Внутренний круг Ордена

4 сентября 1971 года. Учеба проходила легко, даже слишком. Северус ожидал, что в школе им будут давать дополнительные знания, которых не было в учебниках, но на первых уроках они проходились по предметам лишь поверхностно. Больше всего Снейпа волновали отношения между однокурсниками. С первого же знакомства слизеринцы показались ему совершенно чужими людьми, будто они выросли в другом мире и никакие знания о магии из учебников не могли сократить эту пропасть. Они практически не обращали на Северуса внимание, общаясь только друг с другом на общие темы. Краем уха Снейп услышал, что соседи по комнате называют его между собой «Принц-полукровка», своеобразно обозначив его место в факультетской иерархии. Пока что они присматривались к нему, следили за его словами и поведением. Никто не говорил об этом открыто, но Снейп понял, что в первые же дни он должен показать себя с лучшей стороны, иначе восстановить репутацию будет крайне сложно. Он был безумно благодарен матери за то, что она потратилась на приличную одежду и учебные принадлежности. Северус бы провалился сквозь землю от стыда, если бы ему пришлось ходить в такой же затасканной мантии, как Люпину, или пользоваться разваливающимися грязными учебниками, как Томпсону, его однокурснику-полукровке. На уроке по Чарам, который проходил вместе с пуффендуйцами, Малфой и Эйвери тихо смеялись над учениками, у которых не получалось левитировать перо. Некоторые из учеников были маглорожденными, поэтому на уроке впервые пробовали колдовать, и Северус испытывал к ним легкое сочувствие. Эйлин начала учить его палочковой магии с тех пор, как ему исполнилось пять и Снейп представить не мог, как бы он рос без магии до одиннадцати лет. Сначала он хотел отличиться на уроках и сразу завоевать первое место в классе по знаниям, но, проанализировав поведение чистокровных, быстро понял, что этого делать не стоит. Когда профессора задавали вопросы или просили выполнить задания, его соседи по комнате вели себя, к неожиданности Северуса, весьма пассивно. Они не поднимали рук, не спешили продемонстрировать свой талант, а лишь отсиживали эти полтора часа, тихо переговариваясь между собой. Снейп заметил, что нечто подобное происходит и с учениками других факультетов, не только слизерина. Школьники словно делились на две группы: на тех, кто из кожи вон лезет, чтобы получить одобрение учителей и верно выполнить задание и тех, кто относится к учебе безразлично. И именно чистокровные относились чаще всего ко второму типу учеников. Очень быстро Снейп понял, в чем было дело. Чистокровным было попросту скучно на занятиях, они проходили темы, которые были освоены очень давно. Они не гнались за баллами для факультетов или за похвалой учителей, потому что это было ниже их достоинства. Они уже давно усвоили программу первого курса, поэтому им не надо было ничего доказывать. Вот как они себя вели. И Северус решил вести себя также. Более сдержанно и напыщенно. Он совершенно не хотел оказаться в числе учеников, над старательностью которых смеются его соседи по комнате. Это выглядело в его глазах унизительно. Поэтому, взяв себя в руки, Снейп подавил всякую инициативу и рвение на уроках. Тот факт, что у него получались все заклинания с первого раза уже должен был говорить сам за себя и отделить его от массы маглорожденных, которые раньше никогда не колдовали. Но Северусу так не терпелось проявить себя, что он с трудом дожидался урока Зельевариния. В этом предмете он был уверен на все сто, он обгонял Зелья на несколько курсов благодаря частой практике с матерью и хорошим знаниям по математике. Тобиас потратил уйму времени, чтобы дополнительно заниматься с сыном магловскими точными науками, поэтому Снейп легко применял эти знания для расчета количества ингридиентов, составления формул и вычисления дозировок зелий. Урок по зельям пришелся уже на второй день. Это было первое занятие, проводимое с гриффиндорцами, и Снейп испытывал небольшое волнение, потому что ему наконец предстояло встретиться с Лили, которую он старательно избегал. Она вошла в класс вместе с несколькими девочками, с которыми весело о чем-то переговаривалась. Слизеринцы заняли левую половину класса, придя в кабинет раньше, поэтому гриффиндорцы расселись по оставшимся местам. Северус пытался не смотреть в их сторону и уставился в учебник. Вскоре урок начался и пухлый неторопливый преподаватель по имени Гораций Слизнорт начал вводную часть урока, рассказывая про основы зельеварения, инструменты и виды ингридиентов. К удивлению Северуса, профессор рассказал много интересных фактов про открытие и совместимость тех или иных ингридиентов, практически не опираясь на информацию из учебника. На первый взгляд мужчина показался легкомысленным и неуклюжим, но оказалось, что он весьма заинтересован своим предметом и обладает глубокими знаниями. Он задавал много интересных и каверзных вопросов, которые требовали размышлений для правильного ответа, а не простой зубрежки учебников. Лили ответила правильно на большинство вопросов, к ней также присоединились несколько других учеников, которые время от времени могли найти верный ответ. –А теперь я задам вопрос, ответ на который знают далеко не все старшекурсники, – с энтузиазмом сказал профессор Слизнорт, – Тот, кто правильно ответит, получит этот замечательный флакон с экстрактом бадьяна. Школьники оживились, заинтересованно глядя на учителя в ожидании вопроса. –Представьте, что вы готовите большое количество рябинового отвара. И вдруг, на моменте, когда нужно добавить сок рябины, ваша рука случайно вздрогнула и вы добавили в два раза