Великий обман

Чонгук заходит в квартиру на ватных ногах. Он не помнит, как поднялся по лестнице, открыл дверь и дошёл до кровати. Всё, что он помнит и о чем может думать — Тэхён. Альфа выглядел расстроенным и злым. И тот факт, что именно Чонгук – причина этого, вызывает болезненные чувства в груди. Он виноват. Он причинил боль человеку, которого любит. Лгал, глядя в глаза, бессовестно радовался чужой заботе и вниманию к себе. Тэхён был с ним искренним и любящим, а что в итоге сделал он? Просто воспользовался чужой добротой, посмеялся над чужими чувствами, притворяясь другим человеком. Он же знал, к чему это всё может привести. Нельзя было вечно врать Тэхёну, рано или поздно альфе пришлось бы узнать правду, но только Чонгук не думал, что это произойдёт при таких обстоятельствах. Омега должен был сам во всём признаться и показать, что ему искренне жаль. А не ждать, когда Тэхён сам обо всём догадается и воспримет всё по-своему. Чонгук жалеет о том, что не признался вовремя и пустил все на самотёк. Нужно было перестать бояться и взять себя в руки. Да, ему было страшно говорить правду тогда, когда у него ещё была возможность. Но ведь сейчас страх намного сильнее. Страх, что он может потерять дорогого для себя человека из-за своей никчёмной трусости. Чонгук отправил десятки сообщений, но все они так и остались непрочитанными, на звонки альфа не отвечает, что заставляет ещё больше бояться. Неужели, это конец? Тэхён больше никогда не захочет его видеть? Чонгук, лежа на боку, прижимает ноги к животу, он чувствует, как его тошнит от самого себя. Почему он такой? Глупый и безнадёжный? Испортил свои первые отношения, растоптал всё то, что они с альфой успели построить за то короткое, но счастливое время, что были вместе. Он громко дышит: ему не хватает воздуха. Его душат слёзы и чувство вины. Но он всё это заслужил. Наверное, Тэхёну сейчас очень больно. Ему явно хуже, чем Чонгуку, ведь это его предали. Альфе сейчас скорее всего очень плохо, но Чонгук не может его успокоить, не может поддержать и утешить, потому что он сам является причиной боли Тэхёна. Чонгук себя за это ненавидит.

***

Омега просыпается от настойчивой трели будильника. Ему трудно заставить себя хотя бы что-нибудь сделать: встать, умыться и собраться в университет. Как он сможет спокойно учиться и не думать о Тэхёне? А если он там встретится с альфой, а тот даже не посмотрит в его сторону, пройдёт мимо и не захочет слушать никакие оправдания? Что если эти самые оправдания ему вовсе не нужны, потому что ничто не сможет оправдать в его глазах Чонгука? У омеги опускаются руки. Ему хочется сдаться прямо сейчас, поднять белый флаг, даже не пытаясь сражаться. Но встать всё же приходится. В конце концов ему нужно сегодня навестить Мингю, привезти ему некоторые вещи и убедиться, что с братом всё в порядке. Он может пропустить первую пару и поехать в больницу, по крайней мере у прогула будет уважительная причина. Чонгук пытается улыбаться, когда заходит в палату. Грузить брата своими проблемами не хочется: тому и самому сейчас не очень сладко. Врач сказал, что придется не меньше месяца проходить с гипсом, а для Мингю это равно домашнему аресту. Сидеть целый месяц в четырёх стенах. Что может быть хуже? Но улыбка на губах какая-то кривая, и Мингю быстро соображает, что к чему. — Что-то случилось? Ты выглядишь не очень. Мингю двигается, освобождая