы мог? Хан уверен, что да. Этот чернеющий взгляд говорил, он кричал ему о том, что Лино не меньший собственник и, будь возможность, клеймил бы Хана, ведь это так? Или это всё воображение и желания самого Джисона? Лино улыбался, обняв одеяло ногами и печатая Джисону, лёжа на боку. Со стороны точно похож на влюбившегося подростка, что не отлипал от переписки с крашем, не хватало еще смайликами с сердечками закидать личку Хану и позвать на свидание в кино, на последний ряд. «Доброй ночи, малыш Хани.~ Выспись хорошо, завтра вновь тяжелый день.» Джисон жует свою губу, думая обо всем этом сейчас, и смотрит в горящий экран телефона. «Хочу присниться тебе.» На этом Хан гасит экран, ставит телефон на зарядку и кладет на тумбу рядом с кроватью. Засыпает Джисон так же быстро, как и его лидер, он слишком вымотался трудным днем и концертом. Утро начинается со звона будильника, Хан тыкает по экрану мобильника, отключая его, и стонет в подушку, когда чувствует руки Джинни на своей талии. Кажется, Хёнджин забрался в его постель, весь холодный и явно после душа, он щипал бок Джисона, и Хан пытался увернуться, чтобы вырвать себе ещё сна, но, естественно, ему это не удалось. — Ты изверг! — подскакивает Хан с постели, когда Джинни уже пытается подлезть к нему под майку, чтобы, видимо, ущипнуть чуть сильнее. Джисон ворчит, ходит хмурый по комнате и, взяв свои вещи, идет в душ, там он сразу же и переоденется после, к этому извергу он раздетым точно не выйдет, опять же нападет, еще где след оставит, Джинни может, Хан это знает. К завтраку он спускается хмурый, не выспавшийся и даже раздраженный. Хёнджин и Ликс идут рядом молча, Ликси так и вообще смотрит на него, странно косясь, и шепчется, что их Хани вмиг стал похож на себя до дебюта. Лидер же лишь посмеивается, зная, что Джисону просто надо время проснуться, и тогда добрый прежний Хани вернется. Джисон накладывает себе в тарелку всего и помногу, смотрит на столики, часть заняли стафф, часть охрана и группа, было свободное место за столом с Ликсом, Джинни и Бинни, но к ним не хотелось, он все еще злился на лидера за утро, отчего пошел прямо к столу охраны, шлепнул поднос на стол по правую сторону от руки Чана и сел, посмотрел на Лино, что сидел напротив него с кем-то еще из охраны, Хан их просто не всех запомнил по именам, ему это сложно даётся. — Всем приятного аппетита, — он садится на стул, берет в руку палочки и начинает есть, парни на него смотрят, но не возражают такой компании. — Ты чего такой хмурый? — вдруг спрашивает его Чан, кажется, его такой вид Джисона совсем не пугает. — Мне с утра исщипали весь бок и заставили подняться раньше, чем прозвенел третий будильник. Я хочу убивать, не то, что просто злиться на это утро. Чан смеется, придвигает к Джисону баночку с морковным соком. — На, держи, выпей, — Чан, кажется, хочет потрепать его по спутанным кудряшкам на голове, но вовремя вспоминает, что они даже не друзья, а просто пару раз хорошо поговорили о музыке. — Я, кстати, хорошую песню нашел, показать? — М-м-м? Давай, — Хан тянет сок из трубочки, тот на удивление вкусный, и смотрит в телефон Чана, настроение явно становится лучше.

***

Желание Джисона, которое тот успел написать в последнем сообщении для Минхо, сбывается этой же ночью. Лино всё также обнимает руками и ногами одеяло, погружаясь в сладкий сон. Усталость накрывает, не позволяя провести в телефоне еще хотя бы пару минут. Минхо внизу сцены. Перед ним группа выступает и общается с фанатами. Ли наблюдает, ощущая за спиной усиливающиеся крики фанатов. В момент Минхо замечает краем глаза, что кто-то из девушек тянет руку через ограждение и пытается перевеситься. Кричит что-то лично для Минхо, но тот не успевает расслышать. Лишь оборачивается посмотреть, а ту уже успокаивают другие парни из охраны. Ее попытка дотянуться была почти удачной, хотя Лино и полагал, что стоит на достаточном расстоянии. Выдохнув, Минхо вновь принимает позу, в которой стоял секунду назад, и видит Джисона. Тот подошел к краю сцены и стал махать фанаткам, пытаясь дотянуться рукой до их рук, но, конечно же, не делая этого. Взгляд парня падает в глаза Минхо. Такого взгляда Ли еще не видел раньше. Ощущение, будто Джисон прямо сейчас за руку вытянет Лино с его поста и утащит за кулисы, где прижмет к абсолютно любой поверхности, до которой успеет дойти. Но взгляд этот длится лишь долю секунды, после Хани улыбается, как ни в чем не бывало и уходит дальше по сцене. Минхо сглатывает, что это вообще сейчас было? — Хани, что ты… Но договорить Минхо не дают. Джисон уже за кулисами после концерта хватает Минхо за руку и тащит по направлению к какому-то помещению. Внутри полно вешалок с костюмами, Джисона это не парит. Он чуть не кидает Хо на диван и седлает, прижимая руки Минхо за запястья к кожаной поверхности. — Не флиртуй с фанатками. — только и шепчет Джисон, жадно впиваясь губами в шею Минхо у кадыка. Ли