in search for salvation

love, i have wounds

only you can mend

Tom Odell – Can't Pretend

Дежавю. Именно этим словом Минхо мог бы описать весь прошедший месяц. Белые стены, запах антисептических средств, писк кардиомониторов пробуждают в нем неприязнь. Однако от одного взгляда, брошенного в сторону побледневшего Джисона, становится ясно – именно он пребывает в состоянии неподдельного ужаса. Глядя перед собой, он неподвижно сидит на больничной скамье, и Минхо буквально слышит, как скрипят сжатые до предела челюсти. По прибытии в больницу Джисону, чей телефон был указан в качестве контактного на случай ЧП, сообщили, что Сухо, находясь в состоянии наркотического опьянения, сел за руль машины и, не справившись с управлением, вылетел на встречку. Благо, летящий по полосе водитель успел увернуться, что предотвратило более печальный исход. Сухо же, выехав на обочину, влетел в витрину местного магазина электроники, который по счастливой случайности закрылся на час раньше. Заполнив все необходимые документы, Джисон слушает указания дежурной медсестры, кивая болванчиком. Минхо, стоящий чуть поодаль, внимательно изучает его напряженный профиль, в любой момент готовясь предотвратить столкновение его кудрявой головы с полом – уж слишком бледным и истощенным он выглядит. – Хан Джисон? – окликает мужчина средних лет, облаченный в помятый белый халат. Джисон, как ошпаренный, вскакивает с места, поклоном приветствуя доктора. – Его жизни ничего не угрожает, – буднично-сухо начинает мужчина, – Была проведена операция над открытым переломом предплечья. Остальные повреждения уточняются. Джисон активно кивает, ловя каждое слово. – Если все пойдет хорошо, завтра его переведут в стационар. Ориентировочно через пару недель мы сможем отпустить его на домашнее лечение и реабилитацию, – завершает свой монолог доктор. – Через… – будто проглотив ком в горле, подает голос Джисон, – Через сколько он очнется? – Не раньше утра, – качает головой мужчина и, оглядев бледного, как первый снег, парня, со вздохом добавляет, – Поэтому советую Вам поехать домой и как следует отдохнуть. Я могу попросить дежурную медсестру оповестить Вас, как только больной придет в сознание. Хан благодарит его за проделанную работу, нервно переминаясь с ноги на ногу. Доктор удаляется, оставляя Джисона наедине с Минхо и собственной разъедающей изнутри тревогой. Его покачивает, и Ли ловит его, подхватывая под локоть и усаживая обратно на скамью. – Джисон, – зовет Минхо, бережно сжимая холодную ладонь в своей. Он не реагирует ни на слова, ни на прикосновения, мутным взглядом изучая потрескавшийся кафель, пока у Минхо по неизвестной ему самому причине бешено колотится сердце. Кажется, одно неверное движение, одно неосторожное слово – и Джисон ускользнет от него так же, как ускользал и раньше. – Тебе нужно отдохнуть, – продолжает Минхо, усаживаясь перед ним на корточки так, чтобы видеть его лицо, – Мы можем поехать ко мне или… Я могу отвезти тебя домой. – Я не знаю, как поступить, – срывается с потрескавшихся губ. – Я понимаю, – заверяет его Минхо, но, не сдержавшись, добавляет, – Но ты ничего ему не должен. Его жизни ничего не угрожает, и он скоро придет в себя. Рано или поздно что-то подобное должно было произойти. Это все только его вина. Джисон вздрагивает, когда в сознании эхом отзываются слова Ли. Часто моргая, он смахивает с ресниц проступившие на глазах слезы. – Такого никогда бы не произошло, будь я рядом, – взволнованным шепотом произносит он, сминая края собственной толстовки. – О чем ты? – хмурится Минхо, сводя красивые брови. – Я должен был быть рядом, – не в силах бороться с накатывающей истерикой, всхлипывает младший, – Я не позволил бы ему с-садиться за руль в таком состоянии! А ч-что, если бы это был не п-просто перелом? Или еще хуже…! Джисон стремительно теряет контроль. Его дыхание заметно учащается, а губы приобретают синеватый оттенок. Минхо пытается обуздать тот неподдельный ужас, который вызывает у него одна мысль о том, что Джисон может вернуться к своей, казалось бы, уже прежней жизни. Однако беспокойство за его состояние все-таки одерживает верх, и старший бережно берет его ладони в свои, поглаживая их тыльную сторону большими пальцами. – Тш, дыши, – приговаривает он, кладя чужую ладонь себе на грудь, и глубоко вдыхает, подавая пример, – Дыши со мной, хорошо? Давай. Вот так, еще немного. Сейчас станет легче. Хан борется с самим собой, пока слезы серебристым ручьем стекают по щекам, орошая их переплетенные пальцы. Он старательно прислушивается к чужому дыханию, ощущая его под подушечками пальцев. И пока медсестры за стойкой многозначительно переглядываются, наблюдая за разворачивающейся картиной, Минхо продолжает мягко нашептывать. Через несколько минут приступ сходит на нет. – Ты молодец, – шепчет старший, поглаживая его колени, – Ты такой молодец. Джисон не отвечает, но запрокидывает голову, устремляя взгляд в потолок в попытке восстановить дыхание и высушить набежавшие на глаза слезы. Минхо не спешит подниматься, в любой момент готовый подхватить его. – Минхо, – зовет Хан, делая рваный вдох. – Да, Сонни? – откликается Ли, заглядывая в покрасневшие от слез глаза. – Отвези меня домой. И Минхо подчиняется. Кто он такой, чтобы принимать за него решения? Повисшая в машине тишина медленно, но верно разъедает нервные клетки ровно до тех пор, пока они не останавливаются на парковке уже неоднократно знакомого жилого комплекса. – Я боюсь тебя отпускать, – выпаливает Минхо, как только Джисон щелкает ремнем безопасности. – Со мной все в порядке, – качает головой младший. – У тебя только что была паническая атака, Джисон, – строго говорит Ли, нервно перебирая костяшками пальцев. – Хен, – вздыхает тот и, заглядывая во взволнованные глаза напротив, говорит, – Все будет хорошо. Обещаю. Ли с силой сдавливает переносицу между пальцев, крепко зажмуриваясь. Накатившая головная боль требует немедленного лечения в виде полупачки «Мальборо» и нескольких порций крепкого соджу. С языка едва не срывается то, о чем Минхо не мог перестать думать с той самой минуты, как они оказались в больнице, но он буквально зажимает рот рукой – не время. Сейчас не время. И Минхо отпускает, провожая взглядом до самого подъезда, а через минуту уже мчится по ночной дороге, вдавливая педаль в пол.

