Cherry

Два часа пролетают как миг. Джисон видит, что парни закончили и пишут в чате об этом для охраны, и думает, что сам строчить сообщение Лино он не будет, будто и так не понятно. В это время Джисон переодевается в свои обычные вещи, натягивает капюшон толстовки, берёт рюкзак и, попрощавшись с остальными членами группы до вечера, идёт в в другую часть здания, где находится студия звукозаписи. — Привет. — говорит Хан с порога звукорежиссеру, скидывает рюкзак на рядом стоящий диван и плюхается на стул перед монитором, за которым сидит мужчина. — Смотри, вот тут надо внести правки, давай перезапишем, и в остальном вообще супер, управимся за минут сорок. Мне надо сдать уже эту песню и заняться новой, а то из-за неё всё никак не могу собраться с мыслями! — Да, без проблем, — отвечает мужчина и тычет Хану в сторону рубки для записи. — Топай! Чем быстрее сам справишься с партией, тем быстрее управлюсь и я. Хан кивает и забегает в рубку, быстро надевает наушники и машет рукой, что готов. Запись занимает не больше минут десяти, Джисон постарался, и в итоге всё вышло с третьего раза. Трек сводят ему уже спустя ещё минут двадцать, и с диском в руке он выходит из студии, идя для утверждения к руководству. Время снова бежит, сходить туда и сюда, поговорить, презентовать то, что он изменил, и вот уже он закончил. Джисон выдыхает, выходя из очередного душного кабинета в прохладный коридор, он пишет в чат группы, что с рекламой они отстрелялись и даже сами заказчики остались уж очень довольны. Парни шлют ему смайлики с поздравлениями, Чанбин и вовсе записывает окошко с речью, что Хани трудяга и ему надо вообще-то хоть немного, но отдохнуть. — Ага, тысячи раз, — записывает Хан ему голосовое сообщение, но сам ведь и правда думает немного вздремнуть. Он достаёт телефон, смотрит на время, управился он даже шустрее, чем предполагал. Вообще Джисон думал поспать в здании, где будет проводиться концерт, прямо в гримёрке в своем спальном мешке, но сейчас туда их вряд ли кто-то пустит, ещё слишком рано. Джисон, ковыряя носком своих новых кед пол на этаже, думает, что можно притащить спальный мешок и сюда, в комнату отдыха, расположиться и вздремнуть даже на часок дольше, а после заняться песней. Хан вновь достаёт телефон из кармана и активно печатает в чат с охранником, потому что личный начинать ещё рано. «Я закончил, можешь притащить мою сумку и спальный мешок в комнату отдыха?» Парни ещё какое-то время радовались победе Чана и с нетерпением ждали желания для Минхо, но Чан всё же решил притормозить, понимая, что может оставить это на десерт, ведь знал, что Хо человек слова и долги даже в виде желаний вернёт обязательно. Лино выдохнул, пропуская мимо ушей лепет парней вокруг себя и запуская очередную игру, и предложил играть дальше без желаний, просто убивать время, раз у них такой выбор игр в библиотеке. Телефон время от времени пиликал, мемберы писали об окончании каких-либо дел, и некоторые парни из охраны потихоньку покидали их райское местечко для отдыха. Чонин спустя где-то час также прислал смс Чану, попросив его подкинуть до общежития. Младший решил провести свободное до концерта время там, вероятно, так спокойнее. Ли же наблюдал за телефоном, ожидая, когда освободится Хан. И вот оно, заветное сообщение от освободившегося Джисона с просьбой принести вещи. Путь до парковки занял несколько минут, Ли решил, что управится быстро, и не стал накидывать пальто и шарф. Выдыхая пар изо рта, он открыл багажник, вытаскивая сумку и спальный мешок, а затем захватил костюм из салона, решив сразу переодеться перед выездом на концерт, чтобы не бегать к машине по несколько раз. Уши ощутимо подмерзали, а щеки покрылись румянцем от холода, поэтому Хо живо вернулся в здание, залетая в лифт и нажимая на кнопку нужного этажа. Хан ждал его в одной из комнат отдыха, и, сверив номер на двери с номерком в смс, Ли осторожно постучался, толкая дверь и проходя в комнатку. Свет приглушен, окна по максимуму зашторены, да и сама комнатка намного меньше тех, что рядом. Вдоль стены стояли вешалки с различными костюмами и просто вещами, что дополнительно уменьшало пространство. Хо был уверен, что Джисон часто спит вот так именно в этой комнатке. Уж больно ловко и удобно тот всё готовил под себя. Честное слово, похож на белку в уютном, обустроенном под себя дупле. Только и пронеслось в голове у Лино, прежде чем он заговорил с повернувшимся к нему Джисоном. — Держи, сумка и мешок, как просил. — Ли протянул всё это добро парню, осматриваясь вокруг. — Ничего такое место, тихое и уединенное. Я тебе даже в какой-то степени могу позавидовать… Вот так поспать посреди дня без посторонних и без суеты вокруг. — Минхо мягко улыбнулся, проходя к окну и поправляя шторы. За спиной слышалось шебуршание спальника, и Ли обернулся, осмотревшись куда можно повесить мешок с костюмом, который всё ещё держал в руке. Присмотрев более свободную вешалку, Ли нацепил крючок на нее и прошел к выходу из комнаты. Хан суетится в комнатке, он знает её лучше, чем собственную комнату в общежитии, но сейчас почему-то не находит себе места и думает, как будет удобнее расположить спальный мешок. Будто у него есть на это выбор, комната действительно небольшая, её переоборудовали некогда из помещения для хранения техники, но после она какое-то время пустовала, и вот её сделали самой пустой из всех, как раз для таких, как Джисон, кто любит спать в мешке и тусить в четырёх стенах. — О, ты так быстро. — Хан оборачивается на вошедшего Минхо, и ему становится ещё более странно. В этой комнате видеть кого-то кроме членов группы ему необычно, сюда ходили только они, кто-то будил, а кто-то просто искал вечно желающего отдохнуть Хана. — Вот сюда скинь, ага. — Джисон получает свой спальный мешок и начинает раскручивать его на полу, поправлять, после лезет в сумку за пледом, достаёт маску. Он всё это делает на автомате, слишком привыкший к такого рода хлопотам, но при этом подмечает, что Минхо топчется на одном месте. Хани поднимает глаза, видит, как тот вешает чехол с костюмом, и едва