Реальная сказка — 3. Хозяйка Мордора

      Основатель Барад-дура строил свою крепость более шестисот лет, высота её превышала тысячу пятьсот метров. Вложил в основание силу кольца, без магии и знаний тут не обошлось, он точно знал, как обращаться с камнем. Ещё пару тысяч лет Тёмный Властелин приумножал власть в Средиземье, пока нуменорцы не бросили ему вызов. Но, увидев мощь людей, Саурон добровольно сдался.       Сдался ли? Сила убеждения — у него этого не отнять — и сила слова сподвинули короля Нуменора выступить против Валар — ну кому не хочется жить вечно, — что привело к падению их страны. Да что там страны, Валар стёрли с лица земли — словом, утопили остров. В тот момент карма настигла заговорщика, и Саурон утратил физическое тело и лишь дух вернулся в Барад-дур, где то ли кольцо, то ли земля помогли принять новый ужасный облик. Но Кира не сомневалась в мастере иллюзий: там, в темнице, она видела его в образе эльфа, и он не отличался от Майрона в Валиноре. Может, в подвалах башни видела только она, а виною всему кольцо?       Прошло время, и снова война Последнего Союза, и вновь поражение, и воскрешение. И пока Единое кольцо существовало, Барад-дур жил, как и его хозяин. И вот третья битва у врат Мордора. И тут всплывает вопрос: будет ли очередное воскрешение? Кольца нет, но основание башни осталось.       Кира надеялась, что нет! «Ничему вас история не учит» — слова Алатара крутились на языке. «Вас» — это тех, кто пришёл в эти земли, ища пригодное место для жизни или что-то другое.       Уже тогда мир был разделён Туманными горами, которые не так уж и легко пройти. Почему Эру пробудил своих первых детей на севере, а не на юге, где тепло, или на западе, за горами? Ответ напрашивался сам собой: первый светоч сыграл главную роль в сотворении эльфов. И, возможно, климат три эпохи назад был другим.       Саурон мечтал изменить, как он думал, несовершенный мир, но всё происходит по воле Творца и только ради него. Жить в постоянной войне — каждый начнёт сомневаться в несовершенстве. А что вообще такое совершенство и где его границы? Знать, к чему стремиться, достигнуть поставленной цели? Или завершить чей-то замысел? Или это степень развития, но на какую высоту Эру приподнял планку? А что потом? Видимо, эльфы достигли своего развития и место их — в Валиноре. Настал черёд людей, и что их ждёт? Одному богу известно.       После поражения Моргота, чувствуя ответственность, Саурон объединил множество небольших разрозненных племён орков, которые разбрелись по всей территории, и создал армию, подарив надежду на существование, и они его приняли.       Кира хорошо понимала, что обещать то, что обещал Саурон, не получится, да и знает ли конкретно, что он им обещал. Но что она могла бы предложить? Собрать армию из «отморозков»? Это не те эльфы, что когда-то пришли в Мордор, они генетически сильно изменились. Саурон две эпохи пытался усовершенствовать то, что уже случилось. Но она пришла не за их жизнями. А вот мир и спокойствие… Кира задумалась, всё-таки нерождённым было отказано в воле выбора, даже кто будет твоей половиной, за них решил Эру.       «Барад-дур», — подумала Кира и коснулась древних стен рукой, на которую когда-то надела кольцо. Камень словно вздрогнул, и тепло передалось телу. Гул пополз подобно лесному туману, словно древние камни решили открыть свою тайну. Закрыла глаза, и образ Саурона в огненной оправе всплыл в голове: «Останься, и я научу тебя понимать камень, и сила твоя приумножится».       Блок за блоком перед ней стали возвышаться чёрные стены. Вершина башни терялась в тёмном небе. По рисункам в книге Барад-дур напоминал второй золотой светоч — Ормал. Ничего удивительного, Майрон принимал участие в строительстве обоих светильников. Стены ониксом сверкали в тусклых лучах светила. В чёрном цвете виделись признаки роскоши, утончённости характера, элегантности и гордого изящества. Но в то же время чувствовался протест и бунтарство. Он хотел, чтобы его поняли.       От этих впечатлений что-то неведанное отдало внутренним холодом и стало расти, превращая низ живота в лёд. Она резко убрала руку, и тепло вновь разлилось по телу. Кире пришла мысль, что Барад-дур стоит на месте Ормал и имеет божественную силу. Кому, как не Саурону, знать это место.       — Она живая, — сказала себе.       — Кто она? — Шотар с Ханом собирали мелкие камни с пола на металлический лист и не поняли, что она говорит сама с собой. Но обратили внимание на задумчивость Киры.       — Башня! Она помнит своего хозяина и ждёт.       — Может, нам уйти? А если он вернётся?       — Нет, мы пришли… — Вопль дракона не дал закончить, что пришли они восстановить то, что утрачено.       — К-и-р-а! Да не дёргайтесь вы, а то… — Лукас опустился возле входа.       Эльфийка поспешила выйти на улицу, за ней вылетел Шотар с метлой в руке, у ног, опустив уши, появился Хан. Кролик ловко запрыгнул на плоский камень и уставился на тех, кто яростно трепыхался в крепких лапах дракона, державших за шкирку двух человеческих коротышек. Лукас отцепил когти, и непрошенные гости упали в пыль. Как только их лохматые ноги коснулись твёрдой поверхности, кровь хлынула к голове и бледность сменилась на розовый оттенок. Но полёт не позволил подняться. Ноги оставались ватными.       — А это кто? — Шотар обратился на орочьем.       Услышав непонятную речь, полурослики как по команде подняли головы и уставились на мальчика с серой кожей, который был немного выше их, а прямой и уверенный взгляд маленьких глаз слегка напугал. Они знали про орков, гоблинов и пещерных троллей, но вживую никогда не видели и считали, что их уже не осталось на Эа.       Хан стукнул о камень лапой и привлёк их внимание; этим он хотел сказать: а ну отвечайте, кто вы такие. Те посмотрели на увесистого кролика, и мысль о еде промчалась одновременно. Хан поймал их голодные взгляды и так же ответил, прищурив голубые глаза: сначала догоните.       — Хоббиты! — ответила Кира на вопрос Шотара. — Лукас, я тебя за кем посылала?       — Орков не нашёл, зато эти, голубчики, шлялись по Мордору. Смотрю, притаились в кустах ежевики, думали, не замечу. Я — и не замечу? — тот хмыкнул. — Я мышь рассмотреть могу с десятитысячной высоты.       — Да мы не шлялись, мы хотели увидеть Роковую гору, а ежевику просто собирали — есть хотелось, — отряхивая руки и колени, подняв голову с перепачканным в саже лицом, возмутился рыжеволосый полурослик.       — Зачем вам понадобился вулкан?! — брови Киры значительно приподнялись.       Тот же хоббит посмотрел на эльфийку, потом повернул голову к дракону: — Мы думали, что тёмные земли пустуют.       — Пустуют? Ты слышал, что Мордор — территория орков? — возмутился Лукас.       — А вы тогда что тут делаете? — второй хоббит прищурился и поднялся с колен, потом помог другу.       — Можно, я их съем? — дракон выпустил тонкую струйку дыма.       — Лукас…       — Говорят, что орков почти не осталось, — затрясся рыжий и потупил взгляд на Шотара.       — Ничего не отвечайте им, мистер Фродо. Вы не имеете права нас удерживать.       — Какие ещё права? — усмехнулся дракон, согнул шею и заметно втянул запах хоббитов. — Я знаю ваш запах, — театрально растянул слова и показал белые острые зубы в улыбочке. «Мои зубы — мечи. Мои когти — копья. Мои крылья — ураган!» — в голове промчались мысли, и ему так захотелось это произнести вслух. Он словно провалился во времени, перед глазами появилась пещера, полная золота. «Я чувствую, ты что-то принёс». Но голос Киры вернул его в реальность.       — Фродо?! — Давно минувшие события волной нахлынули, и мурашки прошлись по всему телу: как там, в Валиноре, Фродо Бэггинс? «Он проживёт столько, сколько ему отмерено. У Валар нет права дарить бессмертие» — в ту же секунду всплыли слова матери. — Ты, случайно, не внук Сэма Гэмджи? Уж больно похож.       — А вам какое дело? — сердито вставил темноволосый хоббит.       Не обращая внимания на выкрики, Кира продолжила: — А ты значительно подрос, Фродо, сын Мэри. Последний раз я видела тебя на коленях матери. Как поживает Лобелия?       — Вы знали моих родителей? — рыжий тяжело вздохнул и опустил большие карие глаза.       — Не сказать, что знала, но в гостях у вас была. А твоя тётушка Эланор, можно сказать, родилась на моих руках.       — Мамы полгода, как нет, — он опустил голову и шмыгнул носом.       — Мне жаль, — Кира коснулась плеча хоббита. — Очень больно терять близких твоему сердцу.       — А это, случайно, не вы — волшебница Кирибриан? — прищурив глаза, добавил товарищ Фродо.       — Она самая! Я смотрю, вы решили пройти по пути деда Сэма и Фродо? Как вам удалось так далеко забраться от Шира и как вы преодолели горы?       — Шир уже не тот, что раньше. Люди постепенно отбирают наши земли, вот мы и решили поискать что-то лучшее, — ответил Фродо.       — Люди? — эти слова полоснули по сердцу. Люди играли большую и важную роль в её жизни. Рохонцы и гондорцы. Но тех, кого она хорошо знала, давно уже нет. Люди в последнее время распустились, чувствуя безнаказанность, ведь противостоять им некому. Эльфов осталась малая горстка: Зеленолесье и Ривенделл во главе с Халдиром. Конечно, сила была у гномов, но им не было дела до остальных народов Средиземья. — Лучше места, чем это, вы найти не смогли?       — Мы шли по южному тракту, у нас есть карта, — Фродо снял с плеч рюкзак и начал ковыряться, тут же протянул пожухлый лист, сложенный в несколько раз. — Я нашёл в библиотеке в одной старой книге.       — Это карта Бильбо, — взяла в руки. Её память нарисовала моменты их путешествия. — Это та самая, которую подарили ему гномы Эребора.       — Теперь она наша, — выхватил второй хоббит.       — А тебя-то как зовут? Только не говори, что Сэм, — Кира сложила руки на груди и строго взглянула на шустрого парня. — Фродо и Сэм!       — Это Пипин, мой друг.       — Пепегрин Брендибак! — гордо представился и по-деловому выставил босою ногу вперёд, скрестив руки.       — Как символично! Случайно, Мериадок Брендибак не родственник тебе?       — Он мой двоюродный дед по маминой линии, третий сын моего прадеда и внучатый племянник моей прапрабабушки Лили Тук…        — Стоп! Я поняла, чей ты родственник. Яблоко от яблони… — Кира прищурила глаза и улыбнулась.       — И чем же ты занимаешься, Пепегрин Брендибак?       — Я садовник! А мистер Фродо пишет книгу.       — И вы пришли уничтожить кольцо? — Кира продолжала посмеиваться над деловым хоббитом.       — У нас нет никакого кольца, — глаза Пипина увеличились; Фродо помотал головой, подтверждая, что нет.       — Жаль! Ладно, проходите, гостями будете. Садовник нам пригодится.       — Для чего? — не понял Фродо.       — Сад тут будет! — ответил дракон.       — А орки? — продолжил, и оба хоббита посмотрели на подростка.       — Орки… — задумалась Кира, — будут нам помогать.       — Ты уверена? — на орочьем спросил Лукас.       — Нет! Но надеюсь. Время покажет. Искать не будем, сами придут.       — Ага, придут, — с ятаганами, — вставил дракон.       — А нас покормят? — В животе громко заурчало, и Пипин не выдержал и тихо прошептал другу: — Мы же сегодня ещё не завтракали. Ягоды не в счёт.       — Я бы тоже перекусил наглыми хоббитами, — услышав, добавил дракон. Шотар на это хмыкнул.       Оба парня уставились на Лукаса, и тут же вспомнился полёт: — А вы — родня Смауга? — Пипин поправил лямку рюкзака и взглянул в жёлтые глаза дракона, который заметно сморщил нос. Фродо одёрнул товарища за рукав и потащил за эльфийкой.       — Я индивид! — ответил Лукас потёртым, местами грязным помятым спинам хоббитов, которые ничего не поняли.       — Инди кто? — Пипин повернул голову и приподнял брови.       — Скажите спасибо, что не съел.       — Лукас, я всё слышу, — остановила его Кира. — Не запугивай их.       — А мы и не боимся, — ответил Пипин.       — Ну вот, где уважение к моей персоне? Я, между прочим, разумное огнедышащее существо. И с кем приходится дружить?.. — выпустил дым и растянул довольно пасть.       — А ты что, собрался с нами дружить? — Пипин заморгал. — Никогда ещё не дружил с драконом.       — Да ты и не видел их никогда, — ответил тот.       Обосновавшись в крепости, в восемь рук и в четыре лапы они приступили приводить в порядок жилое помещение. Спустившись по крутой лестнице в подвалы, Кира столкнулась с неприятными воспоминаниями, запахи крови и варгов ударили в нос, стоны и крики впитались в стены, скрипы и звон металла били по ушам. Сердце сдавило от боли. Очистить от этого будет невозможно.       