Cherry

— Вечерний Париж… Там даже тепло, не смотри на меня таким взглядом. — Хану кажется, что Ли недоволен, от чего он делает извиняющийся взгляд за свои поздние прогулки и поиск магазинов, потому что в Европе всё закрывается куда раньше, чем в Корее. Хан даже оделся так, чтобы не замёрзнуть, если придётся провести на улице не один час. Штаны классического кроя в клетку, чёрная водолазка, излюбленная крупная цепь, но в этот раз золотая, часы на руке и пиджак куда больше его в плечах. Он соврёт, если не скажет, что пиджак он попросил у стаффа, и тот дали ему чисто по доброте душевной и попросили нигде не испачкать и не порвать. — Всё в порядке, я не против прогулки. Тем более там так красиво… А ещё после всего на обратном пути можно захватить чего-то перекусить. М-м? — Ли покосился взглядом на Хана, хитро улыбнувшись. Он знал, что местные кафе славятся вкусной выпечкой и кофе, поэтому даже если Джисон откажется, себе в удовольствии он не откажет. Как минимум за то, что выполз куда-то из отеля после перелёта. — Мне бы в ювелирный и в бутики, какие ещё не закрыты, а вот отцу понятия не имею, что подарить. — Джисон задумывается, пока они едут в лифте, и кусает нижнюю губу, нервничая, ему нужно успеть всё за сегодня. Лучше купить подарки сразу, чем потом ещё тратить время в других странах на это. — Можно доехать на такси до улицы, где много магазинчиков. А оттуда уже пойдём вдоль зданий, заходя везде, куда тебе будет нужно. Ну и как раз, если что, оттуда пешком дойдём до отеля, если не замёрзнешь. — благо около отелей всегда было легко словить такси, и уже через несколько минут Хан сидел на заднем сидении рядом с Лино. Минхо откровенно наслаждался видом вечернего города, людьми вокруг, что были одеты совершенно по иным стилям, чем прохожие в Корее. Таксист оказался приветливым и даже немного рассказал о месте, куда их везёт. Хорошо, что он владел английским языком и не возникало барьера из-за разности французского и корейского языков. Оказывается, некоторые магазинчики, что открыты на той улице, появились ещё много-много лет назад и славились своей историей. Даже порекомендовал Джисону, в какие стоит зайти, если он планирует купить качественные и красивые подарки, «особенно для молодых девушек, если присматриваете колечко для невесты», — на этих словах мужчина с улыбкой подмигнул в зеркало заднего вида, и Лино не смог удержаться, чтобы не перевести взгляд на парня рядом, наблюдая за его реакцией. А девушка-то у него есть? Может, кто на примете? Но мысли эти не успели увлечь Минхо и быстро отошли на задний план, ведь машина остановилась в начале улицы на парковке, и Хо с Ханом покинули такси, торопясь успеть везде накупить всё, что вдруг понадобилось Джисону. — Давай ходить быстро, раз тебе так важно успеть, но прошу, не бегай и будь внимательным. Не расшибись и не сбей никого… — Лино спешно шагал за парнем, только и успевая нырять в толпе за ним, чтобы не упустить кудрявую макушку из вида. Иногда приходилось ловить парня за руку, чтобы тот не убегал настолько сильно далеко. В незнакомых местах, где бывали скопления людей, Хан вполне мог затеряться и словить паническую атаку из-за окружающих, а Лино этого ой как не хотелось бы. Джисон ходит по магазинам, заскакивает в один и другой, в ювелирном и вовсе торчит минут десять, но там ему кроме колец ничего путного не предлагают. Он, конечно, ещё в такси чуть не засмеялся с предложения того, чтобы купить подарок «невесте», да, мама бы такое оценила уж точно, вот только ему вообще плевать на бедную девочку, что притащат в его дом во время отпуска, правда. — Отпусти, — говорит Хан, в который раз ощущая руку Хо на запястье. Тот следит, чтобы он не убегал, но Джисон всегда чувствует, когда рядом есть папарацци, им не стоит снимать подобные кадры, хотя они ничего и не значат, но лучше подстраховаться. Хан заходит в ещё один ювелирный, консультанты вежливо улыбаются, девушка начинает говорить на французском, и Хан просит, чтобы нашли работника, владеющего английским языком, и к ним с Лино подходит уже другая девушка с не менее