не теряет способность вздохнуть свежую порцию воздуха. Лино решил переодеться в костюм до их отъезда в концертный зал, Хани хочется провалиться под землю. Он смирился, что охранник будет щеголять в Гуччи по залу во время концерта, но совсем не ожидал, что тот в таком виде ещё поедет с ним в одной машине. Хану хочется взвыть, он опускает взгляд вниз и едва не терзает спальный мешок, пытаясь взбить пух в месте под головой, чтобы то было ещё удобнее, чем его подушки в кровати. — Я тебе спать мешать не стану тогда, если что, буду либо в соседней гримёрке, либо в комнате отдыха, где приставка. Если что-то нужно принести, обязательно пиши мне. А, и чуть не забыл, — Ли вынул коробочку с берушами из кармана и протянул их парню, — ты оставил их в машине. Подумал, они тебе пригодятся сейчас. Хорошего отдыха и приятного сна. — Чего? — отвлекается Хани от терзания бедной вещи, когда Минхо оказывается перед ним и даёт ему беруши. «Да ты издеваешься, что ли?» — мысль отчаянно бьётся в голове Хани, и он принимает беруши, кивает в благодарность за заботу Лино. Тот откуда вообще вылез-то? Такой заботливый, ещё и с этой улыбкой. Хан только вчера желал выбить из этого парня хоть каплю эмоций, а теперь тот сам выбивает из него весь его дух. «Ну это вызов», — мятежный дух в Хане говорит, что так дело не пойдет точно, и вообще это он хочет узнать об этом парне всё самое отвратительное, чтобы передумать с ним спать, а он вот беруши ему приносит, желает хорошенечко отдохнуть и костюмы свои таскает. Нет, так не пойдет, Хан должен добиться эмоций не от себя, а от него, разочароваться, насытиться ими и успокоиться. Вот только помимо желания теперь этот парень рождает в нем еще и борьбу, ему хочется оказаться первым в том, чтобы заставить охранника ощущать бурю эмоций и при этом самому оставаться спокойным, как-то было и раньше. Хан врёт сам себе, но эти мысли его стабилизируют и дают успокоиться. — Стой. — Хани хватает парня за кисть руки, крепко обхватывая ту своей ладонью. — Я прям спать ещё не ложусь, погоди… Джисон тянет к себе рюкзак, с которым ходил весь день, и когда тот оказывается у него на коленях, отпускает Минхо из своего цепкого захвата, не давшего охраннику быстро смыться из комнаты. Хани довольно долго шарится в рюкзаке, тот словно бездонный, и лишь спустя время вытаскивает оттуда то, что искал. На памяти Лино это первый раз, когда парень в принципе коснулся его, но чтобы еще и так цепко. И даже после того как парень отпустил его руку, Хо ощущал фантомное тепло чужой ладони на своей кисти еще некоторое время, совсем того не желая, он представил на секунду как, вероятно, тепло гулять с Ханом по улице за руку или засыпать, обнимаясь. Повезёт человеку, который будет настолько близок с Джисоном. Поняв, что пялится на парня всё время своих мыслей, Лино выдохнул от того, что тот не заметил, пока рылся в рюкзаке, в поисках чего-то, и опустил на секунду взгляд, прикусив край нижней губы. — Держи. Ты говорил, что доставка тебе понравилась, ну та, что я советовал. Вот тебе ещё один мой сладкий совет. — Джисон тянет руку вверх, передавая Минхо упаковку со странным на вид леденцом. — Не знаю, любишь ли ты что-то подобное, но вот тут вкус травяной, в плане сделан леденец из трав и цветов, но короче попробуй, оно того стоит. На вкус прям отличный, хотя часто подобное есть тоже не станешь. В общем, добыть их достаточно трудно, но вот я один сегодня нашел и решил поделиться. Хан не собирается говорить, что на самом деле достал его из личных запасов ещё дома, потому что знает, насколько эта штука сама по себе необычная, а ещё напомнила то, как пахнет Лино, и поэтому ещё вечером Хан кинул леденец в свою сумку. Думал ли он, что это вообще-то выглядит странно — нет. Джисон вообще последние дни с приходом Минхо в их команду стаффа думает мало, лишь только решается на импульсивные и привычные ему по характеру поступки, но и ладно. Пока Минхо принимает гостинец и садится на пол чуть поодаль от мешка Хана, тот уже протирает лицо тоником с помощью ватного диска, а после рвёт упаковку с маской и накладывает её на лицо. — Ну как? — задает вопрос Хани, поправляя липкую маску и расправляя её на ощупь по своему лицу, а сам смотрит на Минхо, желая увидеть реакцию на угощение. Развернув обертку, Ли кладёт угощение в рот и начинает медленно рассасывать, прикрыв глаза и прислушиваясь к ощущениям от вкуса. Приятный, свежий, необычный… где-то отдаленно отдает чем-то цветочным, будто Минхо решил слопать цветок кого-то из айдолов, выкрав тот после концерта из гримёрки. Вдохнув через рот, Ли еще пару секунд прислушивался к вкусу и понял, что тот ему по душе. Но Джисон действительно прав — часто такое есть не станешь. Это не простые сладости. — Необычно, но мне очень даже нравится. Ещё ощущение, что эти конфетки должны неплохо так успокаивать нервы, судя по описанному тобой составу. Так что, надеюсь, я не стану слишком спокойным к вечеру. — Минхо посмеялся своим мыслям, представив, как расслабится и отрубится в соседней гримёрке, ожидая Хана. — Спасибо за угощение, Хани. Кхм, Хан. — Ли явно сказал лишнее, назвав Хана тем словом, которое до этого себе не позволял, и тут же отвёл взгляд от растягивающего по лицу тканевую маску Джисона, который внимательно смотрел на него, слушая впечатления от угощения. Ли решил посидеть с ним до момента, пока тот не снимет маску, а после оставить отдыхать. Он не хотел бы нарушать покой парня, пусть и находиться в его компании для Минхо было приятным. Джисон дёргает головой и чуть вытягивает губы в привычном движении, когда что-то его удивляет, а то, что его охранник решил назвать его Хани, его удивляет уж точно. Не то чтобы для Джисона мягкая форма его фамилии, хотя уже скорее это можно считать за прозвище, была чем-то новым и его так не звали все члены группы, стафф, работники компании и даже собственные родители, мама так особенно пристрастилась к этому милому Хани, когда звонила сыну в свободное время. Губы Джисона растягиваются в улыбке, он как-то в миг понимает, что если сейчас не покажет Минхо, что