Где живёт Йети?

***

      Рождество и Новый год, к счастью, прошли. К счастью, потому что Чонгук уже больше не вывозил всех этих бесконечных празднований и попоек со старшим братом и его другом, которые начались две недели назад. И в данный момент в горло не лезли не то что бухло и чипсы, а даже вполне удобоваримая на первый взгляд пища. Но это только на первый взгляд. Организм Гука был измучен настолько, что впору было готовить рисовую кашу или отваривать курицу без соли и специй и прокручивать ее через мясорубку. От мыслей о еде Гука опять повело.       — Да что ж такое, когда хоть прекратится это безобразие, — ругался себе под нос Гук, боясь разбудить спящих в гостиной Чимина и Хосока. Но на самом деле безобразие было форменное, и ругаться хотелось вслух, громко и смачно. Без последствий в Гука лезли сейчас только мандарины, яблоки и шоколад. Но шоколад он не особо любил, а остальное… Что он, кролик какой, чтоб травой питаться?       Однако, приходилось. Иначе обнимашки с белым конем были обеспечены даже при отсутствии в организме горячительного. Гук знает, проверял. Единственной местью, которую он придумал для спящих сейчас алконавтов, был отказ готовить. Ни Чимин, ни Хоби так мастерски кашеварить не умели, поэтому вот уже несколько дней перебивались на рамене и той ерунде, которую криво-косо могли пожарить сами. Перебивались, но пить не переставали.       Вы спросите, а что ж он не уйдет, если ему так не нравится? А тут дело вот в чем. Во-первых, Гук слишком ответственный, и не может оставить этих двух одних. Вдруг с ними что-то случится, а его, Чонгука, надежды и опоры, рядом не будет. Ну а во-вторых, ему банально некуда идти. Потому что это его квартира, и брат с другом окопались на его территории. Так что Гук пил, страдал и терпел. А когда не смог пить — просто страдал и терпел.       Из всех троих Чонгук единственный работал и неплохо зарабатывал, создавая несложные программы и выполняя разовые заказы с биржи фриланса. Это и позволило ему съехать из общаги в, хоть и съёмную, но довольно просторную и уютную двушку. Скажем так, он к этому и стремился, вкусив шальной общажной жизни студента. Ему хватило одного семестра, чтоб понять, что он не вывозит атмосферу постоянных гульбищ, шум и гам со всех сторон. Брат и его друг, хоть и не страдали от того же, а часто вообще были заводилами подобных безобразий, но наличие отдельной квартиры в шаговой доступности от универа заценили сразу. Чонгук, конечно, упирался и не пускал без надобности веселые компании, оберегая свой покой, за который платил немалые деньги, но по праздникам совесть ему не позволяла совсем уж игнорировать хенов. Так получилось и в этот Новый год. Пожалел — а теперь разгребает последствия.       И сейчас он, взяв с собой чистую одежду, направился в душ, чтоб освежиться. Гук старался ступать тихо, чтоб хены как можно дольше спали, ибо как только они проснутся, гудеж начнется по новой, и Чонгук боялся, что не сдержится и выставит их вон.       Но когда он вышел из ванной, оба красавца уже сидели на кухне и с удовольствием потягивал водичку из бутылок. И несмотря на опухшие физиономии и дикое алкогольное амбрэ, чувствовали себя эти засранцы вполне сносно. Хосок сидел на барном стуле около стойки и рылся в телефоне, а его друг полулежал на кухонном диванчике и вещал:       — Мне кажется, нам надо проветриться, — изрёк с умным видом Чимин и икнул. Вообще-то он парень неглупый, но когда мозги отравлены спиртом, несёт Бог весть что. Лучше не слушать. И даже не слышать. Потому что вы очень удивитесь, как, а самое главное, где в таком умном, добром и рассудительном парне в мирное, читай, сухое, время прячется столько дури и сумасбродства. А нигде, просто алкоголь очень быстро отключает Паку мозги и Пак живёт эмоциями. А эмоции — страшная сила. Женщины знают, они подтвердят.       — Вам просохнуть надо, да про сессию вспомнить, — укоризненно говорил Чон, обращаясь к Паку. — Чует мое сердце, вылетите вы из универа. И это на последнем курсе, позорище.       — Ты бы, Гук, чуйку свою на что другое направил, что ли, чем за нами с Хоби следить. Нет, ну вы посмотрите, никакого уважения к старшим, - возмущённо бубнил Чимин. — Чуйка у него. Да до сессии ещё почти месяц, если хочешь знать, мы все успеем, и отдохнуть, и к экзаменам подготовиться, пар все равно не будет.       — Ой-ой, уже страшно, Чимини, прямо напугал, он будет готовиться. Смешно.       — Ну, скажем так, у тебя я тоже не наблюдаю особой прыти перед сессией, — махнул рукой на Гука старший.       — Естественно не наблюдаешь. Я все зачеты досрочно закрыл, по экзаменам автомат получил. Один сдать осталось, вот и не парюсь.       — Молодец, Гуки, горжусь, — встрял в разговор Хосок. — Всегда говорил, что мой брат самый умный.       — Вообще-то, он на нас наезжает, а ты его защищаешь, — надулся Пак.       — Ну а что делать… он мелкий, беспроблемный, хата его — по всем фронтам хорош, вот и защищаю.       Чонгук только закатил глаза на эту перепалку и тоже достал из холодильника бутылку воды. Есть все еще не хотелось.       — Охренеть! — вдруг заорал Хоби, выпучив глаза в телефон.       — Что там, что там, Хо, — подскочил Чимин и хотел было побежать к Хосоку, но тут же схватился за голову.       — Блять, — прикрыл глаза Пак и сразу остановился, чуть оперевшись о спинку дивана.       — Что, хен, вертолетики не отпускают? — не удержался от того, чтоб съязвить, Гук. — Пить надо меньше.       — Отцепись уже от него, Гуки, — на удивление миролюбиво произнес Хосок. — Лучше тоже иди сюда, такое покажу!       — Да что там, хен? — тоже спокойно спросил Чонгук. В общем-то он был добрым и отходчивый по натуре, поэтому все равно любил своих хенов.       — Смотри, — развернул Хосок телефон брату, который по понятным причинам подошёл быстрее Чимина.       — «Где живёт Йети», — прочитал название статьи Чонгук. — Ну и что? Эти сказки уже давным давно ходят, и совсем не значит, что это правда. Наука не подтвердила, и ни одного не поймали.       — Да как ну и что? Раньше говорили, что его встречали в Гималаях и Альпах, а теперь?       — Ну, что теперь? Договаривай, хен.       — Его видели здесь, в Канаде, — округлил глаза Хоби и заговорил шепотом. — Туристы с горнолыжного курорта в Скалистых горах видели его и даже смогли сфотографировать.       — Ага, как с Мальвиной или Белоснежной фоткаются, да, хён? Скажи, что это был аниматор, не иначе.       — Почему ты такой скептик, Чонгук? Все по полочкам, все по науке, никакой импровизации, — скривился Хосок.       — Хен, прости, но общение с вами и так сплошная импровизация, не находишь? Мне развлечений хватает.       — Хоби, сдается мне, твой брат все же хочет нас обидеть, — надул губы подошедший наконец Чимин.       — Покажи, — пододвинул он к себе телефон друга, который уже лежал на барной стойке. — Похоже на снежного человека, точно! Всегда мечтал сделать какое-нибудь открытие, вот, хотя бы Йети найти. Я, кажется, уже говорил, что нам неплохо бы проветриться? — добавил Пак, чуть помолчав.       — Говорил, хен. Иди на балкон, подыши.       — Нет, я совсем не об этом мелкий.       — А о чем?       — Ну… Чистый воздух, лес, зимние виды спорта, единение с природой, — начал рассуждать Чимин, разводя руками.       Братья Чон уставились на друга в недоумении, не понимая, чего тот хочет.       — Чего вылупились? Давайте туда съездим и сами найдем этого Йети. Я с детства об этом мечтал.              — Ты это только что придумал, хен, — прогундел Чонгук.              — С чего ты взял?       — Ты не говорил никогда про Йети.       — Ну вот теперь говорю.       — Ты не мечтал об этом с детства…       — Не занудствуй, Гуки…       — Так, оба закончили! — прикрикнул на парней Хосок. Он знал, что сами эти двое не остановятся, так и будут пререкаться и им не надоест. Скорей они доведут Хоби, чем по собственной воле заткнутся.       Чонгук хмыкнул, пожал плечами и отошёл к холодильнику. Достав ещё одну бутылку воды и контейнер с нарезанными фруктами, младший удалился в свою спальню, оставив хенов одних строить свои дурацкие планы.

