Белые кролики.

На этот раз Авантюрин, как было всегда, перед глазами ни разу не появился и просто не пришёл на первые пары, очевидно, отсыпаясь после вчерашней усердной деятельности, которая, с некоторой вероятностью, продолжалась дома, готовя задания для остальных занятий. Непонятным лишь было, зачем так старательно мучаться, если всё равно будешь отсутствовать? Веритас слишком надеялся увидеть его, потому расстроился без обычного, назойливого и надоедающего образа. На всякий случай, Рацио без сомнений решил воспользоваться номером телефона Авантюрина, который тот дал вчера вечером, и уже успел отправить ему одно сообщение и, на удивление, моментально получить извинения и объяснение своего опоздания – проспал. Что ж, хотя бы придёт на следующую. Закончить измученную курсовую на тему современного русского языка необходимо было позарез к сегодняшнему дню, поэтому, после сомнительного свидания, он неутомимо трудился в Ворде, бегло переключаясь с одной ссылки на другую и нажимая на приятно звучащие клавиши. После того, как наконец-таки удалось закончить работу, Авантюрин хотел заварить крепкого кофе и.. глаза закрылись сами по себе, а тело упало на кровать. В то время у Веритаса дел так же было уйма, и, кроме заполнения документации, осталось выяснить, как поступать с неожиданным проявлением симпатии со стороны студента. Авантюрин в помещении пока не заявился, однако заявилась его очень и очень вымотанная подружка собственной персоной, которая, взволнованно заваливаясь в аудиторию, держала в руке телефон с чехлом, на котором изображены смешные свинки, и спешно нажимала на экран. В такие мгновения доктор Рацио постоянно бегал глазами по окружению, всматривался в поисках Авантюрина и пытался понять причину беспокойства. Ведь если волнуется она – значит у того тоже могли быть проблемы. Любопытно, это у него увлечение этакое: постоянно опаздывать на занятия и заставлять тревожиться тех немногих людей, с которыми он держит дружеские отношения, или студентам действительно так сложно просыпаться по утрам? Для идеального Веритаса не было сложного в том, чтобы встать в шесть утра, даже если уснуть пришлось в пять. Поймав себя на том, что думает об Авантюрине слишком долгое время, он поторопился выдернуть себя из бессмысленных размышлений, поскольку урок сам себя не проведёт. Вернувшись к уже почти заполненной аудитории, голубому блокноту с записями по занятиям и А4 распечаткам, Веритас намеревался его дождаться, прежде чем начинать пару. Он взял в руки телефон и, смотря на тусклый дисплей экрана, увидел нужное сообщение, говорящее о том, что его отправитель скоро прибудет в этот самый кабинет. Перемещая взгляд глаз, напоминающих утренний рассвет, такой, который ты видишь каждое утро день за днём, успокаивающий, но в тоже время тревожный, будто сообщающий, что день вновь настал. Для кого-то это новость разочаровывающая, для кого-то радостная, но именно таким взглядом Веритас встретил запыхавшегося Авантюрина, который тут же давал жизни смысл, от которого веяло тошнотворными духами, которого хотелось забрать себе. К той секунде, когда взор студента метнулся на Веритаса, тот уже принялся проводить занятие, стараясь сделать, похожий на сосредоточенного человека, важный образ. Авантюрин с воодушевлением вздохнул, быстрым шагом проходя между занятыми деревянными партами и присаживаясь рядом с Топаз на свободное место. В руках – сумка для ноутбука да два стаканчика ароматного кофе. Веритас уже восседал на своём стуле в центре аудитории, и Авантюрину не оставалось ничего, кроме как аккуратно поставить один кофе на поверхность стола прямо перед лицом малость удивлённой подруги, а второй поднести к замёрзшим на улице губам, сделать обжигающий горло глоток и стараться запомнить материал с лекции. – На этом занятие окончено, прошу расходиться по кабинетам