Где мы вместе

Открытая дверь в кабинете имела за собой стразу два последствия: наполнявший помещение шум мгновенно стих, заменившись тихими шепотками и шелестом бумаги, а из открытого окна ветер мгновенно залетел внутрь, принявшись ворошить все, до чего только мог достать. Некоторые листики полетели на пол, а за ними и люди, не желавшие запачкать белую бумагу грязью и пылью. Желая остановить вновь нарастающий шум, преподаватель, зашедший только что, направился в открытому нараспашку окну, мгновенно перекрывая ветру дорогу. Кивну в ответ на складное приветствие студентов, мужчина сел за свой стол и включил ноутбук. — Сегодня мы переходим к новой теме, так что у вас есть возможность подправить отметки, полученные на прошлом занятии, — теперь уже все головы в аудитории были направлены на преподавателя в ожидании объявления условий. Тест, данный на прошлой паре, закончился для многих плачевными результатами, так что у всех было достаточно мотивации взять что-нибудь дополнительно. Валерий Михайлович, новый для второкурсников преподаватель, вел введение в специальность, а значит являлся из главным «врагом» в этом году. Отметки были важны по каждому предмету, но именно этот мужчина был самом важным, а значит и самым требовательным. К тому же, с ним у них будет в этом году сразу два экзамена, что означало только одно — репутация решает все. — Есть восемь тем для доклада, — ему не дали закончить, вверх сразу же взметнулись десять рук, к ним присоединились еще четыре. Мужчина замолчал и поджал губы, грозно глянув на вмиг стушевавшихся второкурсников. Руки исчезли так же быстро, как и появились. — Кхм, и так, восемь тем для объемной работы, на которую я даю вам месяц. Вы должны будете провести небольшое исследование и оформите все, как полагается с интересной презентацией и докладом. Подробнее расскажу, когда определимся, у кого какая тема, — он снова замолчал, обвел взглядом весь кабинет, а затем ухмыльнулся: — Вот теперь поднимаем руки. В этот раз желающий было меньше. Перспектива выполнять такое задание слегка испугала. Исследование? Да ну, не так уж и важна им эта отметка. На следующий тест просто лучше подготовятся и все. Неловкое молчание и отведенный в сторону взгляд говорил сам за себя, так что Валерий Михайлович еле удержался, чтобы не закатить глаза. Это было забавно, вроде все студенты разные, а реакция на это его задание всегда одна и та же. Однако эта группа все же превзошла его ожидания — нужное количество рук набралось. Хотя, тут наверное сыграло роль и то, что троек было как раз восемь штук. Студенты такие студенты. — Что ж, восемь рук я все же вижу, подойдите ко мне, — пока небольшая группка парней неуверенно становилась рядом с преподавательским столом, мужчина выложил на него восемь бумажек в два ряда, — Вытягивайте и по одному говорите, какая у вас тема. — Смотри, у меня почти получилось, — Ася пихнула подругу под руку, отвлекая ее от разглядывания рисунка на обоях кабинета. Даша неохотно повернулась и посмотрела в тетрадь, подсунутую почти под нос. Весь разворот заполняли рисунки маленьких синих котиков в одинаковой позе. Тетя каждый следующий немного отличался от предыдущего. Линии становились плавнее, да и сам силуэт получился правдоподобнее. В некоторых рисунках ручка плешивела, но это даже предавало особого шарма. Ася достала из пенала сложенную в четыре раза бумажку и положила рядом с самым последним и самым удачным своим рисунком. Вышло практически один в один. Сложенная бумажка держала в себе рисунок кота: в той же позе, того де размера, только черной ручкой. Было видно, что, хоть