переводит взгляд на дверь, пытаясь вспомнить, слышал ли он щелчок щеколды изнутри или они сейчас открыты и заходи кто хочет. Лино шумно выдыхает, пытается успокоить Джисона, а сам утопает в ласках, что дарил его шее и ключицам парень. — Джи… Я не флир… кх-х! Хан! Она тянула руки ко мне сама, Кан ее вовремя одернул… — Минхо пытается вразумить обезумевшего Хана, но парень не слышит его. Шепчет имя старшего на ухо, вызывая стаи мурашек по телу, извивается бедрами, готовый довести Минхо до крепкого возбуждения. — Сони, остановись… нас обнаружат… погоди! — Заткнись и не мешай мне! — Хан говорит резко, с хрипотцой. У Минхо тут же внизу скручивается узел, Джисон точно ощутит сейчас его стояк. Не может не ощутить, так трётся и ёрзает. Одной рукой Джисон дёргает подбородок Минхо вверх, оттягивает ворот его водолазки ниже и продолжает дорожки влажных поцелуев. Подозрительно долгих и… Хан решил раскрасить его шею засосами? Совсем спятил? Минхо пытается рукой схватить Джисона за плечо и отодвинуть, чтобы тот не перебарщивал, но получает шлепок по запястью, и его руки вновь вжимают в диван. Такими темпами Джи сам возьмёт Минхо, прямо на этом диване. Дверь в гримерку открывается со скрипом, Хо раскрывает глаза, напрягаясь, и тут же слепнет от яркого солнца. Сон прервался, а он, как дурак, вечером не закрыл шторы в номере, вот и выпучил глаза после сна прямо на яркие лучи солнца. — Дьявол… Отшлепать бы тебя за твои желания. Хо выдыхает, падая спиной на кровать, и раскрывается. Под одеялом невыносимо жарко, и дело не только в самом одеяле. Весь Минхо горит, он, как подросток, возбудился от влажных снов с тем, кто ему нравится. Хо шлепает себя ладонью в лоб и тянется к телефону. До будильника полчаса, ложиться не имеет смысла. Душ не способен смыть мысли, которые крутятся в голове после сна, но способен унять жар, что растекается по всему телу, концентрируясь внизу живота. Уже после душа, Лино залезает в мессенджер, чтобы «оставить отзыв» на последнее сообщение Джисона. «Утречка, Хани. В следщий раз, пожалуйста, приходи в более спокойных снах. Твой охранник не стальной всё-таки. /стикер с полным смятением в глазах/» На завтрак Минхо и сам не помнит, как собирается, делает это скорее на автомате. Спускается в ресторан раньше остальных, ведь и встал довольно рано. Пересекается лишь с Намом, но тот не особо общительный по утрам, поэтому Лино лишь улыбается ему и набирает еды для завтрака. Хотелось бы ему сказать, что он сыт и сном своим, но живот предательски урчит, требуя пищи. Хо задумывается, а когда он последний раз тренировался? Надо бы заняться этим по возвращении в Сеул, а то совсем мышцы отвыкнут, с таким-то сумасшедшим графиком. — Приятного, — Минхо удивляется внезапной компании за их столиком, где обычно сидит лишь охрана, а сейчас вот Джисон присоединился. Но не говорит ничего, лишь продолжает завтракать и наблюдать. Ли молча подмечает, как меняется настроение Джисона. От хмурого до более мягкого, когда Чан предлагает ему сок и увлекает в разговор о музыке. Минхо не станет скрывать — он тоже бы так хотел непринужденно общаться с Джисоном за завтраком. Несмотря на их близость вне глаз остальных, Ли почему-то не может вести себя так, как Чан, ведь друг так свободно и спокойно разговаривает с Ханом, тем более не сможет сделать, как Хёнджин, который за утро успел облапать и пощипать Джисона. Хо выдыхает, откладывая палочки и смотря на парней взглядом, который прочесть было нельзя. Как-то слишком много мыслей у него этим утром, сначала сон, потом вот Чан, что прилип к Джисону и чуть ли не обнимает его за плечо, пока показывает в плейлисте название песни, которую оба слушали еще минуту назад из одних наушников. — Я за кофе. Минхо внезапно поднимается со своего места, прервав диалог Чана, захватывая поднос с пустыми тарелками со стола и унося его в зону грязной посуды. Благо до того, как менеджер начнет собирать их в холле, есть время, и он успеет взять кофе в том же ресторане, в котором все сейчас завтракали. К счастью, кофе здесь был действительно вкусным, Лино уже не в первый раз успевает оценить это. Айс американо приятно охлаждает горло, и, кажется, Минхо отпускает от всех мыслей, что успели за утро скопиться в голове и роились там шумным скоплением, словно рой пчел. Не любит Минхо, когда голова настолько переполнена. Ему это напоминает еще и время, когда они с Джисоном только начали работать вместе и Хо бесконечно утопал в своих мыслях, не в силах избавиться от их навязчивости. Джисон поднимает взгляд на вернувшегося к ним Минхо, они уже успели переместиться все в холл, а Чан записывал номер Джисона себе в телефон, потому что скидывать хорошие песни стоит чуть чаще, чем раз в пару дней, когда им удается хоть на минуту да поболтать. Оказывается, что все мемберы частенько пренебрегают этим запретом, и общаться вот так неформально где-то в чатах даже нормально, Хан, видимо, отстал от