и не толкаться. Спасибо за внимание, – спустя мучительных два часа послышались знакомые слава о конце урока. Авантюрин, с просьбой выкинуть, передал уходящей Топаз пустой стакан, вынимая весь в различных наклейках ноутбук, потёртую тетрадь и мгновенно поймав на себе озадаченный взор голубых глаз. – А ты остаёшься? – Ты забыла? У меня по пятницам здесь философия ещё, – он обиженно насупился. – Я твоё расписание на зубок знаю, а ты даже за несколько месяцев не запомнила. А вот какие предметы Яшма ведёт, ты выучила за минуту, угадал? – Яшма-то здесь при чём? Неужели, ты меня к ней теперь ревнуешь? – Топаз лукаво прищурилась, догадываясь, что кроме неё у бедного Авантюрина пока на примете никого нет. На данную колкость Авантюрин раздражённо закатил глаза, погружаясь рукой в светлые локоны. – Вообще-то, я ещё не успел тебе рассказать, что вчера вечером произошло... Это с доктором Рацио связанно. Так что не думай, что ты тут пуп земли! Бегом на пару. У Веритаса, услышавшего упоминание о себе, мгновенно участилось дыхание и сердце застучало чаще. Наверное, если бы он услышал ещё пару приятных слов, маске безразличия пришлось бы упасть на пол. – Вот это да. Ладно, после занятия встретимся и расскажешь всё в подробностях. Я пошла-а-а! Аккуратно кивнув головой, он решился ничего не говорить в след уже опаздывающей Топаз, размышляя о своих следующих действиях: подготовиться к уроку или поговорить с глазеющим на него Рацио? – Господин Рацио, сегодня Вы просто прекрасно выглядите! – Авантюрин хитро ухмыльнулся, всё же подходя к небольшому столу и второпях придумывая дальнейшие развитии диалога. – Эта рубашка довольно хорошо подчёркивает Вашу фигуру, да и просто идёт к лицу. Не против поболтать пару минуток перед занятием? – Здравствуйте, Авантюрин, – вставая со своего места, Веритас слегка, почти незаметно вжал шею в плечи, – я немного волновался по поводу Вашего отсутствия и написал Вам. – Да что вы, не нужно столько формальности, – склонив голову на бок, Авантюрин одними лишь глазами посмотрел по бокам, с успокоением не примечая ни души, кой могла б заинтересоваться их вполне личными разговорами. – Всё равно никому нет до нас дела. Хотя, может, я перегибаю палку, и вчерашняя помощь от Вас являлась обычной помощью ученику? Если что, только скажите, и я перестану Вам надоедать. Он с немой просьбой посмотрел в веритасовские глаза и еле ощутимо дотронулся до тыльной стороны его ладони, ставя свои на стол. – Нет, конечно же я не против нашего общения, Авантюрин. Но, позвольте спросить, какова ва.. твоя цель? Хочешь получать хорошие оценки за просто так? – Ваш прекрасный ученик просто хочет поладить со своим учителем. Без лишних помыслов. Хотя я ещё самую каплю желаю сходить с Вами ещё раз в уютное кафе. Неподалеку как раз открылось интересное заведение, – Веритас искренне пытался понять, что его интересует больше: чего хочет достичь Авантюрин своим забалтыванием, или неизвестное кафе, о существовании которого он не догадывался, хотя вполне хорошо разбирался в том районе, даже поймал Сампо на попытке прокатиться кругом. – С Вашей привлекательностью похожие на меня студенты проходу не дают, верно? – Как-то особо не задумывался, я стараюсь не заводить какие-либо отношения с учащимися, – он поправил на переносице прямоугольные очки для зрения, желая видеть на его лице каждую линию. – Но на вас.. тебя это не распространяется. Авантюрин едва не присвистнул от радости и своеобразной победы, тут же прикусывая губу белоснежными, почищенными зубами. Погладив Веритаса по руке и схватив с деревянной поверхности чёрную ручку, быстро комментируя как: «свою взять позабыл», он на носочках подошёл к своей парте, оставляя его один на один со своими мыслями о том, что переступил границу, пройдя уже несколько десятков шагов, так и не пройдя контроля. Однако