яркой улыбкой. В итоге Джисон определяется, тонкая цепочка на шею с кулоном Эйфелевой башни от знаменитого бренда, это будет подарок той, с кем ему придётся ещё познакомиться, её матери он берёт узорную брошь, та любит пальто, Хан запомнил этот образ с самого детства, и брошь отлично впишется. Матери Джисон ничего не находит, как и отцу, и в итоге он сам уже касается запястья Лино, который рассматривал украшения, пока Хан оплачивал покупки, и мягко ведёт пальцами по голой коже руки. — Пошли, — тепло пальцев Хани покидает руку Лино, и он выходит из магазина, зная, что охранник следует за ним и несёт пакеты с коробочками подарков. — Хан Джисо-о-он! — резкий крик, довольно громкий, настолько, что Джисон дёргается и отступает назад. Он оборачивается, смотря на группу девчонок, те стоят с телефонами и снимают его, продолжают кричать, а у Хана уже бешено бьётся сердце от испуга, и он на миг теряется, пока не оказывается за спиной Лино, тот закрывает его собой, скрывая от девушек, ведь никто из них не знает, что те предпримут дальше. Но ничего страшного не происходит, фанатки лишь перевозбуждены от того, что смогли увидеть кумира, но границ не нарушают. Хан в итоге делает шаг, машет им в камеры и указывает Лино пальцем в сторону книжного, вот что можно подарить отцу, хорошую книгу. — Пойдём, там точно будет тихо, и мои уши отдохнут от этих криков. Они заходят внутрь магазина, где на двери тихо звенит колокольчик. Хан осматривается, идёт в сторону книжных полок и смотрит на вывески с пометками, где какой раздел и автор. На французском, правда, сложно понять, но общую суть Хан улавливает. — Вам помочь? — спрашивают его на английском, видимо, уже поняв, что клиент иностранец. — Да, нужны вот эти авторы. — Хан показывает список в своём телефоне, и продавец кивает. — Прошу сюда, вот эти книги переведены на английский, эти — оригинал. — Спасибо. — Хан возится с подарком отцу тоже недолго, и вскоре в руках Лино ещё плюс один пакет, а на выходе из магазина толпа фанатов становится больше. Хану снова кричат, и он реагирует не менее резко, слишком громко, и эти звуки пугают. Джисон заходит в очередной бутик, там непрозрачные двери и стены, и стоит оказаться внутри, как он хватает Лино за рукав. Минхо, конечно, не в восторге от того, что их обнаружили фанаты. Он надеялся до последнего, что они смогут пройтись по магазинам спокойно и вернуться в отель. Ну, максимум встретив парочку фанатов, и те особой шумихи не поднимут. Но стэй решили иначе и стали бомбить паблики местонахождением Джисона. Минхо ещё не знал, что подобное случилось и у Хёнджина с Феликсом, тех обнаружить в галерее было ещё проще, чем Джисона в бутиках. — Я отвык ходить по улицам без парней и ощущать столько внимания только на своей персоне, постой так немного… — Джисон заземляется, держа Минхо за рукав кожанки. Он открывает глаза, сделав пару вдохов и выдохов, и смотрит в глаза Лино, а после переводит взгляд на сотрудниц. — Ты главное дыши ровно, я рядом и ничего не угрожает. — Минхо как мог успокаивал тихим голосом Джисона, поддерживая и приободряя. Он был совсем не против постоять в магазине и переждать, пока Хана отпустит, когда его пальцы крепко сжали рукав куртки Лино. В такие моменты Джисона хотелось обнять и прижать к себе, но Лино не сделал бы такого как минимум потому что они на публике, как максимум потому что не знает нужно ли такое вообще Хану и успокоило бы его это. Всего лишь мимолётное желание Хо, который иногда успокаивал таким способом друзей. — Покажите лучшие аксессуары и сумки. — просит Джисон, и консультанты принимаются выполнять пожелание гостя, после чего Хан выпускает рукав Лино и идёт вглубь бутика. Ли оглядывает бутик, окидывая взглядом ассортимент товара, интерьер. Хан уходит вглубь за консультантом, и Минхо неторопливо следует за ним, теребя пальцами ручки многочисленных пакетов, которые держал в руках. К моменту, как Ли подходит к Джисону, тот уже вовсю выбирает украшения. Выбирая придирчиво, словно от этого подарка зависит его судьба. А после переключился на сумки, чётко обозначив