✰

Человек быстро привыкает к хорошему. Собственная квартира теперь кажется Минхо слишком пустой, воздух в ней – слишком тяжелым, а тишина – невыносимо гнетущей. Он заваливается на диван, даже не потрудившись снять ботинок, и с тяжелым вздохом откидывает голову на подушки. Рука непроизвольно тянется к мобильнику, все это время хранившему молчание в заднем кармане джинс, но он одергивает себя, отбрасывая девайс в сторону. Он поднимается с места, вовремя припоминая о стоящей на балконе бутылке виски. – Что ты в очередной раз натворил?! – с порога кричит Хенджин. Никогда не отличавшийся пунктуальностью Хван оказался в квартире Минхо буквально через полчаса после того, как выяснил, что последний ушел в очередной запой и даже не вышел на работу, воспользовавшись своим положением замначальника отдела. Открыв входную дверь своим ключом, выданным ему на случай чрезвычайных ситуаций, он уже поднимал едва сознательного Минхо с кровати, предварительно распинав раскиданный вокруг мусор. – Господи боже, – сдувая со лба прилипшую прядь, выдыхает Хван, с трудом стаскивая безвольную тушу с кровати и волоча ее в сторону ванной, – Ты что, питаешься только соджу и протеиновыми батончиками? Абсолютно безразличный ко всему происходящему, Минхо не сопротивляется даже тогда, когда друг раздевает его догола и, бережно придерживая, усаживает в ванну, чтобы затем обдать едва теплой водой. Сильный напор брызжущей в лицо воды заставляет инстинкты очнуться от спиртовой комы, и он прикрывает его руками в попытке защититься. Хенджин, не проронив ни слова, продолжает обливать друга водой, стекающей по стенкам ванной, и, выдавив на ладони немного шампуня, втирает его в спутавшиеся волосы. После окончания банных процедур Хван помогает Минхо перекинуть ногу через бортик, а затем, прямо как мать-наседка, растирает его замерзшее тело полотенцем. – Ты ел? – спрашивает младший, усаживая закутанного в слой махровых полотенец друга на край постели. Минхо пожимает плечами. Хван вскидывает руками так, как делает каждый раз, когда никакие слова на свете не могут описать бушующие в нем эмоции. Мутная голова все еще не позволяет словам складываться в полноценные предложения, и потому Минхо, наблюдая за попытками друга отыскать свежую пижаму, произносит только: – Сынмин? – Конечно, – стягивая с чужих плеч мокрое полотенце, говорит Хенджин, – На работе не появился, никого не предупредил, не отвечаешь ни на звонки, ни на сообщения. Нам с Сынмином, конечно, не привыкать, но ты мог бы хотя бы сделать вид, что тебе не плевать на своих друзей, и хотя бы написать… – Джинни, – перебивает Минхо, поднимая на друга воспаленные от усталости и бессонницы глаза, – Мне не плевать на своих друзей. Хенджин вздыхает, опуская плечи, и прежнее раздражение, так явно читавшееся на его лице, сменяется усталостью. – Верно, – говорит он, усаживаясь рядом, – Тебе плевать на самого себя. – Что ты делаешь? – сиплым голосом спрашивает старший, борясь с пуговицами на пижамной рубашке и наблюдая за тем, как Хван сосредоточенно смотрит в экран своего телефона. – Покупаю еду, конечно, – отвечает он, нетерпеливо тыкая в кнопку «сделать заказ». Выйдя победителем из сражения, Ли откидывается на спину, подгребая под себя подушку. Голова нещадно гудит. Единственный плюс сегодняшнего вечера – Хенджину не привелось лицезреть, как друга выворачивает наизнанку над унитазом, что на самом деле ни капли бы его не смутило. Выполнив поставленную перед самим собой задачу, Хван убирает телефон, взглядом окидывая наведенный в квартире хаос. – Поговори со мной, – вздыхает младший, зачесывая темные рассыпающиеся по лицу локоны изящными пальцами. Ли что-то неразборчиво мычит, давая понять, что не намерен делиться причиной своего состояния, на что Хенджин только вздыхает. – Сынмин просил передать кое-что, – чуть помолчав, говорит Хван, поднимаясь с места и подбирая с пола полотенца и раскиданные повсюду подушки, – Ваш новенький дизайнер сегодня тоже не вышел на работу, взял отпуск за свой счет. Если между вами двумя что-то произошло, не стоит просто прятаться в свою скорлупу и бежать от проблем, поджав хвост. Минхо приподнимает голову, направив на Хвана взгляд влажных глаз, и вместо признания или мольбы выдыхает простое: – Есть сигареты? Мои закончились.