место для Чонгука, и тот ложится рядом с братом. — Он обо всём узнал. Мингю громко вздыхает. Ему жаль брата. — И что он сказал? — Ничего. — Совсем? — Он просто уехал. Мне кажется, это конец. — Гу, посмотри на меня, — парень поднимает чужое лицо за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. — Я не знаю, что у него творилось в тот момент в голове, и ты тоже этого не знаешь. Но я уверен, что Тэхён умный парень, и он обязательно даст тебе шанс объясниться. — Чонгук пытался держать себя в руках, но чувствует, что опять начинает плакать. — А если нет, то пошёл он нахер. Я уверен, что ты ещё успеешь найти себе достойного альфу. Ты очень милый и замечательный, такого с руками и ногами оторвут. — Брюнет на это лишь грустно улыбается. — А он, как сказал Хосок, будет себе локти кусать за то, что бросил солнышко-Гуки. — Но я не хочу другого альфу, — Чонгук шмыгает носом. — Я Тэхёна хочу. Мингю закатывает глаза. Какие же эти влюблённые люди глупые. Хорошо, что он подобной ерундой не страдает. — Хорошо-хорошо. Простит тебя Тэхён, я уверен. — А если нет? — Я сломаю ему нос. — Не нужно. Ему и так, наверное, сейчас больно. Возможно, Чонгук прав. И альфе сейчас тоже очень непросто. Но Тэхён для Мингю никто. А Чонгук – его любимый родной брат, и ему не нравится видеть, как тот страдает. Чонгук успокаивается и замечает на тумбочке огромный букет, странно, что не обратил на него внимание сразу. — Это что? — указывает на цветы. Мингю фыркает. — Это вчерашний альфа притащил с утра пораньше. Разбудил ни свет ни заря, засунул в руки и сразу смылся на пары. — Хосок? У вас вчера с ним что-то было? — Чонгук уже даже не удивляется, что Мингю с гипсом на ноге, лежа в больнице, успел найти, чем себя развлечь. — Пф… Если бы. Убежал как ошпаренный после обыкновенного поцелуя. А я всего лишь сжал его полувставший член! И то через одежду! — Мингю негодует, как альфа в здравом уме мог отказаться от секса с привлекательным омегой? Может, его гипс смутил? Но они же не марафон бежать собрались. Или его смущает атмосфера больницы? Мингю она, наоборот, только заводит. В подобных местах он сексом ещё не занимался. Одним словом, глупый какой-то альфа ему в этот раз попался: от секса отказался, но цветы притащил и вечером обещал опять заглянуть. На самом деле, Мингю впервые сталкивается с подобным, раньше за ним никто не ухаживал. Все альфы автоматически считали его доступным, и после секса звали только на секс. Мингю перестал оставлять свой номер и начал убегать от них по утрам. Секс он любит, и не собирается отказывать себе в удовольствии только для того, чтобы альфы не смотрели на него предвзято. Им можно трахаться направо и налево, а ему нет? Что за двойные стандарты? А ещё у Мингю душа требует свободы и приключений, ему нужен альфа под стать ему, такой же обезбашенный, который в три часа ночи согласится поехать на пляж, чтобы собрать ожерелья из ракушек. Который вместе с ним купит билет за два часа до отъезда поезда и рванёт на другой конец страны, потому что там на следующий день будет концерт известной группы, и кто его знает, может, это единственный шанс Мингю на нем побывать. У него жизнь одна, молодость тоже, и он проживает её так, чтобы в старости ни о чем не жалеть. Он и брата своего пытался потянуть за собой, открыть, так сказать, глаза на то, что можно не просто существовать под гнётом чужих