несколько видов моделей, которые ему тут же принесли, и он стал выбирать, щупая пальцами материал и заглядывая внутрь, открывая сумки. Минхо отошёл чуть назад и стал рассматривать остальные сумки в ассортименте. Цветов на выбор было не так много, а вот моделей достаточно. Видна была рука мастера, в каждой сумке читался один почерк, в дизайне, в швах, фурнитуре. Ли только и успел пощупать одну, легонько коснувшись пальцами, как его вновь позвал Джисон, вручая пакеты с покупками. — Всё? Или ещё куда-то зайдём? — они вышли из бутика, и Джисон отрицательно махнул головой, обозначив, что больше бегать по магазинчикам ему не нужно и он купил все подарки, которые планировал. — Вот и славно. Прогуляемся немного? Мы вроде смогли оторваться от той шумной толпы… Минхо для надёжности окидывает людей вокруг взглядом, все гуляют, идут по своим делам, а те девчонки, что уже успели наделать фото Хана, вероятно, ушли или отвлеклись на покупки в тех местах, где Джисон был до этого. Отличная возможность быстро свалить отсюда, если Ли ещё рассчитывает заполучить свой кофе и десерт. Минхо кивает головой и говорит, что им пора, иначе их вновь обнаружат и сбежать они смогут лишь на такси. Когда Ли смотрел по картам магазины на этой улице, он заприметил в самом её конце небольшое кафе, куда целенаправленно и повёл Джисона, переложив все пакеты в одну руку и достав телефон, чтобы свериться с картами. — Так, где-то здесь должно быть… А, вот! — Минхо указал на вывеску телефоном в руке и прошёл вместе с парнем внутрь. Внутри оказался уютный интерьер, на витринах расставлены различные сладости, которые тут же привлекли внимание Ли. Печенья макаронс различных вкусов, собранные в наборы, круассаны с начинкой и без, эклеры, профитроли… Минхо чуть слюнкой не подавился, скорее обращаясь к продавцу за прилавком. Он набрал несколько видов печенья с собой, коробочку с эклерами, даже круассан один прихватил, и, конечно, не отказал себе в удовольствии попробовать местный айс латте. — Я в восторге, как тут много всего… Жаль, у нас нет возможности посидеть тут и попробовать всё сразу, только унести это всё добро в отель. — Минхо выдохнул, выходя с Ханом на улицу. Лино понравилось тогда сидеть вместе за столиком в той кофейне в Корее. Он бы хотел снова поесть вместе, но реальность такая, что он поможет отнести вещи в номер к Джисону, а после уйдёт в свой, поедать обнаруженные сокровища в одиночестве. Ну, максимум, поделившись с Чаном. Всё же они приняли решение добираться до отеля на такси, которое вот-вот должно подъехать. Хан всё время оглядывается, пока они ждут такси. Он купил всё, что было нужно, закупился сладостями и кофе, так что парень был доволен. Всем, кроме того, что ощущал, как он каждую секунду находится под прицелом камер фанатов, те разошлись и не нагнетали присутствием, но Джисон знал, что они снимают их издалека. Минусы популярности, от которой ему всё ещё некомфортно. А ещё то, что они находятся в другой стране, и Джисон даже не знает, куда, если что, бежать в момент отступления. Хан выдыхает, когда видит подъезжающее к ним такси, он садится внутрь машины и позволяет себе только там вцепиться в кисть руки Минхо, ощущая горячую кожу запястья. Ему не страшно, не плохо, даже дыхание не сбивается, просто некомфортно и хочется ощутить поддержку, а её Джисон брал из тактильности. Ощущать другого человека рядом с собой, знать, что ты не один в незнакомом месте. Хан ведь попросил Лино не отказываться от тактильности? Лино и не станет. Даже несмотря на то, что Минхо просто выполняет свою работу, ему действительно не неприятны прикосновения, как бывают неприятны от малознакомых людей. Машина едет плавно, водитель даже не обращает внимания на пассажиров, ещё бы, это такси не для обычных жителей Франции, здесь и за поездку платят в три раза дороже обычного трафика, зато безопасно. Джисон так и держит Минхо за руку, правда, позже рука сползает с запястья и ложится на тыльную сторону ладони, но Лино не возражает, кажется, даже наоборот, был готов едва ли не сцепить их пальцы, но это было бы уже слишком