он не против подобного обращения в свою сторону, то тот снова закроется и будет звать его просто Хан. Ну хоть не господин, уже хорошо, хотя кто знает Лино, вдруг настолько преисполнится в том, что Джисон не рад мягкому обращению. — Да, они странные, но прикольные. — отвечает Хани и заканчивает растягивать на себе маску, опускает руки на колени и пялится на лицо Лино, считывая эмоции дальше. Нет же ничего страшного в том, чтобы довести и охранника до неловкости, не всё же страдать самому Хану в присутствии старшего. — Мне кажется, из всех, с кем я знаком, ты самый лучший «сомелье сладостей». За эти несколько дней мне довелось попробовать столько нового, о чем до этого я даже и не слышал. Правда, я не понимаю, ты так много работаешь в зале, чтобы поддерживать такую стройную фигуру? Или природный дар? — Ли сложил руки на бёдра, расслабившись. Ему хотелось вести с Джисоном столь свободные разговоры, чтобы тот не считал его занудным охранником или ещё кем-то подобным. Ведь Минхо таким и не был. Если обстоятельства позволяют — он будет достаточно открытым к общению. Нужно лишь притереться к новым людям. А Джисон вроде и не отталкивал его, охотно советуя разное и шутя, пусть и явно не так много, как представлялось Лино или как он наблюдал в поведении Джисона с остальными из старого состава стаффа. — О, нет… — Джисон ухмыляется, задирает майку вверх и хлопает себя по плоскому животу с видимыми зачатками пресса. — Природа наградила отличным метаболизмом, так что могу особо не думать о калориях, не растолстею, но вот мышцы приходится держать в тонусе и не пропускать тренировки слишком уж часто. Хан задирает футболку, хлопая себя по плоскому животу, Лино теряется, неприлично пялясь на обнаженный участок тела. Нет, ничего такого в том, чтобы оценить мышцы друзей и даже полапать их, он не видел, но сейчас он смотрел не совсем так, как смотрит на пресс того же Чана. И Минхо это напрягало. Хан такой открытый перед ним, весёлый и свободный, а Ли пялится и, особо того не желая, хранит каждый образ парня в моменты, когда тот будоражил его сердце. Ли просто обязан закрыть эту часть себя внутри поглубже, чтобы не испортить отношения с парнем. Джисон ещё раз шлёпает по своему голому животу и опускает футболку, подметив взгляд охранника на себе. Ну хоть определились, что компания Хана ему не надоедает, это отлично, и то, что Минхо явно как минимум «би», ведь так смотреть на талию Хана натурал точно не сможет. Джисон внутренне усмехается этому, зная, что многие удивляются, насколько та тонкая, даже просят потрогать, но только есть те, кто просто этому поражается из любопытства или завидует, а кто-то желает коснуться с намерением. Вот именно такое и проскользнуло в глазах Минхо. «Посмотрел, вот и хватит», — констатирует Хани в своей голове и не только поправляет майку, но и хватает толстовку, что снял до этого, клубком кладет себе на колени и обнимает, скрывая вообще любые проявления своей фигуры за объемами ткани. Вообще ему так просто удобнее сидеть, имея опору для рук спереди и возможность дербанить пальцами завязки своего капюшона. — А ты? Такой кор просто так не накачаешь, да и ноги тоже, заметно, что тренируешься часто. Мои советы не навредят, а то я могу посоветовать что-то и с куда меньшим числом калорий? Мне, знаешь ли, приходится иметь разные знания, в команде кто-то вообще старается не есть, ради заветных цифр на весах, так что я приношу вкусняшки, что не вредят их фигуре. — Хан не ощущает неловкости, сидя в маске перед старшим, хотя, наверное, в таком виде обычно никто не пытается познакомиться ближе, да даже не заигрывает, но Хани есть Хани, да и что у него много времени что ли, а на концерте с истощенным на вид лицом ему показаться нельзя. — Действительно повезло с метаболизмом. Я, увы, таким похвастаться не могу, приходится достаточно усердно работать, чтобы не выглядеть хуже. Особенно после вечерних посиделок за раменом и аниме… — Минхо вздохнул, облизнув губы, словно перед ним сейчас стояла порция горячего и аппетитного рамена. Но такое он ел нечасто и по возможности не на ночь. — Твои советы мне не вредят, я потом всё сгоняю на хороших тренировках. Поэтому можешь советовать всё, что только пожелаешь. Твоему вкусу можно доверять. — Ли приподнял одну руку и пальцами второй размял мышцы груди, растягивая ткань водолазки и выдыхая от приятного ощущения расслабления. «А ты не промах», — возникает мысль в голове Хана, когда Минхо, в отместку за открывшийся на пару мгновений живот, играет мышцами прямо перед его глазами. Джисон, впрочем, не отказывается посмотреть, наслаждаясь тем, насколько оказывается проработано тело Лино, и радуясь словам, что его рекомендации не повредят такому отличному результату и плодотворной работе. Слова об аниме цепляют, Хан задумывается о том, что вкусы у них достаточно схожи, будет не так сложно изучить парня поближе, когда есть точки соприкосновения. Стоит поговорить о жанрах позже и узнать то, какие аниме тот любит больше всего. — Это я тебе ещё кофе свой фирменный не готовил. — Вдруг перескакивает Джисон с темы на тему, резко вспоминая про усталость и то, как он обычно с ней расправляется. — С сиропом мяты и секретным ингредиентом, холодным вообще даёт эффект заморозки мозгов, но бодрит офигенно. Услышав про любимый напиток, Ли заинтересованно сверкнул глазами в сторону парня и подобрался, складывая ноги в позу лотоса и упираясь локтями в колени. Он любил всё, что связано с кофе, начиная от самого напитка и продолжая десертами, конфетками и мороженым. — Звучит интересно… Я бы попробовал, не знаю, правда, при каких обстоятельствах это получилось бы организовать, но не откажусь. Уверен, твои руки способны на многое. — Ли мог лишь представить примерный вкус кофе, который описывал Хан. Сам он до этого не пробовал добавлять мяту в кофе, а уж что-то там секретное тем более. — А что за секретный ингредиент? — Секретный он на то и секретный, что не расскажу, но попробовать дам, обещаю. — Джисон улыбается, думая о том, как бы провернуть свою эту готовку, может быть каким-то утром