Последний враг: Темные метки

− Итак, дайте я проясню ситуацию, − сквозь порыв ветра, взметнувшего его пальто и шарф, прокричал Ремус. – Сперва Сохатый затащил меня в Хогсмид в снежную бурю, а теперь ты хочешь, чтобы я поднялся на эту ебаную гору?       Сириус прикрыл шарфом лицо и ухмыльнулся возмущению Ремуса. Его всегда смешило, когда Ремус ругался. Ремус матерился чаще других, а по виду и не скажешь. Это было все равно что наблюдать, как ругается щенок. − Мы почти на месте, перестань ныть.       Ворчливый ответ Ремуса потонул в очередном резком порыве ветра, и Сириус вздрогнул, осторожно ступив на тропинку, которая вилась вверх по склону горы на окраине Хогсмида. Сугробы неуклонно росли, Сириус понимал, что они могли сделать эту экскурсию опасной, но это было неважно, поскольку они почти пришли.       Он остановился, чтобы сориентироваться, щурясь на сверкающий снег. Раньше он так делал только в собачьем обличье, в человеческом было сложнее. Он как раз размышлял, сильно ли разозлился бы Ремус, если бы он превратился в Бродягу, но тут заметил огромную расщелину, прорезающую склон горы, словно глубокая рана. Она вела в пещеру, которую они обнаружили несколько полнолуний назад. − Загляни сюда на минутку, − крикнул Сириус, хотя Ремус стоял совсем рядом.       Они скользнули в расщелину, цепляясь пальцами в варежках за шершавый камень, и прошли глубже в пещеру, благодарные за защиту от ветра. Внутри пещеры мир казался тише и дальше. С огромных сосулек, цеплявшихся за сталактиты у входа, стекала талая вода. Сириус тут же присел на колени на холодный камень и разжег огонь. − Мы здесь были раньше, да? – спросил Ремус, озираясь и дрожа. − Точно, − Сириус взглянул на друга, ему было любопытно, что тот помнит о минувшем полнолунии.       Было интересно, на что похожи подобные воспоминания. Ремус всегда был таким уклончивым, и он искренне не понимал почему. Но понимать Ремуса Люпина было искусством, которым, Сириус подозревал, ему не овладеть никогда, потому он перестал совать нос не в свое дело. Вместо этого двое парней сели к огню и прижались друг к другу, растирая онемевшие пальцы и пытаясь согреться. − Ладно, − произнес Ремус, когда в пещере стало чуть теплее. Он потер ладони и прижал к порозовевшим щекам. – Ты мне объяснишь, почему пытался меня убить посредством альпинизма?       Сириус фыркнул. − Я подумал, что приятная, бодрящая прогулка в моей крутецкой компании – то, что тебе нужно. − Бродяга. − Я же говорил утром. Я хотел в выходные покорпеть над картой, и маленькое романтическое приключение Сохатого привело нас именно туда, куда я и хотел: на окраину Хогсмида. − Я снова спрашиваю: зачем? − Это последнее место. − Что? − Последнее место, Лунатик. Прямо здесь, на этой горе.       На это у Сириуса ушел почти весь месяц, зато за последние несколько недель он успел побывать в самых отдаленных уголках территории замка и применил Гомункуловы чары, везде, где наметили они с Ремусом. Осталось проделать это только здесь. − Как только наложим здесь Гомункуловы чары, можно будет связать все координаты и, теоретически, привязать их к карте. − Ты везде их наложил? – недоверчиво переспросил Ремус. – Когда? Я только в пару мест сбегал.       Сириус пожал плечами. − В основном по ночам. Выбегал после отбоя. − Один? − Сохатый обычно составлял компанию.       Ремус на мгновение замолчал. Сириус внимательно наблюдал за ним сквозь огонь, пытаясь истолковать его молчание. − Я не думал, что ты захочешь пойти, − осторожно пояснил он. – Было уже поздно, а ты обычно спал. − Я бы пошел, − пробормотал Ремус. − Ну ладно. Потому-то я и затащил тебя на «ебаную гору». Это местечко я приберег напоследок. Это самая высокая обзорная точка на территории, как раз на границе между Хогсмидом и Хогвартсом. Идеальное место для связующего координаты заклинания. − Напоследок? Я подумал, ты просто псих.       