стоило признать, что позаимствованная ручка была у Веритаса единственная и вполне себе нужная. Время до конца пары тянулись мучительно и долго, особенно учитывая то, что он снова был занят рассуждениями совершенно не схожими с темой урока и скорее походили на идеи то ли для порнофильма, то ли для триллера. В любых сомнительных случаях, в слегка кружащуюся голову лез исключительно Авантюрин с его предложением о почти что свидании, поэтому он всё старался переключиться на нынешнюю работу – проведение урока, или хотя бы на только предстоящую – те самые сообщения Герты, про которые преподаватель забыл, так и не открыв. Наконец закончив надоевшее занятие и уже надеявшись на продолжение преинтересного разговора, желудок Веритаса вдруг вспомнил, что не питался часов так пять и предательски включил голод чуть ли не до тошноты, заставляя отправиться в столовую вслед за студентами. – Приятного Вам аппетита! Топаз потерялась по дороге, а ты как раз один сидишь, – пытаясь выглядеть уверенно, хотя на самом деле был немного смущён, Авантюрин сел за противоположную сторону столика и мельком посмотрел на Топаз, которая уж точно никуда не могла подеваться, великодушно давая ему шанс побеседовать с предметом своего воздыхания. – Всё же тебе больше идёт, когда ты без очков, но вот рубашка с галстуком просто шик! Удивление на своём лице Веритас с лёгкостью утихомирил, что нельзя было сказать про стыд от неожиданных комплиментов и недоуменных взглядов других учителей в их сторону. Всё же он всегда старался отстраниться от общества. – Да, здравствуй, а как же ребята, которые с тобой в кафе были? – Веритас неловко затянул посильнее галстук, поправляя слегка помятую рубашку. – А, ты про Сугилита и Луку? Я с ними не так уж часто общаюсь, они скорее исключительно для вот таких посиделок. Сугилит помогает с учёбой, а Лука развевает атмосферу, а я блистаю красотой и туплю – идеальная компания. Веритас молча кивнул, не сводя глаз с подозрительно взволнованного Авантюрина и берясь за свой сырный суп. В голове проносились вопросы и всё то, что можно была сказать для удачного диалога, но в мыслях не укладывались даже те слова, что говорил сам Авантюрин, – будто всё стало затуманено. – У меня вот последняя пара и уже побегу не всех парах домой, а что за расписание у тебя вообще не вникаю, – откусывая бутерброд с маслом и колбасой, Авантюрин полез в карман за телефоном. – В пятницу занятий немного, так что я тоже заканчиваю скоро, – он осторожно подул на слишком горячую жидкость в ложке, которая уже успела обжечь язык. Подняв голодный взгляд прямо на студента, Рацио сглотнул тут же появившуюся слюну. Трудно понять, сейчас больше хочется съесть суп или самого Авантюрина? – Вот и прекрасно, забежим домой, а сразу после на прогулочку, – небрежно промямлил Авантюрин с хлебом во рту, нажимая пальцем и не отрывая глаз от яркого дисплея телефона, – ты ведь не против? – Конечно же нет, – немного неожиданный вопрос застал Веритаса почти врасплох. Разве ему хоть кто либо отказывал, когда тот предлагал сходить на свидание? Вряд-ли. А точнее точно нет, такое просто невозможно. Своей ослепительной улыбкой он мог околдовать абсолютно кого угодно, даже постоянно раздражённого бесчувственного учителя. – М-м, а что ты ищ– – Можешь записать своё расписание? – студент резко повернул смартфон лицевой стороной к Рацио, показывая на экране заметки, озаглавленные, как «Расписание дока», и заставляя слегка прищуриться от света. – Необязательно прям расписывать, хотя бы написать, во сколько начинаются и заканчиваются. – Док? – данное прозвище казалось странным. Доктором его назвали лишь ученики, а до сокращения так вообще никто ещё не додумался. – Док. А что не так? Показывает твой статус, но не слишком официально, – недоумение всплыло на лице парня, будто клички для него – вполне обычное