Cherry

Минхо ему действительно снится, приходит к нему в своём костюме Гуччи, садится рядом и разговаривает. Джисон готов на стену лезть, потому что разговоры эти слишком длинные, ненужные, долгие, они раздражают. И в какой-то момент Хан просто оказывается у Минхо на коленях, его руки обвивают крепкую шею, он весь льнёт к парню ближе, трётся носом о шею. Джисон дышит Минхо, его сладким ароматом ярко выраженного парфюма. Хани слышит стон, ощущает руки Лино на своей талии, те сжимают ее, мнут майку Хана, притягивают ближе к себе, Джисон поддаётся порыву, поднимает голову, и их губы достаточно близко, чтобы слиться в затяжном поцелуе, только Хан слышит звон. Трель в голове не отпускает, спустя минуту, Хан пытается зарыться лицом в подушку, да только это его не спасает, и Джисону приходится вырываться из объятий сна, что были не менее крепкими, чем объятия Лино в этой сладостной дрёме. — Да чтоб тебя! — рычит парень и отключает будильник. Он падает обратно головой на подушку, стонет от недовольства, но заснуть при всём желании обратно уже не выйдет, да и сон точно уже не продлится. Жаль, Джисону впервые за столько лет жаль, что он проснулся. Хотел бы он хоть на миг задержаться, чтобы во сне ощутить эти манящие губы на вкус. Телефон вновь оказывается в руке парня, он смотрит оповещения, отвечает парням, после другу Сонхва и лишь потом заходит в чат с Лино. «Мистер заноза в заднице, а не охранник, ваш подопечный проснулся, можете не являться меня будить» Пишет он Лино и откидывает телефон в сторону, минуту ждёт ответа, но, не получая его, поднимается в душ. Ведь если тот не прочитал его утреннее приветствие, то это значит, что припереться Минхо может раньше положенного, а он ещё в кровати или вообще с голой задницей в душе стоит, такое себе утреннее приключение будет. Душ занимает достаточно времени, чтобы, выйдя из него, увидеть сообщения от Пака в общем чате о небольших корректировках дня. Прогон будет ещё один, нужно отработать общий выход, отчего всех попросили прибыть на полчаса раньше положенного. Хан кивает, словно парни и Пак могут это увидеть, а после одумывается и пишет уже сообщение, что он понял. Пак скидывает время того, когда за ними заедут, а Хан готовится к иной экзекуции в ожидании Лино, ведь тот уже точно почти на пороге. У Хана открывается суперспособность ощущать его прибытие. Настолько, что дверь он распахивает прямо перед лицом Минхо, до того, как тот стучится. — Доброе утро… Лино искренне наслаждался своей ночёвкой в одного. Никаких кряхтящих под боком Чанов, полнейшая тишина и спокойствие. Кроме громких мыслей, заполнивших его сознание до краёв. Мыслей лишь об одном единственном человеке. Он всю ночь проспал в обнимку с подушкой и на утро долго отказывался подниматься, споря с самим собой, в моменте нежась под лучами солнца, попадающими на его торс и бёдра, неприкрытые ничем. После душа Лино задумчиво рассматривал своё тело в зеркале, укус на плече, мышцы. Последнее особенно придирчиво, напрягая тело и оценивая физическую форму. В момент он решил, что утреннюю тренировку он не пропустит и обязательно позанимается вместе с группой. Скинув смс Чану с таким предложением, Лино откопал из чемодана спортивные вещи, складывая их в сумку вместе с полотенцем. Упахиваться он не планировал, впереди ещё долгий день и силы нужны. — Доброе доброе. Выспался? Горло не болит, не простудился? Накидывает Лино вопросов, забирая сумку из рук Хана и проходя к лифту. Вчера вечером парень мог вполне переохладиться, поэтому Минхо был готов, если что, напичкать того таблетками, лишь бы он не заболел. Но нет, Хан был очень даже здоров и преисполнен сил. — Здоровее всех здоровых, спасибо. — кивает в согласии Хан. Завтрак пролетает быстро, все, кто собирался на тренировку, особо не налегают на еду, чтобы в зале не стало плохо. Лёгкий, но сытный завтрак — самое то. В зал, кстати, собрались почти все из охраны, за исключением двоих, которых менеджер тут же нагрузил делами на время, пока все будут пахать в зале. Ну а те и не особо сопротивлялись, всяко интереснее, чем киснуть в зале и смотреть на потных коллег и мемберов. Зал, в который их привезли, был арендован на все те часы, что группа должна была находиться тут. Просторный, с множеством тренажёров, а главное — пустой. Места хватит ещё паре таких же групп, как приехала сейчас сюда. В раздевалке Минхо с наслаждением перелез из костюма в спортивную форму, прихватывая с собой наушники, полотенце и воду в