жизни, раз переживал столь сильно, но и переписка их с Минхо явно выходит за грань обычной, скидывают они не просто треки, а… Джисон отводит взгляд, вспоминая все те фотографии, благо хоть в переписке нигде не сохранились, лишь в памяти каждого, и это смущает. — Ладно, спишемся, скину еще. Пойду, — Чан позволяет себе хлопнуть Джисона по плечу и уходит, они сегодня едут в другом автомобиле, а Хан, улыбаясь, смотрит на Минхо, что пьет свой кофе. — Пойдем? — говорит Джи и, разворачиваясь, уходит в сторону их минивэна. Он садится, как обычно, на самое дальнее кресло, сегодня он там едет один, в комфорте и даже с приоткрытым окном. Хан вертит в руках телефон и, стоит машине тронуться, открывает сообщения от Лино. «И что же я делал в твоем сне?» Задаёт Джисон вопрос, уже примерно представляя, каким он мог предстать во сне парня, хотя точно был не уверен, ведь это фантазии Минхо, и они могут быть совсем иные, чем его собственные. «Что делал в моем сне? Ох, Хани, неприлично писать такие вещи в личной переписке. но шея моя украсилась метками, да.» Минхо не вдаётся в подробности, ему не хочется вновь мысленно погружаться в сон, ярко представляя перед глазами картины, что он увидел ночью. Ему как-никак ещё работать весь день. «Джисоооонииии~~~ Ну не дуйся, слышишь? А? Джисоооооооооон~~~~~~ пошли в караоке? Я за все заплачу! Пошлииии~~~ Позовем с собой парней и затусим после концерта?» От переписки с Минхо отвлекает множество настойчивых уведомлений. Хёнджин активно написывает ему сообщения, и Хан знает, что тот не отступит, пока он не ответит. «Ты разоришься, но я согласен!» «Ты солнце, мой лучший друг ~» Хан закатывает глаза и выходит из чата с Джинни, тот дальше справится сам, а вот Джисон находит в этом свою выгоду. «Сегодня один айдол украдет своего охранника в караоке, выбора у тебя нет, иначе я сбегу один и тогда Пак сожрет тебя с потрохами.» Джисон отправляет это сообщение Минхо и пролистывает всё то, что тот успел ему ответить. «А ты осилишь после концерта еще и караоке?) Ну ладно, сопровожу тебя. Петь не обещаю.» Минхо хмыкает, убирая телефон во внутренний карман пиджака и покидая минивэн одним из первых, после провожая парней в то же здание, что и вчера. Второй день был словно на повторе первого дня концерта, всё те же гримерки, тот же диванчик, где Хан в этот раз не уснул, но просто успел полежать и позалипать в потолок, потому что телефон он оставил в кармане куртки и идти за ним ему было лень. Джинни еще несколько раз подходил к нему, уточняя детали вечера, сообщил, что не все парни присоеденяться, и Хан даже был рад, так будет больше шансов пообщаться и спеть именно с Минхо, потому что Хан желал услышать, как поет его охранник. После их вновь переодели, поправили макияж, сегодня костюмы выбрали куда более откровенные, Хану дали рубашку с полупрозрачной спиной, светлые джинсы и высокие кеды, он выглядел в этом очень уж хорошо, и Хан даже уточнил у стилиста, может ли после концерта оставить себе этот образ, ему разрешили и даже согласились отложить отдельно до вечера, ведь во время самого концерта Хан еще пару раз успеет переодеться. Довольный тем, что на вечер он будет выглядеть хорошо, Хан улыбается нуне из стаффа и выходит из их гримерки. За весь вечер Джисон успевает поймать взгляд Лино лишь пару раз, и тот кажется ему слегка отстраненным. Жаль, поговорить не удается и написать тоже, ведь телефон так и лежит в гримерке. Джисон лишь надеется, что Минхо не заболел и с ним все в порядке, но где-то внутри все равно ощущает тревогу. Во время выступления Лино тупит взгляд в одну точку, концентрированность в работе от этого лишь усиливается, ему проще наблюдать за поведением фанатов, чтобы не случилось ничего подобного тому, что он видел во сне. Лино почти не смотрит на Джисона, как тот вчера его и просил. Благо костюмы он успел оценить еще за сценой, ему было достаточно осмотреть обнаженную спину и талию под тонкой полупрозрачной тканью рубашки на спине, чтобы этот образ засел в голове и во время концерта Минхо не пялился. Уже после всего мероприятия, Минхо оказывается в гримерке, помогая парням собрать оставшиеся вещи мемберов, помогает и Джисону. Парень решил ехать в караоке в том первом образе, в который его нарядили для первой части концерта, поэтому Минхо забрал пакет с его вещами, в которых он ехал сюда. Джинни, как на заряженных батарейках, крутился вокруг. Оказалось, это он был инициатором всей этой вечерней активности с песнями. И откуда только у парней после целого концерта силы на пение? Для Лино было загадкой. С ними едет еще Чанбин, но вместо его охранника поедет Чан, а Чон согласился проводить Чонина в отель вместо Чана и, если будет нужно, поработать с Йени. Кажется, его эта идея привлекала больше шумной тусовки до поздней ночи. У Лино выбора подмениться с кем-то не было, хотя он и не сильно протестовал против. Он как услышал эту новость про Чана и Чона, лишь