больше необходимого. Баланс ингридиентов полностью нарушен, разумеется. Как бы вы исправили сложившуюся ситуацию, при условии, что времени на то, чтобы начать готовить зелье заново у вас нет? – Слизнорт хитро прищурился, с удовольствием рассматривая задумчивые лица учеников. Все в классе притихли, размышляя над ответом и в этот раз никто не поднял руку. Идеальный момент для ответа, решил Северус. Все в классе молчат не от скуки, а потому что вопрос действительно сложный, с подвохом. Но дать верный ответ было бы слишком просто, из сложившейся ситуации нужно выжать как можно больше пользы. Немного поразмыслив, Снейп поднял руку. –Да, мистер?.. – спросил Гораций. –Снейп, профессор, – представился Северус, подавляя волнение. –Итак, мистер Снейп, у Вас есть правильный ответ? – все в классе повернулись в сторону Северуса. –Да, профессор, – сдержанно ответил мальчик, – Но награда за ответ мне показалась бесполезной. –Неужели? – удивленно спросил Слизнорт и его брови заинтересованно взметнулись вверх. –Экстракт бадьяна нужен для залечивания ран, при необходимости я итак смогу получить его в больничном крыле. Он практически не используется в качестве ингридиента в зельях, поэтому для меня он будет бесполезен, – Снейп с трудом сдержал улыбку, когда Малфой и Эйвери тихо засмеялись за соседней партой. –И что же Вы предлагаете на делать? – поинтересовался Слизнорт. –Если я дам верный ответ, я хочу получить право прогулять один из Ваших уроков, получив при этом за него высшую оценку, – ответил Северус с тем же непроницаемым выражением лица, делая вид, что не заметил, как несколько слизеринцев прыснули от смеха и одобрительно кивнули. –Неслыханная наглость! - воскликнул Слизнорт, но в его глазах было видно веселье. –Кажется я знаю ответ, профессор, - темноволосый мальчик с Гриффиндора неуверенно поднял руку, он уже ответил правильно на какой то из вопросов ранее. –Попробуйте, Лонгботом, - радостно спросил Слизнорт . –Эм... Можно попробовать сварить отдельно основу для зелья, до этапа, на котором нужно добавить рябиновый отвар, и добавить его в зелье. Если соблюсти пропорции, баланс ингредиентов восстановится. Этой займёт не так много времени, я помню, что основа для Рябинового отвара готовится недолго. –Неплохая попытка, Лонгботтом, но, к сожалению, неверная, - с досадой произнес профессор, - У Вас другой ответ, мистер Снейп, или Ваша догадка такая же, как у Лонгботтома? –У меня не догадка, а вывод, профессор, - ответил Снейп, не понимая откуда у него столько смелости, - Вы узнаете его, если согласитесь на мое условие. –Хорошо, так уж и быть, - согласился Слизнорт после минуты раздумий, - Но если ошибётесь, я назначу Вам отработку в первый же урок. –Согласен, - кивнул Северус и начал свой ответ, - Добавив рябиновый сок в два раза больше необходимого, зельевар нарушил в первую очередь кислотный баланс зелья, превысив его допустимую норму в два раза. Чтобы снизить уровень кислотности необходимо добавить мощный щелечной ингридиент. Но в связи с тем, что рябиновый отвар употребляют внутрь, он также должен быть съедобным. Например, можно добавить обычную пищевую соду. Но на этом проблема еще не решена. Кислота при взаимодействии с щелочью нейтрализует ее и образует воду и соль. Сама соль проблем для эффективности зелья не вызовет, хотя испортит его вкус. А вот лишнее количество воды помешает вычислению правильных дозировок для употребления, поэтому такое зелье нужно будет варить чуть больше нормы, указанной в учебнике, чтобы выпарить лишнюю воду. Если немного передержать рябиновый отвар, его полезные свойства теряются незначительно. Самым сложным будет правильно рассчитать количество соды, но Ваш вопрос заключался не в этом, - объяснил ход своих мыслей Снейп и замолчал, в ожидании вердикта. Слизнорт пристально смотрел на ученика несколько секунд, тишина в классе усилилась и прекратились даже перешёптывания. –Превосходно, мистер Снейп! - профессор улыбнулся и в классе все начали тихо переговариваться между собой, обсуждая произошедшее, – Это именно то, что я и хотел услышать. Даже некоторые зельевары не смогли бы так грамотно решить эту ошибку. Северус довольный сел за свою парту. –Торговаться с преподавателем на первом же было очень нагло, – прошептал ему Малфой с задней парты. –Не могу не согласиться, – так же тихо ответил Снейп, его волнение значительно снизилось, потому что теперь он понял, как вызвать одобрение одноклассников. –А теперь потренируемся в подготовке некоторых ингридиентов, которые вам понадобятся на следующем уроке, – бодро объявил профессор Слизнорт и повел учеников в соседний класс, где находилась лаборатория. Школьная лаборатория оказалась просторной и чистой, столы были расположены так, чтобы ученики смогли готовить зелья парами. Для каждого ученика уже было разложено по несколько веток крапивы, пучков лаванды и высушенных жуков-бронзовок. Со скучающим видом Северус подошел к первой парте, подготовка ингридиентов – самая скучная часть зельеварения. Свободное место рядом с ним быстро заняла Лили. Пихнув Снейпа в плечо, она улыбнулась и заговорила первая. –Используешь свое право на прогул во время контрольной? – весело спросила Эванс, делая вид, что Северус не пытался избегать ее последние два дня. –Скорее всего, – сухо ответил Снейп, хотя в груди уже расплывалось какое-то теплое чувство. Теперь он уже с трудом мог вспомнить, почему все это время он злился на Лили. –Знаешь, я ведь и сама хотела ответить на вопрос профессора Слизнорта, но решила дать тебе шанс блеснуть умом, – Лили хитро улыбнулась, глядя на друга. –Да неужели, – усмехнулся Северус. Они