Любовь сквозь призму крови

Осеннее утро встречает Трусову не в самом лучшем своём ярко-рыжем проявлении. Скорее, это даже походит на что-то вроде чёрной бездны, такой, кажется, нескончаемой, до безумия глубокой. Воспоминания прошедшей ночи откликаются в сознании девушки громким разочарованием, наверное, даже в себе, хоть она и не привыкла признавать свою вину. Пульс твёрдо отдаёт в висках, глаза слипшиеся после беспокойного сна, мышцы переодически содрогаются в такт быстро бьющемуся сердцу – все признаки наступающей тревожности. Мысли тут же забиваются в голову, перекрывая даже намёки на здравый смысл. Угнетают, заставляют впиваться ногтями в затвердевшую плоть ладоней, оставляя белеющие следы полумесяца. Понятие «что делать дальше» бесследно стёрто из сознания Саши. Ни заработка, ни хороших отношений с родителями, вдобавок к этому травма, рыжеволосая даже представления не имеет, угрожает ли это её жизни, ведь ни к какому врачу проверяться она не ходила. – «Надо как-то исправлять ситуацию и.. своё состояние», – крутится в мыслях младшей, но она не верит, что это возможно, ведь к травматологу она явно не обратится, а в психиатров ей мало верится. Берут деньги ни за что, придумывают какие-то непонятные диагнозы, шарлатаны, одним словом. Но Трусова матери пойти наперекор не сможет – это разрушит и так подбитые отношения, да и отец явно в восторге от этого не будет, выставит за дверь и поделом. Доползти до рабочего стола, находящегося на расстоянии двух вытянутых рук оказалось сложнее, чем думала Саша, но, поборов свою едкую боль, ей удаётся завалиться в кресло, уставившись в, режущий глаз, яркий ноутбук. Как искать специалиста рыжеволосая не имеет понятия, что написать в поисковую строку и вообще ищут ли такое в интернете? «Психиатры СПб запись» – медленно набирают пальцы девушки, оттягивая нажатие на каждую клавишу. Это как будто пытка, похлеще, чем в средневековье. Трусова никогда не могла подумать, что будет заниматься подобной ерундой на полном серьёзе. Гугл показал более миллиона совпадений, что из этого выбрать? По старинке, как в школе, младшая заходит на первую попавшуюся ссылку, сохраняя появившийся номер клиники в контактах. Нет, Саша точно не может разделять горе в одиночку, поэтому решает быстро написать Кондратюку с возмущениями:

Вы, 11:11

Это кошмар, какие ещё психиатры на мою голову, какого выбрать я даже не знаю

Марк, 11:15 Ахаха, я надеюсь, ты не на первую ссылку нажала? Получив ответ от Марка, Саша быстро заходит в контакты, стирая сохранённый номер, обречённо выдыхая воздух, запрокинув голову назад.

Вы, 11:17

нет, я что дура?

Марк, 11:18 Уже хорошо. Слушай, тебе нужен частник, если ты не хочешь в своей мед.книжке отметку о том, что ты псих:)

Вы, 11:18

я и без тебя знаю, спасибо

Марк, 11:19 Отлично, в частниках тоже первую ссылку не нажимай, мученица «Психиатры СПб частные» – отображается в поисковой строке. Гугл выдаёт уже на порядок меньше предложений. Трусова зажмуривает глаза и быстро крутит колёсико мышки, скроля вниз тысячи предложений. Открыв глаза, курсор падает на одну из ссылок: – «Центр Питера? Отлично я попала, конечно», – шёпотом вырывается из уст девушки. Быстро найдя контактные номера, забивает в сборник. Чтобы собраться с мыслями для того, чтобы записаться, ушло тридцать минут. Полчаса самокопания и тысяча вариантов избежания ситуации привели к тому, что Саша набирает:

Вы, 11:55

Здравствуйте, я хотела бы записаться на приём, это возможно?

Агент, 12:20 Добрый день. Да, конечно, свободная запись есть сегодня вечером, подходит?