перед отъездом по их извечным делам. Нужно лишь встать чуть пораньше и поколдовать на кухне, правда, нет всех ингредиентов для этого кофе, но это уже меньшая из бед. Встать пораньше — вот где основная проблема. Ли окончательно расслабился, наслаждаясь обществом Хана. Ещё и эта комнатка, особенно уединенная благодаря стараниям Хана. Ощущение было, словно эти двое скрылись от всего мира, болтая на самые различные темы и знакомясь с каждой минутой всё ближе. Кстати о минутах. Минхо поднял руку с часами и взглянул на время. Не заметил, как проболтал здесь с Джисоном столько минут. И надо бы уходить, оставить парня отдыхать и набираться сил перед концертом, хотя так не хочется. — Кажется, я украл у тебя драгоценные минуты сна, и мне пора оставить тебя отдыхать. Стэй, да и я сам себе не прощу, если ты не сможешь отдохнуть как следует. — Минхо протянул руку, предлагая забрать использованную маску из рук и выкинуть в мусорку, чтобы парень не вставал с нагретого места и ложился отдыхать. — Хороших тебе снов, Хан… — «ни» закончил мысленно Ли и поднялся с пола, прихватив тканевую маску и обёртку от нее. Минхо поднимается, и Хан уже отчасти грустит, что эта их беседа закончилась. Он бы, может, даже согласился ещё на чуток сократить время своего сна, но Минхо прав, он и так уже не успевает подумать о песне, и придётся выкроить на это время после концерта или завтра с утра, благо до обеда у него нет ничего, потому что после концертов менеджер обычно дает им немного отдыха. — Хорошо. — он задирает голову вверх, смотря на Минхо снизу и расплываясь в улыбке, при этом смотря своим фирменным взглядом «щеночка, просящего погладить». Минхо довольно поспешно выходит, дверь за ним закрывается, а Хани остаётся сидеть на спальном мешке и теребить в пальцах шнурки толстовки. В комнате ещё остался аромат старшего, приятный и чуток сладкий, Джисон вдыхает его и решает, что надо не думать о произошедшем и просто расслабиться, иначе он так и не уснет до отъезда. Хани суёт в уши беруши, достаёт маску для сна, натягивает на глаза и ложится поверх мешка, так всегда мягче, а укрывается пледом. Он даже не мёрзнет и отрубается достаточно быстро, стоит подумать об охраннике, что смотрит с ним аниме. Казалось бы — забрать маску и выйти из комнаты, что может быть проще и быстрее, но даже тут Хани добивает его своим взглядом. Такого парень прежде не видел. Честно, захотелось запустить пальцы в волосы Хана и потрепать, после пригладив. Вот что творил этот парень с Минхо, даже не осознавая в какие дебри сознания проникает и липко оседает везде, до куда дотянется. Лино думал, что выйдет напряжённым из того помещения, но на самом деле он вышел какой-то потерянный, запутанный и с выбитой из-под ног почвой, возможно, именно эти слова описывают его чувства и эмоции сейчас. Хотя, вероятно, даже они слишком слабые, чтобы передать внутреннее состояние Хо и его душевные колебания. Благо во второй комнате никого не было, и Минхо смог устроиться на диванчике, ложась спиной вдоль и прикрывая тыльной стороной руки глаза, с шумом выдыхая. Ладно, признаем то, что Минхо просто давно не общался ни с кем ближе, чем, например, с другом Чаном. А с тем хоть и весело, но особо нового не узнаешь о человеке. Ещё бы, столько лет проработали вместе, а знакомы ещё дольше. Возможно, это и правда голод по общению с новыми людьми. Минхо не знал, что именно так зацепило его в Хане, и если он сейчас попытается начать перечислять — закопает себя ещё глубже. Поэтому он старательно отметал от себя размышления о прессе, бёдрах, улыбке, шутках… он правда старался, переводя мысли к более здравым. Ему было бы проще, знай он что Хан встречается с кем-либо. Тогда бы и не лезли подобные мысли в голову. А может, стоит попытаться вбить это в свою голову? Тогда и отпустит от всей этой ситуации. Так и не найдя компромисса с собой, Ли решил действовать по ситуации, убеждая себя, что ему просто нужно найти ещё новых знакомых и, вероятно, его отпустит. Телефон завибрировал под головой, напоминая о времени сборов. Хо открыл глаза, щурясь от заходящего в окне солнца. Хану сейчас везло точно больше, в его тёмном гнёздышке. Размяв спину, Минхо пошёл будить Хана, но тот лишь сладко сопел, щуря нос от любых попыток притронуться к нему. Решив, что вполне может выделить тому минут десять дополнительного сна, Ли забрал костюм и пошёл переодеваться в гримёрку. Благо ни рубашка, ни сам костюм не замялись и выглядели так, словно их только отпарили. Минхо любил эту идеальность. Аккуратно сложив снятые вещи всё в тот же чехол, Ли завис перед зеркалом, увлёкшись галстуком и желаемой длиной. Благо опыта у него в этом много, и организовать красивый узел было несложно. Стащив со стола забытые кем-то средства для укладки, Ли зачесал волосы назад, выпустив тонкую прядку у лба. Выглядел он, конечно, как элитный телохранитель, но а как иначе? Он не хотел никого подводить недостаточно опрятным видом. Он уверен, что и остальные из личной охраны сегодня будут выглядеть особенно красиво. Берцы сменились на начищенные туфли, и Хо довольно улыбнулся, прихватив с собой и чехол, и пальто, отправляясь будить своего сонного Хана. Джисон отрубился основательно, что даже не слышал будильника, оно и понятно, ведь он не положил телефон себе под голову, а забыл на полу. Джисон в берушах звук не услышит, а вот вибрацию всегда чувствует, а тут оплошал. Просыпается от касания руки старшего своего плеча, хмурится недовольно и в первый момент отмахивается от руки Лино, что всё ещё трясёт Хана за плечо, пытаясь добудиться. Ещё раз Джисон отмахивается спустя минуту, потом просто терпит, пока мозг не включается и он не вспоминает о том, кто он и куда ему уже пора. — Мать твою! — подскакивает Джисон, весь взъерошенный и чуть помятый после сна, но это сойдет, стоит ему выйти на свежий воздух и сделать еще одну маску, пока они будут в дороге. — Сильно опаздываем? — Хан выпаливает вопрос, доставая беруши из ушей и смотря испуганным взглядом на охранника. Его глаза расширяются, тот стоит уже при полном параде в костюме, и