Милый цветочник

3 глава Пиар — отдел, как всегда, шумно работает в течении всего дня. Сотрудники, как в муравейнике, снуют из кабинета в кабинет, перегороженных между собой прозрачными стёклами, громко переговариваясь между собой, работа кипит, и это неизменно изо дня в день. Тэхён, назначенный на место руководителя уже как год назад выбрал для себя самую важную и необходимую тактику для развития своей фирмы. Он берётся за любые заказы, распределяя людей в своём отделе по группам, а их не меньше двухсот, и каждая группа занимается тем или иным проектом, отчего по срокам они всегда укладываются вовремя, заказы выполнены, реклама запущена, заказчики в восторге, а высшее руководство и подавно. Он получает вознаграждение в виде отличной премии каждый раз, как только предоставляет отчёт о выполненных работах на совещаниях с директоратом, при этом никогда не забывая выбить премиальные для каждой отдельной группы работников, что запустили определённый проект вовремя. И этим он очень высоко ценится среди своих подчинённых, которые боготворят его справедливую позицию и уважают его до мозга костей, с его назначением на должность директора пиар — отдела работа закрутилась в бешеном водовороте, каждый сотрудник ощущает свою надобность, а самое главное, всегда слышит от Кима подбадривающие, добрые наставления и обязательную похвалу в любых начинаниях и любой проявленной инициативе. Тэхён всегда ходит на работу с удовольствием, потому что даже вот такое большое количество людей, что работают под его неустанным руководством, встречают его радушно, а самое главное, искренне. Иногда даже на работе душевно теплее, чем в своей пустой, одинокой квартире. Тэхён в своём кабинете, который ничем внешне не отличается от других кабинетов его сотрудников, ибо он катастрофически не любит выделяться и делать ударение на своей должности, перебирает документы и неустанно отвечает на звонки, либо звонит заказчикам сам, время обед, а у него даже рисового зёрнышка во рту не было. — Тэхён, там тебе доставка, примешь? — личный помощник Ли, так же, как и все остальные подчинённые, обращается к Киму на «ты» и это тоже его безмолвное правило. — Что там, Чан? — Тэхён лениво поднимает голову и слегка щурится, фокусируя взгляд на секретаря. — Цветы… — Ли Чан пожимает плечами и улыбается растерянно, когда видит вдруг резко подскочившие ко лбу брови своего начальника, чьи глаза мгновенно округляются и становятся нереально большими, а пухлые губы складываются в трубочку в неимоверном изумлении. — Цветы? — Тэхён снова вдруг улетает туда, на улочку спального района, где маленькая, цветочная будка словно спрятана от лишних глаз и уже самому не верится, что она вообще существует. Дыхание почему-то сбивается и к горлу подкатывает ощутимый, колючий ком волнения, мелкая дрожь в руках и мгновенное головокружение. Тэхён лишь кивает, он вообще не в силах сейчас что-либо сказать, перед глазами опять смольноволосый парнишка, чьи огромные, влажные глаза не дают покоя со вчерашнего дня. Ким теряется от своих неоднозначных, необычных, а самое главное, неизведанных им ощущений, в голове такой туман непроглядный, что невозможно мыслить рационально. Чонгук просто не отпускает и это дикость какая-то… Ведь что это может значить, когда тебе везде и всюду видится Мужчина!!! Пусть молодой, пусть юный, пусть ещё совсем мальчишка, но он априори Мужчина!!! Так почему же мысли раз за разом возвращаются к нему, вызывая какую-то лихорадочную тахикардию? — Тэхён? Так что делать с доставкой? — из потерянной прострации вырывает тихий шёпот секретаря и Ким снова поднимает на него растерянный и такой взволнованный взгляд. — Ах, да, извини, задумался, прими доставку и расплатись чеком. — голос срывается на полутона, а в мыслях всё тот же раздрай. — Он уже оплачен, сейчас принесу. — Чан тут же удаляется, всё ещё искренне удивлённый реакцией своего начальника и через минуту уже возвращается с букетом нежно-розовых лилий. Любимые цветы Кима. Тэхён привстаёт из-за своего рабочего стола и усилием воли пытается сдержать такой очевидный тремор рук, тихонько сжимая и разжимая пальцы. Пока он доставал визитку, целая вечность пролетела в его сознании. Так волнительно, что воздух вокруг кажется спёртым, а стены словно сужаются и уменьшают в размерах кабинет. И как только визитка бегло прочитана, всем весом рухнул в кресло, разочарованно выдыхая. Какой-то отчаянный смешок вырывается из горла, а в глазах помутнело. «Господи, какой же идиот!» Хочется очень сильно припечатать себя ладонью по лицу да так хлёстко, чтобы все мысли и разум встали на место. Это же надо было так улететь в своих мечтаниях и непонятно откуда взявшихся надежд, что самому смешно и горько одновременно. Это заказчик прислал букет, как образец для рекламы серии духов, над которыми они с командой работают уже неделю, разрабатывая неординарный маркетинговый ход, снимая ролики и пытаясь найти ту самую конкретную зацепку, с которой можно было бы прийти к заказчику и очень сильно его удивить. Но вот как ему пришла в голову, даже хотя бы на секунду