Где живёт Йети?

***

      Рано утром, когда за окном ещё было темно, Чонгук проснулся от звуков из того помещения, где ночевал Тэхен. Тот, судя по всему, уже встал и готовил им завтрак. С кухни пахло свежим кофе и выпечкой. Вероятно, парень разогрел вчерашний пирог. Чонгук потянулся, зевнул, а потом сел на кровати, лениво разминая шею и шевеля плечами. Он вздохнул и улыбнулся. Несмотря на ситуацию, в которой он вчера оказался, Чонгук был рад, что все произошло так, как произошло, и что ему посчастливилось познакомиться с таким шикарным парнем. Ну, не Йети, да. Но новое знакомство было ничуть не хуже, а даже лучше. Как никак это человек, и общение с ним можно продолжить. Решив больше не заморачиваться по поводу того, что или кого он видел перед тем, как отключиться, Чонгук решил согласиться с Тэхеном, объяснив все своим страхом и настроем. Проще говоря, что хотел, то и увидел, вот и все.       — Ты уже проснулся? — Тэхен приоткрыл дверь и заглянул в комнату, когда Чонгук слез с постели и, надев тапочки, пошлепал в ванную. — Доброе утро. Умывайся и приходи завтракать.       — Доброе, — все ещё зевая, ответил Гук и пошел по утренним делам.       Чонгук все ещё не совсем проснулся, когда появился на кухне. Тэхен сидел на своем месте и пил чай с пирогом. Тот был бодр, собран и энергичен.       — Я сварил тебе кофе, но не знаю, что ты больше любишь. Может, лучше чай? — Ким жестом указал на свою кружку.       — Нене, ты угадал, кофе будет в самый раз, хоть взбодрюсь.       — Не выспался? — ласково глядя на Гука, спросил Тэхен.       — Неа, а вот как ты можешь выглядеть таким бодрым, мне интересно.       — Привычка. Приучил себя вставать в шесть утра. И вообще, мне хватает часов пять-шесть сна, чтоб чувствовать себя отдохнувшим.       — Ужас. Ты не человек, Тэхен, — пробурчал Чонгук, отхлебывая горячий ароматный кофе.       — Ну, наверное, я же Йети, забыл? — выдал Ким и удивлённо уставился на Чонгука, который от этих слов чуть не подавился напитком и даже пролил чуть-чуть жидкости, пока ставил кружку на стол.       — Ну и шуточки у тебя, Тэ… Ой, прости, — смутился Чонгук, поняв, что без согласия перешёл на уменьшительный вариант имени, но тут же поднял голову и вытаращил глаза на Тэхена, услышав от того:       — Прости, Гуки, я не подумал, шутка была неудачной, прости.       — Да ладно, все нормально, — пробурчал Чон, отвёл глаза от лица парня, взял с тарелки кусок пирога и затолкал его себе в рот, чтоб больше ничего не ляпнуть.       После завтрака Тэхен принес Гуку его одежду, уже сухую и почищенную.       — Переодевайся, как станет светлей, будем выдвигаться на базу. Как ты себя чувствуешь?       — Все нормально, правда.       — Я к тому спрашиваю, как добираться будем, пешком дойдем или на снегоходе тебя подвезти?       — Ну, смотря сколько идти. Я хочу сегодня ещё на склон сходить, покататься.       — Так ты что, действительно, не из этих авантюристов, что понаехали искать снежного человека? — хитро прищурив глаза, спросил Ким, пытливо изучая собеседника.       — Я тебе все рассказал, я поехал за компанию с братом и другом, просто покататься. А в лес пошел, потому что Чимин попросил. Испугался он один идти.       — Понятно, а ты у них, значит, как служба спасения?       — Да вроде того, — махнул рукой Гук, не обращая внимания на чуть насмешливый тон Тэхена. — Я дойду до базы без проблем, главное, дорогу мне покажи.       — А ты катался на снегоходе? — не отвечая Гуку, спросил Ким.       — Нет, никогда, — отрицательно покачал головой Гук.       — Хочешь, прокачу? — мило улыбаясь, спросил парня Тэхен.       — Ты серьезно? Ещё спрашиваешь! — пришел в восторг Чонгук.       — Тогда решено, поедем на снегоходе, так и быть! — обрадовался Тэхен, увидев, как загорелись восторгом глаза парня.