оба знали, что Лили не смогла бы дать верный ответ. –Конечно, – Эванс приняла как можно более серьезный вид, – Можешь не благодарить. Северус не выдержал и тихо засмеялся. Они с Лили снова общались как ни в чем не бывало и на долю секунды Снейп даже успел пожалеть, что не выбрал Гриффиндор. Преподаватель объяснил, что ученикам необходимо сделать с ингридиентами и все принялись за работу. –Ты уже подружился с кем-нибудь из Слизерин? – спросила Лили, отделяя цветки Лаванды от стеблей. –Как можно подружиться с кем то всего за один день? – удивился Северус. –Мне нравится Марлин Маккинон, она стоит с той темноволосой девочкой, – Эванс кивнула влево, показывая свою светловолосую подругу, - Мы с ней попали в одну спальню, она очень веселая и умная. И еще я вчера смогла помочь одному мальчику с заданием по транфигурации, он был ужасно рад, когда у него получилось, – начала рассказывать Лили, – Его зовут Питер, он стоит вот там, в паре с Ремусом. –Что у вас было за задание? – спросил Северус, немного переживая, – Неужели такое сложное? –На самом деле нет, первое упражнение из учебника – превратить спичку в иголку. Просто у него очень плохо получалось, ему раньше не разрешали дома колдовать, – сочувственно пояснила девочка. –А, понял, – кивнул Северус, – Теперь ему придется нагонять остальных и много тренироваться. Не понимаю, почему нельзя было разрешить ему попробовать колдовать дома? –И не говори, – согласилась Лили, – У Ремуса до сих пор ничего не вышло, он, кажется, всю ночь просидел в общей гостиной из-за трансфигурации. –Что значит ничего не вышло? – спросил Снейп, – Совсем ничего? –Да, – с грустью кивнула Лили, – Я уже как только не пыталась ему объяснить, у него просто не выходит колдовать палочкой. Может посоветовать ему пойти к профессору Макгонагалл, если он и сегодня не освоит задание? –Да, в его случае лучше спросить совета у преподавателей, – согласился Северус. Снейп обернулся, мельком глянув на Ремуса. Тот со старательным видом отрывал крылья у засохших жуков и складывал их в баночку. Почему-то Северус не был сильно удивлен тому, что у Люпину не далось даже простейшее заклинание по транфигурации. С самой первой встречи Ремус показался ему не таким, как другие дети. Он был намного худее своих одноклассников, одежда была потрепанной и на пару размеров больше положенного. Но самая яркая отличительная часть Ремуса – его взгляд. При общении с людьми, Люпин вел себя осторожно и вежливо, но как только на него переставали обращать внимание и он оставался наедине со своими мыслями, он будто становился другим человеком, настоящим Ремусом. Его осанка выпрямлялась, тело становилось расслабленным, а взгляд переставал бегать и становился твердым и уверенным. В такие моменты Люпин был больше похож на взрослого человека, чем на ребенка. Северус заметил эти незначительные изменения, пока тайно наблюдал за Ремусом в Большом зале и коридорах. Эти наблюдения были основаны скорее на интуиции, чем на здравых рассуждениях, но загадка по имени «Ремус Люпин» не давала Северусу покоя. Ремус не был неуклюжим и мнительным дурачком, за которого пытался себя выдать, и Снейпу хотелось узнать, почему он себя так ведет. Его рассуждения о факультетах были действительно особенными, Люпин мыслил не так, как большинство людей. И притом он не был глупым, он просто был другим. Северус предположил, что скорее всего проблема Ремуса не в отсутствии таланта, а в том, что он не понял принцип работы магии, описанный в учебнике. К концу урока Снейп набрал десять баллов для своего факультета и довольный вышел из класса. В коридоре его догнал Ремус. –Привет, – поздоровался Люпин. –Привет, – ответил Снейп. –Как дела? – смущенно спросил Ремус, не зная как завязать диалог. –Эм, неплохо, – Северус был удивлен, что мальчик подошел первым, но все же обрадовался, – А у тебя как? Нравится на гриффиндоре? –Да, вполне, – Ремус неловко почесал затылок, – Я попробовал рассчитать ингридиенты, как ты мне объяснял и у меня все получилось, прикинь. Сириус проверил за мной, я все сделал правильно. Хотел поблагодарить тебя, ты отличный учитель, – улыбнулся мальчик. –Да не за что, – Снейп улыбнулся в ответ, – Хотя я думал, что перегнул палку в поезде, – признался парень, вспоминая, как несколько раз накричал на Ремуса. –Оу, нет, все хорошо в этом плане, – Люпин замахал руками, – Главное, что я смог все понять и ты не зря старался. Ну, я пошел, у меня чары в другом крыле школы. Еще увидимся! – кивнул Ремус и свернул в другую сторону, догоняя свой факультет. –Да, увидимся, – тихо ответил Снейп, в очередной раз удивляясь мальчику. Он буквально несколько раз оскорбил Ремуса и наорал на него, когда устал объяснять элементарные математические упражнения, но тот все равно не обиделся, а даже был благодарен. Вряд ли нашелся бы еще хоть один человек, способный выдержать настоящий характер Снейпа. Следующим уроком была история магии, которую Северусу терпеть не мог. Преподавателем оказался призрак по имения Катберт Бинс, который практически дословно пересказывал школьный учебник. Снейп даже не пытался конспектировать, решив отложить изучение параграфа на следующий день. Завтра наступал первый выходной в Хогвартсе и мальчик решил разделаться со всеми домашними заданиями в этот день, а потом побродить по замку, чтобы изучить расположение классов. Он занял место за последней партой, чтобы прочитать письмо от матери. Она не написала ничего важного, лишь пожелала Северусу успехов в учебе и посоветовала несколько интересных книг по чарам и зельеварению из библиотеки Хогвартса, но письмо все равно подняло ему настроение. Эйлин училась