Она попыталась отыскать темницу, в которой находилась сама, но не нашла. Мысли бросить всё и найти другое место для жилья хлыстом ударили по телу, и из раны потекла горячая кровь. Но что-то сильно сдерживало, считая это за испытание. «Никто не говорил, что будет легко», — ответила она себе, и на секунду показалось, что захотела пройти путь Саурона. Но она — не Саурон, она — ученица Йаванны. Но и он ученик — Аулэ, а уж потом Моргота.       Обследовав подземелья, что заняло не один день, и убедившись, что они пусты, Кира запланировала завалить все входы и выходы. В Барад-дуре не будет темниц, а камень для строительства выбрала белый, как снег, — мрамор. Но всё же строительство без гномов считала нереальным. Вот у кого в руках сила — сила познания камня. Кира знала, что предложить эреборцам, чтобы не отказали, — камни, которые они никогда не видели.       Хоббиты выбрали большую комнату для отдыха с окном в кованой решётке. Натаскали мха и соломы и набили для всех матрасы. Хозяйственности у этих низкорослых существ не отнять. И тёмное помещение превратилось в уютный дом.       Из чего созданы хоббиты — из курительной трубки Эру. Глядя на шустрых ребят, Кира улыбнулась этим мыслям. Ей было понятно, почему к ним был так привязан Гэндальф. Да и сама она испытывала к этой расе особые эмоции. Илуватар вложил в них доброту и бескорыстность, простоту и покой. Но больше всего хоббитов интересовало питание, и желательно пять-шесть раз в день. Лукас по просьбе Киры слетал на восток и принёс много фруктов и разной зелени. Можно было бы наведаться в Рохон или Гондор и добыть мяса. Пыль, что нашёл он в кузне Саурона, дарила невидимость, и это способствовало доставать желаемое. Но пока она не видела необходимости привлекать любопытных людей. А питаться можно рыбой, которая была в изобилии в местных реках.        С чего начать освоение, Кира знала: с расчистки полей и взращивания травы и деревьев. И вот тут понадобилась сила дракона. Она призналась, что хочет первым посадить маллорн в самом центре Мордора. Лукас поддержал делом и освободил место для будущего древа.       — А правда, что были такие эльфы, которые строили дома на деревьях? — спросил Пипин. Его любопытство напоминало кроличье.       — Были такие, тех эльфов называли галадримами, и жили они в Лориэне, — прошептал Лукас над головами хоббитов.       В это время Шотар с Ханом притащили воду из протекающей вблизи реки. Все дружно наблюдали, как Кира опустилась на колени, что-то зашептала в сложенные ладони. Потом опустила семечко в ямку и присыпала землёй.       — Давайте польём, — Кира протянула руки к бурдюку. Пара капель орошила землю. Эльфийка расправила ладони близко к поверхности и опять что-то зашептала на эльфийском.       — А что она делает? — спросил Фродо.       — Просит благословения у богини Земли, — совсем тихо пояснил Лукас. И только Пипин хотел что-то спросить, как послышалось: — Тс-с-с, не мешайте, лучше смотрите. — И тут тёплый свет от её рук накрыл место, куда было посажено семечко. Земля будто ожила, и на их глазах проклюнулся маленький росток с одним золотым листиком.       Хоббитов от увиденного передёрнуло, один даже потёр глаза: — Разве такое возможно?       — Возможно! — ответила Кира и поднялась с колен. — В Шире растёт точно такое же, подарок моей матери.       — А у меня вот что есть! — Пипин сунул руку в карман и что-то вытащил. Когда он раскрыл кулак, на ладони лежал жёлудь.       — Неужели тот самый? — Кира протянула руку, чтобы взять. Тот самый, что она подарила Бильбо на День рождения?! Тот самый, что является порталом между мирами?       — Это я подобрал у дома Фродо, — ответил он. — Говорят, его посадил старый Бильбо перед тем как исчезнуть в день своего рождения.       — А зачем ты его взял с собой? — Фродо развернулся к другу и сомкнул брови.       — Это мой талисман. Он упал мне прямо на нос, когда я сидел под деревом.       — Я думала, ты хочешь посадить его, — Кира отдёрнула руку. Это был жёлудь с её дуба. Каждый раз, приезжая в Шир, она говорила с ним. Не все жёлуди могут нести в себе магию. Но сейчас это было не важно.       — А я и не против, потом найду себе новый. Только я не умею, как вы.       На слова полурослика Кира улыбнулась: — Мы все вместе найдём ему достойное пристанище. А сейчас надо заняться территорией. — И только Кира это произнесла, как вдалеке возник высокий знакомый силуэт.