Вы, 12:23

Отлично, подходит.

Агент, 12:25 К какому специалисту хотели бы пойти?

Вы, 12:26

Честно, я в этом не разбираюсь. Запишите, пожалуйста, на ваше усмотрение.

Агент, 12:32 Хорошо, записали. В 18:30 ждём Вас по нужному адресу. Кабинет специалиста — 17. Ещё важное уточнение: первая консультация бесплатна. До встречи!

Вы, 12:38

Спасибо большое, до свидания.

Написать оказалось проще, чем думала Трусова, только вот Саше до сих пор казалось, что то, что она делает – неправильно. В любом случае, отступать назад некуда – начало положено. Осталось только разобраться, как привести себя в порядок за пять с малым часов.

***

Жизнь Анны, в свою очередь, была более спокойнее и размереннее, если сравнивать с жизнью Трусовой. Работа мечты, стабильный заработок и никаких психов. Но Ане так хотелось внести хоть крупицу огня в свою рутину, обычные будни, начинающиеся и заканчивающиеся одинаково, не вносили никаких эмоций в жизнь Щербаковой, это настораживает. Как же хочется почувствовать что-то особое, что угодно, кроме того, что она получает каждый день. Сессии Ани начинаются в основном в одиннадцать часов утра – это идеальное время для начала рабочего дня, можно как следует выспаться после большого потока различной информации от пациентов. Сессии длятся максимум час с перерывами между около получаса для того, чтобы отпустить проблему одного человека и переключиться на другого. На сегодняшний день у Щербаковой назначено порядка пяти сессий, как минимум пять разных человек со своими проблемами. Аню это не удивляет и не вдохновляет, она понимает, что сегодняшний день не принесёт ей ничего нового, чего бы не принёс предыдущий. – Доброе утро, доктор, – молодая девушка, заходя в кабинет, чуть мнётся. – Здравствуйте, располагайтесь, – Щербакова указывает на мягкое кресло рядом с её рабочим столом. – Что вас беспокоит? – старшая достаёт из сумки свой потрёпанный блокнот, в который она записывает каждую сессию, улавливая свои мысли. – Знаете… – девушка начинает повествование, уставившись в стену. – Мы можем помолчать, чтобы вы собрались с мыслями, я подожду, – рука Ани застывает над блокнотом, крутя чёрную гелиевую ручку меж пальцев. – Я не могу нормально питаться, – спустя пять минут раздаётся женский голос. «Рпп. Опять», – быстро чиркает шатенка в блокноте, обращая взгляд на девушку. – Как это проявляется? – Я считаю, что еда – это мой враг, и каждый приём пищи оборачивается для меня адом. – Что вы чувствуете в момент приёма пищи? – Мне хочется вывернуть себя наизнанку, я думаю, что каждая ложка принесёт мне лишний вес, – заламывая пальцы, девушка рвано произносит. – После какого момента вы начали думать, что имеете лишний вес? – Ещё в школе мои одноклассницы смеялись надо мной, когда проходил медосмотр, и нужно было вставать на весы. – Каким