на Когтевран и ее тяга к знаниям всегда восхищала сына. Дома у них было много интересных и редких книг, несмотря на то, что это было не дешевое удовольствие. По мере необходимости она продавала одни книги и покупала другие. Именно Эйлин привила Северусу любовь к чтению и любознательность, она всегда поощряла его стремление к учебе. Отец тоже старался уделять много времени обучению сына, но он тяготел к магловским наукам, которые Северуса мало интересовали. Вечером в общей гостиной соседи по комнате Снейпа впервые сами подсели к нему, пока тот дочитывал учебник по зельям, делая в нем пометки. –Собираешься издать новую редакцию учебника по зельям? – усмехнулся Эйвери, заметив занятие Снейпа. –Облегчаю себе будущее, – лаконично ответил Северус, не отрываясь от занятия, решив последовать примеру Ремуса. Раньше ему было бы жалко исписывать свой учебник, но, поразмыслив, мальчик решил, что это может быть весьма полезно. –Ты хорошо разбираешься в зельях, занимался с репетиторами? – Кристофер Эйвери присел рядом, заинтересованно положив голову на подбородок. –Нет, просто много практиковался и читал, – ответил Снейп, понимая, что вопрос был задан для того, чтобы выяснить его материальное положение. Притворяться богачом у Северуса возможности не было, поэтому он решил положиться на свой ум и характер, – В этом нет ничего сложного, если понять основы. –Ну да, хотя Слизнорт все равно был от тебя в восторге, – кивнул Эйвери. –Что за девчонка болтала с тобой на зельях? – спросил Малфой, – Она ответила на половину вопросов Слизнорта. –Лили, наши семьи живут по соседству, – напряженно ответил Северус, диалог все больше начинал походить на допрос. –Ее мама тоже волшебница? – Мальсибер жадно откусил яблоко, глядя на Северуса. –Нет, – кратко ответил Снейп, понимая, что от него хотят услышать. Мальчишки буквально окружили его, отделив от остальной части гостиной. С каждым вопросом они вели себя все наглее и это начинало пугать и злить одновременно. –А отец? – вклинился Долохов. –Тоже нет, – признал Снейп, немного смущаясь, что обсуждает родителей Лили за ее спиной. Но вопросы были прямыми и уклоняться от ответа не было смысла, ведь рано или поздно они все равно выяснят, что Лили маглорожденная. –Тогда понятно, почему она так старалась на уроке, – задумчиво сказал Малфой, – Вы с ней давно дружите? –Тебе это чем-то мешает? – прямо спросил Снейп, вспоминая, как Люциус смеялся над некоторыми учениками. –Ваша дружба? – удивился Малфой. –Ее старательность, – пояснил Снейп, его ладони слегка вспотели от волнения, он совершенно не хотел, чтобы над Лили начались какие-то издевки. –Мы просто заметили, что ты дружишь со многими гриффиндорцами и нам показалось это... Странным, – присоединился Долохов. –Со многими? – удивился Снейп. –С Лили, с тем парнем в старой мантии, с которым ты мило болтал после Зельеварения. В Большом зале ты с него глаз не сводишь, – усмехнулся Эйвери. –Я с ним не дружу, мы едва знакомы, – процедил Северус. –В любом случае, мы лишь хотели тебе посоветовать более ответственно подходить к выбору своего круга общения, – заключил Малфой. Снейп промолчал, не сумев подобрать ответ на это заявление. С одной стороны парни всерьез разозлили его, сунув нос в его личные дела, но с другой стороны он также испугался за Лили, потому что не хотел своими действиями подвергать ее лишним насмешкам. Прошло всего два дня в Хогвартсе, а эти парни уже пытались утвердить свою власть среди первокурсников. Северус пока не знал, на что они были способны, но мальчишки значительно превосходили его числом, поэтому правила диктовали именно они. Интуиция редко подводила Северуса, поэтому он решил не провоцировать на конфликт своих соседей и дал им спокойно уйти. Снейп отправился спать только ближе к полуночи, не желая лишний раз сталкиваться с одноклассниками. * * * Снейп не ставил на утро будящие чары, но, несмотря на выходной день, мальчик проснулся в шесть утра. Он все еще не привык к тому, чтобы спать в обще спальне с несколькими чужими людьми. Северус проворочался в постели целый час, пытаясь заснуть. Попытки оказались тщетными, и мальчик, сдавшись, направился в библиотеку, чтобы поскорее разобраться с домашней работой. С Чарами он расправился быстро, краткое эссе по Защите от темных искусств тоже не заняло много времени, поэтому вскоре он добрался до злосчастной таблицы по Истории магии, которую старательно избегал весь вчерашний вечер. Можно было бы кратко расписать всю необходимую информацию из школьного учебника, но такой подход казался Снейпу слишком поверхностным и безответственным, потому он погрузился в страницы нескольких старых фолиантов, выискивая нужные даты и имена. Тишину нарушили шаги, раздавшиеся за книжной полкой. Из-за угла вышел Ремус, сонно потирая глаза он удивленно уставился на Снейпа. –Что ты делаешь в библиотеке в такую рань? – зевая спросил Люпин. – Кроме нас здесь только старшекурсники. –Не спится, – скупо ответил Снейп, отмечая, что Ремус даже не удосужился поздороваться. –Сумасшедший, – сказал Люпин, громко зевнув. –А ты что здесь забыл? – раздраженно спросил Северус. –Хотел почитать книги по Трансфигурации, – замялся Люпин, подсаживаясь к Снейпу и раскладывая пару учебников. –Я не говорил, что ты можешь сидеть со мной, – сухо подметил Снейп. Из-за Люпина он сбился с важной мысли. –Да, потому что я не спрашивал, – ответил Ремус, вводя собеседника в ступор. –Сиди тихо и не мешай мне, – раздраженно заявил Северус, пытаясь снова погрузиться в страницы учебника. Ремус продержался несколько минут, внимательно перелистывая страницы своих книг, после чего начал краем