мельком взглянул на Хана, и тот посмотрел так, словно Ли родину предаст, если сейчас в отель уедет. Кан, оказалось, тоже непротив всей этой тусовки, поэтому поддержал идею Хёнджина и согласился ехать. Таким образом, минивэны делятся на часть, которая едет в отель, и часть тех, кто едет в караоке. Лино в какой-то степени даже рад, что их всего шестеро. Страшно представить, какой балаган они бы устроили, окажись в комнате караоке всей толпой. Отдельная комната для группы уже была забронирована, кажется, еще до начала концерта, как только Хёнджин придумал поехать петь. Достаточно просторная, такие обычно бронируют на компании, где людей побольше. Но, видимо, парни решили напоследок отжечь в Японии по полной. Неоновое освещение красиво заполняло комнату, где-то голубое, где-то фиолетовое. Лино оценил оформление, цепляло то, что это не было очередным помещением с «традиционным японским интерьером», что-то современное и яркое. На столе была куча коробок с едой из доставки, от пиццы и роллов, до прочих закусок, которые обычно берут к алкоголю. Помимо еды на столе стоял и алкоголь, как традиционный, типа рисовой водки, так и более классический и привычный. Лино окинул всё это добро взглядом и понял, что задержутся они здесь надолго. Водитель минивэна точно не будет ждать у выхода, а значит до отеля они добираться будут каждый на своем такси, ну или кто куда влезет. Главное, чтобы напившись все шестеро не пытались влезть в одну машину. — Бро, если ты не выпьешь с нами за компанию и будешь таким же кислым, как лимон, я за нос тебя покусаю, — Чан, севший рядом с Лино, обхватил рукой плечо парня и крепко сжал. Минхо только хотел возразить, что они так-то на работе, как Кан ему припомнил вечеринку недавнюю в Таиланде. Ли промолчал, фыркнув. — Я много все равно не буду, — парни из группы листали меню с песнями, Джинни уже выбирал первую песню, которую они с Чанбином споют, но только после того, как каждый выпьет и поест. Хёнджин настаивал похлеще Чана, особенно настойчиво смотря на Лино, который пытался отмазаться от всего этого. — Не удивлён, что ты лидер. Такая настойчивость… — впервые за вечер улыбается Минхо, смотря в глаза Хёнджина после того, как отпил виски из бокала, напиток обжёг горло. Вообще Чан ему обещал разбавить алкоголь газировкой, но в темноте Хо не видел цвета напитка и щедро так глотнул чистый алкоголь. Ну, он это ещё припомнит другу. Ведь пришлось держать лицо перед остальными, хоть и хотелось выплюнуть напиток изо рта прямо на старшего. Рука тянется к кусочку пиццы, и Лино закусывает выпитое. Не хочется напиться, тем более напиться быстро. Мало ли куда его заведет этот вечер… — Милашка Хо, улыбнись и своему хёну, — Чан сжимает щеки Минхо указательным и большим пальцем, пытаясь сделать из Ли милашку, за что получает смачный шлепок по бедру. Чан уже успел расслабиться, пока парни пели первую песню, а вот Минхо еще недостаточно опьянел, чтобы позволять Чану подобное. — Всегда липнешь, когда выпиваешь. Я еще достаточно трезв, хён, чтобы не подпускать к себе, — говорит Минхо почти на ухо Чану, чтобы не мешать парням. Вероятно, оба вспоминают прошлые вечера, когда они выпивали в барах, и Чан задумчиво тянет «ооо», двигая к Лино бокал алкоголя. — Тогда выпей ещё и подари мне ту весёлую версию моего друга! Знал бы Пак, как именно за ними решила следить охрана, убил бы. Да только никто из парней ему не расскажет, вообще вряд ли компания даже оплатит им эту вылазку, ведь заранее поездка в караоке не была оговорена. Джисон вообще впервые задумывается о том, как им всем платят, какой-то оклад или за каждую поездку куда-то? Тогда сколько он лично уже истратил денег агентства на те свои свиданки с Минхо? Ведь они официально ездили по делам Ханам. Джисон тянет из трубочки свое мартини и думает о том, что, возможно, стоит узнать, хотя бы ради своего развития, потому что ну правда же интересно. Чан привычно липнет к Минхо, Хану бы стоило, наверное, об этом задуматься, да только после концерта как-то плевать, слишком хорошее настроение, а Лино ему уже не раз говорил, что они лишь друзья. К тому же тот стал выглядеть куда веселее, волнение Джисона сходило на нет. Да и сообщения от парня грели душу, Хан бы и правда не отказался оставить тысячи меток принадлежности на это крепкой шее. Джисон облизывает свои губы, смотрит вперед, там, где у огромного телевизора танцует Бинни и поет какую-то суперпопулярную песню из тиктока. — Жги-и!!! — кричит ему Джисон, и Чанбин и правда начинает зажигать громче, чем пел до этого. — Я, кстати, лидером стал из-за личика, — продолжает их разговор Джинни, когда видит, что Чан от Лино отлипает и тоже идет смотреть список песен. Он улыбается Минхо, смотря на его реакцию и вопросительный взгляд. — Лидером, говорю, стал в основном из-за лица! Но да, не скажу, что плохой, вот только, если быть честным, Хан на эту роль подходит больше. Он продюсирует, пишет