зал. Как только парень попадал в зал, он отключался от внешнего мира, увлекаясь разминкой и растяжкой перед упражнениями. Причём не важно, была ли эта тренировка с тренажёрами, как сейчас, или танцевальная. Он пропадал в своих мыслях. Возвращался в реальность, только если доделает положенный комплекс упражнений и вытащит наушники из ушей на время перерыва. Разогретое тело было приятно растягивать. Минхо тщательно выполнял растяжку, ему это было приятнее и важнее всех прочих упражнений на закачивание мышц. И вот спустя время Ли уже тянул мышцы под коленями, наслаждаясь тем, как те ощущались в напряжении. Отойдя к зеркалу, Минхо опустился руками, упираясь ими в коврик, растягивая поперечный шпагат. Больновато, мышцы успели задубеть за время их путешествий по туру. Надо сделать себе пометку возвращаться к растяжке чаще, хотя бы в номере отеля. Пружиня бёдрами к полу, Хо выдохнул, замерев в одном положении, давая мышцам время привыкнуть и закрепить результат. После шпагата он ещё немного поделал наклоны согнутыми локтями к полу, расставив ноги на ширину плеч, и лишь после этого перешёл к тренажёрам, собираясь хорошенько проработать мышцы. Чан подошёл к нему, вытягивая один наушник из уха и вставляя его в своё. Он часто делал подобное на совместных тренировках, поэтому Минхо уже и не обращал внимания, просто кивнув в знак согласия, чтобы тот его подстраховал. Чанбин не щадит мемберов, он просто безжалостен, смотря в лица группы. Хан бежит уже седьмой круг на беговой дорожке и понимает, что если бы не его привыкшее к подобному тело, вечером на концерте он просто бы помер. Мышцы ноют уже даже сейчас, что будет утром, представлять страшно. За утро Бинни выдал им интервальную, Феликс вон вообще устал так, что не смог после встать на беговую дорожку и сидел в углу с бутылкой воды, заботливо обдуваемый полотенцем Джинни. Лидер даже переживал, не станет ли Ликсу плохо, но тот просто вымотался и предпочёл не добивать себя ещё сильнее. Хан же бегать любил, особенно после потной тренировки, когда хочется на разгорячённых мышцах сделать что-то ещё, чтобы ощущать их в полной мере. Время тренировки для Минхо и Чана пролетает незаметно, парни успевают сделать достаточно для поддержания мышц, но так, чтобы не выдохнуться в самом начале дня. Душ. Всё, чего хотел Лино сейчас, это ополоснуться в душе и залезть обратно в костюм, возвращаясь к работе. Собственно, почти все разом и направились к душевым, закончив тренировку почти одновременно и прихватив всё нужное из раздевалки. Лино осознал проблему, лишь оказавшись в помещении с душевыми кабинками. Хан ведь тоже зайдёт сейчас сюда? Чёрт. В прошлый раз Минхо смог избежать этого, а сейчас загнал себя в ловушку. И ведь от душа тоже не откажешься. Проще умереть, чем весь оставшийся день проработать вот в таком «грязном» состоянии после тренировки. Минхо не спасает даже шутящий о чем-то Чан, который болтал всю дорогу от зала сюда. Лино попал, крупно попал. Хочется сбежать. Или надеяться, что Хан не потеет и ему не нужен душ. Да, именно так. — Всё, заканчиваем, а то Пак меня порвёт, если мы на мероприятии будем сонными и замученными. — Бинни смотрит на всех членов группы и улыбается, видя, что и правда слегка переборщил. Охранники, смотря на них, вон глаза по выпучивали, часть даже уже в душ слиняла, а айдолы всё пашут и пашут. Джисон нажимает на «стоп», дорожка медленно замедляется, и Хан переходит с бега на шаг, а после и вовсе сходит. Он тяжело дышит, пьёт воду, выливая часть на и так промокшую от пота майку, становится лучше. Вообще тренировка помогла ему проснуться, Хан ощущает себя бодрее, этого заряда вполне хватит до вечера. А то, как следующим утром он будет помирать после всего, думать не особо хотелось. Хан ухмыляется своим мыслям, уже продумывая, что сейчас стоит принять более горячий душ, а после афтерпати ещё и добить себя горячей ванной с солью. Вот тут, правда, бы как-то заказать ее в номер, вдруг в отеле такая услуга предоставляется, или попросить кого купить. С этими мыслями парень заходит в раздевалку, снимает вещи, бельё и наматывает полотенце вокруг бёдер. Они вместе с Джинни и Феликсом первые заходят в душевую, там довольно шумно, часть кабинок занята, часть пустует. Зачем тратить время, когда можно с пользой использовать все ресурсы вместе, да и группе честно плевать, есть ли с ними кто-то ещё, если это не угрожает их безопасности, а тут их охрана. После того, как они жили в общежитии ещё трейни, общие