глаза следить за Северусом. –Первая война с гоблинами окончилась их поражением, – тихо подсказал Люпин, – В 545 году был подписан Меморандум о положении гоблинов и эльфов, из-за чего они следующие двести лет были лишены права собственности на землю. Это же, кстати, и привело ко Второй войне с гоблинами. –Ты уже выполнил это задание? – удивился Снейп. –Да, еще вчера, оно оказалось интересным. –Смотря для кого... – вздохнул Северус. –Хочешь дам тебе списать? Оно у меня с собой, – Ремус потянулся к своей сумке. –Не стоит, – отказался Снейп. Он не любил списывать, предпочитая выполнять всю работу самостоятельно и дотошно. –Уверен? – Люпин хитро улыбнулся, разворачивая пергамент, – Ты сэкономишь много времени. Снейп взглянул на пергамент и поразился увиденному. Таблица была заполнена превосходно, в каждой ячейке была много текста, расписанного аккуратным почерком, а ключевые даты и события были подчеркнуты. А самое главное, в таблице Ремус использовал сноски – в конце некоторых предложений стояли маленькие цифры, а внизу пергамента приведены соответствующие названия и страницы книг, из которых была заимствована эта информация. В магической литературе не было принято использовать сноски, этот инструмент использовался лишь в магловских научных статьях и монографиях, что весьма огорчало Северуса. –Ты сделал сноски? – Снейп приблизился к собеседнику, чтобы внимательнее рассмотреть работу. –Да, надеюсь, мне это пригодится на экзаменах или для рефератов, – довольно ответил Люпин, он действительно гордился своей работой. –Выглядит превосходно, – восхищенно выдохнул Северус, – По твоей тетради для зелий и не скажешь, что ты можешь писать так аккуратно. –Мой почерк зависит от настроения и предмета, – улыбнувшись пояснил мальчик, – У меня следующий урок Истории только в пятницу, можешь забрать пергамент до этого времени. –Ладно, давай его сюда, – согласился Снейп, – Спасибо. –Да не за что, я все равно у тебя в долгу за помощь по Зельеварению, – Люпин перевел взгляд на свою книгу. –Проблемы с Трансфигурацией? – намекнул Северус. После слов Лили о том, что она так и не смогла объяснить Ремусу принципы магии, в мальчике загорелся соревновательный дух. –Я бы скорее сказал, что я в полном дерьме, – признался Люпин. –Что случилось? –Просто... Эм... Даже не знаю, как объяснить, – Ремус замялся, – У меня просто не выходит колдовать. –Ты о спичке и игле? –Нет, я вообще говорю про магию в целом. Может... – Люпин покраснел, но продолжил, – Может, я вообще не волшебник... –Ремус, если бы ты не был волшебником, тебя бы не пригласили в Хогвартс, – пояснил Снейп, – Скорее всего информацию по твоим магическим выбросам регистрировали в Министерстве, поэтому тебя и пригласили в школу. У тебя ведь были магические выбросы? –Если ты про те странные ситуации, когда со мной происходило что-то необъяснимое и на эмоциях, то да, – задумался Люпин, – А такие случаи регистрируют? Я не помню, чтобы вообще хоть с кем-то их обсуждал. –У Министерства есть свои методы, хотя я мало что знаю о них,- ответил Снейп. –В любом случае, я вообще не врубаюсь в эти идиотские инструкции из учебников. Ни по трансфигурации, ни по чарам, ни по защите от темных искусств. Абсолютно все на факультете могут хоть какое-то заклинание наколдовать, кроме меня! – Ремус почти сорвался на крик, с трудом подавляя отчаяние. –Инструкции? Ты про принципы магии? – тихо спросил Снейп, заставляя и Ремуса понизить голос. –Да. – сдавленно ответил Люпин, - Вся эта хрень про то, что надо выразить волю, потом сконцентрироваться на результате и сделать какое-то магическое усилие. Как только я перехожу от одного этапа к другому, я начинаю сбиваться с мысли и ничего не выходит. А те, у кого получилось, говорят, что просто надо попрактиковаться. –Да уж, ситуация вправду дерьмовая, – вздохнул Северус, и, даже не до конца осознавая мотивы своих действий предложил, – Я видел пустой класс неподалеку, пойдем туда? Я попробую объяснить тебе, как колдовать, если получится. –Правда? – глаза Люпина загорелись надеждой. –Все равно таблицу по Истории быстро доделаю. Мне просто интересно посмотреть, получится ли у меня разобраться с такой запущенной ситуацией, – оправдался Снейп, вспоминая, как его самого в детстве терпеливо обучала мать. –Спасибо! – воскликнул Ремус. –Тише ты, – шикнул Северус, – Еще рано благодарить. Класс оказался небольшим и, судя по пыли на мебели, не использовался долгое время. Северус случайно набрел на него вечером, пока отыскивал библиотеку. Он попросил Ремуса продемонстрировать, как тот пытается колдовать. Люпин достал из кармана коробок спичек, вытащив одну, он положил ее на стол и, внимательно ее разглядывая, через какое-то время произнес «Пусть спичка превратится в иголку», взмахнув палочкой. Как и сотни предыдущих раз, ничего не произошло. –Повтори, – кратко попросил Северус. Ремус проделал все еще раз и результат не изменился. –Повтори еще раз и проговаривай вслух свои действия и мысли. –Эм, хорошо... – Люпин почесал затылок, – Первый этап – надо выразить волю, я хочу, чтобы спичка превратилась в иголку. Второй этап – сконцентрировать внимание, – Ремус внимательно посмотрел на спичку, – Я представил, как спичка превратилась в иголку и как эта иголка потом осталась лежать на столе, – Третий этап – магическое усилие, надо произнести заклинание и сделать правильное движение палочкой, – произнес Люпин и осуществил сказанное. Спичка так и осталась лежать на столе. Снейп ненадолго задумался, анализируя произошедшее, и спросил: –Что ты почувствовал, пока пытался трансфигурировать спичку? –Ну... – Ремус выглядел