Тайны Солнца

      Возможно, не будь у Райана настолько выкорчеванной души, не способной к малейшим эмоциям, он бы сбежал. Опять. Куда-нибудь, где его не достанут ни Аарон, ни Дейл, но, увы, в их мире такого места не было. Или же, что вероятнее, Райан о нём не знал.       Может, Райан бы испугался? Начал заикаться, говорить глупости, подставляя кого-то ещё? Или вовсе не сказал бы ничего, молча вжимая голову в плечи и не рискуя даже привычно тянуть за пряди?       И всё же Райан совершенно молча, удерживая на руке слегка беспокоящегося сокола, с равнодушием внешне и внутри мягко ступал на стелившиися под ногами облака. Прямо в пасть к золотому льву. Не зная, что ждало его впереди, не предполагая и не желая этого. Просто потому что надо. Боги должны быть с Богами, чтобы быть сильными, чтобы знать, чтобы управлять. Никому не хотелось оказаться на месте Клеона, Бога Болот и первого сына Аарона, буквально сосланного на самый край мира с запретом появляться перед Главенствующим отцом. Это тяжело. Находиться в одиночестве, в топи леса, куда не каждый зверь рискнёт соваться. Когда медленно теряются все разумные черты, а собеседником веками и тысячелетиями остаётся лишь безмолвное животное воплощение.       Райан мельком взглянул на Мёда. Смог бы он так же, как и самый первый его брат, жить вдали от всех? Без друзей и врагов, с одной пустотой вокруг? Нет. Никогда.       Потому сейчас и шёл к тому, кто в порыве гнева способен его убить. Или сослать. Наказать. Не простить.       Будто предчувствуя, а может, и не будто, рёв затих. Резко, неестественно. И Райан застыл. Резко, неестественно. Единственной его слабостью оказался взгляд, направленный вниз, к испачканным в садовой грязи сапогам. И спустя пару мгновений — к босым ногам Аарона. Главенствующий остановился напротив и его тяжёлое дыхание, казалось, отдавалось в каждой клетке тела. Райан прикрыл глаза в ожидании кары. Однако ничего не происходило. Возможно, Аарон желал сначала услышать извинения?       — Я хочу… — со скрипом начал Райан.       — Прости меня, — громыхнул Аарон сверху.       — А? — растеряв весь былой запас и широко распахнув глаза Райан вскинул голову вверх.       — Прости меня, — поведя оголённым плечом повторил Аарон.       Райан, будто не веря сам себе, быстро оглянулся, возможно, ожидая увидеть за спиной кого-нибудь, кому предназначались эти извинения. Но за спиной было пусто.       — За что? — тихо спросил Райан и тут же вжал голову в плечи.       Сокол на его руке завозился и засунул клюв под ворот алой рубашки.       — За мой срыв, — поджав губы на мгновение, произнёс Аарон и отвёл взгляд. — Ты не виноват в том, что просто делал предположения. В конце концов Карлитта была весьма… закрытой, а потому даже я о ней знаю не так уж и много.       — Да, конечно, я понимаю, — тихо протянул Райан толком не понимая, как ему реагировать.       — Ты прощаешь меня? — всё так же вгоняя сына в оцепенение продолжал интересоваться Аарон.       Райан закивал головой настолько сильно, что казалось, будто она сейчас отвалится.       — Разумеется, — слишком поспешно выдохнул он.       — Я знаю, что ты был на подлунной стороне, — вновь за мгновение обрубая сыну весь воздух, казалось бы абсолютно равнодушно выдал Аарон. — Однако винить тебя ни в чём не стану. Будем считать это ложью за ложь. В конце концов я ведь действительно тебе соврал, когда называл монстров подлунными жителями.       — Но для чего? — видимо, собрав остатки бесстрашия с того равнодушного состояния, что владело Райаном совсем недавно, высказал он так долго мучивший его вопрос. — Почему на солнечной всем говорят, что подлунные жители это монстры?       — Безопасность, Райан. Моя основная роль и задача как Главенствующего Бога — обеспечить своему народу мир и покой, — настолько непривычно мягко говорил Аарон, что пугал гораздо больше крика. — Для людей безопаснее считать, что есть только они и монстры. В ином случае люди попытаются пройти сквозь туман, чтобы встретиться с подлунными жителями. И тут же погибнут от лап монстров. И таких смельчаков погибало бы гораздо больше, нежели сейчас среди невинных жителей сёл или отважных стражей, направленных для их защиты. Открою тебе небольшой секрет правления, Райан. Если у народа нет мотивации — они не создадут лишних проблем. Зная, что на подлунной стороне только монстры, люди никогда не будут пробовать прорваться сквозь туман. Но если они будут считать, что там есть такие же люди — увы, их ждёт смерть. Да и зачем им встречаться? Подлунные жители едва ли не сгорают на солнце, а для солнечных отсутствие света невыносимо. Я до сих пор удивлён, как твоя мать смогла так долго продержаться.       Аарон положил руку Райану на плечо, мягко уводя его в сторону.       — Ты знаешь почему?       — Нет, — резко мотнул Райан головой и тут же отвёл глаза. — Я… почти не пересекался с ней, в основном я был… с подлунными богами.       Рука на плече Райана сжалась крепче, но тут же вновь расслабилась, оставив после себя лишь болезненную пульсацию.       — Пусть так. В конце концов вера необходима всем нам. И как бы я не относился к… их Главенствующему, на его стороне находятся Боги, без которых наш мир довольно быстро разрушится. Потому ты имеешь полное право гулять и на подлунной стороне.       Райан в ошеломлении смотрел на умиротворённое лицо Аарона. Настолько долго и открыто, что отец всё же обернулся к нему, осветив лицо яркой улыбкой. Райан неловко улыбнулся в ответ и тут же споткнулся. Об облако. Кто бы сомневался. Однако крепкая отцовская рука его удержала, быстро вернув на место.       — Я понимаю, что сейчас именно на подлунной стороне твоя жизнь, — пусть эти слова и давались ему с трудом, Аарон всё же произносил их с улыбкой, пусть и натянутой. — Твоя кровь, мне ли не знать, как она важна. И какими бы ни были те, кто тебя воспитал, я всё же обязан им и не могу отобрать у тебя право их видеть. Особенно когда их срок столь короток.       Райан резко остановился, направив пустой взгляд вперёд. Мёд тихо шевельнулся, выглянул посмотреть одним глазом на Аарона и тут же спрятался снова.       — Не горюй раньше времени, — шепнул отец ему на ухо. — Да, люди быстро умирают, но пока этого не произошло, ты можешь получить бесценные воспоминания.       — Да, — медленно кивнул Райан, с трудом удерживая на лице хотя бы равнодушие.       — Тебе стоит расслабиться, Вайна и Коа смогут тебе помочь, — добавил Аарон с улыбкой и подтолкнул сына в спину.       — Да, а, нет! Погоди, я хотел ещё спросить! — резко вспомнив о Греге Райан так же резко развернулся, разумеется, едва не упав.       — Что именно? — участливо поинтересовался Аарон, подняв руку и остановив тем самым уже приблизившихся Богов Пиршеств и Радости.       — Лирские! Я хотел узнать, почему Кайл так резко стал новым главой? — быстро спросил Райан, слегка напряжённо оглядываясь на крупную фигуру Коа, который, казалось, мог переломать матёрого зверя одной рукой.       — Полагаю, Кирас посчитал его подходящим на эту роль, — Аарон пожал плечами, не особо задумываясь.       — А исправить… Нет, не надо. Тогда могу я взять под опеку Грега Лирского, которого официально изгнали из рода? — мотнув головой, Райан посчитал бессмысленными попытки добиться отлучения Кайла от статуса главы, особенно когда принял решение насчёт покровительства.       — М? Хорошо, не вижу особых препятствий, раз этот Грег ныне не находится под божественным патронажем. Это прекрасно, что ты уже готов выбрать себе опекаемых.       — А, и ещё! — буквально отпрыгнув от Коа, разразившегося гулким смехом, продолжил спрашивать Райан.       — Что? — в голосе Аарона промелькнуло едва заметное раздражение.       — Я выбрал главного жреца тогда, на площади, но могу ли я отказаться от него?       — Хочешь сменить главного жреца? — Аарон в непонимании вскинул золотую бровь.       Райан бешено закивал.       — Тогда убей его, — Аарон махнул рукой под ухнувшее куда-то вниз сердце Райана. — Жрецы меняются, только когда умирают, больше ничто не способно отлучить их от назначенной роли.       И поникшего Райана всё же схватил радостный Коа на пару с Вайной, относя его к уже накрытым столам из человеческих подношений и дичи Вакана.