дело. – Ничего такого, – так называемый док выхватил мобильник из чужих рук и мгновенно начал печатать своё расписание во всех подробностях – время начало и конца, название, место проведения – дабы иметь больше времени на успокоение, так как для него это абсолютно не являлось обычным делом. Его влюблённый – если это можно так назвать – разум успел извратить это имя до самого глубочайшего корня. Он моментально придумал несколько сценариев – как Авантюрин придумал прозвище, как он стонет его в постели, произносит в самых повседневных ситуациях и как он испуганным голосом, заикается, но всё же выкрикивает полюбившуюся кличку. Веритас протягивает смартфон с полным его расписанием Авантюрину и легко берёт поднос с пустой тарелкой от супа, который он чудом почти целиком съел, а также кружкой кофе, но она до конца трапезы так и осталась нетронутой. – Скоро занятие, увидимся позже, – единственное что сказал Рацио перед тем как поставить грязную посуду в специально отведённое ей место и уйти в буквальную пустоту – место, где любой человек теряется, становясь одним целым с остальными людьми, и если тот не будет вести себя, как Авантюрин, то никогда оттуда себя не вытянет. Но теперь парень поставил себе задачу, а именно "спасти" преподавателя из этого безвыходного положения. Всё всегда выходило так, как и должно. Несмотря на свою лживую натуру, его лесть и сияние спасали не только самого студента, но и окружающих. Здесь, конечно, зависит от ситуации – кому-то свет дарил благодать, кому-то резал глаза. Доктор поддался, не зажмурил веки, значит шанс был не только вытянуть его из мрака, а даже прибрать себе. Такой умный и привлекательный человек вполне мог стать отличным кандидатом на длительные отношения. Проблема в том, что студент не мог даже представить, что док не щурился только по одной причине – зрачки прекратили реагировать на яркость, погрузились в абсолютную темноту и видели перед собой отвратительные образы, которые видят только психически нездоровые личности. Авантюрин скрывал свою боль, Веритас делал тоже самое. Один выскажется, а второй будет пользоваться болью, как орудием убийства. Вылитые Инь и Ян. *** На последующей паре два молодых человека даже взглядами боялись пересечься, будто между ними произошло нечто плохое. Авантюрин посчитал, что сделал что-то не так из-за резкого ухода Веритаса, тот в своё время ужасно сильно волновался. Но к счастью, томные минуты занятия закончились, осталось лишь добраться до дому, переодевшись в приличную одежду выйти из квартиры и направиться на обусловленное место встречи. Уже в апартаментах, Рацио мерил комнату шагами в поисках наряда для свидания, но все предметы гардероба состояли из рабочей одежды. Единственный случай, когда холод шёл на руку – из лёгких вещей выбирать особо нечего. Так он думал, пока не нашёл единственный убогий свитер с вышитым на нём оленями и пиджак не по размеру. Вся надежда ускользнула, но совсем не впасть в отчаяние помогла внушающая доверие рубашка. Рывком открывая дверцы шкафа, взгляд метнулся к белой ткани на вешалке, которая находилась там на экстренный случай – чистая, поглаженая. Галстук доктор, при всей своей любви к официальности, решил не надевать, так как выйдет слишком серьёзный и совершенно не подходящий вид. Застёгивая все чёрные пуговички и оставляя под вопрос самую первую с верха, он вынул из дырки и вторую пуговицу, самую малость обнажая ключицы. Когда Веритас гостил у Жуань Мэй, можно было спокойно прийти в офисной одежде, не задумываясь об осуждение или недопонимания – они ведь коллеги. В данном случае ситуация куда серьёзней и сложней. Откуда Рацио, который даже в социальных сетях не сидит, знать, что нравится нынче подросткам? Надевая свою любимую, удобную куртку и начиная свой путь к возлюбленному, он продумал возможные темы для разговора, вопросы, а