музыку, классно танцует, его скорость читки невероятная, и он умеет хорошо и в вокал, не только в рэп. Мне кажется, нет ничего, что он не умеет. Вот только людей боится, скромный очень, да и сам никогда не пошел бы на то, чтобы стать лидером, хотя был бы отличным, — Джинни щедро отпивает своего виски с колой и смотрит на Хана, при этом притираясь плечом к Лино. — О-о… Думаю, Хану пошла бы роль лидера, но он и правда не согласился бы. Он удивительно много умеет, — кивает Минхо и касается бокалом бокала Джинни, улыбнувшись, когда тот сел ближе и отпил еще. — С твоими волнами вон вообще скоро и меня в танцах перегонит, ты должен научить меня чему-то еще, я тебе заплачу, или, не знаю, хочешь, выбью чей-то автограф или еще что, есть же у тебя желания? — Хочешь еще уроки? — Хо смеется, ощущая, как алкоголь ударяет в голову, и отставляет бокал на стол, чтобы не увлечься, пока Джинни его забалтывает. — Есть у меня одно движение, оно бы хорошо подошло для танца, если с кем-то вдвоем будешь танцевать, — Лино говорит почти на самое ухо Хёнджина, чтобы музыка не перебивала его слова. — Оплату я придумаю позже, беру дорого, — они с Хваном смеются и вновь вместе выпивают, наконец разлепляясь. Хан усмехается активности лидера и поднимается на ноги. Мартини оказался приторно сладким, и ему это не нравится, но до традиционных напитков ему не хочется доходить, попробует позже что-то еще, а пока идет посмотреть в списке песен, когда будет та, что он выбрал. — О, это твоя? — Чан, что забивает в плейлист свой выбор, смотрит на Хана. — Да, еще в начале вечера забил в лист, хочу спеть, и мне нужен напарник. Чан смотрит на него с удивлением, улыбается, но машет рукой. — Нет, меня эту петь не заставишь, хотя она и классная, — Джисон смеётся с этих слов старшего. — Не тебя, с тобой можем спеть что-то из тех, которые нам по душе. А эту… — Джисон приподнимается на носочки, чтобы шепнуть Чану на ухо свою идею. — А-а-а, понял. Ха, ты прав, ему подойдет… Помочь тебе с этим? — Чан посмеивается, смотря на столик, а после на Хана. — Да! Я иначе не справлюсь, верю в тебя. — Джисон хлопает Чана по груди, отправляя на неравный бой, чтобы вытащить Минхо петь с Хани, а сам идет брать два микрофона, один из которых в руках Чанбина. Минхо переводит взгляд на Чана, к уху которого приблизился Джисон и что-то говорит. Глаза автоматически сузились, не нравится ему улыбка друга и взгляд в сторону Минхо после этого действия Хана. Что эти двое задумали? — Дружище, мы там такую песню нашли. Вернее, Хан нашел, спой, а? — Чан бесстыже плюхается рядом с Лино и налегает на его тело своим телом, потираясь плечом о плечо. — Ты бы свой взгляд сейчас видел. На пса похож, который выпрашивает прогулку, — смеется Минхо и пихает кулаком друга в плечо, а другой рукой отводит его голову от своей головы, сминая щеку. — Ну ты… Меня, между прочим, Джисон попросил. И пока вы не споете, он со мной нашу любимую не споет! — Чан взглянул в сторону Джисона, тот уже добыл микрофоны и дожидался, пока парни договорятся. — Ну так и пойте вместе ту, что ваша любимая. Я-то при чём? — возмущался Минхо, продолжая отпихивать от себя старшего. Пока с другой стороны к нему не прижался Хёнджин, который увидел, какую песню выбрал Джисон, и явно желал услышать её в исполнении Лино. — Да ладно тебе. Уверен, поешь ты не хуже, чем… — Хван подмигнул, намекая на танцы, ведь остальные парни сейчас смотрели на них, и Хёнджин не знал, знают ли они об этом факте о Лино. — Порадуй наши уши! — Давай-давай! Чан буквально выпихивает Минхо, который для храбрости хлебнул еще глоток виски, что вновь обожгло горло. Только поднявшись со своего места, он ощутил, что ему стало жарче и слегка повело. Надо заканчивать с алкоголем. Джисон тоже не растерялся, тут же всучил в руки Лино микрофон и нажал на «плей». Взглядом проскользил по лицу Минхо и довольно улыбнулся. Добился чего хотел, хитрец. Благо песня была знакомой, они слушали ее еще в машине у Минхо, когда он возил Джисона по делам. Да и не сложной. К середине песни Хан прилипает к плечу Минхо, соединяет их микрофоны вместе, и они поют, почти что в один микрофон. Минхо забывает о том, как сопротивлялся и ворчал, ведь с Джисоном петь ему хорошо. Их дуэт звучит даже отлично, хотя Хо и не сказал бы, что умеет петь. — Ты не говорил, что еще и поешь! — после песни подлетает к ним Хван и всучает в руки Лино его бокал. Минхо хотел отказаться, но кто же переспорит лидера. Приходится пить. И пока Минхо делает глотки, Хан передаёт микрофон Хвану и усмехается, включая следующую песню. Лино только сейчас понимает, что его уломали, по сути, не спрашивая, на еще одну песню, уже с Джинни. — А ты точно не пропадешь! — усмехается Лино и фокусирует взгляд на тексте, что вылезает на экране телевизора. Парни вокруг веселятся, Хван рад урвать кусочек эксклюзива и спеть с охранником, который уже и учителем у него побывать успел. Минхо, конечно, еще