Иримэ

Днем Митлонд наполнялся нескончаемой шумной суетой. Новый город, вырастающий прямо на глазах, распластался по двум берегам залива Лун и продолжал расти, заботливо предоставляя кров всякому желающему. Он походил и на Арверниэн, и на Балар, и даже немного на северные города — по крайней мере, стены здесь возводили на совесть. Солнце рябило на мелких волнах, напекало спины работников, заставляло сиять большие блоки белого камня, предназначенные для стен и домов. Строители весело перекрикивались, перемежая распоряжения и разговоры о деле шутками и байками. Зарождающийся город дышал жизнью — бурной, яркой и непобедимой. Впрочем, не для всех это было так. Иримэ шла сквозь обычную суматоху, и ей казалось, ее окружает кокон тишины. Эльдар умолкали на полуслове. Кто-то отворачивался, кто-то принимался сосредоточенно пилить, колотить или таскать, не замечая ничего вокруг. Кто-то оглядывался в поисках потерянного инструмента. Так случалось и раньше, но лишь теперь Иримэ придавала значение происходящему. Раньше у нее было дело. После разрушения Белерианда, не только люди и эльдар переселились на восток. Из Ангбанда ускользнуло немало гламхот, гауров и прочих чудовищ. А значит, эльдар нуждались не только в строителях, землепашцах, кузнецах и иных мастерах, что обустроят новые земли. Не остались без дела и воины, уничтожавшие каждую темную тварь в пределах границ нового королевства Линдон. Так Иримэ даже не попыталась вернуться к мирной жизни. Она редко бывала в Митлонде, предпочитая охотиться в горах и лесах. Она выслеживала остатки сил Врага с упоением и азартом, не оставлявшим пространства для прочих мыслей. К чему задумываться о будущем, когда отыскиваешь орочью стоянку или примечаешь следы волколаков? Но вот твари кончились. С зимы Иримэ и ее воины не встретили ни одной — а ныне лето подходило к концу, одаривая Линдон последними жаркими деньками. И теперь она шла молча, кутаясь в темно-серый плащ, словно мрачная тень, ожившее кошмарное прошлое на фоне белизны камня и сине-бирюзового моря. — Конечно, тебя будет ждать дом, — обещал некогда Гил-Галад. — С мастерской, с террасой, выходящей к морю, и с прекрасным видом из окон. Иримэ ни с кем не заговаривала, просто пыталась найти свой дом, сопоставить город, расчерченный на бумаге, с настоящим. Но стоило ей высмотреть нечто похожее, как со спины ее окликнули — впервые за весь немалый путь от городской стены до самого залива. — Простите, вы та самая леди Лалвен? Оглянувшись, Иримэ увидела мальчишку-нолдо лет двадцати*. Темные волосы усыпаны каменной крошкой, рукава простой потертой рубахи закатаны — явно чей-то подмастерье, оторвавшийся от работы по безумно важному поводу. Он испуганно переминался с ноги на ногу, вжал голову в плечи — но отступать не собирался. — Допустим, это я, — Иримэ ободряюще улыбнулась. — А та самая — это какая? — Ну, — мальчик опустил в глаза, но потом собрался с духом. — А правда, что вы усыпали дороги черепами врагов? — затараторил он. — А что у вас есть клыки, когти и кожистые крылья? Что вы отобрали их у чудовища из Ангбанда и теперь носите? А правда, что… — А сам как думаешь? — рассмеялась Иримэ, только смех вышел каким-то горьким. Эти байки она слышала и от взрослых, правда, чаще эдайн. Длинные языки упорно рисовали ее чудовищем — и не ошибались. Иримэ не отрастила ни когтей и клыков, но дела ее были гораздо более жестоки, чем могли представить выдумщики. — А покажите крылья, — совсем смутившись, попросил маленький нолдо. — Прошу вас, леди Лалвен. Мой наставник — резчик по камню, и я тоже кое-чему научился. Я бы изобразил вас с крыльями. — Думаю, ты найдешь себе еще много пищи для вдохновения, юный мастер. А я как-нибудь зайду полюбоваться. Иримэ протянула руку, чтобы потрепать его по волосам, но мальчишка отпрянул — видимо, и впрямь боялся когтей. Не желая больше его пугать, Иримэ развернулась и пошла прочь — но в другую сторону, к возвышавшейся над городом королевской башне, чтобы поздороваться и сразу же попрощаться. На востоке осталось много неизведанных земель — и кто-то же должен исследовать их и рассказать Гил-Галаду. А дом с мастерскими и террасой, выходящей к заливу, может и подождать. -— * по человеческим меркам эльфенку около восьми лет. Автор опирается на ЗиОЭ