Джисон готов захлебнуться слюной, что и так чуток потекла из его рта, пока он крепко спал. Хан сглатывает, ведёт взглядом по всему телу Лино и подмечает, что костюмы у Гуччи охуенные, или это всё из-за самого парня. Да, костюмы всегда прекрасно смотрятся на красивых мужчинах, но, чёрт возьми, Джисон готов признать, что не будь он настолько занятым айдолом перед концертом и не боявшийся потерять свою работу и всё нажитое годами упорным трудом, он бы не выпустил Лино из комнаты отдыха и накинулся, желая содрать эти тряпки, чтобы понять, что же там под ними сокрыто, потому что невозможно выглядеть так охуенно в ебучем костюме-тройке. — Не переживай, не опаздываем. Но вот вещи нужно собирать в темпе вальса, если хочешь успеть. — Ли усмехнулся и отошёл чуть назад, не мешая парню подняться. Но тот завис на нём, не двигаясь. — Мистер Хан, прошу, собирайтесь. Ваш водитель ждёт вас. Давай, давай. — Хан сглотнул, Минхо списал это на реакцию на резкое пробуждение, а следом стал наблюдать за собирающимся парнем, внимательно следя, чтобы тот ничего не оставил. Джисон собирается в темпе вальса, скачет на одной ноге через спальный мешок, чтобы схватить плед, и после всё собирает, частично ему помогает и Минхо, от чего скорость увеличивается в разы. Джисон плюхается на сидение тачки, открывает окно на максимум, не зная, куда себя деть, и так едет пару минут, пока не вспоминает о чёртовой маске, которую ему надо сделать. Но в итоге просто достаёт патчи, пойдёт, если что, стилисты нанесут чуть больше консилера и тоналки. Ехать тяжело, очень, Лино ещё и надухарился от щедрой души, видимо, чтобы у Хана свербело в штанах, не иначе, и Джисон вынуждает себя собрать всю свою выдержку. Спасает также и звонок от Ликса, Хани быстро отвечает ему и слышит приятный смех друга и шум на фоне, кажется, там говорил Джинни. — Звоню проверить, что ты в дороге, смог проснуться в итоге или отдохнул, когда мы уехали? — Феликс шипит на их лидера, видимо, тот ему откровенно мешает, а после слышен шлепок, походу, Джинни ещё и побили, это становится понятно после недовольного голоса, а следом и обиженного ворчания. — Мы тебя ждём, как и всех остальных. — опять на фоне слышно возню, и потом Ликс скидывает звонок, Хан даже не успевает снова ответить, что скоро прибудет. Разговор отвлекает, мысли Джисона возвращаются в норму, и приходит лёгкий мандраж перед выступлением, какой бывает у Хана всегда. Джисон тянется к бутылке воды, откручивает крышку и отпивает. Желудок нещадно урчит, и Хани хлопает глазами, опуская взгляд вниз. Он ведь не пообедал, забылся за делами, а потом за разговором с Лино и вовсе забыл о еде, досадное упущение. Вот только теперь возможность закинуть себе что-то в рот появится лишь после концерта, когда он прибудет в общагу. Хан прилегает губами к бутылке и высасывает почти половину, желая забить свой желудок хоть так. Зато в штаны свои кожаные залетит на ура, не придётся париться с этим. Хани даже улыбается с этого, не горевать же из-за своей забывчивости, к тому же раз не поел днем, значит, и не хотел, иначе его бы смог остановить только лишь апокалипсис, и то не точно. Машина останавливается у большого здания концертного зала, Хан выходит из машины под вспышки камер журналистов, что частично уже прибыли для того, чтобы отснять материал. Джисон прячет лицо в огромном капюшоне толстовки и, бросив взгляд на толпу, делает шаг ближе к Лино в поисках моральной защиты. Джисон терпеть не может большое скопление народа, это все знают, но публичность обязывает часто бывать в подобных местах. Они проходят через чёрный вход, дабы не пересечься с фанатами, хотя те не дураки и часть подтянулась сюда, но их не пропускала охрана самого концертного зала даже на десяток метров до приезжавших друг за другом артистов. Хан вцепляется в рукав пиджака старшего, когда они заходят внутрь, а там носится стафф, подготавливая всё к концерту. Они шумные, незнакомые, и Хан после толпы снаружи просто не справляется с собой и, пока они не заходят в лифт вместе с Минхо, он не выпускает ткань пиджака, немного тот сминая от хватки. — Извини. — пальцы Джисона разжимаются, и он смотрит на вмятину на идеально отглаженной вещи. Хан дышит чуть более тяжело, но с каждым этажом лифта ему становится лучше. Они выходят в такое же шумное помещение, но Джисон видит своих, и глаза парня становятся веселее, он отпускает тот момент, что случился внизу. Просто неприятная ситуация, которая бывает с ним часто в незнакомой компании, будь это как сейчас или просто пара людей, которые Хану вообще неизвестны. — Возьми, она мне пока не понадобится. — Хан передаёт Минхо сумку. Вообще следить за ней не обязанность Лино, но Джисон уже так привык, что не прочь попользоваться добротой парня, ведь зачем относить её самому, когда тот может донести её ко всем остальным личным вещам мемберов, а Джисон пока займётся переодеванием и макияжем. Первое сопровождение Хана на подобное мероприятие. Лино делает всё четко по инструкциям, которые ещё недавно у них наизусть выспрашивал менеджер. Прикрывая Джисона от ненужных вспышек и выкриков, Ли проводит его внутрь здания, ощутив на рукаве пиджака цепкие пальцы. Второе касание за день, но уже явно от страха. Минхо читал, что Хан боится скоплений незнакомых людей, поэтому в любом случае с пониманием относился к подобным действиям со стороны айдола. Если Хо не может закрыть собой в такие моменты парня, приобняв рукой за плечи, то хотя бы пусть сам парень сделает так, как ему будет спокойнее. На этаже с нужными гримёрными суетились знакомые лица стаффа. Визажисты крутились вокруг артистов, стилисты подносили готовые образы, помогая парням переодеваться, прочий стафф закреплял наушники и микрофоны на и под одеждой мемберов. Привычная и естественная суета, привычна и для Хана, который заметно выдохнул и расслабился, оставляя Ли позади и проходя к парням из группы. Минхо отнёс сумку к остальным вещам парней, а сам стал взглядом искать остальных из охраны, находя их рядом с одной из визажисток, что была свободна на данный момент. Бан, чёртов