Токyo Hotel

***

      Есть в аэропортах один большой минус. Хотя, если посмотреть, то для кого-то это главный плюс.       Вот какое-то время назад ты суетливо прощаешься с тем, кто тебя провожает: жмёшь руку, обещаешь что-то, но не успеваешь прочувствовать, потому что очень отвлекают объявления («Мой рейс?»), указатели («Мне к коридору А или В?»), сроки («Целый час, уф, вроде не опоздал»). А когда ты наконец расстался со своим чемоданом, поднялся в салон и вдохнул его запах, вскользь посмотрел на соседей — вот в этот момент сесть бы спокойно и, как в поезде, смотреть в глаза того, кого ты оставляешь на перроне. Но ты не видишь своего человека из иллюминатора. Совсем. Даже если самые чёткие очки надеть! А он, оставшийся, может лишь угадывать твой самолёт и так киношно поднять руку и помахать в сторону, где ты сейчас стал недосягаемым.       От всех этих мыслей, от того, что толком не успел попрощаться с Чонгуком, не нашёл в себе смелости сказать, каким важным оказалось для него это ламповое путешествие, Тэхён хотел плакать. Да! Именно так, чтобы слёзы текли! И может, если бы Чонгук увидел эти слёзы, не понадобилось бы искать слова, а он бы сам всё понял.       — Молодой человек! — донеслось неожиданно знакомым голосом.       Тэ не поверил своим ушам… Как такое возможно?! Но он обернулся и сразу узнал нервную старушку из Сеула, которая подгоняла его в очереди.       Плакать захотелось гораздо сильнее.

***

      Чонгук смотрел на взлётное поле, понимая, что даже не различает, в каком самолёте сейчас Тэхён.       Чудесное получилось путешествие. Хотя, что скрывать — самое чудесное. Обычно гида-переводчика заказывают взрослые люди, которые могут позволить себе лишь редкие поездки. И почему-то чаще всего ему приходилось сопровождать тайцев. Он работает далеко не в полную силу — ведь прежде всего учёба в универе, а гид — только по праздникам или по нечастым выходным. Но практика прекрасная! И впечатления, общение, обмен эмоциями. Словом, ему нравится быть гидом. А вот этот новогодний опыт… Да, таких клиентов, как Тэхён, у него ещё не бывало. И таких эмоций тоже. И такого сожаления, что они лишь два с небольшим дня побыли рядом. А самая главная печаль — от слов Тэхёна «у меня сейчас другие дела, мне не до отношений». И такой явный далекоидущий намёк, что за ним ухаживает начальник. Вот и складываются все пазлы в грустную картинку.       Чонгук резко выдохнул. Ах, какие его годы! Всё ещё впереди.       Он отошёл от окна и двинулся к эскалатору на выход. Сейчас на метро и в общагу. Он глубоко засунул руки в карманы куртки и…       Пощупал ладонями и сам себе дал угадать: в каком кармане его, а в каком Тэхёнова? Давай пусть в правом будет его, фиолетовая. Но в правом оказалась зелёная повязка. Чонгук, смущаясь, поднёс её к лицу и вдохнул. Ах ты ж боже мой… Оказывается, он прекрасно пахнет, робототехник этот.       Чонгук вытащил свою повязку, натянул на лоб и потрусил ко входу в подземку.       А ровно через три дня он нашёл роботолюбителя Джефа с его другом Алексом и завёл с ними важный разговор.       