с прошлой песни не отошел, поэтому иногда берет паузу в пении, приводя дыхание в норму. Благо у танцоров эта привычка выработана хорошо. — О нет, дружище! — после второй песни Ли заливается смехом и отмахивается руками от Чана, который решил повторить успех Хвана и спеть с Минхо. Но в этот раз Лино ловко ускальзывает за стол, передавая микрофон в руки Джисона. — Вот вы двое точно найдете что спеть. Welcome! Ли выпроваживает Хана с дивана и сам падает на его место. Алкоголь расслабил, но Минхо еще был в том состоянии, когда вполне контролирует себя. Да и в целом до того, чтобы сильно напиться, ему еще далеко. Взгляд цепляется за Джисона, который стоит к нему спиной, смотрит в экран и поет. Спина, сексуально просвечивающая из-под одежды, так и просится, чтобы ее расцеловали. Бедра в светлых и узких джинсах вообще приводят Лино к каким-то безумным мыслям. Минхо старательно пробегается взглядом от Хана к Чану и обратно, не паля себя и свои мысли. Да и парни вокруг не то, чтобы сильно наблюдают за ним, заняты поддержкой нового дуэта. Будь его воля, он бы забрал парня в свой номер и всю ночь вжимал в постель, раскидав эти красивые вещи по всему пространству комнаты. Из мыслей его выводит закончивший петь Чан, который тянет стакан, чтобы Лино выпил вместе со всеми. Ли пьет. Пьет еще, старательно вытесняет мысли о Джисоне, которые разжигают пламя внутри не хуже выпитого виски. Хан плюхается на диванчик между Минхо и Джинни после того, как заканчивает с очередной песней, ему жарко, невыносимо просто и очень весело. Хан облизывает пересохшие губы, очень хочется пить, вот только его стакан пуст, новые коктейли еще не принесли, на столе осталась лишь рисовая водка, которую пила охрана. Хан бегает глазами, смотрит на то, что Хёнджин пьёт такую же сладкую гадость, как была у него до этого, и Хан морщится, нет, её он точно не будет. Джисон смотрит на Бинни, тот вместе с охраной пьет водку, Хан аж приподнимает бровь в удивлении и задумываясь, как же Чанбин будет страдать на утро, а главное, как на все это отреагирует Пак. Вот только думать об этом долго не выходит, горло резко спирает от сухости, и Хан перехватывает из руки Минхо его виски с колой, пьет жадно и выдыхает, когда стакан пустеет, а горло перестает драть от резкой боли из-за сухости. — О боже, чуть не закашлялся, кажется, пора немного отдохнуть от песен, — Джисон смеется и ставит стакан на стол. В комнатку просачивается официант и ставит новые напитки, вовремя он, конечно, не мог что ли чуть раньше, до того, как Хан нагло вылакал алкоголь Хо. Джисон тянется за полным стаканом и пододвигает его Минхо. — Извини, надо было что-то быстро выпить, вот еще, не стесняйся, Джинни за всё платит, а я обещал его разорить. Хёнджин, что сидит рядом, смачно шлёпает Хана по бедру, так, что аж звук оглушает, и Джисон стонет. Он дёргается на месте, резко поворачивает голову к Джинни и начинает смеяться, а лидер не перестаёт шлёпать снова и снова по этому же бедру, но уже намного слабее, он всё-таки не собирается Хана убить. — Хватит, ну… хвати-ит, аха-ха-ха, — Джисон вертится, пытается отодвинуться, от чего спиной вжимается в бок и грудь Минхо, трется задницей о его бедро, пока пытается оттолкнуть руки Хвана. — Спаси-ите, Лино-хён… Это ваша прямая обязанность, защитите меня от этого маньячелы… — Хан скорее инстинктивно ощущает тяжелый взгляд и дыхание себе в затылок, у него мурашки по телу проходят, и поэтому в моменте он выдает эту фразу, подскакивает на ноги и вылезает из-за стола, отходит и оставляет этих двоих сидеть там одних. Хан улыбается, но чувствует напряжение, они отчасти пьяны, и он и правда чуток заигрался с Хёнджином. — Я в туалет… — говорит он одними губами Хвану и указывает на дверь, что отойдет. На Минхо Джисон старается не смотреть, боится увидеть тот чернеющий взгляд, что его утянет на самое дно яркой страсти, а здесь слишком много лишних глаз, и им никак нельзя пропалиться. Джисон выходит, прикрывает дверь за собой, в коридоре тихо, они сняли одну из комнат вип-зоны, гости тут часто не бывают, а если они и есть, то обычно не менее известные, чем и они, поэтому Хану спокойно, когда он идет в туалет. Лино улыбался, ему казалось забавным то, что он видел. Ровно до момента, пока Хан ягодицами не проехался по бедру Минхо, прижавшись спиной к груди. Из губ тогда вырвался тяжелый выдох, оседая где-то в кудрях парня. Лино прошибает, становится жарче. Хо понимает, что парень не нарочно, но алкоголь делает свое дело. Лино лишь улыбается, когда Хан подскакивает со своего места и сбегает в туалет. — Какой он активный, — смеется Лино, смотря на Джинни, что тянется за пиццей. — Ой… я вообще удивлён, что вы так быстро сошлись и сблизились, — говорит Хёнджин и улыбается. — Он слишком общительный бывает, когда привыкает к людям. Рад, что у него такой хороший. и понимающий охранник, — Хван подмигивает и отвлекается на Бинни, который