флиртун, Чан уже во всю шутил что-то, доводя девушку до искреннего смеха своими шутками. Заметив подходящего Лино, он махнул приветливо и растянул губы в улыбке. — А вот и наш Минхо. Знакомься, это Айю, она давняя стилистка и визажистка группы, недавно вышла из отпуска и вот, снова в строю. — Минхо кивнул головой, смягчая лицо в полуулыбке. — Приятно познакомиться. А вы, я смотрю хорошо ладите? — Ли перевёл взгляд на Чана, довольного собой. — Как вечер? Как подготовка к выступлению? — Ли задал вопрос так, словно обоим разом. — Чонин на удивление не проспал, но решил заставить стафф попотеть над ним. Уснул с влажной головой, и через пару часов ко мне в машину уселся взлохмаченный лисёнок, жалующийся, что волосы никак не хотят его слушаться, и по итогу он просто забил, накинув капюшон. — Судя по вздоху с улыбкой девушки, именно Айю работала над образом Чонина, и именно она колдовала над его волосами, по итогу сделав укладку с интересными завитыми локонами. Необычно и стильно, Ли одобрительно кивнул, увидев готовый образ макнэ. — Ну а ты? Как прошел день после того как мы уехали? — Ох, если бы Чан знал о посиделках в той комнатке перед послеобеденным сном Джисона и о тех терзаниях Минхо после… Он бы знатно удивился. Третий день на работе, а Хо уже можно приписывать к пропавшим без вести в своих чувствах. — А ну… помог Хану не забыть о дневном сне и не увлечься зависанием в телефоне, а сам потом валялся на диване, ожидая время выезда. Скучно, в общем, даже до кофейни спускаться не стал и приставку не запускал. — Так вот и ничего интересного? Теряешь хватку, Ли, вечно нахожу приключения на свою восхитительную задницу, Минхо. — Чан по-дружески посмеялся, хлопая ладонью друга по плечу, после заглядывая за его спину и расплываясь в довольной улыбке. — О, я смотрю, Джисон уже готов. А ему идут подведенные глаза, красавчик же, ну? А эти штаны… стилисты точно знают, как заставить девчонок фанаток визжать. — весело комментировал Чан. Минхо обернулся и встретился взглядом с крутящимся на месте Ханом, что проверял плотность прикрепленного к нему микрофона. Да, именно девчонок этот парнишка и заставит визжать. Точно, только их. Минхо же не станет визжать, нет. Он мысленно напускает слюнки, а после по пути домой будет прокручивать образ Хани в голове. Хотя чего в голове? Приехав домой, вся его лента будет в благотворительном концерте с фанкамами Джисона. Хан разглядывает свои подведённые тёмными тенями глаза и светлые линзы, ему подобное уже делали в одном из туров на пару концертов, и тогда Хани подметил, что ему шло, в этот раз лишь вновь убедился. Хёнджин показывает ему «класс» в зеркало, пока ему тоже наносят тинт на губах, и Джисон подмечает, что их вижуал и вовсе сегодня нереальный красавчик, особенно когда на щёки парню нанесли блёстки. Стэй будут счастливы этим вечером, а фото, что снимут во время концерта, ещё долго будут популярными в соц.сетях. — Повернись-ка. — командует девушка из стаффа, когда Хани встаёт из кресла визажиста, и, не церемонясь, задирает ему майку на спине, начиная крепить технику и умело пряча все провода, чтобы не мешали образу и самому айдолу. — Подними руки, нормально? — всё ещё командует та и поправляет провод, выводит наушник и пока просто вешает тому на ворот, Хан вставит его позже сам. — Да, пойдёт. — говорит Джисон, в этот же момент опуская руки и делая пару движений. Он сам чуть поправляет все провода, девушка кивает головой, ещё раз обходит его, смотря, чтобы ничего не торчало, и, удовлетворившись итогом, отходит от парня. Джисон тянется к бутылке с водой, открывает её и аккуратно пьёт воду, желудок всё ещё сосёт от усилившегося голода, и он забивает его чем может. Девчонка, что его красила, косится недовольно и указывает пальцем на губы, намекая, чтобы Хани не смазал её труды, на что тот кивает. Всё равно перед сценой всё ещё будут не раз поправлять, но пить он всё равно старается теперь ещё более аккуратно. — Давай повторим нашу часть. — Чанбин сваливается словно с неба на землю, толкает Хани в плечо, и тот сначала даже пугается, отскакивая от участника своей группы, лишь потом сообразив, кто это и зачем подошел. — Напугал! — Бинни смеётся, Джисон периодически бывает уж слишком забавным, это обычно всех веселит, особенно если тот сам начинает дурачиться. — Ну прости. — говорит Чанбин и делает шаг к Хани ближе. — Я просто хотел повторить нашу часть, чуток разогреться перед выступлением, если ты, конечно, не против. — М-м. — Джисон, что всё ещё присасывался к бутылке с водой, наконец-то отнимает её от лица, закрывает и кивает Чанбину. — Да, давай. Я только за. Они отходят чуток подальше от ещё готовящихся к выходу участников группы и стаффа и, стоя едва ли не в самом углу помещения, начинают зачитывать рэп. Всё начинается довольно тихо, но после парни распаляются, и голоса звучат уже громче, они читают свои партии из песен, что будут звучать сегодня, а после переходят и на другие, просто миксуют уже разные тексты, меняют интонации, играются и поднимают так себе настроение. — Эй-эй, два дитя улиц, потише, ну. — Хёнджин поднимается с кресла при полном параде, сверкает лицом, выглядит так, словно сошёл с обложки журнала, но смотрит на них слегка недовольно. — Вы нас сейчас оглушите, чуток сбавьте громкость, прошу. Хани смеётся, потому что они с Чанбином только что читали чужой текст знакомой им двоим группы, стараясь менять в строчках маты на ходу, на что-то нормальное, а тут вот получили ещё и нагоняй. — Да, простите, мы увлеклись. — Чанбин отвешивает поклоны всем, кто есть в гримёрке, им стоило хоть выйти, наверное, в коридор, правда, там так развлечься бы у них не вышло, вдруг лишние уши или ещё кто, а здесь среди своих можно и пострадать дурью. — Зажжём сегодня?! — Чанбин поднимает руку вверх, Хан же вторит другу, и они делают их фирменное пожатие рук — напутствие на отличное выступление. — Стой, ну-ка подожди. — Хан подмечает на спине Бинни, когда тот уходит, как вылез провод, и хватает парня прямо за кожаную жилетку, кроме которой на том ничего больше и не