мелькнула эта невообразимо заоблачная мысль, что эти цветы могли быть доставлены… Им..... «Непроходимый тупица!» Тэхён ругает себя всеми обзывательствами на свете, совсем не весело, а скорее задушенно и отчаянно хихикая в собственном кресле, совершенно не замечая, что букет он в порыве швырнул на диван, а сам отвернулся от помощника, откидываясь на спинку кресла и уже ничего не ощущая и не слыша вокруг. И как только Чан аннигилировался незаметной тенью из кабинета, пятясь пятой точкой к своему рабочему месту, тихонько прикрывая за собой дверь, Тэхён вымученно стонет в голос. И так же вслух тихо произносит самому себе. — Господи, да что же это такое? Что происходит. Я схожу с ума??? Он готов расплакаться, наверное, впервые в жизни по настоящему разреветься, потому что ему совершенно очевидно кажется, что он лишается рассудка. Большие чёрные глаза, крупный, сморщенный нос, когда мягкая улыбка касается пухлых, розовых губ, фарфоровая, словно ненастоящая, идеально чистая кожа лица, острые скулы, касающиеся их мелкие, кудряшки цвета вороного крыла, чёрные опахала ресниц, что казалось, с шумом моргали, яркая родинка под нижней, такой мягкой на вид губой, совсем маленький, милый шрамик на щеке… И снова хриплый, мучительный стон. «Как такое вообще возможно? Что происходит?» Это даже не паника, это совершенно потерянное и невообразимо странное состояние. Ничего подобного не испытывал в жизни. И он принимает снова это решение, что и вчера. Подскакивает с кресла, как ужаленный, впопыхах надевает серое пальто, не застегивая, и снова ключи от машины и мобильный летят в карманы. Сегодня он, слава Богу, не в распахнутом пиджаке и галстуке набекрень, чёрная водолазка обтягивает поджарое тело и по самые скулы прикрывает его горло. Спасибо папе, одолжил из своего гардероба, чтобы сын не ехал на работу во вчерашней рубашке. И уже стремительно вылетает из кабинета, снова спускаясь пешком по лестнице, потому что очень торопится. Торопится покончить со всем этим мучительным наваждением раз и навсегда! Ему нужно вернуться в цветочный магазинчик, срочно! «Немедленно, чёрт возьми! Чтобы убедиться, что это бред, что всё это ему показалось, что не может быть всех этих неизведанных ощущений, что он испытывает уже сутки. Чтобы покончить с этим угнетающим наваждением, чтобы перестать. Перестать думать… Чтобы. Чтобы…» Да неважно что!!! Он знает, как поступит. Он просто придёт туда, удостоверится, что у него старческий маразм, какой-то доселе неведомый ему психоз, который свёл с ума и не даёт покоя. Это просто душевная патология, которой быть не могло и не может быть в принципе. Ким мужчина! Чонгук парень! Как вообще можно думать о нём в романтическом русле, улетая мыслями так далеко, что даже вдруг понадеялся, мечтая, что букет ему мог доставить этот парнишка Чонгук. «Да он чокнулся на фоне одиночества. У него крыша поехала. Он просто заработался и устал. Он задолбался от всего на свете. Он просто сейчас сам над собой посмеётся, когда зайдёт в цветочный ларёчек и совершенно адекватно посмотрит на молодого продавца.» Выдохнет, очнётся от собственных грёз и забудет!!! ЗАБУДЕТ!!! Несвойственный ему, почти зашкаленный скоростью, спидометр, громкий визг тормозов на обочине возле этого злосчастного магазинчика, снова на бегу громко распахнутая стеклянная дверь, отчего этот бесячий дверной колокольчик вновь пискнул от столь рьяного появления и… …И эти невероятные, космические, большущие, чёрные, словно далёкий космос глазища снова смотрят на него, но уже не с удивлением, а с какой-то потаённой радостью. Улыбка такая смущённая, искренняя, по детски открытая и до коликов в сердце милая. «И словно уже родная!» Чонгук прищуривается, лихорадочно поправляя вдруг на голове волосы, отбрасывая от себя веточку какого-то пушистого растения, которую он пытался красиво упаковать и двигается навстречу Тэхёну. — Господин, как же я рад вас видеть! Вам уже лучше? Ох и заставили вы меня вчера поволноваться. — звонкий голос парнишки выбивает почву из-под ног, его мягкий, звучный тембр так нежно ложится на слух, что хочется сжаться в один маленький, незаметный комочек. Потому что — НЕТ!!! Тэхёну не показалось!!! Нихрена не показалось!!! Сердце бешено и, словно, радостно колотится, выдавая ритм за сотку. В горле пересохло так, что язык прилип к нёбу и не шевелится. Всё тело парализовало какой-то сверхъестественной каменностью, отчего невозможно шевельнуть ни одной конечностью. Все нутро трепещет при виде него и всё, всё, что сейчас хочется, это протянуть руку и просто дотронуться, хотя бы на мгновение коснуться его руки. Сжать его пальцы в своей ладони. Бесконечно смотреть в эти омуты и никуда больше не уходить отсюда, где работает это неземное чудо. Смотреть в его угольные глазища и утонуть в них насовсем. Навсегда. И так страшно, так дико, так жутко, словно он проваливается в зыбучие пески, от этой неизменной уже данности… Чонгук действительно невозможно сильно, неимоверно мощно и неслыханно неправильно НРАВИТСЯ… Чонгук ему до мурашек и сбоя сердечного клапана ОЧЕНЬ НРАВИТСЯ…