***

      Было странно это ощущать, но Чонгука хотелось баловать, радовать, совершать для него милые поступки. Тэхен ни к кому раньше такого не испытывал. Девушки его не интересовали, он понял это ещё в школе, а что касается парней… Хоть Ким и жил, и даже родился в Канаде, где общество в принципе толерантно ко всем проявлениям любви, родительские установки крепко сидели в голове. Его родители были хорошими людьми, но привезли из Кореи определенные взгляды на жизнь и изменить их уже не смогли. К тому же, даже здесь, в Канаде, они старались наладить и наладили общение со своей диаспорой, этническими корейцами, такими же, как и они сами, когда-то покинувшими по разным причинам свою родину. Отец Тэхена приехал сюда по работе, а потом так и остался. Ну а для Тэхена уже Канада стала родиной, в Корее он даже не был. Родители любили сына, но, тем не менее, он не рискнул признаться им в своих предпочтениях, отмалчиваясь и пожимая плечами на все вопросы о девушке, женитьбе и детях. Наседали на него не сильно, потому что он был ещё молод, но и матери и отцу казалось странным, что такой красивый и общительный парень ни разу не завел романтических отношений, ну или им не сказал, или они этих отношений не заметили. Верным вариантом долгое время был последний, потому что Ким пытался. Он ходил в клубы, общался, приобрел не то что бы большой, но все же опыт в интимных делах, но на этом все. Душа молчала, даже если тело желало. А после удовлетворения желаний тела на душе становилось ещё более паршиво. Поэтому в один прекрасный, или не очень, день Тэхен просто решил, что все это не для него, забил на клубы, знакомства и прочую шелуху жизни. Отношений он больше не хотел. Ну или заставил себя думать, что не хотел.       Все свое время Тэхен посвящал учебе. Он хотел стать первоклассным врачом, это было его мечтой с детства. Отец пытался переубедить сына и отправить его учиться на менеджмент или хотя бы гостиничный бизнес, чтоб Тэхен смог продолжить дело, которым занимался господин Ким. Но сын упёрся, а отец понял, что настаивать бессмысленно. Именно в тот момент, когда Тэхен занялся медициной и заявил, что бизнес его не интересует, отец обратил внимание на своего племянника. Намджун уже изучал именно менеджмент, и был бы идеальным преемником дела, которое почти с нуля поднял отец Тэхена. Собрав семейный совет, на том и порешили. Старший господин Ким решил отойти от дел, а управляющим после окончания университета был назначен Ким Намджун, который при подписании всех бумаг стал ещё и полноправным владельцем десяти процентов акций фирмы, которые тому подарил дядя.       Отношения с родителями окончательно испортились, когда Тэхен отказался ехать с семьёй в Корею. Те решили на старость лет перебраться в теплые края, купили дом на Чеджу и надеялись, что сын тоже будет с ними, хотя бы после окончания университета. С канадским дипломом найти достойную работу не составило бы труда. Но то, что для родителей являлось родиной, для Тэхена было далёкой и непонятной страной, ехать в которую он не желал, зная корейский менталитет и отношение общества к таким как он. В общем, терпение родителей на этом инциденте закончилось. Сын их полностью разочаровал. Не женился, не подарил внуков, не пожелал продолжить отцовский бизнес, и к корням историческим возвращаться не захотел. Они, конечно, не отказались от него, не лишили доли в семейном бизнесе, но уехав, просто забыли о нем. Не звонили, не интересовались, а на звонки самого Тэхена не отвечали. Так и оказалось, что единственным его родственником в Канаде оказался двоюродный брат, Ким Намджун.       Сейчас, пару лет спустя, Тэхен уже смирился с тем, что он один, и, вероятно, останется один навсегда. И если бы не этот Чон Чонгук, которого Тэхен нашел полузамерзшим посреди леса в сугробе, он бы так и не знал, что его сердце совсем не черствое, а вполне себе готово чувствовать и любить.       Тэхен замер, глядя на Гука, который быстрым шагом вышел из дома и приближался к Киму. Крепкий, складный, достаточно высокий, в черном горнолыжном костюме с короткой курткой поверх комбинезона тот олицетворял силу и уверенность. Густые длинные волосы распадались на пробор и обрамляли красивое, выразительное лицо. Тэхен завис, разглядывая картинку перед собой, а Чонгук на ходу нацепил на голову маленькую черную шапочку и моментально превратился в веселого, озорного ребенка.       — Ну как, все готово? Поехали? — Чон аж подпрыгивал от нетерпения.       — Да, сменщик уже приехал, можем выдвигаться, — отмер, наконец, Тэхен и, улыбнувшись, протянул парню шлем. — Надевай.       — Здорово! — воодушевленно воскликнул Гук, застегивая шлем. — Как на мотоцикле.       — Водишь?       — Конечно, и машину, и мотоцикл.       — Круто, — покачал головой Тэхен и будто погрустнел. — Я вот пока не успел права получить. Говоря это, Ким сел на снегоход и взялся за руль.       — Говорю тебе, все будет, все у тебя впереди, чего ты как дед старый, — резво подскочил к машине Чонгук и запрыгнул на сиденье позади Тэхена, крепко обхватив его руками за талию.       — Держись крепче, Гуки, прокачу с ветерком, — прокричал Тэхен, когда снегоход, рыкнув, завелся и сорвался с места.