душевые вообще никого не пугают. Хан подходит к одной из пустых кабинок, стягивает полотенце на входе, вешает его на небольшую перегородку и собирается уже зайти внутрь, когда видит, как из соседней кабинки выходит Лино. Взгляд Джисона выражает спектр эмоций: от шока и удивления до полного поражения всех органов чувств, он даже двинуться с места не может. Хан и позабыл о Лино, стоило Чанбину взяться за тренировку и лично за каждого из парней в группе. Хан и не заметил даже, что Минхо тоже тренировался, а после так же не заметил и то, что Минхо ушёл в душ. Кто-то в кабинке по правую сторону от Джисона спотыкается и смешно шлёпает ногами в тапках по плитке на полу, и это приводит Хана в чувства. Он не опускает глаза ниже позволенного самому себе, лишь осматривает Минхо от лица до бедренных косточек, после чего его взгляд задерживается на ключицах и следе зубов. Его. Хана. Зубов. Лино же блуждает взглядом по парню явно меньше, чем тот по нему самому. Успевает лишь зацепиться за ключицы и подкаченную грудь, пока его не возвращает в реальность громкий звук сбоку. Он же укусил его недавно, точно! Хан сглатывает вязкий ком слюны и, улыбнувшись, убегает в душевую кабинку, стукаясь плечом о перегородку и недовольно шипя, потому что неприятно шоркнулся кожей. Сердце заполошно бьётся в груди, Хан правда не стоит напуганным зверьком в углу, нет, он принимается натирать тело гелем, смывать пот и стараться, это самое важное, не думать о том, что он видел. Лино же лишь быстрым шагом уходит в раздевалку, стараясь унять бешеное сердце по пути. Он поражён, сколько всего разом навалилось. Продемонстрированный укус, взгляд Джисона. Вот на Нама или Чона он же так не зависает, когда ходит в душ? Или Джисон не изучает тела парней из группы? И да, они давно уже вместе, но сам факт. Минхо и по началу никого ТАК не рассматривал. Потерянный Хо тут же накидывает рубашку на голый торс, стоя ещё в полотенце. Он лучше сразу прикроет «метку» Хана, чем потом будет отмахиваться от вопросов. К счастью, в раздевалке лишь Нам, увлечённый выворачиванием небрежно вывернутых ранее наизнанку брюк. Чан, вероятно, ещё оставался в душе и сейчас уже спешил в раздевалку, узнать, какого чёрта Лино так убежал, что чуть тапки по пути не растерял. Но Минхо здесь хоть оправдаться сможет, тем более уже стоит почти одетый, заправляя рубашку в штаны. Суматошное утро какое-то. Почему с появлением в его жизни Хана он стал таким неловким и вечно попадающим в какие-то ситуации? Вопрос без ответа, к сожалению. Лино не стал испытывать судьбу и дожидаться парней из душа, быстро сложил все вещи в сумку и спустился к главному выходу, дожидаясь всю эту толпу у выхода из здания. Ожидание даже не кажется очень долгим, Ли только приходит в себя и успокаивается, как вся толпа появляется на лестнице. Ну как появляется… Сначала слышно кучу смешавшихся голосов, а лишь потом сами парни. Микроавтобус уже ждёт их у входа, поэтому дружной толпой они заваливаются внутрь, располагаясь кто где. Чан плюхается на место рядом с ним и загадочно смотрит пару секунд. Минхо даже кажется, что эти секунды длятся слишком долго, непозволительно долго. — Чего тебе? Дел других нет? — фыркает Минхо, стараясь игнорировать пристальный взгляд Чана, который становится всё подозрительнее. — Да так… — Чан скользит взглядом по лицу парня, пока тот отворачивается в окно, а после всё же решает промолчать, похлопав друга ладонью по плечу. По тому самому плечу. — Не фырчи, на колючку похож. Я чего спросить-то хотел… Вечером на афтерпати чего надевать думаешь? Я вообще не планировал присутствия на таких вечеринках, всю голову уже сломал. — Не кажется ли тебе, что ты слишком паришься? Мы всё ещё охранники, так что надевай чего хочешь, но поприличнее. Всё же мы на работе, хоть и совмещая с отдыхом. — Лино пожимает плечами, он ещё и не думал над нарядом. Отложил это решение в самый дальний ящик. Вообще наденет, что попадётся под руку, всё равно они там только для галочки и безопасности нужны. Автобус паркуется у чёрного входа, и все мемберы в компании охраны проходят внутрь. Очередная проходка, изменения планов в организации мероприятия. Для Минхо ничего не меняется, он как и был на своём месте, где будет во время выступления, так и остался. Поэтому он вновь стоял, наблюдая за Джисоном из-за кулис. Парень увлечённо запоминал поменявшиеся позиции, то кивая головой самому себе, то уточняя какие-то моменты у менеджера. Подготовка кипела и шла полным ходом, Ли