также разного рода тактильные действия. В том числе и возможные варианты заключения долгожданной встречи, от самых волнительных до совершенно удручающих. Конец их отношениям всё равно никогда не наступит, Веритас Рацио уже давно решил, что светлая макушка будет мелькать перед глазами всегда, но теперь не только в аудитории университета. Бросая полюбившуюся темноту, доктор ступает на более освещённую местность, подходя к нескольким зданиям, наполненных магазинами, кафе и пунктами выдачи заказов. Сразу рядом с началом домов, находился Авантюрин и листал что-то в телефоне, облокотившись спиной о стену. Пока тот его ещё не успел увидеть, доктор Рацио принялся жадно разглядывать образ студента. Тёмно-коричневое, почти чёрное пальто подчёркивало тонике плечи и расширялось к рукам, тёплую шапку заменяли чёрно-синие наушники, благодаря которым, скорее всего, док так и остался незамеченным, и ноги были не так отчётливо видны из-за широких, синих брюк. На ступнях та же обувь, в которой парень иногда ходит в школу. Невероятно красив, но будто картина не сходилась. Будто.. будто Авантюрин хотел ему открыться. Сердце забилось до дрожи в руках, дыхание сбилось, тошнота подкатила к горлу, но преподаватель чувствовал себя невероятно хорошо. Так хорошо, что если бы последующий поступок не был выполнен, то он бы просто упал в обморок или разорвался, рассыпавшись на маленькие частицы и потерявшись в атмосфере. Без дурных помыслов, движимый чем-то абсолютно необузданным, Веритас быстрым шагом ступил к студенту и потянул свои губы к его. Язык нагло протиснулся сквозь зубы, переплетаясь с чужим и изучая полость рта. Пока мягкая плоть перескакивала с дёсен, проходилась по зубам, облизывала язык парня, одна рука обхватила тонкую шею, вторая держала мягкую ладонь, а сам учитель вжал того в стенку. У испуганного Авантюрина телефон чуть-ли не выпал из рук, но он, всё же успев схватить мобильник покрепче, не сопротивлялся и не пытался отстраниться от Веритаса, всё так же находясь зажатым между ним и зданием. Отодвигаясь на несколько сантиметров, Рацио смотрит ровно в глаза студенту, сбивчиво дыша и пытаясь придумать оправдание, которого, скорее всего, для такой ситуации не существовало. – И-извини, – первая вещь, которая пришла на ум Веритасу – обычное извинение, – я.. даже не знаю, что на меня нашло. Не прочь забыть это и пойти туда, куда хотели? – Вау, это смогло даже меня повергнуть в шок. В принципе, не критично... – Авантюрина также максимально смущала данная ситуация, так что уйти с темы не было таким плохим вариантом. Но вернуться к чему-то подобному хотелось вновь. – Тогда, в качестве извинений, ты оплатишь мне кофе, – с натянутой улыбкой, той самой, которая невероятно раздражает Рацио, он выскользнул из рук преподавателя и направился в сторону заветного кафе. Невероятная вина резко нахлынула с новым вздохом, сразу же вытесняя кислород из лёгких и заставляя практически задохнуться. Он причинил боль Авантюрину. Авантюрин больше никогда ему не доверится. Их отношения разрушены. Мысли роем кружились в голове, слёзы застряли в глазах, чувство отчаяния распространялось по всему телу, безжалостно вызывая дрожь. Парень был слишком увлечён своими раздумьями по поводу недавнего поцелуя, воспринимая его исключительно как "милую вещь, которая случилась только потому, что док соскучился". В любом случае, так было воспринимать проще, а не париться – почему всё кажется настолько подозрительным? Заходя в двери кафе, учитель остался позади, давая тому несколько секунд привести себя в порядок. Делая резкий вдох, задерживая дыхание и медленно выпуская воздух из лёгких, доктор проделал дыхательную практику ещё пару раз. Подбегая к месту, где только что стоял ученик, он распахивает стеклянную дверь и видит Авантюрина у кассы, пока тот рассматривает меню и пирожные