***

      Чонгук был в восторге. Он любил скорость, любил экстрим. И то, как пролетали мимо них белые заснеженные поляны, окружённые вековыми хвойными деревьями, укутанными в белые мерцающие покрывала, то, как из-под лыж снегохода на поворотах поднимался ввысь столб свежего пушистого снега, приводило Гука в полнейший восторг. Он лишь сильней прижимался к широкой, сильной спине Тэхена, и это казалось так правильно и так естественно. Гук чувствовал себя в безопасности. И когда до него это дошло, он очень удивился. Обычно Чон не особо любил уступать место за рулём, беспокоился и никому не доверял. А сейчас… он даже не подумал об этом, когда садился на снегоход, ему просто было хорошо. Комфортно. Надёжно.       От станции спасателей до базы оказалось, действительно, совсем недалеко. Парни доехали буквально минут за десять. И как понял Чонгук, Тэхен ещё и немного покатал его, покрутившись по лесу и по открытой местности. Тэхен припарковался недалеко от административного корпуса. Чонгук, сняв шлем, восхищенно глядел на своего водителя, и хотел было уже разразиться потоком восторженных речей и поделиться с Тэхеном тем, насколько ему понравилась поездка, но в этот момент дверь здания с шумом открылась и оттуда выскочил взволнованный молодой мужчина в салатовый куртке нараспашку.       — Ну, наконец-то вы приехали, я уже весь извелся!       — Я же сказал, что у нас все в порядке, Чонгук цел.       Гук развернулся к подошедшему молодому человеку и вытаращил глаза.       — Намджун-хен? Ты откуда здесь?       — Ничего не понимаю, — нахмурился Тэхен. — Ты знаком с Джуни?       — Ну да, два года назад он закончил универститет, в котором учимся я и мои хены. Мы неплохо общались, а потом он куда-то исчез. Мы ещё долго гадали, куда он уехал, ведь был лучшим студентом курса, мог рассчитывать на приличную должность, а он взял и пропал, — разболтал все Чонгук, а потом вдруг нахмурился. — Так, стоп. А ты его откуда знаешь, Тэ?       — Это мой брат, Гуки.       Чонгук перевел глаза с Тэхена на Намджуна и обратно, сделал неопределенный жест руками, будто спрашивая: тот самый? На что Тэхен утвердительно кивнул. Их переглядки не остались незамеченными, как и то, как парни называли друг друга.       — Серьезно? Тэ? Гуки? Только не говорите, что вы тоже раньше были знакомы, — выяснял обстановку Намджун.       — Нет, — хором ответили Гук и Тэ.       — Вчера познакомились. Он спас меня, — попытался пояснить произошедшее Чонгук.       — Да, да, я в курсе, — решил не усложнять ситуацию Джун. — Хорошо, что все обошлось. Хосок ужасно волновался, а Чимин чуть волосы на себе не рвал, винил во всем себя и свое тупое упрямство.       — Ну, хоть признал, — хохотнул Гук, но больше ничего сказать не успел, потому что на него с бешеной скоростью несся Чимин и с криком «Гуки, Гуки, прости меня!» напрыгнул на своего тонсена так, что Чонгук пошатнулся. Он бы упал, если б стоящий позади него Тэхен не поддержал парня с повиснувшим на нем Чимином.       Следом торопливой походкой подоспел и Хосок. Обнимая брата, он чуть не рыдал, сбивчиво рассказывая о том, как они испугались и переживали, как бегали и искали своего младшенького, как обнаружили Намджуна, который оказался не кем иным, как управляющим и совладельцем этой базы, и как потом облегчённо выдохнули, когда Джун сообщил, что спасатели обнаружили потеряшку и с ним все в порядке.       Пережив вместе такое потрясение, молодые люди договорились вечером собраться и закатить вечеринку в апартаментах, которые принадлежали владельцам базы, чтоб отметить и чудесное спасение Гука, и не менее чудесную встречу старого товарища.       Чонгук вновь озвучил свое желание пойти на склон и покататься на сноуборде. И Чимин, и Хосок лишь удивлённо вытаращились на своего бесстрашного тонсена, ожидая, видимо, что после такого приключения Гук до конца их пребывания на базе не высунет носа из дома. Но, как говорится, не на того напали. Переживать и концентрироваться на плохом было не в характере Чонгука. Было и было. Пережили — идём дальше. Тем более, что в отличие от брата и друга, в своем приключении он видел больше плюсов, чем минусов. И главным плюсом был Тэхен. К которому невыносимо тянуло. Хотелось все время на него смотреть. Смотреть и прикасаться. Быть ближе, так, как во время поездки на снегоходе, чтоб тесно, чтоб в обнимку. Поэтому, когда Тэхен при прощании тихо спросил его:       — Ты не будешь против, если я тоже приду покататься с тобой?       Гук только и смог, что выдохнуть и расплыться в улыбке:       — Я буду счастлив, Тэ.