способом вы решили избавиться от веса? – Щербакова чиркает что-то себе на бумаге, притупив взгляд. – Я голодала или ела один раз в сутки. – Мне очень ценна ваша информация, спасибо. За сессиями часы летят быстро, беседа уносит секунды и минуты словно по щелчку пальцев, поэтому зачастую Аня не замечает, как выходит время и, бывает, даже тратит свои законные полчаса отдыха на дополнительные диалоги с пациентами. – «Я надеюсь, с рпп мы сегодня закончим», – вздыхает Анна себе под нос, прижимая ладонь ко лбу. – Аня, привет, – мужчина в строгом чёрном костюме с красным галстуком заглядывает в просвет двери. – Миш, привет, – кареглазая мигом открывает глаза, поднимая голову на источник звука. – В общем, у тебя сегодня ещё одна сессия в восемнадцать тридцать, ничего страшного? – Михаил виновато смотрит в пол, невинно улыбаясь. – Что известно о пациенте? – Ничего, поэтому, я думаю, тебе будет интересно, – мужчина ухмыляется, закрывая дверь в кабинет. – «И правда, интересно», – на секунду задумывается шатенка, как мысль перебивает мгновенный стук в дверь. – Проходите, – чуть-чуть повышая тон, произносит Щербакова. – Добрый день, – парень с русыми волосами до плеч аккуратно заходит в кабинет. – Здравствуйте, располагайтесь здесь. – В общем, моя мама умерла два года назад, я каждый день вижу её во снах и, бывало, она приходила ко мне и наяву, – русый парень начал диалог до того, как Аня успела задать вопрос, вывалив всё сразу. – Полагаю, вы были очень близки. – Да, мама для меня очень много значила, если можно так выразиться, то я был маменькиным сынком, а после смерти я забыл, что значит нормально жить. «Птср. Галлюцинации», – чёрной ручкой красиво вырисовывает Анна на бумаге, кидая короткие взгляды на парнишку. – Когда я слышу любое упоминание имени моей мамы, то сразу ловлю паническую атаку, – продолжает парень. – И бывает даже режу себе руки, пытаясь справиться с болью внутри, – русоволосый приподнимает рукава широкой кофты, демонстрируя бордовые шрамы на предплечьях. «Селфхарм», – появляется надпись. – Скажите, вам удавалось хоть раз справиться с тревожностью? – старшая поднимает взор на парня, дожидаясь ответа. – Не помню ни одного случая, когда бы я мог справиться с этим, сейчас становится так невыносимо, что я решил обратиться к вам. – Благодарю за предоставленную информацию, я выпишу вам сертралин на первое время. Рабочий день Анны заканчивается примерно часов в восемь вечера, назначенные сессии подходят к концу, кроме одной, пожалуй, самой интересной за сегодня, но девушка уже настолько вымоталась за сутки, что вплоть до начала сеанса хотела перенести его на другой день, но неподдельный интерес брал верх. – «Надеюсь, я не зря сейчас проведу этот час», – мысленно проговаривает Щербакова, прикрывая глаза, освобождая голову от прошедших сессий.