устоев и не всегда нужной морали, но быстро понял, что Чонгуку совсем это не нужно. Чонгук другой. Он любит читать, погружаясь в выдуманный мир на долгие часы и не замечать, что происходит вокруг. Любит, чтобы в его жизни был полный порядок, и даже если решится когда-нибудь куда-нибудь съездить, будет долго и тщательно это планировать. Он не любит выделяться среди толпы, одевается простенько, что некоторым не приходится по вкусу. Но он такой, какой есть, и если кому-то что-то не нравится пусть пиздует идёт мимо. Мингю понял, что его брат живёт по такому же принципу, как и он: как душа того требует. Чонгук думает над словами брата и внезапно к нему приходит понимание, что он должен извиниться не только перед Тэхёном, но и Мингю. Возможно, если бы альфа нашёл настоящего Мингю и начал за ним ухлестывать, как за Чонгуком, сердце того бы растаяло, и у них что-то бы да получилось. Без вранья и обманов. — Гю, прости меня. Брат оборачивается и непонимающе смотрит. Чонгук поясняет. — Даже если ты сбежал от Тэхёна, это не значило, что я имею право притворяться тобой. Он нашёл бы тебя, и у вас может… — Всё в порядке, Гу. Я не злюсь на тебя. Что должно было случиться, то уже случилось. А думать о том: «а что если бы» я не хочу. И тебе не советую. — Мингю внезапно хмурит брови. — Подожди, а ты почему сейчас не на занятиях? Чонгук бросает взгляд на часы. Первая пара скоро подойдёт к концу, поэтому ему стоит поторопиться. Как бы парню ни хотелось спрятаться от всех и вся, проблемы это не решит. Нужно встретиться с Тэхёном и поговорить.

***

Тэхён зол. Он пиздец какой злой. Ему хочется разбить о стенку все свои вещи, разгромить квартиру на кусочки, устроить полный бардак, но он не какая-то там истеричка, поэтому стойко держится. Он что, похож на дурака? Над ним так весело было смеяться? Водить за нос как малое дитя? Что Чонгук о себе возомнил? Решил, что Тэхёна просто так можно дурачить? И как так получилось, что он встретил сначала одного брата-близнеца, а потом другого? Может, это было специально подстроено? Нет, Чонгук не мог с ним так поступить. Альфа берет в руки телефон, который не перестаёт трезвонить и ставит на беззвучный. Он сейчас не в силах трезво мыслить. В нём плещется целая куча разных эмоций, и все они далеко не безобидны. О том, что он его любит, Чонгук тоже соврал? Тэхён обессилено падает на кровать. Фаза злости прошла, и на ее место пришла обида и отчаяние. А он ведь ему поверил. Чонгук выглядел таким искренним в тот момент, когда случайно признался в любви. Тэхён чувствовал себя счастливым. Сейчас же он ощущает опустошение. Горькую обиду, отчаяние и жгучую боль в груди. Кто бы мог подумать, что всё так быстро может измениться. Воздушные замки вмиг разрушились. Тэхён резко свалился с небес на землю, и оказался не готов к жестокой реальности. Этой ночью Тэхён убедился, что не только омеги могут плакать. Альфа приходит в университет с отвратительным настроением и таким же видом. Друзья это замечают, но ничего не спрашивают, ждут, когда Тэхён сам решит им всё рассказать. Чонгука он перед первой парой не видит, хотя обычно тот приходит пораньше и шастает где-то рядом. Уже после занятия к Тэхёну подходит Юнги и спрашивает, почему Чонгук не пришёл. Тэхёну нечего ему ответить. Не добившись ничего от альфы, Юнги сам решает позвонить своему другу и узнать, что случилось. Тэхён рядом замирает в