***

      Зря он ушел, ох, зря.       Осознал свою ошибку Чонгук только вечером, когда старшие объявили ему, что они все узнали, все заказали и завтра все вместе едут на горнолыжный курорт в одну из тех гостиниц, постояльцы которой и выкладывали фото с объектом, который был идентифицирован ими как Йети.       Пьянка моментально прекратилась. Хосок и Чимин, воодушевлённые новой идеей, сидели на диване в гостиной и составляли список того, что им надо взять с собой на горнолыжную базу. На удивление, делали они это не в компании алкоголя. Видимо решили, что к моменту встречи с загадочным Йети надо быть в форме, чтоб не ударить лицами в грязь перед представителем другой расы или цивилизации. Как правильно это назвать, они не знали, но главное — чтоб не ударить. Не опозориться. Поэтому пора было просыхать. Вот они и просыхали. Намылись, надели чистую одежду и отпивались горячим чаем. Любо дорого посмотреть. Чонгук даже обалдел и потерял дар речи, когда увидел своих хенов в таком приличном виде. Мало того, они ещё и прибрались, и проветрили гостиную, и к тому моменту, как Гук вышел к ним, выглядели как два примерных паиньки.       — Обалдеть, — вырвалось у Гука. — Неужели закончили?       — Любой конец — начало чего-то нового, — скроив милую мордашку, выдал, Чимин.       — Ты это к чему, хен? — нахмурился Чонгук и запустил руку в свою длинную густую шевелюру.       — Завтра мы едем в горы, — торжественно объявил Пак.       — Рад за вас, наконец-то я отдохну, — Гук вальяжно развалился в кресле напротив парочки друзей.       — Это ты так намекаешь, что мы тебе надоели? — возмутился Чимин.       — Я не намекаю. Я прямо говорю, рад за вас, поезжайте, глядишь, побегаете за этим Йети, и мозги на место встанут.       — Хоби… Зря мы на него билет купили, и вообще, пусть правда тут остаётся, — заныл Чимин.       — Не жужжи, Чимини, — вступил в разговор Хоби. — Деньги у меня есть, зря, что ли, все лето пахал? Я на своем тонсене экономить не буду.       — Гуки, — обратился уже к Чонгуку Хосок и вдруг включил режим старшего брата. — Поехали с нами. Мы давно нигде не были вместе, и ты то работаешь, то учишься, света белого не видишь.       — Хен… — не стал больше язвить брату Чонгук, но тот не дал ему договорить.       — Гуки, забудь про Йети. Никто тебя за ним бегать не заставит, обещаю. Просто отдохнёшь, покатаешься на лыжах, к тому же, ты, помниться, хотел, получше освоить сноуборд.       Чонгук переводил взгляд с брата на Чимина и обратно и не знал, что ответить. Он любил активный отдых на природе, любил снег и горные лыжи. К тому же, брат, похоже, уже все оплатил. Но внутренний голос подсказывал ему, что ехать с этими двумя очень опасно, они опять встрянут в какие-нибудь неприятности и ему, Гуку, придется их вызволять. Нянькой быть не хотелось. А с другой стороны, кто их будет тогда вызволять? Чонгук не мог принять решения, поэтому ответил брату предельно кратко:       — Я подумаю.       Наконец Гук остался один. Его хены ускакали в общежитие собирать сумки и обещали закупить все необходимое и отсутствующее у них по дороге. Чонгук размышлял недолго. Он понял, что одних этих сумасбродов он отпустить не может, иначе кто будет фильтровать их бредовые идеи? Взрослые люди поехали смотреть Йети, ну не дикость ли? Поэтому он достал из антресоли дорожную сумку, открыл шкаф и начал собираться.