Сириус ухмыльнулся и извлек из кармана мантии волшебную палочку. − Не унывай, Лунатик. Мы создадим нечто вечное. ***       Сириус уже много раз применял Гомункуловы чары, так что был вполне уверен в том, что последняя попытка увенчалась успехом. А вот заклинание связывания было в новинку, практического опыта у него не было. Он не знал, чего ждать – замысловато сплетенной паутины, осветившей пейзаж внизу? Но фактическое воздействие его лишь разочаровало. Ничего, кроме завывания ветра и стремительных снежных заносов. − Думаю, увидим, сработало ли, когда вернемся в общежитие и посмотрим на карту, − сказал Ремус.       Сириус согласился, и они начали совместный опасный спуск. Дело тянулось медленно и трудно, ведь пока они прятались в пещере, снега навалило еще больше. К тому времени, как они спустились к подножию горы, оба насквозь промерзли, а руки и ноги онемели. Сириус предложил воспользоваться потайным туннелем в конюшне, который они с Джеймсом обнаружили несколько недель назад. Все лучше, чем долго идти навстречу ветру. Конечно, эта прогулка заняла чуть больше времени, но было гораздо теплее. Кроме того, Ремуса тогда с ними не было, и Сириусу показалось, что он чувствовал себя немного обделенным.       Ремус был впечатлен, когда они спустились по лестнице в туннель и в темном коридоре перед ними загорались факелы. − Почему мы ни одного с собой не взяли? – спросил он. − Я как-то об этом не подумал, − признался Сириус. − Какой смысл, − проворчал Ремус, − изучать древнейшие тайны замка, если мы не можем ими воспользоваться на благо моего личного комфорта?       Сириус выразительно фыркнул, и они двинулись дальше.       Когда они отодвинули зеркало на четвертом этаже, замок уже глубокими зимними оттенками окутали сумерки. Сквозь оконные стекла, покрытые узорами льда, проникал бледный лунный свет. − Наверное, Джеймс и Лили уже вернулись, − произнес Ремус, когда они поднимались по лестнице в башню Гриффиндора. − Если повезет, они будут целоваться в общей гостиной, и я наконец-то смогу хорошенько выспаться. − Почему-то я в этом сомневаюсь. − Твой тон, Лунатик. Он внушает тревогу. − Я просто не уверен, что стоило вот так исчезать. − Это была твоя идея! − Я пошутил, − отозвался Ремус. – Брякнул, не подумав: «Ему пойдет на пользу, если…», потом ты заказал выпивку и уволок меня за дверь. − Ой, я тебя умоляю. − Просто мне кажется, он разозлится. − Сохатый не способен злиться. Да и с чего бы? Мы устроили ему свиданку с девушкой его мечты. У него все отлично. ***       Но у Джеймса вовсе не все было отлично.       Они нашли его в общей гостиной, он сидел в мягком кресле рядом с портретом и явно ожидал их возвращения. Когда они зашли, он встал. − Я на вас действительно зол, − сообщил Джеймс, было такое впечатление, будто слова давались ему с трудом. Ремус метнул на Сириуса раздраженный взгляд, мол, «я же тебе говорил». − Почему? – спросил Сириус, не обращая внимания на Ремуса.       По-настоящему Джеймс разозлился на Сириуса лишь однажды – в прошлом году, после «того» случая, − и, разумеется, сегодняшняя шалость не шла ни в какое сравнение. − Ты что, прикалываешься? – спросил Джеймс. – Забыл про маленький трюк, который ты сегодня выкинул в «Трех метлах»? Это было совсем не смешно. − Но сработало же? − Бродяга! – голос Джеймс был раздраженным и встревоженным. – Разве ты не видишь, что я расстроен?       Сириус озадаченно нахмурился. − Правда, что ли? − Да, правда! − Хм… − этого Сириус действительно не ожидал. – Слушай, дружище, мне жаль. Я думал, это поможет. − Нет. Ты думал, будет весело. − Ну… немного было. − Нет, не было! Это было именно то, чего я стремился избежать. Я пытаюсь стать ей другом, а ты… В общем, из-за тебя все выглядело так, будто я… − Лили расстроилась? – вмешался Ремус, на его лице ясно читалось беспокойство.       