радовался, что концерт уже близится, а значит, после немного подождать Хана с вечеринки и скорее в номер. Отдыхать и набираться сил перед последним днём в Бангкоке. Он планировал отвезти Джисона ещё в пару мест, если тот согласится, конечно. Мало ли сколько часов он вообще планирует быть на той вечеринке. Лино, кстати, и в правду ведь не знал о планах Хана на этот вечер, нужно обязательно уточнить. Потому что, например, Сынмин явно показал, что дольше положенного часа там находиться не собирается. Хан всю дорогу до места проведения мероприятия старается занять себя редактурой лирики, слушает наброски Джинни и Бинни, что тоже подкинул идей для новой парной песни и для их общей. В общем, Джисон уходит в работу с головой, чтобы не думать о том, что произошло в душе, потому что голый Минхо засел на подкорке прилично так и уходить точно не собирался. Работа ему всегда помогала, вот и сейчас, не успевает он оглянуться, как они уже находятся на месте, Джисон активно участвует в прогоне, обсуждает детали с менеджером и организаторами, и вскоре они всей группой спускаются со сцены и уходят в гримёрку. Парней рассаживают у зеркал для макияжа, визажисты принимаются за работу, в этот раз уточняя пожелания, потому что стилисты подобрали нейтральные костюмы и можно было дать волю желаниям самих мемберов с учётом лишь некоторых факторов, что было совсем уж запрещено. Джисон соглашается на лёгкий макияж и тонкую стрелку, он понимает, что перед афтерпати будет ещё макияж, и перегружать лицо ему не хотелось. И так из-за смены климата и часовых поясов кожа стала сохнуть, и маски не помогали. Проходит ещё пара часов, за которые они все отведывают закуски, переодеваются и заканчивают с макияжем губ, что делает образ окончательным. Хан осматривает то, как все они отлично смотрятся в простых синих джинсах, рубашках и портупеях, серебряных украшениях и торчком взъерошенных прическах. — Ну теперь точно — бродячие! — восклицает Сынмин, и парни смеются, смотря на себя и друг на друга в зеркало. — Ну-ка кучнее, хочу фотку. Хани, давай ближе. — лидер достаёт телефон и фотографирует их в отражении, делает ещё пару снимков следом и после фоткается отдельно с каждым из мемберов. — Там, кажется, уже начало. — вдруг произносит Чонин, что стоял у стены рядом с дверью, и он приоткрывает ее, слыша приветственную музыку, что уже играла здесь во время прогона. — Отлично, без задержек, мне нравится организация. — Джинни наносит на тыльную сторону рук увлажняющий крем, растирает по коже, и Хан подмечает в этом жесте волнение лидера, которое он испытывает каждый раз, выходя на сцену. Волнение вообще есть у всех, и это хорошее качество для артиста, переживать вообще нормально, и не важно, сколько раз ты выходишь с одной и той же песней или просто на публику. Если есть волнение, значит есть уважение к зрителю, к тому, что ты делаешь. Фанаты ликуют, когда их объявляют, и парни задумываются, сколько в зале стэй, ведь большая часть именно их фанбазы точно не в Европе, но зал кричит так, словно каждый сидящий знает их лично по именам и вообще пришли сюда ради них и никого больше. Джисон даже на секунду теряется, глупо смотрит в зал, когда встаёт на позицию на сцене, и только с начала первых нот песни отмирает. Они выступают без единой ошибки, так слажено, что даже не верится, ведь совсем без ошибок обычно никак, но тут вдруг всё складывается удачным образом. После их песен Джинни выступает с речью, парни кланяются и уходят со сцены. Хан довольный остаётся за кулисами вместе с Бинни, и они отжигают под Onerepublic, настолько, что становится ещё более жарко, чем было до этого. Концерт идёт своим ходом, Джисон довольный скачет за сценой, они обнимаются с Бинни, к ним позже присоединяются и остальные парни, когда всё подходит ближе к концу. Парни выходят для прощальной общей песни и речи. Музыка грохочет, шумно, и улыбки не покидают их лиц, Джисон счастлив находиться здесь с таким количеством знаменитостей, понимать, что он сам один из них, и то, как много людей пришло посмотреть на них, побыть рядом, зарядиться эмоциями. Джисон вылетает за сцену после окончания, он настолько возбуждён всем, что происходит, что парня захлёстывает счастьем, радостью и лёгкостью, он ощущает свободу каждой частичкой тела, ощущает то, что он стал причастен к чему-то большему. Джисон даже не замечает, как много людей возникает вокруг, его сейчас они не пугают, не вызывают паники. Хан даже рад быть среди них, пока его