было. Джисон подходит ближе, тянет провод вверх, тот вылезает полностью, и он видит, что тот явно ещё и отключился от аппаратуры. — Присядь и чуток потерпи. — теперь командует он, так же как ему отдавала приказы та девушка, что крепила технику на нём ранее. Чанбин приседает, а Джисон лезет тому прямо в ворот жилета, протягивает провод ему вдоль спины к низу, после чего второй рукой подлезает уже там и вытягивает провод с другой стороны. К поясу прикреплён блок аппаратуры, и Хан чуть задирает кожаную плотную ткань и всовывает штекер в неё, дёргает, проверяя, что в этот раз уже точно не вылезет. — Вот, теперь всё нормально, опять сам крепил? — Чанбин поднимается и кивает Джисону, что тот прав. Он как-то отказался от помощи и вот оплошал, хорошо хоть заметили это раньше, чем уже стоя за сценой, когда они проверяют аппаратуру на звук. — Топай. — Хани качает головой и шлёпает друга по заднице, отправляя того к визажистам, ведь тому ещё не сделали макияж, а сам проходится по гримёрке в сторону Феликса и Сынмина, что стали заниматься растяжкой, это тоже очень важно, и Джисон присоединяется к ним. К моменту, когда Хан с Чанбином стали громко читать рэп, Хо и Чан отошли от визажистки к остальным парням из охраны, облепившим свободный диван. Места всем бы не хватило, поэтому Минхо остановился позади дивана и наклонился вперёд, упираясь локтями в спинку около головы Чана. — И сколько в них энергии? Только вот еле как просыпались перед дорогой, а уже вон стоят, читают рэп и танцуют. Может, они в тайне от нас питаются батарейками? — выдохнул Чон, посмеявшись с действий Чанбина и Хана. К моменту как те стали перепевать песни с матами, а Хёнджин остудил их пыл, успокаивая и требуя быть потише. Хо, посмеявшись, кладёт голову подбородком на макушку Чана и слегка ёрзает подбородком, зарываясь им в слегка волнистые волосы друга. Удобную он себе, конечно, подставку выбрал, а главное, друг точно будет не против. В их компании чаще Чан лип к остальным и достаточно часто получал в ответ от Ли фырканье и отпихивание от себя подальше. Поэтому, когда Хо сам шёл на контакт, Бан Чан принимал это, словно к нему подошёл ласкаться тот самый нелюдимый кот. Ли вообще удобно пристроился, опустив руки через плечи друга и наблюдая за растяжкой парней. Минхо смотрел спокойно, параллельно участвуя в разговоре с друзьями, чтобы не выглядеть странно, словно он пялится на Хана. А ведь он бессовестно пялится, как у того напрягаются мышцы, выделяясь из-под ткани штанов, как оголяется пресс в моменте наклонов. Ли контролировал себя, чтобы не пересекаться взглядом с Джисоном, и был уверен, что у него это даже очень успешно выходит. Менеджер Пак появился в дверях и громко позвал всех, привлекая внимание. Объявив, что до выхода остается 10 минут, он призвал всех быть собранными и перепроверить всё, что должно быть уже готовым. Все дружно кивнули и переглянулись, после заканчивая сборы и поправляя причёски. Минхо поправил волосы Чана после своего лежания на них и потянулся руками, размявшись. Через короткий промежуток времени все мемберы уже стояли за кулисами, охрана находилась чуть позади них, готовая спускаться следом за ними в зал. Финальная проверка макияжа, наличия аксессуаров и плотности прилегания аппаратуры к одежде. Всё готово, всё на высшем уровне. Начинает звучать приветственная мелодия, и группы по очереди выходят на сцену, делая поклоны и улыбаясь в камеры, приветствуя фанов. Перед самым выходом на сцену Хан старается сбросить волнение, он трясет руками, пытается хоть физически перестать переживать о том, как всё пройдёт, ведь знает, что они обычно выступают отлично. Стэй их любят, они обязаны быть для них лучшими, и каждый раз Джисон боится опустить планку, но всё же знает, даже если что-то и произойдёт, фанаты их поддержат, такое было в их давнем прошлом. Их фанбаза хоть и была в шоке из-за случившегося, но не бросила их, и именно поэтому Хан каждый раз готов дарить им всего себя, выкладываться до последнего, даже если после его вынесут со сцены без возможности даже пошевелить пальцем. Зал взрывается овациями, концерт начинается, и первыми выходят девичьи группы. Ведущие объявляют каждый коллектив, их заслуги, частично общаются с лидерами или участниками, а после приглашают их пройти в зал и занять место до времени своего выступления. Их зовут предпоследними, ребята выскакивают на сцену, весело машут, Джисон подпрыгивает, шлёт агрессивный воздушный поцелуй в сторону стэй, его личная фишка, которую пришлось объяснять фанатам на одном из эфиров, зато теперь это стало своеобразным символом группы, и парни стали его повторять. — Стэ-эй! — кричит Хан в микрофон, и фанаты в конце зала отзываются ещё большим криком. Ведущая обращается к их лидеру, делает комплимент и задаёт пару вопросов. Хёнджин широко улыбается и вежливо отвечает, в конце шутит и шлёт поцелуй фанатам, от чего те взрываются криком ещё громче, приветствуя любимого лидера. Охрана дожидается, пока группа спустится со сцены в зал, и провожает их до столиков. Кто-то, как, например, Минхо, Чан и Нам, занимают места позади мемберов, остальные чуть дальше, и общая охрана располагается у сцены, чтобы в случае чего успеть среагировать и защитить айдолов. В начале будет официальная часть, награждение деятелей, что внесли свой вклад в общество, благотворительность в Корее сейчас популярна, и Джисон рад, что их группа участвует в этом, ведь помогать другим — хорошо. Хан плюхается на стул, слушает ведущих, смотрит в зал, Чанбин садится с ним рядом, а с другой стороны плюхается на стул Чонин. — Мне не показалось, на наших охранниках Гуччи?! — макнэ, косится назад, но голову не поворачивает. Видимо, он увидел их в новых образах до этого за сценой или сейчас, пока шёл до стола. Вот только сам Хан взглядом искать Лино и не пытался, он настолько отвлёкся подготовкой к концерту, что даже и позабыл о том, что хотел пообщаться поближе с Минхо. — Нет, ну от Ли ещё я, может, этого ожидал, но от Чанни — жесть, конечно… — Чонин бурчит это себе куда-то под нос, словно и не делясь мыслями с