озадаченным, – Кажется... Ничего. Может, небольшое волнение... Но, кажется, я ничего не почувствовал. –Я так и подумал, – кивнул Снейп, – Это плохо. –Сириус тоже сказал, что я должен был почувствовать магию или что-то такое, но я... Я просто не понимаю, что я должен сделать, чтобы это почувствовать... Тем более непонятно что... –Так, подожди немного, – Северус взмахнул руками, останавливая поток слов однокурсника, – Я пытаюсь собраться с мыслями, чтобы объяснить. Ремус терпеливо замолчал, пробыв в тишине пару минут. –Итак, – Снейп наконец-то привел мысли в порядок и приготовился к разъяснениям, – Самое первое, что я заметил, и это самое главное, когда ты описывал мне ход своих действий и произносил заклинание, ты делал все машинально, будто шнурки завязывал. Это очень плохо, так нельзя колдовать, иначе ничего не получится. Первый этап – это выражение воли волшебника. Для выражения воли недостаточнопросто задуматься о результате, ты должен его действительно захотеть. В этом и заключается твоя основная проблема. Ты не можешь колдовать, потому что не хочешь. –Что значит не хочу? – возмутился Люпин, – Я только ради этого и стараюсь последние два дня! –Не перебивай, – остановил его Снейп, – Ты сказал, что не понимаешь, что ты должен сделать, чтобы почувствовать «что-то», о чем тебе говорил Сириус, так? –Да, – кивнул Ремус. –Проблема в том, что ты мыслишь неправильно, у тебя нарушена причинно-следственная связь в голове, – пояснил Снейп, твердо глядя на удивленного Люпина, – Ты не должен делатьчто-то сугубо механическое, чтобы почувствовать магию. Ты должен почувствовать свою волю,чтобы потом почувствовать магию. Ты понимаешь? Дело вовсе не в действиях, а в желании и энергии. –То есть... Ты хочешь сказать, что надо сконцентрироваться на чувствах? – озадаченно спросил Ремус, – Кажется я начинаю улавливать ход твоих мыслей, но все равно не понимаю их до конца. –Я хочу сказать, что в колдовстве самое главное – желание волшебника, а оно всегда взаимосвязано с чувствами, – терпеливо повторил Северус. –А как же волшебная палочка? И специальные слова? – удивился Люпин. –Они имеют лишь вспомогательное значение, главное – желание, – снова повторился Северус, вдалбливая эту мысль в голову Люпина, – Когда происходили твои магческие выбросы, у тебя ведь не было волшебной палочки, и ты не произносил никакого заклинания из учебников. У тебя были лишь желание и сильные эмоции, именно они помогли твоей нестабильной магии вырваться наружу. –А ведь и вправду! – воскликнул Люпин, – Помню, как однажды за мной погналась огромная собака, я так испугался, что смог оказаться на крыше высокого дома. Я ведь действительно не использовал никакую палочку... Стой, а зачем вообще тогда нужны палочки и слова в заклинании? –Палочка – это артефакт, который концентрирует магическую энергию волшебника. Он как своеобразный проводник магической энергии. –Как электрические провода, которые проводят ток? – спросил Ремус. –Да, это хорошее сравнение, – согласился Снейп, – Палочка направляет магию из твоего тела туда, куда ты ей укажешь, это позволяет усилить твои волшебные силы. А слова для заклинаний... Они... – Северус закусил губу, задумываясь, как бы понятнее объяснить, – Они просто как слова для дрессировки собак, понимаешь? –Дрессировки? – Люпин фыркнул от смеха. –Да, это просто кодовые обозначения, которые создают в голове волшебника ассоциации с тем, как правильно использовать магию для того или иного результата. Сами по себе они ничего не значат, слова имеют значение лишь при обучении заклинаниям. Например, фраза «Вингардиум левиоса» при грубом переводе с латыни будет означать «Парящие крылья». Пока ты учишь заклинание левитации, ты запоминаешь движение палочкой, ключевые слова и, самое главное, ощущения, которые ты испытываешь для сотворения магии. И в результате эта словесная формула просто помогает тебе быстро вернуться к нужным ощущениям, которые ты испытывал, когда в прошлые разы заставлял предметы летать. Слова заклинаний – это все равно что команда собаке «сидеть» или «дай лапу». Существует невербальная магия, когда волшебник может колдовать без слов. И также существует беспалочковая магия, когда волшебник колдует без волшебной палочки. Просто такие способы крайне затруднительны, все равно что калеке пытаться ходить без костылей, – завершил свое объяснение Северус. –Охренеть просто, – Люпин уставился на Снейпа, округлив глаза, – Это просто невероятно. Это вообще меняет всю суть... Откуда ты все это знаешь? И почему никто не удосужился объяснять это на первом уроке?.. –Вообще-то эта информация настолько базовая и очевидная для волшебников, что никто из практикующих магов даже не задумывается о ней. Школьная программа устроена так, что тебя просто натаскивают на заклинания, а потом ты постепенно понимаешь принципы. Я еще не видел в Хогвартсе учителей, которые бы объясняли эти азы. –Все равно это очень странно... Это же так очевидно... –В магловском обучении тоже есть нечто подобное. Например, на уроках математики чаще всего ученикам дают лишь примеры и алгоритмы, чтобы решать те или иные задачи, а суть математических действий не объясняют. В итоге большая часть учеников даже не может понять взаимосвязь дробей и процентов, хотя это почти идентичные явления, – начал рассуждать Северус. –Подожди, подожди, давай без математики, а то я совсем запутаюсь, – взмахнул руками Ремус, – Что мне надо делать, чтобы научиться колдовать? Можешь проследить за моим обучением, пожалуйста? Используй любые методы, только научи меня, умоляю! – Ремус нетерпеливо схватил Северуса за плечи, – Ты меня научишь? –Я тебе ничего не