не хватают за локоть и не утаскивают. Джисон на волне радости сначала просто следует за тем, куда его ведут, а после инстинкт самосохранения срабатывает, и он вырывается, но лишь увидев перед собой Лино, успокаивается. — Я уж думал, меня украли, а это ты. — Джисон смеётся, сам хватается за локоть Минхо и даёт себя увести до гримёрок. — Будто бы я позволю кому-то украсть тебя. — только и отвечает Лино, прежде чем оставить Джисона в гримёрке. Переодеваться обратно никто уже не собирается, костюмы удобные, и парни решают поехать так до отеля, а там уже сменить вещи и макияж для поездки на афтерпати. В итоге сборы занимают не более двадцати минут, и все выходят из гримёрки, следуя до парковки, где их уже ждут машины. Под впечатлением от выступления, парни в автобусе продолжают напевать песни из своих альбомов, снимают влог и прочий контент для ютуба, болтают и в целом выглядят слишком оживлёнными. Даже Сынмин небезучастен, подшучивая над старшими. В этой атмосфере дорога до отеля пролетает за секунду, Минхо, поймавший это настроение от Джисона, проводит парня к номеру за лёгким разговором и шутками, совсем позабыв о недавней встрече в душе, которая ещё несколько часов назад упорно сидела фоном в голове. — Кстати. Я хотел уточнить. Ты как планируешь вечер? Сколько часов на вечеринке побыть? — уже у двери в номер вспоминает, о чём хотел спросить Лино. — А, я не знаю. Обычно час или два, но как пойдёт. Если вдруг прям совсем устанешь, скажи. Я не изверг и не буду заставлять тебя там оставаться, уедем. — Джисон говорит так, как чувствует, ведь мучить никого своим долгим загулом на тусовке не собирается. Хотя в целом, если народу будет слишком уж много, Джисон и сам запросится домой уже после часа, который положено там отсидеть по указу Пака и агентства. Получив ответ и пожелав парню хорошего отдыха, напомнив об относительно скором времени выезда, Минхо спустился в свой номер. Выбор наряда. Вот что действительно сложно. Ну было, конечно, пару вещей взято с собой на всякий случай, но Лино и не рассчитывал, что наденет их во время работы. Максимум на прогулку. Но жизнь и работа имели на него другие планы, приходилось подстраиваться. Размышляя минут десять у открытого чемодана, Лино вытягивает пару вещей, определившись. Грубые ботинки с заправленными в них штанами, облегающими бёдра. Он надевал нечто похожее ранее, когда только начинал работать с Джисоном. Ну а вот с верхом он поколдовал подольше, с трудом выбирая, что именно ему самому понравится. Белая рубашка, столь нетипичная в его образах, нарочно небрежно закатанные рукава и расстёгнутые пуговицы у шеи, из-под которых виднелись пара цепей, украшающих ключицы. Пуговицы не открывали слишком много, но придавали образу достаточно того настроения, что хотел передать Минхо. По итогу он добавил браслет на руку и уложил волосы иначе, выпуская пару тонких прядей у лица. Вроде не переборщил. Что бывало, если Лино слишком увлекался. Пару пшиков парфюма на горячую кожу шеи, и Ли выходит из номера, направляясь за Джисоном, в надежде, что тот собран и готов спускаться. На вечеринку все мемберы едут на разных машинах такси, поэтому дожидаться никого не нужно, лишь доставить Хани в безопасности до места назначения. — Тук-тук, мистер Хан Джисон-и. Открывай, нам пора.

***

В комнату Хан заходит всё ещё в бодром расположении духа, чуть пританцовывая под песню в своей голове. Скидывает сумку на пол, после включает песню из головы уже на телефоне и начинает под нее готовиться к афтерпати. Душ, лёгкий ужин в номер, что заказал Пак каждому мемберу, прекрасно зная, что на пати будет алкоголь и как он влияет на парней, а на голодных парней будет ещё хлеще. Джисон довольно поедает пару сэндвичей и запивает чаем, смотря нарезки их выступлений, а после заходит в тикток и вообще выпадает из реальности, просматривая эдиты от стэй, где ещё и участвует его охранник, от которого, кажется, девочки тоже уже без ума. Хани смеётся, доедая последний кусок сэндвича, и смотрит на время, пора бы уже краситься и уложить волосы. Он поднимается на ноги с кровати, на которой и устроил себе ужин, потягивается и идёт к чехлу с костюмом, который им любезно подготовили стилисты, и снимает чехол, присвистывает, смотря на многообразие черного. — Отлично. — улыбается Хани, вешает костюм обратно и идёт в ванную. С макияжем он точно справится, да и с причёской тоже, не вечно же гонять визажистов. Лёгкое смоки, губы чуть ярче обычного, оттеняющие его цвет