Почему-то это раздражало Сириуса. − А ты как думаешь, Лунатик? – спросил Джеймс. – Она бы скорее согласилась встречаться с гигантским кальмаром, чем со мной, помнишь? − Ой, перестань, − Сириусу уже смертельно надоело выслушивать бесконечные цитаты из тирады Эванс. – Все прошло настолько плохо?       Последовала долгая пауза. − Нет, − наконец, признался Джеймс и, помолчав еще мгновение, неохотно добавил: − Мы прекрасно провели время. − Понятно. И ты расстроен потому, что… − Вы поставили меня в дурацкое положение. Намеренно. Перед ней. − Я вовсе не собирался ставить тебя в дурацкое положение. Я лишь… − Знаешь что? – перебил Джеймс. – Твоя долговая расписка недействительна. − Ну ладно, − сказал Сириус. − А еще… я не буду делать домашки по защите. Ни за одного из вас. − Справедливо, − согласился Ремус.       Еще одна пауза. − Значит… все в порядке? – спросил Сириус.       Джеймс задумался. И покачал головой. − Нет. Этого недостаточно. − Чего ты хочешь, Сохатый? − Долговую расписку. Подлежащую погашению в любое время, в любом месте по моему желанию. Без ограничений. − Отлично, − отозвался Сириус. – Я твой должник. − Хорошо, − Джеймс сдвинул очки на переносицу, на его лице появилось суровое, решительное выражение. – Сейчас-то я этим и воспользуюсь. − Что?       Джеймс вынул из кармана скомканный клочок пергамента. Он вложил клочок в руку Сириуса, и Сириус с растущим ужасом увидел, что это его приглашение. − Рождественская вечеринка Слагхорна. Ты пойдешь. − Что? Нет, блядь, только не это! − Без ограничений, дружище. Подлежит погашению в любое время, в любом месте по моему желанию, забыл? − Сохатый… − Ты идешь, просто смирись с этим. − Могу я хотя бы спросить зачем? − Затем, что это идеальное прикрытие. − Для… − Ограбления. *** − Он окончательно спятил, − бормотал Сириус, расхаживая туда-сюда по спальне, пока Ремус сидел на кровати и листал толстый талмуд по Гомункуловым чарам.       Джеймс отправился принять ванну и пообещал, что посвятит их в детали грандиозного плана, когда вернется Питер, запропастившийся невесть куда. – Я не знаю, правда ли он расстроен или меня просто прикололи. − Думаю, и то, и другое, − рассеянно сказал Ремус, хмурясь и ведя пальцем по тексту. – Нет, это не то, − пробормотал он. А потом поднял глаза на Сириуса. − Знаешь, ты мог бы сказать ему, что это была моя идея. − Ты пошутил, забыл? − Даже в этом случае. − Нет, я все еще считаю, что идея была хорошей. А когда до этих идиотов дойдет, я рассчитываю на лавры. Но все равно он, черт бы его побрал, не в своем уме. − Я думал, ты в деле. − Я согласился, но я же не идиот. Пит пока не нашел другой вход. Или Джеймс рассчитывает, что мы ввалимся через парадную дверь?       Он перестал расхаживать перед висящей на стене картой и уставился на нарисованные внизу подземелья. Сириус подозревал, что Джеймс забыл про это маленькое ограбление. Конечно, он был больше, чем кто бы то ни было, заинтересован в том, чтобы Снейп наложил свои грязные лапы на Феликс Фелицис, но Сириус полагал, что угроза несколько преувеличена. В конце концов, миновали месяцы, и ничего страшного не произошло. И вообще, что бы смог сделать этот ублюдок, если бы ему слегка фортануло? Стоило ли бросать Питера без подготовки в змеиное логово? Сириус не понаслышке знал, что случается с теми, кого застают в подземельях. Им там не рады. − Это рискованно, только и всего, − произнес Сириус. − Риск придает делу шарм, Бродяга, − Джеймс неторопливо вышел из ванной, на ходу вытирая волосы полотенцем. – Когда ты успел стать таким предусмотрительным?       На это Сириус ответить не соизволил. − Лунатик, ты уже нашел? − Терпение – добродетель, − ответил Ремус. − Не моя. − Что вы двое задумали? – осведомился Джеймс. – И где, черт бы его побрал, Питер?       