гарантирую, – Снейп раздраженно отдернул руки Ремуса, поражаясь его наглости. Но чувство любопытства взяло верх, – Но я попробую, – согласился Северус, – Ты даешь мне согласие на любые методы обучения? –Да! – вдохновленно воскликнул Ремус. –Не обижайся, если я буду груб с тобой, ты сам напросился, – предупредил Снейп, – Я не очень терпеливый человек. –Хорошо, хорошо, главное объясни все по-нормальному, – кивнул Ремус. –Договорились, – Снейп загадочно улыбнулся, – Сначала попробуем первый метод, если не получится, у меня есть запасной, но он довольно специфический. Увидев решительность в глазах Люпина, Снейп начал обучение. Он вспомнил, как долго Эйлин пыталась научить его своему первому заклинанию – левитации и это дало ему нужный настрой. –Попробуй совершить заклинание как написано в учебнике – в три этапа. Но не переходи от одного этапа к другому, пока не почувствуешь, что ты его завершил, я буду руководить твоими действиями, – объяснил Снейп, – Посмотри на спичку, тебе надо превратить ее в иголку, это результат, к которому ты стремишься. Не думай о магии, не думай об оценках, думай лишь о результате – иголке. Ты должен действительно захотеть именно этот результат, а не просто оценку по Трансфигурации, это должна быть не мысль, а чувство. Приступай, – скомандовал Северус. Ремус навис над спичкой, внимательно ее разглядывая. Между бровей пролегла легкая морщинка. Через минуту он кивнул, давая знать о готовности. –Теперь представь, как твое желание исполняется, – тихо продолжил Снейп, боясь сбить настрой ученика, – Представь, как она превращается в иголку, любым удобным тебе способом. Терпеливо дождавшись очередного кивка, Северус приказал: –Направь волшебную палочку на предмет и произнеси вслух свое желание. Твои действия должны быть продолжением твоих эмоций, они не должны противоречить друг другу. –Пусть спичка превратится в иголку, – громко произнес Люпин, сделав нужное движение, однако магия снова ему не поддалась, – Вот же дерьмище! – вскрикнул Люпин, пнув стоящий рядом стул. –Успокойся, – шикнул Снейп, – Надо пробовать снова и анализировать каждый шаг. –Я совершенно запутался! – жалобно произнес Люпин, – Я не понимаю, правильно я все чувствую или неправильно. Как вообще это можно понять!? –Чувства не могут быть неправильными, они такие, какие есть, – рассудил Северус, – Пробуем еще раз, – твердо приказал Северус. Северус заставил Ремуса повторить свои неудачные попытки несколько раз, пока не убедился в своей гипотезе. –Так, первый способ не работает, надо пробовать второй, – Снейп устало потер переносицу. –Слава Богу, я уже почти отчаялся, – вздохнул Люпин. –Второй способ колдовства очень редкий, о нем мало что пишут в классических учебниках и пособиях. Вообще-то его никто даже не выделяет, как отдельный вид колдовства, это просто моя личная классификация. Он базируется не на целеустремленности волшебника, а скорее на его эмоциях. Второй способ – полная противоположность первого... –Но первый способ тоже основан на эмоциях... –Заткнись и не перебивай меня, – осадил ученика Снейп, – Первый способ, который описан в учебнике, подходит для подавляющего большинства волшебников. Он позволяет при помощи долгой практики дисциплинировать свою магию и контролировать волю. Грубо говоря волшебник начинает при помощи своего разума управлять своей волей и магией. Например, волшебнику не хочется пить, но он может просто так наколдовать себе стакан воды, даже при отсутствии жажды. Это в общих чертах понятно? –Ну-у-у... Да. – согласился Люпин. –Второй способ похож на стихийную магию, он базируется на твоих эмоциях, которые играют первостепенную роль. А разум исполняет лишь вспомогательную функцию. Я использовал этот метод когда был совсем маленьким, – пояснил Северус, – Для начала, нужно определить, какие чувства для тебя самые знакомые и понятные: радость, злость, жалость, печаль, волнение, вина? Что ты испытываешь чаще всего? –Даже не знаю, – Люпин слегка покраснел и отвел взгляд. –Это очень важно, Ремус, – настойчиво заявил Северус, – Сейчас не время стесняться. –Я правда не знаю. – продолжил отпираться Люпин. –Что первым пришло тебе на ум, когда я задал вопрос? – раздраженно спросил Снейп, его терпение начало иссякать, – Даю тебе три секунды, не ответишь - я уйду. Три. Два... –Злость! – в панике ответил Ремус и покраснел еще больше. –Отлично, продолжим работать с этим чувством, – Снейп постарался не выдавать никаких эмоций в своем тоне, но теперь был заинтересован Люпином еще больше, – Тебе нужно разозлиться таким образом, чтобы у тебя появилось желание трансфигурировать спичку во что-то другое. Ты должен ощутить сильную злость, а потом использовать ее для трансфигурации. –Но как я заставлю себя злиться? – удивился Ремус, – Я не могу выдумать злость на пустом месте. –Злость есть в тебе всегда, ты просто постоянно подавляешь ее, – настаивал Северус, вспоминая свой опыт, – А теперь ты должен выпустить ее наружу. –Да каким образом!? – жалобно простонал Люпин. –Каким хочешь. Вспомни что-то, что злит тебя, – жестко приказал Северус, – Ты сказал, что уже все студенты на Гриффиндоре освоили трансифгурацию. Даже твой одноклассник Питер ее освоил? –Да, – недоуменно признался Ремус. –Видел его вчера на Зельеварении. Неужели даже этот бледный неуклюжий болван может колдовать, а ты нет? – с насмешкой спросил Снейп. –У него получилось не полностью... – растерянно ответил Ремус. –Но получилось хоть что-то, а у тебя по прежнему результатов ноль. Разве этот идиот смог бы выполнить задание по Истории так же хорошо, как ты? Или, может, он лучше тебя освоил Зельеварение? Уверен, что