кожи, ровный тон, блеск сверху, чтобы смотрелись мягче и пухлее. Хан ставит класс своему отражению и взбрызгивает кудряшки лаком, чтобы держали приподнятую форму. Не сказать, что он выглядит лучше, чем на концерте, но точно хорошо, всё-таки он не безрукий, да и за столько лет в своей сфере привыкаешь заботиться о себе сам, ведь не всегда можно положиться на то, что стилист будет рядом. Чёрные кожаные штаны сидят как литые, берцы, два тонких пояса на талии, что делают ее ещё более хрупкой, и чёрная, заправленная в штаны, рубашка с треугольными вырезами на ключицах. Хан закатывает рукава, надевает толстого плетения браслет на руку из серебра и подобную же цепь на шею, длинную серьгу в правое ухо с двумя крылышками ангела и заканчивает образ духами, что подбирает по принципу «это лучше подойдёт к образу бэдбоя». Вот чего-чего, а духов Хан не жалеет, пшикает раза три и отставляет флакон. Брать с собой лишние сумки и вещи Джисон не решается, на подобных пати всё уже включено, а Хан тот ещё растяпа и может забыть сумку, поэтому, кроме телефона и ключ-карты, оставляет всё в номере и выходит к пришедшему за ним Лино. — О, хён… Мистер секси-охранник, хештег уже ввели в массы, стоит ли мне скинуть фотку с ним, чтобы лайков перевалило за пару сотен, а? Ли растягивает губы в лёгкой ухмылке, пробежавшись взглядом по наряду парня. Он видел подобное и раньше со сцены, но вот так рядом с собой по пути на афтерпати, вне сцены — нет. Заходя в лифт, Ли облокачивается спиной о стенку, зацепившись большими пальцами за карманы штанов и скрестив ноги, и вновь рассматривает парня, пробегаясь взглядом по лицу, причёске и макияжу. Ему определённо идёт такой макияж и стиль в одежде. — Ты можешь делать со мной сколько угодно фото и выкладывать их, если менеджер тебя не прихлопнет за такое. А прихлопнет… Я буду помнить тебя молодым и красивым. — рассмеялся Ли, после покидая лифт на нужном этаже. — Смотри такой красивый не утони во внимании от остальных звёзд, а то не утащу тебя потом домой. Чтобы не привлекать внимания стэй лишний раз с вопросами о том, куда группа собралась так поздно вечером, Пак решил, что все сегодня выходят через чёрный вход и только тогда, когда машина будет подана. Благо в этом отеле охрана на уровне, и сесть в прибывший автомобиль получается безопасно и без лишнего внимания. Дорога проходит незаметно, Ли наблюдает за ночным городом, который не засыпает, а продолжает жить и кипеть. Особенно не собиралось затихать то место, куда их везут, чуть дальше от центра города. На Хана он старается лишний раз не залипать, чтобы не выглядеть уже очень странно в его глазах. И так всего рассмотрел в лифте. Минхо провожает парня от машины к зданию, идя чуть позади. Здание, выбранное для проведения мероприятия, действительно большое, внутри просторные залы, в одном из которых уже слышно было музыку. Диджей играл с ритмом песен, но пока что эта музыка была не настолько шумной и громкой. Скорее фоновой, ведь афтерпати только-только должно было начаться, гости ещё подтягивались. Бармен за стойкой вовсю развлекал уже прибывших звёзд, намешивая им коктейли и устраивая шоу в процессе. Персонал сюда набрали, видимо, через строгий отбор не только по способностям, но и на внешность. Лино не мог не отметить красивого лица бармена и его сильные руки, взбалтывающие сейчас коктейль в шейкере. Закуски заполнили столы вдоль стен, не занимая места в основном зале. А Джисон вообще пьёт? Минхо стал интересен этот внезапный вопрос, проскользнувший в мыслях, но Хан уже ушёл вперёд от него. Джисон, увидев Феликса с Джинни, тут же ускорился в их направлении, оставляя Минхо позади. Ну Лино и не сильно нужен был, чтобы стоять вплотную и распугивать всех от Хана подальше, как самый грозный телохранитель. Взглядом Лино отыскал Кана и Нама, о чём-то болтающих в стороне. Ничего не оставалось, как идти туда же. Не стоять же как дурак у входа. — Классно выглядите. Как настроение? — Минхо окидывает взглядом парней. Те тоже постарались выбрать что поприличнее для этого вечера, но Ли всё равно выделялся на их фоне. Неужели переборщил? Да и пофиг, один раз живём, тем более ограничений от менеджера не было. — Настроение настраиваться на долгую вечеринку. Феликс сказал, что не планирует уезжать рано, а значит, и Хёнджин с ним до победного будет. — задумчиво говорит Нам. Зная образ жизни Кана и Нама, они и не против вечеринок и оставаться подольше. Но сейчас они на работе и особо расслабиться не