линия и была выведена небрежно, совсем не так, как у девушки, она смотрелась естественно, словно котик прямо сейчас двинется и лениво продолжит вылизывать лапку, как ни в чем не бывало. Словно и не рисунок вовсе. Это восхищало. — Похоже? — Это кто нарисовал? — с удивлением вглядываясь в рисунок, тихо спросила Даша. Любовь к котам была ужасно невыносимой, а потому сдержать порыв прикоснуться было выше ее сил. Как и ожидалось, под пальцами был лишь тонкий листик, слегка потрепанный от долгого нахождения в бездонной сумке, бессовестно именуемой пеналом Аси. — Вадик, — девушка подсунула оба листика ближе к подруге и кивнула на них головой мол «ответь ты уже на вопрос». Однако, когда в воздухе повисла лишь тишина, Ася закатила глаза и подняла голову, сталкиваясь со взглядом Даши. И такое ее выражение лица однозначно требовало подробнейших объяснений. Ася обреченно вздохнула: — Вадик нарисовал его за секунд пять, а я решила, что просто обязана повторить. У меня получается почти так же красиво, но нифига не быстро. Это бесит: почему он весь такой идеальный? Даже рисует, блин, классно. — И это ты обвиняла меня в тормознутости? — скептически оглядев подругу еще раз, чтобы убедиться — вдруг больна, раз не слышит собственных слов. Но ответом ей служил озадаченный вид, совершенно ничего не понимающей Аси. Приехали. — Ты о чем? — все же озвучила свой очевидный вопрос и на всякий случай забрала рисунки обратно. Не хотелось бы их испортить. — Да ты говоришь о… — Вершина Дарья, — девушку оборвали на полу слове и она резко вздернула голову вверх, сталкиваясь с пытливым взглядом из-под очков-половинок. Не дождавшись решительно никаких действий от студентки, мужчина снова удержал себя от того, чтобы со вздохом не потереть зудящую переносицу, «и почему меня никто не слушает?» — пронеслось в голове, лишь бы не вслух. — Вы тоже возьмете тему. — Что? — вся расслабленность мигом схлынула с лица, вместе со всеми красками, оставив после себя лишь пустошь и глаза, кричащие «за что!». В прочем, слова кричали почти то же самое: — У меня же нормальная оценка за тест, да и тем уже не осталось. — У вас самый высокий балл за этот тест в вашей группе, — мужчина откинулся на спинку своего стула, не на миг не отводя взгляда, и улыбнулся: — К тому же вы староста, и, как ваш педагог, я желаю полностью раскрыть ваш потенциал по средством небольшой научной работы, Дарья. Вы будущий хирург, поступили в университет Экспериментальной Медицины, и я очень надеюсь, что вы сможете стать чем-то большим, чем штатным врачам второсортной бесплатной поликлиники. И этот проект — мой способ узнать, ошибся я или нет, а ваш способ развить свои способности и расширить знания в области, в которой вы планируете работать, — он все же снял свои очки и ущипнул себя за переносицу, делая небольшую, но кажущуюся вечностью, паузу, — Я понятно выразился? — Да, понятно, — Даша поджала губы, не найдя, что еще ответить. Спорить было не с чем, а значит придется все же взять эту дурацкую работу. — Подойдите, я дам вам тему, — удовлетворенный ответом, преподаватель вытащил из ящика еще одну бумажку и протянул ее девушке. Та кивнула и вернулась на место, почти рухнув на стол — нечестно, это было просто не честно. — Капец, вот так обломщик, — ворчливо отозвалась Ася, ложась на парту рядом с поникшей подругой. — Еще и такую пафосную речь толкнул, ему бы в фильмах сниматься. Станиславский бы прыгал от радости. — Я хотела в этом семестре быть менее заметной. У меня и так в Совете дел по горло, — раздался приглушенный голос, а за ним задушевный вздох. — Может, лучше в эскорт?