✰

10:15 джисон

10:27 джисон

10:28 пожалуйста, ответь

10:54 просто дай мне знать, что с тобой все в порядке

11:17 я очень волнуюсь

Минхо прикрывает глаза рукой, откладывая телефон в сторону и откидываясь на спинку офисного кресла. В опен спейсе по обыкновению шумно – голоса и клацание клавиатуры то и дело перекрывает шум перемалывающей безвкусные зерна кофемашины. Сидящий через стол Ким Сынмин сверлит Минхо взглядом с самого утра, еще больше отвлекая от накопившихся задач. Единственный, кто сейчас, должно быть, хорошо проводит время – Со Чанбин, отправившийся в долгожданный отпуск в Таиланд со своим новоиспеченным парнем. Вибрация выводит Ли из оцепенения, вынуждая неприлично резко дернуться и схватить мобильный. 11:36 я в порядке

11:36 почему ты не отвечал?

11:39 был немного занят 11:40 отвозил в больницу некоторые вещи

11:41 как он?

11:47 все в порядке, ждет возвращения домой и на сцену Во рту становится сухо, когда в голове совершенно некстати всплывает картинка того, как Джисон, склонившись над кроватью, целует Сухо в бледный лоб. Он глубоко дышит, пытаясь взять себя в руки и вернуться к разговору.

11:50 я удивлен, что ты все-таки ответил

11:52 мне просто 11:53 одиноко 11:53 в квартире так пусто

11:53 тогда зачем ты взял отпуск?

11:57 мне тяжело 11:57 видеться с тобой

11:58 боже, джисон…

12:00 я так запутался, хен

12:00 что тебя тревожит?

12:02 зачем ты спрашиваешь 12:03 если и так знаешь ответ

12:03 джисон

12:04 я знаю, что ты чувствуешь

12:04 но чувство вины ни к чему хорошему не приводит

12:05 тебе и без того тяжко приходится

12:06 сухо не заслуживает даже волосинки с твоей головы

12:09 не говори так

12:10 джисон

12:11 просто пойми для самого себя

12:12 ради чего ты все еще с ним?

12:13 из чувства вины? благодарности?

12:13 разве это то, почему человек заслуживает твоей любви?

– Эй, хен, отправил драфт тебе на почту, – окликает Сынмин, выглядывая из-за монитора, – Посмотришь? Мне до обеда нужно. – Да-да, – отмахивается Минхо, совершенно не вникая в суть просьбы, и возвращается к переписке, только чтобы увидеть пресловутую надпись «не в сети».