***

      Оставался наедине с собой Аарон недолго. Стоило сделать лишь пару шагов от мальчишки, как за спиной тут же образовался Кирас с глубоким поклоном.       — Вы были великолепны, Ваше Величество, — произнёс он с подобострастием.       — Я знаю, — хмыкнул Аарон. — Наш незаметный лазутчик не подвёл… И всё же наблюдай за ним пристальнее, на всякий случай.       — Как прикажет Ваше Величество, — кивнул Кирас и собрался было уходить, но его остановил властный жест Аарона.       — Что происходит с твоим родом? Я не помню его в нашем плане.       — Я позволил проявить себе инициативу, — зябко поведя плечами, едва прикрытыми пшеничными прядями, ответил Кирас. — Нам ведь лучше, что у него появился опекаемый род, к тому же раньше, чем на подлунной стороне. О его близких отношениях с бастардом моего рода знал весь двор и именно он являлся самым очевидным вариантом для покровительства. Однако для этого Грег должен был выйти из-под моего крыла, причём без лишнего шума. Самый простой вариант — привести к власти того, кто его ненавидит, даже если нет особых способностей и знаний. Их отец всё ещё жив и здравствует, а потому даже без статуса главы сможет позаботиться о благополучии рода.       — Пусть будет так, — не сильно вслушиваясь в слова советника Аарон махнул рукой. — Не создашь дополнительных головных болей и прекрасно, остальное меня не волнует. Иди.       — Как прикажет Ваше Величество.

***

      Сидя в окружении галдящих Богов, перекидывающихся оленьей тушей, будто это обычный фрукт, Райан вспоминал самый первый и не самый приятный опыт общения с солнечным пантеоном. Ярким, громким, непонятным и в чём-то даже пустым. Впрочем, как и подлунный пантеон, больше окутанной некой загадочностью и таинственностью. В то время как солнечных, казалось, не заботило ничего, кроме пиров, только изредка та же Талила или Ману могли что-то рассказывать о своих опекаемых. Акали сверлила взглядом Аарона, стоило его золотому сиянию хотя бы мелькнуть где-то рядом, Нирая с Бийном, благополучно спали друг на друге, спрятав в своих объятиях Лейна, того самого брата, что должен был давным давно следить за становлением Терри. Райан задержал на нём взгляд. Прямые золотые волосы красиво спадали по донельзя безмятежному лицу, обладавшему невероятной способностью спать даже среди божественного пиршества. Если бы Райан не знал, чьим сыном Лейн являлся, посчитал бы в этот момент, что его родители как раз Нирая и Бийн, настолько привычно они обнимали друг друга, будто защищая в этом вечном хаосе. Сочувствие, горы и покой, удивительный симбиоз.       Где-то позади Рали проиграл в своеобразном музыкальном сражении Войте, собственно, Богу Музыки, пока резвившийся в танце Элий смеялся как сумасшедший.       — А вот теперь ты похож на того испуганного птенца, что прятался в плаще Мьёрка, — внезапно наклонился к Райану неизвестно откуда появившийся Марвин. — Что, пугает вся эта бешеная пляска? Она тут постоянно, привыкнешь.       И тут в ладонь Райана упёрся совершенно обычный клочок влажной ткани, сразу защипавший мелкие порезы на коже. Ткань с корабельного паруса. Райан аккуратно сжал послание и быстро спрятал его в сапог, сделав вид, будто всматривается в роскошные кружева рубахи Хокона. Марвин тут же скрылся и даже его заметные кудрявые локоны потерялись в общей кутерьме.       Райану казалось, что пробыл он на этом празднике жизни совсем недолго, от силы пару часов, однако когда Кирас отобрал у Войты лютню и объявил, что пора проводить обряд Покровительства над Грегом, выяснилось, что прошёл год.