на витрине. – Ну что, уже выбрал, что хочешь? – спокойный, но всё-таки слегка запыхавшийся голос звучит из-за спины, заставляя вздрогнуть и обернуться. – А, да нет, я ещё выбираю, – у парня в голове на ум приходил только шоколадный эклер с впечатляющим ценником. – Ты пока подумай, а я уже от твоего выбора решу. Преподаватель недолго помолчал, потом издал протяжное "м-м-м" и заявил: – Тогда, я возьму матчу и кусочек «Наполеона», – довольно открытое решение заставляло Рацио волноваться. Чай, который он пьёт исключительно в домашних условиях и никогда не заказывает в кафе, и торт – любимая сладость после печенья. В этот раз свобода казалось реальной, выбор был, соответственно, ему не придётся брать эспрессо и грёбаный сандвич, которого тут и так не было. – Хорошо, понял-принял. Извините, – студент обратился к баристе, – можно латте, матчу, эклер и «Наполеон»? – изменять своей привычке в виде каждодневного стаканчика латте он не планировал, а тот самый эклер выглядит заманчиво, тем более, если они вдвоём будут есть сладкое. Подобная ученику девушка, излучающая свет, но без капли лживости в глазах, приняла заказ и быстрыми, плавными движениями начала готовить их кофе. На её бейджике было написано «Март 7». У Авантюрина сложилось глубокое чувство, что где-то он данную особу видел, но никак не мог припомнить, где. От навязчивой мысли его отвлёк Веритас, заботливо и мягко положив ладонь на худое плечо, вновь слегка напугав. – Давай пока присядем? – глубокий голос проник в разум, выталкивая непонятную девушку и ведя к самому дальнему столику у стены. По пути Рацио оставил куртку, шапку и шарф на металлической вешалке. Стараясь выдавить из себя подобие улыбки, преподаватель начал настраивать беседу на более спокойный лад. – Как понимаю, сегодня плачу я? – Верно всё понимаешь. Кстати, смею заметить, рубашки тебе правда просто невероятно идут. Уверен, что если расстегнуть остальные пуговицы, хуже не станет, – страстный поцелуй развязал ученику руки, словно признание в чувствах, и давал возможность кокетливо делать комплименты. А также незаметно приставать, что именно сейчас он и делал. Рука массирующими движениями скользила по бедру в обтягивающих штанах, начиная с тазовой кости и заканчивая коленом. Мышцы ног напряглись под тонкими пальцами, выдавая и усталое раздражение, и очевидную возбуждённость с желанием большего. – Авантюрин, мы в общественном месте... – В уголке, скрывающим нас от чужих глаз, – Авантюрин прищурил по кошачьи глаза и благословлял Веритаса за то, что он выбрал именно это идеальное место. – Всего-то немного полапаю. Вам напомнить, что вы сделали, когда только меня увидели? Упоминание укололо в самое сердце, не давая возможности сказать ещё одно замечание и молчаливо ждать объявления их заказа. Тепло исчезло, как и ученик, отправившийся вешать свое элегантное пальто на вешалку, напоминая о надоевшей жаре доктору, хоть тот находился в тонкой, расстёгнутой рубашке. Когда парень остался в белой оверсайз футболке, кофе был готов, а от пирожных во рту возникла слюна, Авантюрин, позвав Рацио на помощь, отнесла вкусности на их столик, удобно присаживаясь и сперва пробуя на вкус кофе. – Хм, удивительно, но очень даже вкусно! – студент и правда выглядел приятно удивлённым от глотка светлой жидкости. – Хочешь попробовать? – Нет, воздержусь, – сам преподаватель пытался распробовать матчу. Та приятно обжигала рот, отдавала чем-то травяным и молочным, но без ярко выраженной сладости. – Ладно, это был не вопрос, пробуй! С тяжёлым, наигранным вздохом доктор Рацио взял разноцветную кружку из чужих рук, преподнес к губам и сразу же обжёгся. – Да как ты это вообще пьёшь? Так ещё и говоришь, что вкусно. Это же кипяток! – с укором, повысив громкость сказал он. – Разве? А мне кажется нормально, – Авантюрин вновь взял напиток и обхватил