смогут. Нет, охране не запрещено отдыхать, наоборот, даже нужно, чтобы не смотреться белыми воронами в толпе. Но вот напиваться или клеить девчонок им точно нельзя. А ещё следить за мемберами обязательно, ведь они работают не с тихим Сынмином, что собирался свалить побыстрее, а с уж слишком активными Ликсом и Джинни. Последние, кстати, облепили Джисона вниманием, как только тот подошёл к ним. Ну, Минхо был спокоен, передавая Хана в руки тех двоих. Надеется, что не зря. — Ты решил украсть несколько сердец на этой вечеринке, дружище? Тебе не с нами надо стоять, а вон с группой тусить. Одет не менее шикарно. — внезапно за спиной появляется Чан, обвивший рукой плечо Минхо и погладивший ладонью поверх ткани. Лино чуть не вздрогнул от внезапности, но лишь выдохнул и перевёл взгляд на прилипшего хёна. — Конечно. Украду сердца и от души поужинаю ими в номере, даже не подавившись. — усмехается Лино, терпеливо ожидая, пока Чан сам уберёт руку. Ну, тот долго и не тискает Минхо, всё же это может выглядеть странно для посторонних людей. Поэтому, подарив лёгкий шлепок по бедру, Чан убирает руку и продолжает диалог с парнями. Хан красуется, он видит то, каким взглядом Минхо на него смотрит, и, конечно же, внимание парня ему приятно. Особенно то, как задерживается его взгляд на ногах и открытых ключицах. Джисон готов поблагодарить стилистов позже за выбор одежды, ведь та действительно ему хорошо подошла. — Вы уже тут, так быстро? — Хан приветствует друзей, Ликс и Джинни, довольные его видом, хлопают Хани по плечам и приобнимают, кажется, те успели уже заказать себе по коктейлю и выпить. Всё ещё будучи в хорошем расположении духа, взбудораженным прошедшим концертом и эмоциями, которыми тот его зарядил, Джисон довольно быстро включается в тусовку и начинает медленно покачивать бёдрами в такт. — Напитки отличные, рекомендую! — машет стаканом Ликс, и Хан понимает намёк. Он идёт к бару, манит бармена пальцами, и тот, чуть склонившись из-за шума вокруг, слушает заказ Джисона. — Ого, понял. — улыбается тот довольно широко, услышав заказ, отличающийся от привычных для звёзд коктейлей. Не все любят старую добрую классику, предпочитая лёгкие напитки, хотя от них кружит голову лишь сильней, чем от доброго одного стакана виски и колы, ведь его ты пить будешь медленнее, чем бокалы шампанского, что уходят один за одним, или мартини. Спустя пару минут перед Ханом встаёт его стакан, и он благодарит парня кивком головы и улыбкой. Джинни уже зажигает в центре зала, парень шикарно танцует, его тело словно само движется в такт песни, делает акценты, когда они нужны, и Феликс вскоре присоединяется к нему. Они привлекают взгляды многих других артистов, те смотрят, частично кто-то снимает, чтобы выложить в свои истории в инстаграме. Кроме личных телефонов каждого из присутствующих, больше камер здесь нет, поэтому звёзды ведут себя немного раскованнее и проще, позволяя себе чуток, но расслабиться. Хан и вовсе делает фото довольных парней, решая, что наутро скинет им в чат с подписью о том, что им пора сделать совместный проект и показать это стэй, фанатки будут в восторге. Музыка становится громче, Хан после пары глотков напитка ощущает себя легче и ещё веселее и движется к парням, и вот они танцуют уже втроём. Где-то через минут пять к ним приходит и Бинни, тычет пальцем в угол столика, что там сидят Чонин и Мин, и парни идут все вместе к ним, теперь есть куда отставить стаканы и, обняв парней, пойти танцевать дальше. Хан выпивает уже половину стакана к моменту, когда они с Хёнджином и Феликсом успевают отжечь под несколько треков. Он шумно дышит, сидя рядом с Чонином и делая очередной глоток алкоголя. — Ещё пятнадцать минут, и я сваливаю, ты поедешь? — говорит Мин, обращаясь к макнэ, и тот лишь отрицательно качает головой. — Нет, не хочу пока. Кто-то же должен за хёнами-то следить, — улыбается он довольно ехидно. — Да и вон у меня охранник так отжигает, что жалко его в отель гнать, позже поеду. Хан смеётся и бросает взгляд туда, куда указывает Чонин. Он видит Чана, а также видит Лино, что совсем рядом. Они танцуют, не сказать чтобы прям так же свободно, как и он с Феликсом и Джинни. Всё равно заметно, что парни сейчас на работе и что они охрана, ведь взгляды нет-нет, да пересекаются. Они следят, где и как себя сейчас ощущают мемберы, но лёгкое веселье позволяют и себе. Не даром же здесь ещё полно и охраны от организаторов. Вот кто точно патрулирует их с улицы и внутри здания, а личная охрана