***

— Даша! — не успела девушка обернуться на зов, как ее крепко схватили за локоть и выдернули из потока студентов, спешащих, кто куда. Даша задела кого-то плечом и даже услышала возмущенный возглас в ответ на это, но он быстро затерялся в общем гаме, а сама нарушитель спокойствия и вовсе позабыла об этом через секунду. — Извини, крепко схватила? — голос был не громким, но его все равно было прекрасно слышно. Возможно, в этом стоит винить тараканов к голове Даши, который добросовестно отгоняли весь остальной серый ненужный шум, оставляя только самое важное — Юлины слова. — Нет, все в порядке, — улыбнулась и встала все же чуть ближе к собеседнице — теперь уже Дашу кто-то задел сумкой, пробегая мимо. — Хотела спросить, на счет твоих планов на завтрашний вечер, — заведя свою девушку за ближайшую колонну, чтобы хоть немного спрятать их от чужих глаз и ушей, Юля улыбнулась и чуть ближе прижала к себе чужую руку. — Завтра? — Даша нахмурилась, пытаясь вспомнить что-нибудь из намеченных планов. В голову мало что приходило, когда руку вот так крепко прижимали к груди, но девушка стоически держала себя в руках, пытаясь копаться у себя в мозгах. Пауза затянулась, но неловкостью даже не пахло. До того самого момента, как одно скверное, ужасное и по сути своей неприятное воспоминание не врезалось в мозг — а ведь он уже растекся тающим желе по всей голове от мысли, что завтра можно будет не думать, а только наслаждаться — и Даша закусила губу от разочарования. — Я обещала помочь Ксюше с отчетом. Это прозвучало как приговор, как «неделя без сладостей» когда шкаф от них так и ломится, как ножом по сердцу и воду в легкие одновременно. Они вот уже две недели почти ни минутки не проводили вместе: учеба, собрания, работа, Совет, преподаватели и первокурсники — так много препятствий тому, чтобы просто приятно провести вечер, или утро, да хотя бы большой перерыв. Это жутко выматывало, особенно сейчас, когда сладкий вкус объятий и неспешных поцелуев был так знаком и так привычен, когда переплетенные пальцы и голова на подставленном плече — то, что наполняло день и ночь. Их лишили этого слишком резко, словно обрубив кислород, утопив в холодной рутине и постоянно бегущие куда-то дни. Они провели вместе, в одной комнате — крепости — всего лишь месяц, и этого хватило, чтобы слишком хорошо осознать, как же серо и тоскливо им друг без друга. Да, друзья скрашивали своеобразное «одиночество», но этого было до жути мало. Юля тоже не смогла удержать спокойствие на своем лице. Завтрашний вечер — единственное крохотное окошко, которое она так старалась уберечь от каких-то дел, чтобы наконец-то окунуться в нежную атмосферу какого-нибудь простенького романтичного кино, сжимая в руках свою собственную романтику, и улыбаться так сильно, что щеки ужасно болят. И эту надежду, что грела душу всю эту неделю так жестоко обрубила какая-то Ксюша. Обидно до дрожи в пальцах, но Даша тут не при чем. «Держись, потом посидите» — пыталась достучаться до нее ее собственная совесть. Но именно сейчас ее хотелось послать к чертям собачьим. Хотелось наплевать на все договоренности, схватить свое счастье и утащить подальше от всей этой муторной суеты. А если эта самая Ксюша вдруг появится, то Юля ее просто пошлет куда подальше. Так хотелось сказать что-то вроде «к черту все дела», но девушка лишь прикусила язык, дабы он ничего не вытворил. У Даши есть дела, обещания и обязательства перед другими. Это ее фундамент для будущей учебы и жизни — нельзя вот так просто обрубить ей это потому, что захотелось украсть девушку у мира хотя бы на пару часов. Юля затолкала ревность, вдруг всполошившуюся от мысли о Ксюше, куда-то поглубже, и улыбнулась, погладив