Paddock-cat

В Монако в этом году слишком жарко — никто на это не рассчитывал. Нет, они знали, что по прогнозу должна быть теплая и солнечная погода, и черный цвет притягивает тепло. Базз хоть и обладает белыми пятнышками, но превалирующий цвет у нее все-таки черный. И несмотря на сезонную линьку — Тото вообще считал, что у кошки линька круглогодичная — теплый подшерсток в конце мая все еще присутствовал. Так что Базз предпочитала проводить большую часть времени в помещениях паддока под кондиционером, стараясь не выползать на солнечные участки вообще. Парочка команд, поставила емкости с водой, чтобы кошка могла пить когда захочет, а не бегать каждый раз к алым боксам итальянской команды. После привычной прогулки по пит-лейн, обязательно заглянув во все боксы — Тото даже пустил ее к себе, дав пару минут посидеть прямо под кондиционером — она заползает куда-то в тень под командный мостик Феррари, с которыми проводит этот уик-энд, и не высовывает оттуда нос до самого вечера. Кстати говоря о Феррари… Любимый кошкой Маттиа Бинотто — в частности, его шнурки — с этого года был заменен на Фредерика Вассёра. Базз конечно погрустила, весь последний уик-энд двадцать второго года провела вместе с Феррари — несмотря на то, что как-бы формально она носила ошейник Астон Мартин, и должна была сидеть вместе с ними, пушистой позволили эту выходку — и напоследок в очередной раз развязав шнурки Бинотто, отправилась вместе с тауриновой командой в Милтон-Кинс, перезимовать межсезонье. История о том, как решали, что делать с паддок-кошкой Базз в межсезонный перерыв, могла бы быть рассказана так же, как и остальные, если бы не была слишком проста — все массово решили, что ее забирает на базу та команда, чей пилот выигрывает чемпионство. Хорнер в общем-то был не против. И вот, первое Гран-При Фреда в роли главы команды Феррари вместе с Базз. В прошлом году они лишь один раз пересеклись, и не слишком контактировали — ею больше интересовался Чжоу. Сам Фред лишь приглядывался к ней, чтобы ничего не натворила — кошка оказалась воспитанной, понятливой, и лишь чутка нервировала своим присутствием на командном мостике. И сейчас, издалека наблюдая, как дождавшись заката, она выползает из-под пола и уползает в сторону боксов, что-то в его голове щелкает. — Парни, в боксах найдется контейнер под нашу Базз? — он обратился к одному из парней. — Да, Фред. А зачем? — Залейте туда холодной воды. Без льда. А то кошка у нас от теплового удара поплывет, и все, моральный дух будет подорван. Он уже успел узнать о тайных планах Карлоса переманить Базз в Феррари, несмотря на то, что она вроде-как никому не принадлежит; о вере механиков в том, что если каждый раз они будут подкармливать кошку рыбой по вечерам, и квалификация, и гонка пройдут если не хорошо, то без технических проблем или схода; о том, что Шарль всегда чешет Базз за ушком, когда она заглядывает к ним во время традиционной прогулки по пит-лейн. Вассёр не понимал, почему какая-то кошка так много значит для команды, но раз так сложилось до его прихода, надо если не мешать, то самому к этому приобщиться. Пусть и не до такого близкого взаимоотношения, как остальные. Контейнер с прохладной водой, стоящий в тенечке боксов он заметил следующим утром — как и кошку, которая сидела в нем по мордочку. Торчала лишь голова — от носа до кончиков ушей. — Хорошо, да? — Базз приоткрыла глаза, мявкнула. Вассер усмехнулся и ехидно бросил, — Не забудь заглянуть к Тото. Вот он уж обрадуется лужам на асфальте. Кошка оживилась, загорелась энтузиазмом, аккуратно вылезла на солнышко — от пушистого облачка осталась мокрая кошачья тушка, посеменившая в сторону боксов Мерседес.