для жеста простого охранника. В отеле становится и вовсе спокойно, кроме толпы снаружи, которую они проходят достаточно быстро, больше нет никого. Стэй на редкость разбушевались, прознав, где именно живут парни. В холле он видит смеющегося лидера, что машет рукой фанаткам из холла в стеклянные двери, и Феликса, что делает ровно то же самое, приветствуя стэй. — Вот кому всё это по душе. — Хан ухмыляется, когда они с Лино заходят в лифт и двери перед ними смыкаются. Хан отписывает в чат парням, что добрался благополучно, и, пока они идут по коридору до его комнаты, продолжает печатать и маме, что задавала ещё пару вопросов о его самочувствии. — Ты, если не спешишь, то можем поужинать вместе. Пак занят на месте проведения концерта, вас точно не дёрнет, да и я не хочу есть один, а парни уже заняты кто чем, и не хочу их трогать. Джисон кидает телефон на столик у кресла, указывает, чтобы пакеты с едой его охранник поставил сюда же, а подарки в угол комнаты. Их и вовсе стоит отправить завтра доставкой до Кореи, чтобы не возить из страны в страну во время их тура. — Поужинать вместе? Звучит как неплохая идея. Говорят, десерты в приятной компании становятся ещё слаще и вкуснее. — Минхо мягко улыбается, занося в номер всё накупленное в пакетах. Хан действительно закупился на славу, вероятно, семья у него не маленькая, раз вышло так много подарков. — Садись, для господина охранника тут вон целое кресло. Ты вообще думал когда-то, нафига они их сюда ставят? Меня это всегда озадачивало, но вот, видимо, и применение нашлось. — Джисон стягивает с плеч пиджак, натягивает рукава водолазки выше, оголяя руки до локтя, и принимается разбирать пакеты и раскладывать их сладкий ужин. — Вероятно, кресло для звёздных охранников, чтобы они могли ужинать со своими звёздами. Других объяснений подобным странным решениям я не вижу. — Лино посмеялся, действительно не понимая, зачем подобные кресла нужны в отелях, причём стоят они всегда повернутыми к кровати очень странным образом. Почему бы не поставить две штуки тогда? Или не повернуть кресло к окну вместе со столиком? Лино хмыкает своим мыслям и вешает кожанку на спинку кресла, потягиваясь и разминая спину. Всё же прогулка после перелёта отражалась на мышцах, их хотелось хорошенько промять. — Как это всё невероятно выглядит… — Минхо дождался, пока парень разложит всё на столе, и жадно окинул взглядом всё то, что они успели накупить. — Угощайся тем, что я покупал. Один я всё равно не съем, да и ты оценишь по достоинству, я уверен. — Ли потянулся рукой к малиновому макаронс и аккуратно откусил, прикрывая глаза и медленно пережёвывая. — Божечки… Какие они мягкие и хрустящие одновременно. У нас я таких совсем не встречал, сколько бы не пробовал… — на выдохе протянул Лино, мыча от удовольствия и запивая печенье кофе. Плюсы подобных кафе, в котором закупились парни, там не продают залежавшееся просто потому, что ничего и не успевает залежаться. И всегда на витринах выставлены максимально свежие десерты. Этим подобные заведения и славятся, репутация превыше всего. Хан не думал, что когда-то он осознает одну простую вещь: люди могут есть очень красиво. Вообще Джисон не думал об этом, еда есть еда. Открывать и закрывать рот, прожёвывать пищу и сглатывать, всё. Вот весь процесс, что в себе заключает слово «поесть». Вот только Лино и этот долбанный макаронс, что он обхватил губами, вжёгся в разум Хана. Он теперь там останется на подкорке, то, как крошки красиво упали на чуть розоватые пухлые губы, как чуть позже Лино зубами безжалостно разломил макаронс напополам, откусывая его. Ему было вкусно, это точно, потому что спустя секунду Минхо проходится кончиком языка по губам, и Хан в этот момент сглатывает ровно так же, как и это делает охранник. Минхо перевёл взгляд на сидящего на кровати парня и довольно улыбнулся, буквально расплываясь от счастья, насколько ему сейчас было хорошо находиться тут и пробовать новое гастрономическое удовольствие. Возможно, Хани не раз пробовал подобные десерты, ведь они с группой уже бывали во Франции, но Лино всё равно