Личность

      Элис отменила все приёмы, в истерике заблокировала номера клиник и даже выключила телефон. Она хотела его сломать, но поняла, что сожители будут не в восторге.       Правда. Она не знала что ей теперь делать и как оставить этого ребёнка, по крайне мере до следующей недели.       Стейн не желает её слушать и готова была пойти на аборт.       Себастьян же не даёт ей конкретного ответа и всегда сомневается стоит ли делать хоть что-то.       И Элис знает, он был бы отличным отцом, именно сейчас. Не тогда, когда держал контроль, не возвращая им нужную порцию, тогда это был мрачный незнакомый парень, который крушил всё вокруг и, думает Элис, мог бы сжечь тех, кто рядом.       Гореть она не планировала, да и лишаться того, что уже развивается в животе тоже.       И да, она психовала, её вынуждали это делать, она не могла смириться с тем, что этот выбор не только для неё.       - Элис?       Элис отнимает скрещенные руки от груди и демонстративно заходит в кабинет, так называемый для «личных встреч».       - Прошу, присаживайся.       Но Элис игнорирует то, что от неё хотят, она располагается на диванчике как королева. Пусть знает, что ей нет равных.       - Итак…       - Итак, вы решили начать с меня. Почему?       Элис не намерена играть в кошки-мышки, она хочет знать честный ответ от той, кто пообещал ей это.       Мэделин примерно понимала, кого вызывает к себе одной из первых. Личность Элис её будоражила, но в тоже время и пугала. Она уже сделала некоторые пометки, где слово «непредсказуемость», стояло во главе строчки.       Мэделин опустилась в кресло, сложила руки на животе, внимательно следя за настроением Элис и когда та поддалась вперёд, будто готовясь к прыжку, сказала:       - Потому что это твой ребёнок.       Внезапно порыв Элис испарился. Теперь, в глазах была неуверенность и непонимание. Конечно, ей такого никто не говорил. Стейн и Себастьян не те личности, что будут поддерживать Элис в этом вопросе. Они настроены скептически. По крайне мере, Мэделин знала, что Стейн готова избавиться от ребёнка.       - Мой, - тихо и не спеша ответила Элис.       На этот раз её поза изменилась и Мэделин это более чем устроило.       - Скажи мне, что ты помнишь из детства?       Элис прочистила горло, явно оттягивая момент для ответа. Она повела плечом и слегка сжалась.       Мэделин видела и без каких-либо специальных приспособлений и методов, что Элис тяжело также как и остальным. Они научились с этим жить, но до сих пор не могут отпустить и это тревожило.       - Зачем вам это? Вы разве здесь не для того, чтобы помочь Стейн?       Высокомерие и пренебрежение к одной из личностей было настолько ярким, что Мэделин задумалась, как же они жили всё это время в одном теле?       - Поверь, я хочу помочь каждому из вас.       Элис не поверила.       Мэделин уловила эту искру отчаяния и не стала давить. Со временем она попытается доказать, что не враг.       - Ты знаешь, почему появились вы с Себастьяном? Отдельные личности, которые в трудный час нужны были Стейн так сильно, что её мозг выполнил желаемое. Я называю это «экстренная помощь». И могу сказать, что без вас она бы не справилась в этом мире.       - Да ну как же, - брезгливо бросает девушка, подминая под себя ноги. – Стейн и не справилась. Её упёртость и камнем по голове не сдвинешь.       Мэделин отчего-то понравилось это сравнение, но она не стала ни как комментировать.       - Так что ты думаешь по этому поводу?       - Думаю? – голос Элис менялся так часто, что Мэделин засомневалась, что быстро найдёт истинную личность этой девушки. – Тогда она была слабачкой. Её унижали, избивали, вытирали ноги. И это не прошло без следа. Теперь есть мы, я и Себастьян, которые по идеи не должны были существовать. Всё.       - Уверенна, что всё?       - Да, - кивает Элис. – Интересует детство? Старшие никогда не разбирались кто сейчас держит контроль, им было всё равно над кем издеваться. В какой-то момент я поняла, что нужно давать сдачи. Когда люди не понимают по-другому, проще ответить им тем же.       - И ты решила использовать кулаки?       Элис рассмеялась и это была первая настоящая эмоция, которую она ни чем не старалась прикрыть.       - Кулаки? Вот эти что-ли?       Элис смотрит на свои костяшки на руках и видит ссадины, что остались от вчерашней бойни после смены Стейн. Она рада, что Себастьян помог ей, иначе, не ясно что было бы.       Элис не хочет говорить Мэделин о том, что было и решает, что об этом сообщит кто-то другой – убирает руки, заталкивая ладони под бёдра.       - Нет, я не дралась. Я говорила, а после сбегала. Поэтому, попадало чаще всего либо Себастьяну, либо Стейн.       Мэделин видит, что где-то в глубине души Элис за это стыдно, но она либо не признается, либо просто боится открыться.       - Они считали вас больными?       - О, да, - усмешка касается губ девушки, её губа дёргается. – Мы были достоянием школы, после, достоянием колледжа. Семья отвергла нас. Друзья… не помню, чтобы они были в том возрасте. Все нас сторонились или наоборот…       - Издевались.       Элис кивает. Она вспоминает всё это и ей становится неуютно.       - Зачем это? Хотите вскрыть прошлое, чтобы улучшить наше будущее?       - Нет.       Элис хмурится. Она впервые так долго смотрит на Мэделин, которая в свою очередь, ни на секунду не отрывала своих глаз от лица девушки.       - Это Стейн, да? Хотите, чтобы мы исчезли? Чтобы я и Себастьян больше не получали контроль?       Элис вспыхивает. Она придумала историю буквально за секунду и теперь её сознание реагирует слишком поспешно.       - Это и наша жизнь! Мы одно целое! Стейн от нас не избавится! Она бы никогда так не сделала! Она не такая!       И Мэделин своим молчанием добивается того, что нужно. Она видит искренность в словах этой девушки. Теперь, она уверенна, что Элис любит Стейн, чтобы они друг другу не делали.       - Я помогу оставить ребёнка.       И Элис замолкает. Она уже стоит возле стола психотерапевта, размахивая руками и брызжа слюной. Но слышит последние слова и выдыхает, опираясь на край.       - Стейн тоже тебя любит, Элис, просто ей сложно принять нечто вроде этого. Ребёнок будет желанным, вы все хотите этого, пусть и пока не понимаете, но путь слишком трудный. Если ты готова… Я дам тебе время до следующего сеанса, с другими об этом не говори, вы должны принять решение самостоятельно.       - Но… Стейн.       - Не волнуйся, она просто переживает это намного сильнее, чем вы с Себастьяном.       - Это из-за…       Мэделин качает головой. Она не хочет, чтобы Элис думала, будто Стейн не умеет любить, она умеет, просто совершенно иначе.              --- монстр ---       - Нет, пожалуйста. Не нужно. Прошу.       - Ш-ш-ш, тебе лучше поспать.       Голос возле самого уха. Но его не видно. Он то приходит, то растворяется в воздухе.       - Я… не… я…       Девушка не может остановиться и просто без конца рыдает. Её слезы стали для него новой силой. Он знает от чего избавляет таких, как она. Для них мир не мил. Зачем же тогда страдать в этом мире?       - Я помогу, только засыпай.       - Нет, нет, тогда…       - Да, мне нужно именно это. Просто позволь и тебе станет легче. Я не подведу.       Его уговоры рано или поздно действуют на всех. На неё тоже подействуют.       Девушка всхлипывает, но стоит ему коснуться её волос и зарыться в них пальцами, как она начинает успокаиваться.       - Ш-ш-ш.       Голос у него приятный и это всегда действует.       Она расслабляется, её рот приоткрывается, а его пальцы продолжают гладить шёлковые волосы. Они такие мягкие, что он не может остановиться.       Лишь когда глубокое ровное дыхание вынуждает его замереть, он снимает с её глаз повязку и внимательно всматривается в черты лица.       Он не помнит, как она выглядит и не помнит какой у неё голос. Но всё равно ждёт одного единственного доказательства. Так он сразу узнает.       Но глаза открываются и взгляд становится совершенно другим. Почему-то, он сразу понимает, что это не то и раздражённо впивается пальцами в глазные яблоки девушки.