чужое поникшее плечо. — Ничего, у нас еще будет все время мира. Я тебя просто затискаю до смерти, как только чужие загребущие руки перестанут нуждаться в твоем строгом голосе. Даша, до этого внимательно наблюдавшая за всеми еле заметными изменениями в лице возлюбленной, поджала губы, даже не потрудившись улыбнуться в ответ на флирт, и мотнула головой: — Нет. — А? — девушка вырвалась из мыслей, в которые успела основательно погрязнуть за те пару секунд, что ее беззастенчиво разглядывали. — Что нет? — Погоди, — Даша порялась в карманах, доставая телефон и набиаря чей-то номер. Послышались тихие гудки, и через пару секунд голос с стой стороны ответил такое же тихое «Алло?» — Привет, Ксюш, мы можем завтра отменить нашу встречу? — звучало так, будто то договор с бизнес-партнёром. — Нет, — пауза была не долгой, но ответ заставил Дашу вновь поджать губы. Она промолчала, чтобы получить объяснения, — Сдача отчетов через два дня, в другое время мы просто не сможем встретиться, а мне нужна помощь. — Хорошо, а сегодня сможешь прийти ко мне в комнату? — сдаваться не хотелось, хотя в голове ее собственный мозг сейчас обзывал Дашу теми словами, которые она сама то не очень знает. Куча, куча дел, мало времени, очень мало времени. Однако вечер с Юлей был однозначно более привлекательной идеей, чем все остальное. Даша просто попросит компенсацию за эту небольшую переработку ради любимой девушки. Компенсация обещала быть еще более приятной, чем событие, ради которого Даша шла на такие жертвы. Легкая улыбка легла на губы от всего этого роя чудеснейших мыслей. — Ну…- Ксюша замялась, заставляя сердце Даши чуть екнуть, в ожидании очередного отказа. Но его не последовало: — Хорошо, давай. Я приду к тебе к семи где-то. — Окей, жду, — Даша мгновенно просияла, сразу же сбрасывая звонок и не дожидаясь других ответов — они были не важны. Убрав телефон обратно, девушка подняла голову и лучезарно улыбнулась. — Завтра я совершенно свободна! Юля не смогла удержать теперь уже смех и порыв обнять девушку. Впрочем, сдерживать ничего и не хотелось. Они простояли так, крепко держа друг друга в руках, казалось вечность. Во только закон подлости часто бывает весьма подлым и черствым, по отношению к счастью. Звонок врезался в их окружение, убивая бабочек в животе и вызывая желание обреченно застонать. Девушки неохотно расцепились и, в последний раз сжав друг друга в объятиях, поплелись на пары. И тем не менее, ожидание завтрашнего вечера грело душу. Что-то хорошее все же произойдет.

***

С громким болезненным стоном Даша выкинула куда-то в сторону на стол стопку справок и откинулась на импровизированную спинку «кресла». Она сидела на одном месте уже часа три, а потому, чтобы не остаться с квадратной задницей, она придвинула кровать ближе и выстроила подушки в стопку. Мягкая опора не сильно помогала держать спину ровно, однако всяко лучше, чем сидеть на табуретке. Веки были будто свинцовыми, но засыпать было рано, слишком рано: без десяти семь — скоро придет Ксюша. Даша обречённо посмотрела на свой собственный еще на половину пустой отчет и тоже убрала его подальше с глаз — уже тошнило. Дел не в проворот, до этого более-менее мирный и свободный вечер, теперь горел не хуже огня. Ася с сочувствием посмотрела на подругу, оторвавшись от своих собственных бумажек — уже третья по счету лаба, написанная за вечер, по анатомии, долги, так сказать. Внутри все горело огнем и так и подмывало помочь, но груз собственной работы давил не хуже каменной плиты. Взятый по фармакологии дополнительный доклад явно был лишним, но плачевную ситуацию стило все же подправлять, пока все не скатилось в тар-тарары. Даша училась гораздо лучше и долгов у нее