***

Время плавно подходило к половине седьмого, а это значит, что Александре оставалось всего одно мгновение до того, чтобы добраться до места назначения. На метро практически от края города до центра добираться было далековато, примерно больше часа, это вкушение неизбежного отдавало быстро бьющимся сердцем и вспотевшими ладошками. Саша стояла перед входом в огромное высотное здание, запрокинув голову наверх. – «Зря я всё-таки согласилась на это», – мысленно проносится в голове младшей, обойдя стоящих людей поблизости, она решается вступить на порог многоэтажки. На входе её встречает администрация и парочка охранников, держащих в руках рации. – Здравствуйте, я на восемнадцать тридцать, – Трусова подходит к одной из стоек, обращаясь к мужчине, который пристально смотрел в компьютер. – Да, добрый вечер, кабинет номер семнадцать, вам на третий этаж. Далее по коридору сразу направо, – мужчина указывает рукой на лифт, находящийся чуть поодаль. – «Бля, как стыдно, у меня такая фигня синяя под глазом», – шепчет себе под нос младшая. Бродя по бесчисленным коридорам, младшей всё же удалось найти нужный кабинет, Саша быстро включает экран своего телефона, на котором сразу отображается: 18:30. Собравшись со всеми своими мыслями, она решается чуть тихо и аккуратно постучать в дверь. – Да, открыто, – доносится из аудитории голос Анны. – Ага, здравствуйте, короче, я тут совсем не на консультацию, поставьте мне печать о том, что я совершенно здорова и я пойду, – не поднимая взгляд на специалиста, переходя порог, бормочет Трусова. – Проходите, присаживайтесь, – немного непонимающе смотрит на девушку Анна, указывая на диванчик. – Да вы меня не поняли, я же… – Саша поднимает взгляд вверх, встречаясь с карими глазами старшей. – Аня? Это ты? – Александра застревает на одном месте, пытаясь понять, не ошиблась ли. – Анна Станиславовна, верно. – Так я же Саша Трусова, помнишь? – младшая садится на кресло рядом. – Ну с деревни которая. – Извините, я не понимаю, о чём вы, какая деревня, – Щербакова постепенно открывает свой блокнотик. – Мы знакомы? – В смысле «мы знакомы?», – начиная размахивать руками и возмущаться, повышает голос Трусова. – Ещё как знакомы. – Простите, я вас не знаю, – Щербакова берёт черную ручку в свои тонкие пальцы. – В общем, это неважно, давайте начнём. – Да к чёрту ваше начнём, вы меня за дуру держите, я не понимаю? – Трусова вскочила с кресла, приблизившись к столу Ани. – Печать поставь мне и всё. – Я не могу поставить вам печать просто так, – Щербакова скрещивает руки на столе, пристально смотря на рыжеволосую. – Присядьте, пожалуйста, рядом. – Да всё ты можешь, – Трусова со всей своей оставшейся силы пинает ногой кресло рядом, которое с гулким шумом падает на пол. – «А вот это интересно», – думает про себя шатенка, любознательно наблюдая открывшуюся картину перед собой. – Я полагаю, вы сегодня не в духе, давайте перенесём сессию на другой день, согласны? – Да нахрен мне сдалась ваша сессия, я не псих и мне это не нужно. – Ваш фингал под глазом, кажется, говорит об обратном, – Аня не понимала, почему сказала данную фразу, ведь она противоречит её тактичности. – Сейчас у вас точно такой же появится, поверьте мне, – Саша рывком приблизилась к Анне, ожидая, что та может сказать в ответ. На это Щербакова лишь встаёт из-за стола, медленно приближаясь к рыжеволосой. Никакой паники, Аня примерно понимает, что Трусова ничего ей не сделает. – Я всего лишь хочу понять вас, мне это важно, – Аня аккуратно кладёт свою руку на крепкое плечо Александры. – Если сегодня вы не готовы разговаривать со мной, то, пожалуйста, давайте перенесём сессию. – Ну смотрите, в другой раз я могу и правда ударить, будьте готовы, – Саша берёт руку Ани в свою, аккуратно убирая со своего плеча. – Как насчёт завтра? Допустим, в это же время? – Щербакова облокачивается на свой стол позади, ехидно ухмыляясь. – Хуй с вами, Анна Станиславовна, ждите, – Александра поспешно подходит к выходу, приоткрывая дверь, оборачивается назад, многозначительно моргая стоявшей у стола девушке. Саша выходит с высотного здания, пытаясь переварить всё произошедшее пять минут назад. Она бы не сказала, что это был самый худший день в её жизни, но и лучшим бы тоже не назвала. Беспокоило одно: неужели Трусова и правда обозналась? Да такого просто не может быть, Саша не могла обознаться, это точно была та самая Анечка Щербакова с тупой книжкой в руках, та самая Анечка Щербакова в глупой футболке с человечком. Младшая это так не оставит, есть у неё один коварный план на этот случай. Что не сказать об Анне, она действительно не вспомнила Сашу, то ли оттого, что волосы были рыжие, то ли оттого, что времени с их последней встречи прошло довольное количество. Но Щербакова была в восторге, действительно, в восторге. Это то самое, чего ей так хотелось, то самое, что не похоже на остальных, что за десять минут не то, чтобы сессии, а даже пустой перепалки, принесло ей уйму эмоций, да таких, которых она не испытывала за последние пять лет точно. Аня не могла упустить такого пациента, больше, наверное из-за своей выгоды, но где-то в глубине души Щербаковой и правда хотелось помочь, хотелось узнать от А до Я незнакомую девушку с огненными волосами. Было в ней что-то такое, притягательное.