обеими ладонями, никак не ощущая "кипятка". – Услуга за услугу, давай-ка и свой чай глотнуть. «Глотать будешь только...» – какая-то неприличная мысль проскользнула в голову, вызывая незаметную усмешку, но кружку Веритас всё же заботливо передал. Когда Авантюрин прикоснулся ровно к тому месту, где пил он, возбуждение порочно заставило кровь прилить к половому органу. Слегка ёрзая на диванчике, Рацио пытался найти удобное положение, закинув ногу на ногу и приступая к торту. Ученик, после того, как отхлебнул пару глотков чая, поставил чашку на белый стол рядом с доком и тоже аккуратно, боясь испачкаться, взялся за эклер двумя пальцами. Ещё несколько минут они неловко доедали пирожные, погружённые в свои мысли и ощущая всю натянутость ситуации. Темы для разговора никак не приходили в голову, каждый боялся произнести не те слова, но раздражённый молчанием парень всё же решился вести беседу. – Ты изначально жил на Пенаконии? Или переехал? Я вот из другой страны. Переехал сюда исключительно ради учёбы, еле как смог по обмену попасть в этот университет, – ему было непривычно контактировать с таким молчаливым человеком. Казалось, что лишний звук мог разрезать тонкую нить, связывающую их, но студент не догадывался, что на самом деле был связан крепкой верёвкой, которая и вызывала тревогу при виде смотрящих прямо на него красноватых глаз. – Да, я тоже не отсюда. Решил поступить в этот университет из-за приличной зарплаты, так как у себя не мог найти чего-то интересного и стоящего, – губы пересохли, глаза бегали по портрету Авантюрина, довольствуясь выступающими на его коже капельками пота. – Во-от ка-а-ак, – зацепиться за одну идею он смог, планируя развивать её и дальше, – а как ты вообще пришёл к тому, что хочешь стать учителем? – А кто сказал, что хочу? – доктор Рацио свёл брови к переносице – его работа вызывала в нём отвращение. – Никогда не хотел. Меня вынудили обстоятельства. Я планировал стать более великим человеком, но вместе со мной выпустились ученики во много раз лучше меня. Ты же знаешь Жуань Мэй? Она ведёт культурологию. Это её грёбанная подработка. Никто бы никогда не подумал, что такая величественная девушка всерьёз зарабатывает себе на жизнь учёбой. Она учёная, сделавшая свой вклад в науку. Герта, Полька, Скрюллюм... Они все были моими знакомыми. Но обошли меня. Авантюрин выслушивал всю эту тираду с практически мемным лицом, удивляясь тому, сколько же обиды могло затаиться в обычном существе, стоило лишь содрать корку с раны, разбить гипс и обнажить разочарованное жизнью лицо. Но эмоция медленно сменилась удовольствием, выражаясь в усмешке. Какой же он милый. Кто-то мог бы разочароваться, но он влюблялся лишь больше. – Не ожидал, что у вас настолько грустная предыстория. Зато, если бы вы не стали учителем, то и не встретили бы меня, – мелодичный голос вывел из злости в равновесие, и диалог всё также продолжался о пустых вещах. Некоторые значили много ( разговор про Топаз), некоторые были буквально мелочами (история покупки колец Авантюрина), а о чём-то было по настоящему приятно говорить (неожиданный вопрос о любимых книгах), но всё же идеи и силы иссякли. – Уже поздновато, надо бы к завтрашнему дню готовиться... А, не думаете ли заехать ко мне домой и помочь с домашней работой? В прошлый раз мы так мило занимались, – просто так отпускать Веритаса Авантюрин не хотел и придумал отличный предлог для похода к нему в гости. – Да, конечно, – быстро согласился доктор, только услышав слова "ко мне домой". Мысли о прибытие в то место, в котором он мог побывать только в своих мечтах и в роли сталкера, были чертовски приятными и побуждали мелкую дрожь пройтись по телу. – Тогда – в путь! Каждый в свою меру воодушевлённый собрался, Рацио оплатил заказ, даже не волнуясь о сумме, а ученик вызывал такси, в этот раз решив раскошелиться