было приятно угостить его чем-либо, вызывая приятные эмоции. — М-м… попробуешь? Обещаю, не разочаруешься. Этот с шоколадом и клубничным конфитюром внутри. — Минхо взял один из макаронс и протянул Хану, предлагая взять. Наверное, только ради этого печенья в принципе стоит посетить Париж, да и в целом Францию. Особенно таким любителям сладкого, как Минхо и Хани. Джисон даже забывает сделать вдох, засматриваясь на парня. Красивый, безумно. Кто из них айдол в этой комнате вообще не понятно, если говорить чисто за внешность. Тут стоит именно Минхо снимать на обложки журналов. Он вообще думал, что мог работать в подобной сфере и быть не охранником, а тем, кого защищают? — Ага, — абсолютно не в тему выпаливает Джисон, мозг отключается, и он улыбается нелепо, но мило и тянется к круассанам. Он ест быстро, работает челюстью активнее, едва не набивает рот полностью, один за другим круассан исчезает с тарелки. Ли долго сдерживался, наблюдая за этой картиной, но всё же заулыбался шире, очаровательное зрелище. Хотел бы он почаще видеть подобное. Рука потянулась к эклеру, щедро политому шоколадом сверху. Ли поднёс его к губам и осторожно надкусил, после облизывая верхнюю губу, убирая остатки шоколада с губ. Они оба пробуют разные сладости, Хан потягивает кофе из трубочки и думает, что стоит потом глянуть на сайте кофейни, что за зерна они используют, уж очень вкусно. — А ты всегда мечтал стать охранником? — ещё более дурацкий вопрос, но Хан понятия не имеет, как подвести к теме того, почему тот вообще работает именно в охране. — Ну… типа, а-а-а. Ну, это выбор прям или у тебя есть ещё какое образование? Просто интересно, ведь работа нелёгкая. — Хан вытягивает ноги вперёд, поигрывая пальцами ног, чтобы разогнать кровоток, и смотрит куда-то в пол в это время. С Минхо уютно вот так просто сидеть, а еда уже почти вся доедена, и он решает завести беседу, чтобы продолжить их вечер, пока не совсем поздно. Хан и так хочет спать ещё с утра, но им надо свыкаться с иным часовым поясом, ведь в Европе им предстоит провести достаточно времени, поэтому стоит отложить час, когда он ляжет в кровать и уснёт до утра. — М? — Минхо поднял удивлённый взгляд на парня, замерев в процессе очередного откусывания эклера. Убрав десерт от лица и прожевав, он задумался над ответом, забыв слизать крем с губы, от чего выглядел забавно. — Образование есть, да. Ни за что не угадаешь какое. — Минхо хитро улыбнулся и глянул на опустившего взгляд парня, Хан после, кажется, оживился, предполагая варианты, кем мог бы быть Минхо. Вообще по лицу Лино было сложно предположить, какая профессия ему бы подошла, ведь он особо по своей профессии и не проработал, не считая участия в мероприятиях. — Хореограф, окончил танцевальную академию. — сдался Минхо, после всех попыток Джисона угадать и назвать правильную профессию. Хан удивленно глянул на Ли и стал похож на квокку, вот честное слово. Ещё листик в рот засунь, и вообще один-в-один. Лино не сдержался и рассмеялся, всегда радуясь реакции людей на внезапность своей профессии. Хотя Хан, кажется, мог предполагать нечто подобное и удивился скорее тому, что правильно догадывался. — Отучился на отлично, много ездил по конкурсам и практикам, а также на иностранные мастер-классы от ведущих педагогов, в общем, успешно получил своё образование. — Лино умолчал, что когда-то пробовался на роль трейни, но провалил, потому что в тот год было достаточно способных и более молодых певцов и танцоров, а его вокал не был на высоте, да и возраст был уже не самый подходящий для трейни, которые обычно начинают готовиться к этому с самого детства. — Ну и, конечно, такое прошлое не могло не помочь мне с моей нынешней профессией. Выносливость и всё такое. Предложил мне, кстати, устроиться сюда Чан-хён. Так что благодаря ему я сейчас здесь, хотя искренне считал, что буду после провала тренировать деток в хореографических кружках, растолстею к 40 годам и стану ворчливым педагогом. — с некой ноткой грусти посмеялся Минхо, на секунду погружаясь в воспоминания о тех тяжелых временах, когда он стоял буквально