остальными, вот только Хан-то их слышит. — Чанни? — Джисон резко дёргает голову в сторону и улыбается, словно услышав в монологе Чонина что-то безумно уж интересное. — Ну да, мой охранник. Ты же видел, он ходит обычно так, словно не знает, что такое утюг, даже в форме охранника выглядит довольно свободно и просто, а тут… — Чонин замолкает, понимая намёк во взгляде Хана. — Эй, не надумывай, он просто оказался забавным, хоть и странным. Вот и называть я стал его Чанни. — Чонин садится ровно и отмахивается от слишком разулыбавшегося Хана. «Значит, Чанни, ну хорошо», — думает Хан и вспоминает, как Минхо лез к этому парню недавно. Интересно, конечно, будет спросить какой у них уровень дружбы, но это чуть позже. Джисона согревает мысль о том, что у него сохранен номер этого сексуального парня и в скором времени он займётся тем, что хотя бы ему напишет, а дальше посмотрит, как там пойдёт. Время летит, и вскоре начинается сам концерт, подарок зрителям и награжденным, Хан взлетает на сцену за Ликсом. Первая песня довольно шумная, и парни встают в центре, проделают первые элементы из хореографии, а Хан начинает читать свою партию. Стэй визжат, подпевают, парни на сцене распаляются и к концу первой песни выглядят особенно радостно. Джисон не может сдержать улыбки, встаёт в следующую точку, откуда будет начинаться другая песня, и ждёт. Музыка начинается плавно, Хан делает шаг, движение руками, после песня становится резче, Джинни поёт, а сам Хани делает поворот и смотрит в зал. Его взгляд ведёт по плакатам стэй и вдруг встречается с глазами Минхо. Он смотрит на него, и Джисон тоже не может оторвать взгляда. Тело продолжает делать движения. Хани вынужденно опускает глаза, почти ложится на сцену, держит себя на локте и делает телом волну, сексуально кусая свои пухлые губы, чтобы стэй точно понравилось, хотя сам в этот момент опять смотрит в глаза Лино. Смотрит нагло, с вызовом и повторяет движение телом в такт песни. Это происходит ровно секунды, после чего мемберы поднимаются и вновь перемешиваются между собой, продолжая танцевать и петь. Выступления групп проходили быстро и оживленно, Минхо наблюдал фоново, не вникая. Шум вокруг, как обычно, отвлекал, но Ли пытался абстрагироваться и устремил взгляд на парней из группы, выполняя непосредственно свою работу. Феликс и Хёнджин переглядывались, после вновь направляя внимание на сцену. Хан и Чонин о чем-то перешёптывались, и Чонин, словно чем-то спалившийся лис, пытался увести разговор с Ханом в другое русло. В какой-то степени Минхо жалел, что не слышал их разговора, потому что реакция Хана его позабавила. Чанбин, как обычно, пытался липнуть то к Хану, то к Сынмину, но от обоих получал отказы, явно особо не расстраиваясь. И вот шум вновь проник в его сознание, когда парней вызвали на сцену для выступления. Ли понял, что сейчас впервые увидит хореографию, которую парни готовили к сегодняшнему дню. Первый танец и песня проходят с успехом, стэй визжат и кричат так, что у Минхо ощущение, будто его уложенные волосы сносит звуковой волной. Взгляд не цепляется за кого-то конкретного, Ли искренне интересно посмотреть на весь номер в целом, насладившись вокалом каждого из участников. Не дав времени фанатам на передышку, группа перестраивается на точки для следующего номера. Музыка более резкая, увлекающая, а хореография заставляет смотреть неотрывно, как под гипнозом. И Минхо внезапно встречается взглядом со своим личным гипнотизёром. Парень перед ним опускается на пол, продолжая движение телом, и только сейчас он понимает, что Хан все эти недолгие секунды смотрит лишь на Лино, закусывая нижнюю губу и пуская чертят во взгляде. Минхо выдыхает, приоткрыв нижнюю губу, так и смотря в одну точку на сцене, откуда Хан уже ушёл, продолжив танец. Он не выдерживает. Ему хочется, хочется прикоснуться к упругим, обтянутым кожей бёдрам, попробовать на вкус губы, особенно ту, что Сони терзал, смотря в его глаза. Это неправильно, он здесь работать пришёл, а не парней клеить и в кровать тащить. Особенно учитывая, что эта часть танца явно фансервис для девчонок, что сидели позади Хо. Сердце бешено стучит, внизу живота приятно тянет, а мозг кричит о помощи, взывая к трезвому рассудку. Ли упирает сжатые кулаки в ляжки и опускает голову, выдыхая. Благо песня закончена и все вокруг поддались бурным аплодисментам и выкрикам, не замечая замешательства охранника. Ну или почти все. Чан, сидящий рядом, как обычно всё считывает. И пусть он не понимает полного масштаба бедствия, но реакцию друга на кого-то из группы чётко видит. И, кажется, в его голове зарождается идея о расспросах по поводу его реакции, например, пригласив Ли выпить и действительно напоить почти всегда непьющего друга. Окончание выступления Лино почти не запоминает, он смотрит, но не видит. Хотя где-то на подсознании и готов среагировать на любую ситуацию извне, он в этом уверен. Мемберы делают привычный фансервис, развлекая толпу и производя поводы для обсуждений у фанатов, а также шипперства. Но всё в рамках приличного, всё же это не личный концерт, и здесь особо не разгуляешься с игрой на публику. Когда группа усаживается за свой столик, Ли упорно смотрит на ведущих, чтобы случайно не пересечься взглядом с Ханом. Ему по прежнему неловко за свои возникшие мысли. Тело среагировало быстрее, чем мозг сообразил. Остаток концерта Минхо держал всю свою волю в кулаке, чтобы не выйти из зала, так и не сумев успокоить сердце. Особенно когда Хан поворачивался к фанатам, чтобы помахать или послать милые улыбки. В себя Ли пришёл лишь после окончания концерта, когда уже за кулисами предупредил Чана, что отойдёт, и спешно направился в туалет. Ему нужен воздух и освежающая вода. Расслабив галстук на шее, а также расстегнув пару верхних пуговиц рубашки, парень пару раз ополоснул лицо холодной водой и посмотрел в зеркало перед собой, фокусируя взгляд на своём отражении. — Это неправильно, Ли Минхо. И ты это знаешь. Прекращай, пока не поздно. — только это и прошептал он почти беззвучно, понимая что в кабинках могут находиться посторонние.