***

      Кто-то в отношениях охотник, а кто-то добыча.       Трэй Сван всегда по сути охотник. Особенно когда дичь такая нежная, экзотичная, пугливая, как Тэхён. И даже некоторая строптивость мальчишки заводила — ещё интереснее его поймать и не выпустить из сетей. Видимо, Трэй очень понадеялся на свою неотразимость, которой оказалось недостаточно для красавчика Тэ. Ну что ж, нужно сменить тактику. Даже увлекательнее!              И Тэхён это сразу отследил.       Он уже мысленно смирился, что теперь шеф станет гонять его и при всех принижать успехи, чтобы показать, что молодой сотрудник не имел права пренебрегать ухаживаниями босса. Но тот стал вести себя совсем иначе: деликатно, предупредительно, очень мягко проявляя своё внимание. Тэхёну даже казалось, что приязнь Трэя к своему подчинённому замечает только сам объект симпатии — настолько это стало невесомым и нежным. Но постоянным.       Однако смена тактики никак не помогала Тэхёну почувствовать притяжение к старшему, богатому, ухоженному, довольно красивому, стильному и прочее подобное. Его не хо-те-лось — и всё.              Сегодня Тэхён узнал, что Трэй включил его кандидатуру в проект, который требовал небольшой командировки. Можно даже не смотреть список сотрудников, рекомендованных к поездке. Достаточно того, что он был уверен в двух: Трэй Сван и Ким Тэхён. А утверждать фамилии будет генеральный. И что ж, идти против подписи большого босса?! Ну нет, Тэ не настолько смелый камикадзе.       Сразу после планёрки, где была объявлена эта радостная новость, Тэ прошёл в их «музей»: несколько небольших залов на другом этаже, где были расставлены детали и узлы, не вошедшие в рабочие модели роботов. Выбрасывать или отказываться ни от одной идеи было нельзя. Ведь каждая из них может стать именно той самой важной и ключевой, что может подвигнуть их КБ к какому-нибудь важному открытию!       Но сейчас Тэхён не для вдохновения скрылся в «музее». Он ходил между стеллажами и пытался спланировать свою стратегию поведения. Двоичный код Трэй-Тэхён не нравился ему по сути. Что делать? Когда они окажутся в… куда они хоть летят? Не важно. Так вот когда они окажутся в замкнутом пространстве проекта, ситуация станет опаснее.       — Ким? Ты здесь? — заглянула одна из операторов «музея». — Тебя срочно в отдел вызывают.       Тэ запрокинул голову и вознёс краткую матерную молитву.       — Спасибо, — сказал он девушке. Затем поправил ремень, проверил пуговицы на рубашке и, выдохнув, покинул укрытие.       Лифт поднял его на нужный этаж. Он даже не сомневался, что нужно идти в кабинет к Трэю и подписывать бумаги. Опустил голову и задумчиво огибал столы своих коллег.       — Да, вот он, — раздался голос господина босса.       — Спасибо! — прозвучало в ответ.       И Тэхён замер.       Чонгук…       Чонгук?! Да — в костюме, в светлой рубашке, в узких брюках и офисных туфлях — он был не похож на себя. Только весёлые глаза и неумолимо расползающаяся по лицу улыбка были его. И всё-таки это был весь он — тут, в Сеуле.       Тэхён не осознавал, что смотрел на это сказочное явление и не двигался. Но когда к нему повернулся и стал приближаться Чонгук, Тэ хорошо узрел: это невероятно красиво. Хищно, сильно, пластично… А прямо за ним шёл Сван: жеманно, чуть неуверенно, вихляюще.       — Познакомься, Тэхён. Это Чон Чонгук, переводчик со стороны японцев. Они тоже будут участвовать в проекте. Так что ты покажи, как у нас тут всё устроено, пока их делегация прибудет. — Он повернулся к Гуку и спросил по-английски: — Когда, вы говорите, нужно встречать ваших сотрудников? И ваш американец тоже будет?       — Сегодня вечером, в девятнадцать ноль-семь. Конечно, Джеф в составе. — Чонгук держался так уверенно и независимо, что Тэхёну снова стало совершенно нестрашно и надёжно.       — Хорошо, господин Чон. Осматривайтесь, пожалуйста. Ким Тэхён вам поможет.       — Спасибо, — переводчик с улыбкой кивнул Трэю и чуть заметно прикоснулся к рубашке Тэ. — Я бы начал с кофейного автомата, господин Ким.       — Yes, — выдохнул тот.       Трэй с необъяснимой ревнивой тревогой смотрел в широкую спину переводчика, из-за которой едва видна была кремовая рубашка Тэхёна.

***

      Кофейные автоматы в их офисе стоят по нескольку штук на каждом этаже. Но ведь на двадцать восьмом этаже самый лучший, правда? Потому что туда дольше всего ехать на лифте. На маленьком служебном лифте для обслуживающего персонала — в самом конце коридора.       Где они были лишь вдвоём.       Самоуверенный, ловкий, удачливый Чонгук нажал на кнопку верхнего этажа и сверлил Тэ, прижавшегося к стене, весёлым взглядом, пока не закрылись створки дверей. А затем резко поставил обе руки по сторонам его головы и сказал шёпотом:       — Мне нужен гид-переводчик. Хочу увидеть самые красивые места в Сеуле. Ты свободен?       — Да.       — Но и тут в лифте, очень красиво, — игриво хмыкнул Чон.       — Очень… — Тэ почти терял почву под ногами.       — Ты не против, если я тебя у твоего шефа немного… м-м-м… отобью?       — Я за, — еле смог прошептать.       — Тогда официально заявляю: я хочу с тобой встречаться, — с комической строгостью сказал Чонгук.       Тэ закрыл глаза и счастливо выдохнул:       — Да, Гуки…       — Отлично. Кстати, мне ужасно нравится, когда ты так говоришь — Гуки. Скажи ещё раз, пожалуйста, — попросил он, почти коснувшись носом лица Тэ.       — Гук-к… — Слово не успело закончиться, потому что у Тэхёна совершенно сбилось дыхание.       Лифт с упругим толчком остановился и тихо открылся. На самом верхнем этаже, оборудованном лекториями и конференц-залами, было людно только до обеда и только в определённые дни. Сейчас тут не было ни души и даже подсветка работала в экономном режиме.       Чонгук обернулся и оценил сходство:       — Как в нашей гостинице, правда? — прошептал он. — Хочешь прогуляться?       Тэхён помотал головой и заметил:       — Тут везде камеры слежения.       — А в лифте нету? — уточнил Гук.       — Нет.       Чонгук всё правильно понял и нажал на кнопку нижнего этажа. После чего наклонился к губам Тэхёна.              — Я могу?       — Да-а… — ответил Тэхён и почувствовал одновременно обжигающие руки Чонгука на своей спине, его губы на своих губах и взорвавшуюся вселенную у себя в мозгу.       *              И никому не было дела до того, что служебный лифт в шестой раз начал подъём с нижнего на верхний этаж.       

***