на перепутье и не знал, куда себя деть, пока лучик солнца в виде Бан Чана не протянул ему руку, утягивая за собой на отбор в охрану той же компании, в которой Лино провалился на прослушивании. Сначала Минхо называл Чана дураком, мол «зачем я снова тут, что за бред», а потом втянулся, пройдя отбор. Ему понравилась новая должность, которая к тому же не мешала ему время от времени возвращаться к занятиям танцами, после или до работы. Естественно, танцами для себя, другим он этого уже не показывал и даже на видео для себя снимал редко, скорее в исключительных случаях. Не видел смысла делать это чаще. Хана так ошарашивает эта мысль, что он аж весь перегруппировывается на кровати, смотрит на Лино, словно тот свалился к нему в номер прямо с потолка. — Кто?! Ты шутишь? — взгляд автоматически падает на ноги парня, потому что он знает, как те выглядят у танцоров, и, чёрт побери, он ведь замечал и раньше, насколько те массивные и накаченные. — Охуеть! — как на духу выпаливает Джисон и трясёт головой, вновь поднимает глаза на охранника. — Стоп, так шутка про то, что ты мог быть айдолом, выходит, и не шутка, пробовался? Ой. — Хан вдруг понимает, что, возможно, задевает болезненную тему, ведь если тот не стал трейни, то провалился на прослушивании. — Блин, чувак, забудь, если что. Я просто в шоке. Хан нелепо смеётся и машет руками перед лицом. У него едва не вываливается стаканчик с кофе, что он зажал между своими ляжками, и он, подхватывая его, ставит тот на пол у кровати. — Я хочу посмотреть, можно? Есть видео? Ну хоть одно? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — канючит он и подскакивает с постели, получая кивок головы от Лино. Все мысли Минхо занимает Хан, что сейчас выпрашивал у него видео с глазами того хомячка из мемов под грустную скрипку. Ну разве Лино мог отказать ему? Тем более он не собирался показывать те откровенные отрывки хореографии, что ему ставили педагоги на иностранных мастер-классах. Хан спешит к креслу, пристраивается краем задницы на подлокотник, притирается боком к боку Лино и утыкается носом в его телефон, готовый впитывать каждый кадр, потому что всё ещё не верит в то, что этот охранник умеет в хореографию. Ли выбрал самое безопасное видео, где танец был плавным и без контекста, а музыка — обычным инструменталом на фортепиано в дуэте со скрипкой. Но, кажется, даже такое видео могло снести голову Джисону, и тот заерзал на кресле, в восхищении своим хёном. — А! — всё, что вырывается из Хана, когда он бьёт Минхо по плечу, видя всё, что творит парень на сцене, какую-то медленную разминку вначале, а после пластичные спокойные движения. Бёдра Лино качаются из стороны в сторону, красиво и очень, Хан залипает. Музыка всё такая же плавная, и Джисон качает головой в такт, пока не видит резкого окончания и красивой статичной позы. — Вау, я не верю! Ну-ка… — он выхватывает телефон, действует совсем бесцеремонно, но его распирают эмоции. Джисон продолжает сидеть на подлокотнике, но уже чуть отстранившись от парня. Пока он отбирал телефон и разворачивал тот экраном к себе, он пальцем тапнул в левую сторону и перелистнул на другое видео. Хан хотел задохнуться прямо сразу на месте, потому что музыка была ритмичная, страстная, видео явно снято с середины самого танца, и Минхо там делает волну телом, почти так же, как её делает сам Джисон в хореографии их песни из прошлого альбома, вот только то, как это делает Лино, его поражает. Джисон чувствует, как кровь приливает к щекам и ушам, в животе скручивается узел, и он пропускает момент, когда надо вдохнуть воздуха, сидит и смотрит, как Минхо на видео, а он там младше на года четыре точно, продолжает буквально насиловать воздух и разум Джисона. Так чувствовать музыку и своё тело, достойно похвалы и признания. — Почему ты? Почему не танцуешь? Это же так… Боги, хён, ты вообще сам это видел? Ты же словно рожден танцевать! — Хан наконец-то отдаёт телефон, когда видео оканчивается, и смотрит в глаза Минхо сверху вниз из-за разницы их положений сейчас на кресле. — Почему не танцую? Танцую. Просто для себя и