Питер словно нарочно вошел в спальню. − Ты меня звал? − Ага! – воскликнул Ремус из другого угла. – Нашел! – Он передал книгу Сириусу. – Это заклинание для связки координат Гомункуловых чар. Поскольку ты уже связывал, нужно будет произнести заклинание лишь однажды. − Погодите, − встрял Джеймс. – Вы уже пользовались связующим заклинанием? − Да, пока ты «прекрасно проводил время» с Эванс, мы с Лунатиком добрались до последней координаты. Карта готова к использованию. − Но это же блестяще! – воскликнул Джеймс, разве что не подпрыгивая от нетерпения. – Лучше времени и быть не может…! − Если чары сработают, − сказал Ремус. – Давайте не будем торопиться. − Сработают, − уверенно заявил Сириус. Он протянул талмуд Ремусу. – Окажешь мне честь? − Наверное, лучше если это будешь ты, − вдруг смутился Ремус. – Я только все испорчу. − Чушь собачья. Давай.       Ремус взял книгу и подошел к стене. Он оглянулся через плечо на Джеймса, Питера и Сириуса, затем уверенно навел палочку на карту и пробормотал: − Гомункулус коллиго.       Ничего не произошло. − Я же говорил, что все испорчу, − пробормотал Ремус. − Погодите! – воскликнул Питер. – Смотрите!       И они посмотрели: по всей карте появились маленькие точки, напоминавшие армию осаждавших замок муравьев. Сириус подался вперед и увидел, что каждая точка подписана, они все блуждали по нарисованным точными линиями коридорами: Моррис Финчли, Эйприл Уоллес, Льюис Каркоски…       Взволнованный, он нашел башню Гриффиндора и их спальню – и увидел их: Джеймса Поттера, Ремуса Люпина, Питера Петтигрю, Сириуса Блэка… − Еб твою мать, − выдохнул он, оборачиваясь, чтобы взглянуть на друзей. – Сработало. *** − Это судьба, − заключил Джеймс. – Мы закончили карту, теперь надо провернуть ограбление.       Сириус подумал, что это довольно самонадеянно. Карту они закончили потому, что ради неё он облазил половину гребаной горы, а технически до сих пор выбивал прощение за поход в Хогсмид, потому он прикусил свой длинный язык.       Джеймс, наконец, раскрыл детали плана, и они уставились на него как на безумца. Коим, собственно говоря, он и был. − Я все еще не понимаю, зачем мне идти на вечеринку? – спросил Сириус. − Мы это уже обсудили. Это идеальное прикрытие. Слагхорн устраивает в подземельях вечеринку, мы будем поблизости, а еще там будет половина Слизерина, так что общежития будут пусты. Снейп тоже там будет, мы сможем за ним присмотреть. − Да, но зачем я именно там? Разве я не могу совершить ограбление? А вы с Хвостом пойдете в клуб Слизней. − Приятель, это у тебя приглашение. − А ты что, мой спутник? Ты не можешь соблазнить светскую львицу из клуба Слизней и оставить меня в покое?       Казалось, Джеймс обдумал эту перспективу. − Ну, могу вообще-то, но не хочу. − Твои гребаные моральные принципы разрушают мою жизнь, ты это знаешь? − Не унывай, дружище. Ты идешь на вечеринку, чтобы повеселиться. К тому же нам нужно алиби. Никто не заподозрит в ограблении Снейпа Питера или Ремуса, а вот мы с тобой первые подозреваемые. − Я бы предпочел месяц провести в исправительном учреждении походу на эту ебаную вечеринку.       Джеймс не обратил на него внимания. − Алиби будет впечатляющим. Если все пойдет по плану, тебя больше никогда не пригласят ни на одну вечеринку клуба Слизней. − … я слушаю.       Джеймс ухмыльнулся. − Видите ли, готовясь к ограблению, я подумал, что стоит возродить освященную веками традицию Мародеров, о которой мы в последние годы позабыли. Чтобы по-настоящему настроить окружающих на праздничный лад. И создать несколько удобных отвлекающих факторов. − Праздничный лад… − пробормотал Ремус. – Это то, что я думаю?       Ухмылка Джеймса стала шире, балансируя на грани маниакальности. − Именно, Лунатик. Именно. Время пришло. Двенадцать дней рождественских розыгрышей.