ожидании, надеясь, что с Чонгуком всё в порядке. — Ага, хорошо. Я понял. Юнги отключается и собирается уходить. — Подожди. Что он сказал? — Тэхён хватает его за руку, останавливая. Юнги выгибает бровь и фыркает. — Ты же его альфа. Возьми у него сам и спроси. — Тебе так трудно ответить? — А тебе так трудно самому ему позвонить? Тэхёну не нравится, что ему дерзят. Ему в принципе этот Юнги с самого начала не нравился. Почему какой-то альфа вечно вертится возле его омеги? Весь из себя правильный, умный, в этих очках своих и приглаженной рубашке. Знает Чонгука лучше него самого, сидит вместе с ним на парах и наверняка, в отличие от Тэхёна, в курсе всех секретов омеги. По Юнги не вздыхает половина института, и из-за него никто не будет шептаться за спиной у Чонгука: видите ли омега его недостойна. Чонгук вместе с Юнги смотрятся идеально. Тэхён тянет парня на себя за выглаженный воротник. Юнги явно не ожидал такого выпада от альфы, поэтому не сразу начал сопротивляться. — Какого хрена? — Это ты мне скажи, какого хрена? Студенты начинают скапливаться рядом с разбушевавшимися альфами. Кто-то включает камеру и начинает снимать, кто-то просто смотрит, но никто даже не принимает попытку их разнять. Тэхён не знает, что он может предъявить Юнги, потому что фраза: «Какого хрена ты общаешься с моим омегой?» звучит глупо и неубедительно. Но врезать хочется. Очень. Однако не получается. На них злой фурией летит Чимин и распихивает по разным сторонам. — Вы с ума сошли? — парень громко ругается. — Хотите чтобы вам выговор сделали? Или ещё хуже отчислили? — Тэхён твой первый начал! Вставь мозги своему дружку! — Дружок у тебя в штанах! — парирует омега. Занятие началось, и все глазеющие разошлись. Тэхён фыркнул и тоже ушёл, даже не думая извиняться. Юнги остался стоять на том же месте, протирая очки. Чимин тоже не спешил уходить. — Что ты ему сказал? — не отстаёт омега. Он заметил, что у брата отвратительное настроение с самого утра, но пока что не успел выяснить его причину. — Тебя так сильно интересует? — альфа поправил помятую рубашку и надел очки обратно. — Поцелуешь меня, расскажу. Чимин кривит губы, и Юнги заливается громким смехом. — Да пошёл ты! — Это же просто обычный поцелуй, ничего такого, — альфа решает схитрить. — Или ты ещё никогда не целовался? — он склоняет голову набок и ухмыляется. — Кто? Я? Да раз двести, — блондин складывает руки на груди. — Я уверен, что это ты ещё ни разу в своей жизни не целовался. — Так давай проверим: кто из нас умеет целоваться, а кто просто языком молоть. Альфа начинает приближаться к омеге, а тот неосознанно шагает назад и прижимается к стенке. Юнги, стоя рядом, кажется намного больше и сильнее крохотного Чимина. Он выше и шире в плечах, смотрит сверху вниз через свои дурацкие очки с превосходством и стремительно приближается. Чимин жмурит глаза, когда понимает, что не может смотреть на происходящее, губы альфы так близко к его губам, что он чувствует оседающее на них дыхание. Нет. Нет. Он не собирается отдавать свой первый поцелуй какому-то там ботану. Чимин что есть силы упирается в чужие плечи, пытаясь отодвинуть. Юнги не сопротивляется. Он отходит от разгневанного парня. — Ещё. Раз. Меня. Тронешь. — Чимин смотрит альфе прямо в лицо. — Я выцарапаю тебе глаза. Альфа громко сглатывает. Не то чтобы он испугался. Но отвага и внутренняя сила омеги его впечатляют.