не на публику. Не вышло связать жизнь с танцами, и я оставил это дело для души. Все те видео, что в этой папке, — это давнее, сейчас я уже и не записываю их. А для конкурсов я староват и слишком накачан. — рассмеялся Лино, прекрасно понимая, что лжёт, лжёт, смотря прямо в глаза выше своих, и те, кажется, ему не верят. Конечно, Хан не верит, он ведь общается с их танцевальным дуэтом Феликса и Хёнджина, а те неплохо так разбираются в этой сфере. В конкурсах участвуют люди абсолютно разных возрастов и занимают там места своими способностями, зарабатывая репутацию в танцевальных кругах. Но Лино будто перегорел к этому, решив, что путь охранника айдола куда проще и прибыльнее. Да и он же не бросил танцы насовсем. — Мне теперь стыдно за свои подрыгульки на сцене… — Джисон смеётся, он и правда не лучший танцор группы, его это не разочаровывает, он зато хорош в рэпе, и это то, что ему действительно нужно. Вот только когда на тебя смотрит такой талант, чуток неловко, а Минхо же смотрел тогда на концерте, когда он прожигал его взглядом. «Твою ж мать, как теперь стыдно! Думал наверное что я дурак.» — А чего тебе-то стыдно за свои танцы? Я вот оценил… Увидев вживую. Ты только осторожнее взглядом стреляй в следующий раз, гляди, попадёшь не в меня, а в фанатку, она и умрёт от своих чувств к твоим плавным бёдрам. — Лино решил, что раз парню можно смущать его комплиментами и комментариями о его видео и способностях в танцах, значит, и Минхо может немного в ответ, вспомнив тот самый вечер, когда Джисон чуть ли не раздевал Минхо взглядом со сцены, вытворяя своим телом и бёдрами что-то невозможно возбуждающее. Хотя, по сути, делал это так же, как и остальные мемберы. Отличал его лишь взгляд, направленный на определённого человека. Лино отложил телефон на край стола, между пустых коробок от десертов, и ухмыльнулся, всё ещё глядя в тёмные глаза над собой. С этого ракурса Минхо видел парня впервые, поэтому старался как можно дольше не разрывать зрительного контакта, наблюдая. Перед глазами Джисона сейчас был даже не сам Минхо во плоти, как тот, куда более юный парень, который творил своими бёдрами непотребства, от которых хотелось кричать. Ладно, признаем, их просто хотелось. Вжаться лицом, оседлать, измять, Хан бы искусал эти невозможные бёдра, если бы только смог добраться. Хани резко переводит взгляд на стол, отворачивается от Лино, потому что иначе тот в глазах его прочитает все мысли, и это будет уж слишком. Вот только одна лишь мысль всё ещё продолжает биться в его разуме, и нет, она не та, где он обкатывает собой охуенные бёдра, вообще ни разу. Джинни в каждом из группы посеял зерно танцора, человека, что, увидев что-то куда более классное, чем делаешь ты сам, будет желать повторить, и Джисон подскакивает с кресла и встаёт в свободное место комнаты. — Стоп, а как? — Хан выставляет ногу вперёд, ведёт тазом, но у него не получается, как ни крути, того изгиба, что он видел на видео Хо. Он опускает взгляд на себя, смотрит и ещё раз повторяет движение, но выходит обычно, как он делает и всегда, но ему вот прям упёрлось научиться делать иначе. Он, возможно, не потянет это, вдруг недостаточно пластичный, но всё-таки хотя бы понять в теории. — Вот когда ты на полу, там же вес ещё, у меня корпус тупо не поднимается, там ещё ладно, я смирюсь, что у меня не получится, но как ты это стоя-то сделал? Ну вот смотри, встал… Да? — Хан встаёт и делает ноги на шире плеч, вновь чуть склоняется в спине, меняет позу, чтобы сделать волну телом, но та выходит хреново, он будто дёргается, обрывает движение, и не получается столь плавно и сексуально. — А-а-а! Я же теперь жить не смогу, пока не соображу… Ворчит Хан и поднимает взгляд на Лино, когда вновь повторяет движение и ждёт оценки, но ничего в движении вообще не меняется. Хан ворчит себе под нос, вертит головой, осматривая свои непослушные бёдра, и пропускает момент, когда, отвернув голову, лишь ощущает Минхо за спиной. Рука охранника тактично касается его у бедренной кости, вторая одними лишь пальцами упирается под лопатками. — Вот тут держи корпус, а