зовёт его спеть вместе с Каном. Ли наклоняется к Чану, когда замечает, что Джисона нет больше пяти минут, и говорит что пойдет проверить парня. Чан хлопает его по плечу и кивает, включаясь в песню, которую поет трио с микрофонами. Лино идет по коридору недолго, туалет оказывается достаточно близко. Вообще, их на этаже несколько, потому что внутри всего по паре кабинок. Хо предполагает, что Джисон в самом ближайшем, заглядывает и обнаруживает Джисона у раковины. Дверь за спиной щелкает, оповещая о закрывшемся замке, который Хо проворачивает за спиной. Минхо еще не знал, как себя чувствует Джи, и оказаться здесь с посторонними не хотелось бы. — Хани, ты как? В норме? Минхо видит, что парень тяжело дышит. Перепил? Подходит ближе и поворачивает к себе. Но в глазах Лино читает совсем иное, чем то, что мог предположить. Влажное от капель воды лицо напротив его лица, от тела парня идет жар, Ли не сводит взгляда с темных глаз напротив. — Сони… Хо прижимается к телу парня, обвивает одной рукой его талию, вжимая бедрами в край поверхности под раковиной. Другой рукой сжимает ляжку, обтянутую этими чёртовыми светлыми джинсами. — У меня есть минут пять, чтобы вернуть тебя обратно… — горячо шепчет на ухо, уводя бедро в сторону и пристраиваясь между ног. — Уверен, что именно Джинни маньячело, от которого спасать надо? — ухмыляется прямо в губы и жадно целует. Сминает их своими губами, после углубляя поцелуй так, словно от этого зависит, будут ли эти оба жить. — Вкусный… — как в бреду шепчет Минхо, усаживая Хана на край у раковины и помогая тому обхватить собственные бёдра. Руки залезают под ту самую рубашку, что сводила с ума весь вечер, открывая Минхо вид на подкаченную спину. — Чёрт… — Хо вздрагивает, когда Джисон хватает его за волосы и кусает ключицу, что в доступе лишь из-за расстёгнутых верхних пуговиц рубашки. Вернуться Лино придётся с застёгнутыми под горло пуговицами. Забудет же проверить, осталось ли пятно. — Сони… как я хочу никуда тебя не отпускать, — стонет в поцелуй Минхо, позволяя продлить это еще на минуту, а после упирается руками по бокам от бедер Джисона и опускает голову вниз, тяжело дыша. Он ощущает руку Джисона, что вплелась в его пряди волос, и нежно сжимает их. Ему невыносимо хочется провести остаток ночи вдвоем. Даже просто целоваться, лежа в постели. Уснуть, обнимаясь, и проснуться также, не отлипая друг от друга. Но Минхо не может, ему такое недоступно. И не станет доступно, пока Хан айдол, а он его охранник. И Лино помнит это каждую секунду, что проводит с парнем. Сам ведь согласился на такие отношения, не жалеет. Зубы сильно прикусывают уголок нижней губы, и Ли поднимает взгляд на Джисона, всё ещё тяжело дыша. Пробегается взглядом по его лицу, облизывает ранее прикушенную нижнюю губу. Минхо каждый раз поражается своей силе воли, иначе ему не объяснить, откуда он взял силы, окончательно отстраниться и отойти чуть в сторону, поправляя ворот рубашки и прическу. Он окинул и Джисона взглядом, чтобы на том всё было хорошо и нигде не задралась одежда. — Идём? Скажешь, что остывал. А не пойдём сейчас… Чан нас потеряет, или Джинни. Он вообще от тебя не отлипает, пропажу заметит быстро, — Ли ополаскивает руки под прохладной водой и стряхивает лишние капли, после зачёсывая волосы назад. Лино куда разумнее его сейчас, хотя выпил больше. Хан в первые секунды тянется за ним, желает вернуть на место, ближе к себе, вновь ощутить поцелуи, но после разум включается, и Хан вспоминает, кто они и где находятся. Он спрыгивает на пол, встает ровно, ему уже лучше, он смотрит на Лино, облизывает свои губы, довольно медленно, словно показывая, как ему было вкусно с ним. Вот только взгляд позже, всё-таки отводит, смущение и, возможно, совесть тоже еще есть в этом беличьем теле. — Пойдем… — говорит Джисон, подходит к двери, щелкает замком, но выходить первым не собирается, выпускает сначала Лино. Джисон ухмыляется, когда тот проходит перед ним, они очень близко, Лино только делает шаг за порог, как Джисон звонко шлепает охранника по крепкой заднице и дает деру по коридору, потому что знает, что ему же будет полный конец. В комнатку он залетает, там Джинни и Бинни допевают свою песню, что-то из школьных времен, и, увидев запыхавшегося Хана, зовут того к себе спеть что-то еще. Хан оглядывается за спину, видит, как в комнату заходит Лино и, улыбнувшись ему, идет к парням. — Что споем? — Хан смотрит в экран планшета, куда они вбивали песни. — Я нашел лучшее, тут, оказывается, можно помимо внесенных песен подключиться к ютуб, так что поем ее, — Джинни указывает в экран на нужную строчку, и Хан отшатывается от него. — Иди ты нафиг, нет! Джинни! Нет! — Хан машет руками, он точно не будет петь свои предебютные песни. — Давай! Я Бинни даже уговорил, ты мне тут еще ломаться вздумал, всё! Я включаю, и ты поёшь! Хан, это не обсуждается, — Хёнджин всучает ему микрофон, и из динамиков начинает