сам. Пару долгих минут подождав машину на прохладном воздухе, они сели в тёплый салон на задние сиденья. Студент натянул на уши полноразмерные наушники, нажимая на кнопку включения и потягиваясь за телефоном в карман джинсов. Доктор Рацио прислонился к окну лбом, прикрыл глаза, погружаясь в спасительную темноту и тишину, и задумался о своём смертном. Образы вскоре помутнели, и чернота поглотила разум. *** – тас! Господин Веритас! – кто-то настойчиво кричал его имя прямо в ухо и дёргал за рукав куртки. Веки пришлось открыть и рассмотреть склонившегося над ним парня. Может, спросонья, а может наш герой не придумал оправдания, но лицо само потянулось к таким близким к нему красноватым губам. Лёгкое, почти невесомое прикосновение продлилось несколько секунд, после чего Веритас Рацио вылетел из машины, хлопнув дверцей. – Что ты сразу убежал-то, стесняешься? Я надеюсь, держаться за руки вам стыдно не будет? – вопрос звучал издевательски. Авантюрин медленно подошёл к Веритасу, хватаясь за его большую ладонь своей – тонкой, мягкой, почти женской. После того, как доктор предпринял попытку выбраться из хватки, парень прыснул – хотя, это было что-то между "пф" и "тц", а также походило на насмешку. Удивительный человек. Смирившись и наоборот, крепче сжав нежную кисть, Рацио был всё ближе и ближе то ли к своей мечте, то ли к самому худшему кошмару. Вариантов развития событий миллионы, какой из них именно тот, который надо и тот, который произойдёт совершенно неизвестно. А достоин ли док вообще находится в квартире у него? Да, то происшествие не считается, так как он пробрался к нему, окончательно отбросив все свои принципы и обещания, а сейчас – его официально приглашают погостить. Разве какой-то Веритас Рацио заслуживает быть вообще в одном пространстве с ним? Дышать одним воздухом? О каком доме вообще идти речь? А что, если произойдёт что-то неожиданное? А что может вообще случиться? Что, если он больше не захочет видеть меня? А что если? Чт0 3с4и? А если преподаватель вновь сорвётся и сотворит что-то непоправимое? Что, если причинит боль такому прекрасному существу, как он? Боль – и физическую, и моральную – учитель планировал причинить ему уже очень-очень давно, а само желание становится всё сильнее и сильнее. Хочу. Хочу. Хочухочухочу. Хочу многого. Хочу всего. Хочу боли. Хочу наслаждения. Хочу любви. Хочу тела. Хочу чёртова Авантюрина и никого больше. Пока Веритас был на грани нервного срыва, Авантюрин молча вёл его, предвкушая их совместное времяпровождение. Тот, в силу своей озабоченности, был почти уверен, что эта ночь сведётся к грубому сексу, в котором ученик впервые будет в нижней роли. Он часто пробовал трахаться с девушками, но особого удовольствия студент не получил и пытался найти подходящего парня. На данный момент неловкость прошла, но только представьте, как Авантюрин и Сугилит стыдились общаться после их обоих первого раза с мужчиной. В особенности беловолосому, который тщательно скрывал свою ориентацию, а блондин просто напросто начал открыто приставать и разрушил всю тайну. Перед глазами в деталях вырисовывался знакомый обоим дом, подъезд, а после и лестница. Рацио уверенно шёл вперёд вплоть до третьего этажа, останавливаясь и давая парню открыть дверь. – А ты-то откуда знаешь, где я живу? – спросил он в шутку, но испугавшись спустя несколько секунд. – Ага, а ещё я знаю, что ты прячешь под ковриком запасной ключ. Советую его перепрятать, иначе кто-нибудь и пробраться может, – док думал, что его слова тоже звучат как шутка, только вот из-за его серьёзного лица сердце у Авантюрина начало биться быстрее. – Я надеюсь, ты же шутишь? – нахмурившись, медленно произнёс он. Преподаватель молча и загадочно прошёл в квартиру, оставляя позади себя недоумевающего студента. Стоит не забивать подобными вещами голову и насладиться встречей.