тут начни, с этой точки. — Хан чуть вздрагивает, но не сопротивляется, наоборот, слушает указания и начинает вести именно там, где показал Хо. Волна получается мягче, Лино же с профессиональным взглядом танцора обходит его и, присев на корточки, щёлкает по колену Джисона. — Согни, будешь танцевать на прямой и повредишь мениск, ты же не хочешь быстро окончить карьеру? Да и в волне так будет проще. В танцах важна не только пластичность и отработанность чёткости движений, как и безопасность. Многие покидают сцену совсем в юном возрасте и из-за своих ошибок по невнимательности, и из-за плохих педагогов, что не могут направить тело танцора в нужное направление, и те из раза в раз гробят себя, не соблюдая правильность техники. Как-никак танцы — это и про умение работать головой, а не только мышцами. Хан кивает, чуть оседает в коленях, сначала сгибая сильнее, чем нужно, но так будет первое время, пока тот не привыкнет. Его следующая волна телом получается почти идеальной для того, кто больше рэпует, чем умеет вообще танцевать. — Ого, совсем иные ощущения, спасибо! — Джисон кладёт руку себе на спину, чувствуя, как там напряглись мышцы, и улыбается, смотря на Хо, они стоят достаточно близко. В коридоре слышится громкая речь и смех. Хан резко приходит в себя и делает шаг назад, отходит обратно к кровати, садится. — Так значит, когда надоест защищать непутёвых айдолов, подашься в учителя? Мне кажется, ты бы стал отличным педагогом для детей, воспитал бы сотни талантов. — Не планирую жизнь настолько далеко. Сейчас мне нравится моя работа, люди, с которыми я работаю, зарплата и уровень жизни. Всё же работа педагогом — это совсем иное, хоть и не менее ответственное. — Минхо пожимает плечами и встаёт перед Ханом вполоборота, между кроватью и столиком. — Но и не отрицаю, что когда-то вернусь к этому занятию более серьёзно, всё же это было тем толчком, который помог мне вырваться из родительского дома и проявить своё я. Если бы по условиям работы было разрешено — совмещал бы выкладывания видео куда-нибудь в тикток и работу на компанию. Лино стал аккуратно складывать пустые контейнеры от сладостей друг в друга, а после в пакет, прибирая то, что они развели тут с Джисоном. Как бы не хотелось провести время с парнем подольше и узнать о том чуть больше, болтая на близкие темы, Лино заметил на часах время, приближающееся к позднему. — А ты хорошенько запомни, что я тебе показал сегодня, и отработай на утренней репетиции. Тогда вечером фанаты просто разорвут соцсети, выкладывая твой фанкам. — Минхо хитро улыбнулся и наклонился к сидящему на кровати парню, шепча на ухо. — Только не сдавай своего учителя, считай, это был подарок тебе перед началом тура. — Ли посмеялся парню на ухо и выпрямился, захватывая куртку со спинки и телефон. — Я пойду к себе, время близится к позднему. Не засиживайся допоздна, хорошо? Хоть завтра вставать и позже, по ощущениям от корейского времени, но выспаться нужно хорошенько. — Накинул куртку Минхо на плечи и обулся, улыбнувшись Хану, а после покинув его номер. Лино и сам не заметил, как провёл так много времени в номере Джисона. Тот действовал на него как замедлитель жизни вокруг, занимая собой мысли Минхо. Лифт спустился на нужный этаж, и Лино открыл дверь ключ-картой. — Ты где так задержался, бро? Француженок кадрил или багетами объедался? — встретил его Чан, уже давно переодевшийся в «домашнее» и явно никуда не выходивший из номера. И если сначала Минхо думал, что Чану повезло, что тот остаётся в отеле, ведь Чонину никуда не надо, то теперь он больше завидует себе, что всё-таки выбрался куда-то с Ханом, ещё и ужин провели вместе. — Гулял, Чан-хён, гулял. Париж — город такой… чарующий. — задумчиво ответил Ли, абсолютно не собираясь пояснять свои шутливо-загадочные интонации и слова другу, хотя тот и обернулся заинтересованно в его сторону, рассчитывая на пояснение. — Ты бы видел своё лицо сейчас. Маску-то хоть сними, она уже всосалась в твою кожу и скоро ткань разлагаться начнёт от того, как высохла. — Чан снова забыл про маску, заигравшись в телефоне.