играть его написанная еще в совсем в юном возрасте песня. Клеймо всей его жизни, Хан приседает на корточки, хватает за голову и жалобно стонет. Ему и правда стыдно за это, но Бинни уже начинает свою и даже часть его партии, и Хан ну никак не может его не поддержать, тот явно тоже не просто так на это решился. Лино берет бокал с виски в руку и откидывается спиной на спинку дивана. Закинув ногу на ногу, он с интересом наблюдает, когда первые ноты песни включаются. Так как это была версия с ютуба, на фоне все равно было слышно читку Джисона, который смущенно пропускал некоторые слова и строчки, как и Бинни, который еще и смеялся от всего происходящего. Только Хёнджин выглядел особенно довольным, заставив исполнять именно эту песню. — Раскрой для нас свое еще невинное сердце, Джисони-и! — смеется Лино, цитируя строчку из песни, когда парни заканчивают петь, и искренне хлопает. Его позабавил текст, который Джисон писал в предебюте. Невероятно то, как сильно парень изменился всего за пару лет. — Бинни, жму руку! — Чан широко заулыбался, пожимая руку Бину, который смог вытянуть эту песню и даже почти не смутился. Кажется, его это забавляло больше, чем Джисона. — Давай, пей. А то потеряем грозу корейского рэпа, — говорит Лино парню и протягивает стакан с алкоголем, когда он садится рядом. — Споем что-нибудь? На удивление Джисона, это предлагает ему Минхо, а не наоборот. Библиотека ютуба открывала им намного больше композиций, Лино долго искал, а после тыкнул на опенинг того самого аниме, которое они тогда смотрели в его номере. Протянул микрофон Хану, оставшись сидеть на диване и петь сидя. Чан тоже подключился к ним, ведь и он знал откуда этот опенинг. Минхо прижимался плечом то к Джисону, то к Чану, притираясь и улыбаясь сквозь пение. Ему стало более комфортно явно, и не ясно, причина этому — алкоголь или то, что Джисон переборол себя и исполнил ту песню, что не хотел. В любом случае, Лино наслаждался остатком ночи. К сожалению, любая тусовка рано или поздно заканчивается, поэтому ближе к двум часам ночи парни из охраны стали вызывать такси в отель. Делиться поровну было не совсем удобно из-за того, что охрана не попадала каждый в машину к своему мемберу, за которым был закреплен, либо же им пришлось бы ехать в одной машине вчетвером, в другой — вдвоем. Было решено вызвать три машины и ехать так, как этого требовал бы менеджер Пак, «исходя из норм безопасности». Чан и Кан передразнили с улыбкой слова Пака, выходя к подъехавшим машинам, и каждый со своим мембером стали усаживаться в машины. Лино вновь не желал отсаживаться от Хана на переднее сиденье, парень выглядел так, словно нуждается в плече, на которое сможет опираться, пока они едут. Поэтому, конечно же, как благородный охранник, он садится рядом, кивая таксисту, что можно ехать. Даже если он вдруг не нужен был Хану в этот момент, Джисон сам был нужен Минхо. Хотя бы просто сидя рядом. — Как себя чувствуешь, мм? — Минхо с одной стороны рад, что таксист японец и не поймет их разговора, а с другой стороны говорит осторожно, чтобы не ляпнуть лишнего. — Если нужно, по пути заедем в маркет круглосуточный, на утро воды тебе купим. Как вообще после таких вечеров утро переносишь? — Лино не мог заставить себя молчать, он волновался, чтобы утром с Джисоном всё было нормально. Пусть перелёт у них вечерний и день на отлежаться будет, но не хотелось бы, чтобы Джисон мучился весь этот свободный день. Тепло, очень, так думает Хан, когда прикладывается головой к плечу Минхо. Он так напился после той песни, Джинни точно изверг, заставлять его петь перед всеми именно песню про нуну, Хан там чуть со стыда не сгорел, благо после Минхо удивил его не меньше, предлагая спеть вместе, и еще алкоголь помог расслабиться. Настолько помог, что сейчас Хан просто вцепился в чужое плечо и время от времени сползал по нему на поворотах. Водитель вез их достаточно плавно при этом, но дороги в Японии и скорости, на которых они ездят, отличаются от Кореи. Поэтому, в один из моментов разморенный Хан просто дёргается вперёд и рукой, пытаясь удержаться, упирается о колено Минхо. Парень такой горячий, словно у Лино температура, и Хан ощупывает его бедро пальцами, приятно так, очень. — Забери меня сегодня к себе… — шепчет совсем пьяный Джисон, поднимая взгляд на Минхо, смотря в самую душу этим умоляющим взглядом. Джисон понятия не имеет, что впереди это всё замечает водитель, что он явно недоволен тем, что два парня тут у него тискаются на заднем сидении, и благо всё это происходит ночью и в темноте, отчего тот точно не поймёт, кто едет с ним, да и, если честно, даже если б и понял, подобные слухи из слов водителя такси продержались бы не дольше недели, а то и вовсе бы сочли за глупость и желание пропиариться. Хан тянет губы вперед, желая сорвать себе поцелуй от своего охранника, но водитель вновь поворачивает, и пьяный Джисон падает прямо в руки Лино и засыпает.