уже скорее как дополнение. Хан залипает на плавные движения бёдер Минхо, вспоминая, что тот профессиональный танцор, и в своих мыслях пропускает вопрос от Чонина. — А? — переспрашивает он, когда макнэ касается его плеча, чтобы привлечь к себе внимание. — Я говорю, музыка стихла, сейчас что-то будет. — хлебушек указывает в сторону импровизированной сцены, и Хан переводит взгляд, смотря туда, где уже образовался небольшой полукруг из гостей. К пульту выходит диджей, и парень начинает общаться с публикой, миксует несколько песен, после решает устроить раскачку толпы. Он включает популярные отрывки песен, многие исполнители которых даже присутствуют в зале, и гостям становится веселее, на танцплощадку выходит всё больше, в баре становится кучнее, люди пьют, веселятся. Становится даже жарко, так ощущает себя Хан, допивая свой стакан и решая, что пока сделает перерыв, да только вернувшиеся Джинни и Ликс ставят перед ним новый. — Решили захватить и тебе. Бармен, кстати, запомнил одну отчаянную белку, сказав, что не ожидал подобного от корейца… — Хёнджин смеётся, Хан закатывает глаза и, показав язык, берёт стакан в руки и отпивает. — Пить так нормально, не пить так совсем. — Хани помешивает лёд в стакане трубочкой, когда диджей вновь приглушает музыку. Он говорит благодарности за участие, ещё раз что-то от организаторов и после, чтобы вновь увлечь разгорячённую толпу, объявляет танцевальный батл. — О, мы в деле. Ликси, пошли. — Джинни буквально сдувает в сторону сцены, он тащит за собой Феликса, тот, к слову, особо и не сопротивляется, а Хан, посмотрев на недовольного Мина, что отсчитывает минуты, и Чонина, что сидит в телефоне, решает, что сидеть с ними слишком уж скучно. Первый участник батла уже танцует, диджей просто включает композиции, и каждый, кто выходит в центр, должен перетанцевать предыдущего, просто и понятно, а главное — весело. В первом заходе побеждает какой-то парень-европеец, Хан честно не знает, кто это, но думает, что если бы на лбу его был написан текст его песен, то он бы, может, и знал. Диджей же решает усложнить немного задачу и задаёт станцевать самый смешной танец, вот тут начинается полный разгром, каждый из звёзд веселится, и вскоре Джинни утаскивает и Хана станцевать с ним что-то из танцев их дошкольного возраста, правда, в половине из них они смешивают движения и забывают часть, но выходит весело, очень. Выигрывают снова не они, а кто-то с русской присядкой, когда один из парней, просто не удержавшись, садится прямо на пол и резко встаёт в конце, словно так и задумано. Весело, Хан смеётся от всей души, они все вовлечены в этот процесс. Джисон, успевший сходить уже пару раз до стола в небольших перерывах, и не заметил, как допил уже второй стакан, Мин уехал, а Чонин всё ещё довольный сидит и всё за ними следит, вот и не скучно же ему, а? Хотя, может, и правда не скучно, особенно когда к нему за стол присоединяется Бинни, что уже, видимо, успел наснимать сотни тиктоков с другими звёздами и заколлабиться со всеми, с кем мог. Хан возвращается к Ликси и Джинни, когда диджей объявляет новый батл. На этот раз станцевать нужно как можно более сексуально. Толпа чуть расходится, делая полукруг шире. Первой выбегает девушка, красиво танцует, и мелодия раскрывает ее, словно специально подобранная. Хан смотрит на нее с восхищением. После танцуют парни из Германии, Джисон знает лишь, что вроде помнит название группы, потом танцуют ещё и ещё. Кто-то выходит один, кто-то вдвоём и даже трое. Ликс выходит первым в центр и начинает движения под популярную песню из тиктока, Хан под нее столько эдитов видел, что чокнуться можно, а тут вот Феликс собственной персоной. Вот только парень недолго танцует один, скоро он манит к себе Хёнджина, и вот тут начинается истинная красота. Хан аж раскрывает рот в удивлении, смотря на друзей, те так гармонично движутся в такт, рука одного касается талии другого, парни берут от момента максимум, мелодия заканчивается, а эти двое смеются, и публика ликует. Джисон делает шаг вперёд, желая похлопать по плечу друзей, что возвращались к нему, как в центре уже начинает танцевать кто-то ещё. — Ну как? — спрашивает Джинни, и Хан показывает им «класс», парни довольно улыбаются. Музыка меняется, кто-то снова танцует, и вдруг Хан ощущает между своих лопаток руку лидера. — Твоя очередь, Ханни! — Хёнджин выталкивает его вперед, Джисон бы, может, и возмутился, правда, да только начинающиеся первые аккорды песни увлекают его.