нет. Но даже этот придурок умеет колдовать, в отличие от тебя. Как думаешь, почему? – Северус дал волю эмоциям, провоцируя Ремуса. –Я не знаю, – теперь более резко ответил Люпин. –Скажи мне, Ремус, он чем-то лучше тебя? Почему он заслужил колдовать, а ты нет? – Снейп решил, что Люпин не понаслышке знает, что такое зависть, учитывая его потрепанную одежду и старые учебники, и решил это использовать – Питер лучше тебя или нет? Отвечай, – грозно потребовал Северус, не давая Ремусу времени на раздумья, – Отвечай что думаешь, не молчи! – нажимал Снейп, видя, что в глазах однокурсника проглядывает решительность. –Нет, – твердо сказал Люпин. –Что «нет»? – также упорно продолжал Северус. –Нет, он не лучше меня! – наконец злобно вскрикнул Ремус. –Так докажи это, – Снейп кинул взгляд на спичку, – Ты волшебник, ты можешь получить все, что угодно, стоит лишь захотеть. Докажи, что ты не ничтожество. Тебе не нужны сраные формулы и инструкции, у тебя есть твоя злость, твоя сила и ты можешь заставить любые предметы служить тебе, – прошипел Северус, глядя Люпину в глаза. –Если бы все было так просто, я бы наколдовал иголку еще на первом уроке, – гневно парировал Ремус. –Жалкие оправдания, – Северус демонстративно закатил глаза, - Ты не можешь догнать даже Питера, ты - посредственная бездарность, – Снейп практически выплюнул эти слова, разворачивая свою стратегию – А до моего уровня тебе никогда не добраться. Ты хоть представляешь, насколько слабым ты для меня выглядишь? Хуже грязного таракана, – усмехнулся Снейп, –Заткнись, – практически прорычал Ремус, сжимая в руке расплющенный коробок спичек. –Злишься на меня? – спросил мальчик, уловив взгляд Люпина, – А мне плевать! Даже если захочешь, ты не сможешь мне ничего сделать, я сильнее тебя в десятки раз. –Я сказал заткнись! – крикнул Люпин сжимая кулаки до хруста. Раздавленная в руке спичечная коробка вместе с содержимым начала быстро менять облик. Она удлинилась на несколько сантиметров, значительно теряя толщину, а материал стал намного плотнее и приобрел металлический отблеск. Мгновение спустя в руке Ремус сжимал небольшой медицинский скальпель. Мальчик угрожающе перевел взгляд на Северуса. Снейп испуганно отшатнулся, увидев острый предмет. Сейчас Люпин выглядел действительно злым, словно и вправду был готов напасть на него с этим лезвием. Ремус смотрел на Снейпа немигающим хищным взглядом, а ноздри мальчика раздувались от тяжелого дыхания. Но, заметив страх в глазах Северуса, Люпин сразу же опомнился, и его гнев сменился растерянностью. Он перевел взгляд на свою руку и только после этого понял, что сотворил. Ужас и восторг одновременно охватили Снейпа, неуверенная усмешка постепенно переросла в радостный смех. –Невероятно! Дай посмотреть, – Северус подошел к ошарашенному Люпину и взял в руки медицинский инструмент, проверяя его остроту, – Без слов и даже без палочки! Ремус, у тебя получилось. –Да... – задумчиво согласился Люпин, – П-прости, я тебя напугал, – он виновато посмотрел на однокурсника. –Есть такое, – усмехнулся Северус, – Но я специально тебя злил, так что все нормально. Я примерно этого и добивался, но думал, что ты создашь иголку, а не долбанный скальпель. –Просто вспомнил, как однажды порезался на уроке биологии, он намного острее ножа, – ответил Люпин, отводя взгляд в сторону, – У меня действительно получилось, – улыбнулся он, – Правда совсем не то, что от меня требовалось. –Это не так уж и важно, первый шаг сделан и это главное, – Снейп вернул мальчику скальпель и забрал свою сумку с вещами, – Теперь тебе надо научиться использовать свои эмоции так, чтобы магия подчинялась тебе. Ты ведь ощутил свои магические силы? –Да, – уверенно сказал Ремус, – Это действительно ни с чем не спутать. –Вот и отлично, – радостно заключил Северус, направляясь к двери, – Изучи свои внутренние ощущения и прояви немного творчества и постепенно все получится. Я пользовался этим способом магии пару лет, прежде чем не перешел на первый способ. Воспринимай его просто как костыли, которые помогают тебе учиться ходить. Рано или поздно ты станешь колдовать нормально. Пойду доделаю Историю, не хочу мучаться с ней в понедельник, – попрощался Снейп, давая понять, что хочет учиться в одиночестве. –Хорошо, спасибо огромное, – искренне поблагодарил Ремус, – Если тебе что-то понадобится, обращайся в любое время. –Я это запомню, – хитро улыбнулся Северус, – И еще кое-что. Никому не говори о нашей встрече, хорошо? На моем факультете не особо одобряют связи с гриффиндорцами, так что я не хочу себе лишних проблем, – немного смущенно попросил Снейп, – Даже своим друзьям и учителям не говори, – Северус знал, как быстро могут распространяться слухи, если информация попадает не тем людям. –Да, без проблем, – с удивлением заверил Люпин. По дороге в библиотеку Северус невольно вспоминал, как и сам когда-то научился колдовать подобным образом. Терпеливые объяснения матери не давали должного результата, а вот угрозы отца, о том, что если Северус так и останется неучем в сфере магии, то пойдет в специализированную школу с математическим уклоном подействовали намного лучше. Страх и злость помогали Снейпу творить магию в течение долгих месяцев. Однако в какой-то момент его характер начал меняться, у мальчика появился самоконтроль и сдержанность, благодаря которым он начал осваивать заклинания так, как написано в учебниках. Иногда Северус с ностальгией вспоминал, как творил волшебство, полагаясь на эмоции. Его магия была нестандартной, а результаты колдовства порой были неожиданными, но именно в тот период жизни Снейп чувствовал себя по-настоящему свободным.