практически не было, и тем не менее, казалось, что она работала по вечерам — а иногда ночам — гораздо больше. Это расстраивало. Девушку все время гложило странное чувство — совершенно необъяснимое, надо сказать — чувство вины. Будто это ее собственная заслуга, что лучшая подруга выглядит не лучше зомби из недавно вышедшего очередного фильма. На который они так и не сходили. Ася перевела взгляд на небольшую картину с маками, «сохнущими» уже третью неделю, и вновь вернулась к подруге. Разомкнув поджатые губы, девушка тряхнула головой и встала из-за своего стола. — Я тебе помогу. — А? — Даша, подавив очередной зевок, вопросительно глянула на подругу. — Скоро же придет Ксюша? — утвердительный кивок. — Ну вот, ты сядешь с ней, а я доделаю твой отчет. Я знаю, как делать, так что просто расслабься и немного отдохни сегодня. Выглядишь не лучше трупа. Юля мне голову свернет, если узнает, что я позволила тебе в таком состоянии возиться до ночи с чертовым отчетом, — не дав подруге вставить и слова, Ася решительно подошла к столу, забрала все, что касалось пропусков их группы и плюхнулась обратно в свой стул. — У тебя же своих дел хватает, — предприняла безуспешную попытку вразумить подругу Даша, на что получила неопределенный жест, который не было никакого желания расшифровывать. — Ладно, как захочет ее величество, — губы тронула легкая благодарная улыбка. С плеч будто упал тяжеленный груз, до этого незаметно отравлявший жизнь. А ведь действительно, мысли о предстоящей работе до ночи невероятно отягощали выполнение этой самой работы. — Спасибо… Ничего больше она сказать не успела, в дверь постучали, а затем в комнате появилась Ксюша, держащая в руках папку. Вид ее, зажатой между рукой и боком девушки, заставил Дашу тяжело вздохнуть и чуть подвинуться, чтобы дать гостю место. — Привет, — они друг другу кивнули, Ася буркнула себе что-то под нос, и Ксюша аккуратно уселась на край чужой кровати. Даша взяла из рук эту злосчастную папку и открыла ее. «Как будто это ящик Пандоры, емае» — пронеслось в мыслях. Хотя, наверное, так оно и было, судя по тему количеству проблем, доставленным ей этими дуратскими папками. — Ну смотри, в основном все, что тебе нужно, это просто перенести количество пропусков в журнале в этот бланк по дням а потом пометить те пропуски, которые оправданы документами или заявлениями. Это не сложно, но муторно, если у тебя добропорядочная группа, конечно. — У меня нормальная группа, — чуть склонившись к бланку, Ксюша поджала губы в недовольстве. — А как мне понять, где у меня пропуски по заявлениям? У меня на руках только справки. — Погоди, — Даша подняла голову с сомнением всматриваясь в пытливое лицо напротив. Внутри все скрутило в тугой узел от плохого предчувствия. — Ты же не хочешь сказать, что не записывала каждый день, кого и по какой причине нет, верно же? — В смысле, записывала, куда? — Ксюша нахмурилась еще силнее, заставляя Дашу чуть ли не заплакать. Вечер обещает быть длиннее, че предполагалось. — Твою мать…

***

Юля прошлась быстрым взглядом по комнате — уборка, уборка и еще раз уборка. Глаза упали на стопку бумаг на столе и девушка тяжело вздохнула — и работа конечно же. Бумажки — худшее, что будет сегодня вечером, зато завтра сам рай обещал спуститься к ней на пару часов, а значит стоило пожертвовать сном ради этого. В конце концов, Даша изменила свои планы ради нее и однозначно усложнила себе жизнь. И все для того, чтобы удовлетворить ее желание побыть вместе. Это трогало до глубины души, И Юля была готова отдать все, что только можно, чтобы оправдать эту жертву. Даша не пожалеет, что согласилась, уж она об этом позаботиться. — Я сделаю все, чтобы твоя жертва было не напрасной.