***

Чонгук опаздывает на вторую пару, но добродушный преподаватель даже не ругает любимого студента. Всю лекцию он слушает вполуха, больше думая о Тэхёне. Когда занятие заканчивается, Юнги тащит его в столовую. Чонгук заранее знает, что он будет там, и мысленно готовит себя к встрече. Но когда заходит внутрь и видит за одним из столиков Тэхёна, встречается с ним взглядом, то понимает, что вообще не готов. Сердце бешено колотится, а предательские слезы норовят выступить наружу. Тэхён смотрит на него в ответ: такой же потерянный и жутко болезненный. Ноги сами двигаются в его сторону. Чонгук понимает, что выяснять отношения при возможных зрителях не очень хорошая идея. Но он ничего не может с этим поделать, он хочет к Тэхёну. Выражение лица последнего становится удивлённым, когда он видит, что омега идёт к нему. Наверное, не думал, что у Чонгука хватит смелости подойти к нему на виду у всех студентов. Но брюнету на них наплевать. Он смотрит только на Тэхёна, пока остальные с любопытством поглядывают в их сторону. «Только не прогоняй меня. Прошу тебя…» — Тэхён, мы можем поговорить? Пожалуйста? — Чонгук останавливается возле альфы на расстоянии вытянутой руки, так странно быть рядом, но не иметь возможности прикоснуться. Ребята, сидящие за столом, косо смотрят, но молчат. Тэхён тоже молчит, очень долго рассматривает Чонгука, будто видит впервые. Ему сейчас ничего не стоит послать его при всех, тем самым отомстив омеге. Но Тэхён, конечно же этого не сделает. — Хорошо. Они покидают столовую под непонимающие взгляды студентов. Те начинают шептаться, порождая новые слухи. — Куда ты хочешь пойти? — спрашивает альфа, когда они идут в сторону выхода из здания. — Я не знаю… — Чонгук тяжело вздыхает. — Возможно, туда, где поменьше людей, чтобы мы могли спокойно всё обсудить. Они садятся на лавочку в парке, что неподалёку от университета. В парке довольно пусто, поэтому им точно никто не помешает. — Говори, — не выдерживает Тэхён, когда Чонгук несколько минут просто молчит. На самом деле, он пытался привести мысли в порядок. — Тэ… прости, что соврал тебе… — альфа кривится, как от пощечины, не думал он, что ему придётся слышать от своей омеги подобные извинения. — Я честно не специально, — Чонгук нервно сжимает и разжимает кулаки. — Ты сам подошёл ко мне, я даже сначала не понял почему. Я был так удивлён и ошарашен, что не успел тебе даже возразить. — Омега начинает плакать. — Я знаю, что это не оправдание, но ты мне так нравился, и очень сильно нравишься сейчас. Нет. Я… люблю тебя… — Чонгук вытирает лицо дрожащими ладонями. — Ты веришь мне? — Почему ты потом не признался? — Я боялся, что ты меня бросишь. — Что мешает мне сделать это сейчас? — Тэ… — Чонгук всхлипывает, он уже ничего не видит перед собой из-за слёз. Тэхён тоже еле держит себя в руках. Ему хочется обнять Чонгука, успокоить его и себя, сказать, что у них всё будет хорошо, что они со всем справятся. Но будет ли на самом деле это «хорошо»? Ведь одним простым «прости» ситуацию не исправить. Доверие не вернуть, боль не унять. Чонгук искренне раскаивается, и Тэхён это видит. Но ему от этого отнюдь не легче, только болит сильнее. За себя и брюнета. «Глупый, глупый котёнок, что же ты натворил». — Тэхён, что мне нужно сделать, чтобы ты меня простил? — альфа достаёт сухие салфетки, и протягивает те омеге, чтобы он вытер слезы и сопли. — Я всё сделаю. Чонгук в отчаянии, он готов абсолютно на всё. Но Тэхёну это всё не нужно. Он притягивает к себе плачущего парня в объятия, утешающе гладит по спине и просит перестать разводить влажность. Чонгук постепенно начинает успокаиваться. В какой-то момент ему даже становится стыдно за свою слабость. Он не хотел давить на жалость, но так получилось. Объятия Тэхёна родные и нежные, они успокаивают и дарят надежду. Чонгук хочет вечно вот так обниматься и чувствовать тепло своего парня. — Тэ, ты меня простишь? Альфа отстраняется. Он смотрит в красивое, но заплаканное лицо омеги, и тяжело вздыхает. — Чонгук, я пытаюсь тебя понять, но это сложно. Мне нужно время, — сердца обоих бешено стучат. Взгляды сталкиваются, и в каждом из них плещется боль. — Давай возьмём перерыв в отношениях.