Тайны Солнца

Шатёр кронпринца в очередной раз распахнулся, однако вместо вымотанного душевно лекаря к ожидавшим известий аристократам вышла Вивиана. Пройдясь по каждому до жути внимательным взглядом холодных голубых глаз, она молча направилась прямо к застывшим с краю от толпы де Литтера. И Эмили, разумеется. Проигнорированные аристократы, злобно глядя вслед принцессе, не рискнули вслух высказывать свои возмущения и продолжили буравить взглядами полог. Тем не менее Вивиана, бросив многозначительный взгляд на Эмили, кивнула и прошла чуть дальше. Вряд ли её волновали аристократы вокруг, скорее это было личное пожелание либо Доминика, либо Иоланты. Вслед за Эмили и принцессой отправился и Томас, оставляя Долорес на поляне и тихо надеясь на то, что она не успеет найти новых приключений. «Так вот откуда у Райана эта тяга к проблемам…» — насмешливо фыркнул Томас, останавливаясь позади невесты. Хотя учитывая то, что донёс им Райан, возможность брака с Эмили на подлунной стороне стала чуть реальнее, нежели бывшее до этого «никогда в жизни». Сиэль находилась сейчас не в лучшем состоянии и, похоже, в ссоре с Дейлом, а потому хотя бы на зло ему, может, и позволит новообретённому роду обзавестись не самой удачной по меркам подлунных партией? — За спасение Доминика Её Величество дарит вам землю вблизи герцогства де Литтера, а так же титул виконтессы де Галлийе. Пока без Покровителя, — присев перед Эмили в книксене, Вивиана с как всегда слегка надменной улыбкой выпрямилась. — Ох, — Эмили глубоко вздохнула, распахнув глаза. — Это весьма… неожиданно. Благодарю за оказанную честь, Ваше Высочество, — Эмили присела в реверансе. — Это заслуга не моя, — Вивиана изящно пожала плечом. — Его Высочество и Её Величество будут рады принять ваше решение в шатре, — и кивнула в сторону сгрудившейся в отдалении кучи аристократов. Ещё раз склонив голову, Эмили отправилась к ним. — А вас туда не звали, — позволив наконец насмешливым ноткам скользнуть в голос, произнесла Вивиана, разглядывая Томаса. — Разумеется, — он, на мгновение подняв брови, так же склонил голову. — Я могу идти? — Могли и не приходить в принципе, не то чтобы кто-то из нас вас сюда звал, — Вивиана начала раскачиваться с пятки на носок. — Но раз уж пришли, то оставайтесь. Пока королевская стража прочёсывает лес, находиться в нём в одиночку не сильно безопасно. — Разве вам есть чего опасаться? — Томас прищурился, складывая руки на груди. — В первую нашу встречу вы весьма самоотверженно прыгали со второго этажа, вполне уверенные в собственной безопасности. — Разве я говорила, что защищать нужно меня? — повторив позу собеседника, Вивиана насмешливо выгнула бровь. — Пусть в вас и есть большой потенциал, но он совершенно не развит, а значит в магии вы бессильны. В плане владения оружием — неизвестно. Однако то, что вы практически никогда не носите его с собой, создаёт довольно однозначный вывод о вашей неспособности долго сражаться. Так что, увы, защищать придётся мне вас, и никак не наоборот. — Вы правы, магия не является моей сильной стороной, — вполне спокойно пожал плечами Томас. — Однако в плане владения мечом ваши выводы ошибочны. Мой отец долгое время был весьма талантливым рыцарем и он же обучил меня своему ремеслу. Я умею сражаться. Но предпочитаю этого не делать, а решать проблемы разговорами. — Если желаете, я могу стать вашим наставником в магическом ремесле, — спустя пару молчаливых мгновений выдала Вивиана, поворачиваясь к удивлённому Томасу спиной. — Лучше меня на данный момент мага на подлунной стороне нет. — И зачем вам это? — идя вслед за принцессой, спросил Томас. — Доминик был бы не против приблизить вас к себе, — выдав братский секрет, ответила Вивиана. — И я не могу позволить находиться рядом с ним человеку, в чьих способностях до конца не уверена. Всё же мой брат довольно часто, пусть порой и по собственной инициативе, попадает в опасные для его жизни ситуации. — Судя по состоянию его здоровья, опасной для его жизни ситуацией может стать обычная лестница, — Томас закатил глаза. Вивиана, на его памяти, впервые искренне рассмеялась. Тихо, звонко. И лицо, поражавшее ранее своей надменной красотой, засияло от искрившихся в глазах веселья. Вивиана не боялась смеяться, не боялась показаться распущенной леди, она, как и всегда, жила моментом, наслаждалась им. И в это мгновение, пожалуй, была красивейшей девушкой на свете. И во тьме. — О, вы правы! — продолжая изредка срываться на хихиканье, подметила Вивиана, закидывая голову вверх. — У моего брата весьма скверное здоровье, а потому лекарей при нём всегда достаточно. И выделиться среди них довольно сложно… Вы знаете историю рода де Тиллель? — Прошлый род Богини Жизни, уничтоженный моей семьёй. — Верно, — Вивиана кивнула. — К нынешнему, как я понимаю, принадлежала Эмили? Томас мог лишь кивнуть. Он не хотел особо много говорить о прошлом Эмили, однако факт её целительских способностей напрямую связан с Талилой, так что в этом случае молчать было бессмысленно. — Вряд ли при… их Главенствующем они снова заняли бы позицию правителей, но… были приближены к ней, не так ли? Томас вновь лишь кивнул. — И что-то мне подсказывает, что брак с вами был её едва ли не последним шансом сбежать от… не самого лучшего будущего, полагаю? И снова кивок. — Сколько вам тогда было лет? — Вивиана, наконец, посмотрела Томасу прямо в глаза. — Мне двадцать один, ей семнадцать. Прошло уже около трёх лет. — Совсем юная девочка, — Вивиана усмехнулась, не обращая внимания на тот факт, что с Эмили они являлись одногодками. — Почему на принца так часто покушаются? — Томас решил перевести тему на более интересную лично ему, нежели Вивиане. — Смотря что вы подразумеваете под этим понятием, — отведя глаза не столько в желании утаить эмоции во взгляде, сколько из тяги к контролю окружения, начала Вивиана. — Раньше было хуже. У Доминика был определённый период в жизни, когда выносить его дольше, чем одна фраза, могла лишь я. И вот тогда покушений было гораздо больше. Сейчас что-то даже расслабились. Или наоборот, подготавливались… Надо будет всё же ещё узнать, что то был за яд… А о причинах вы можете догадаться. Негоже так сразу выдавать королевские тайны в обмен лишь на скудные кивки, — поддела в конце Вивиана, в излюбленном жесте прищуривая глаза. — Полагаю, причина в характере Доминика? — разглядывая ночное небо, спросил Томас. — Относительно, — Вивиана пожала плечами, так же взглянув на небо. — Его ведение дел? Когда вы прибыли в герцогство, Его Высочество вёл себя… своеобразно? Я могу понять его мотив и цели, всё же он будущий правитель, а мы с отцом и Эмили слегка не вписываемся в его идеальную картину мира. Однако мне не нравятся его угрозы моей семье, чем бы они ни были обусловлены. — Хотите сказать, что, будь вы на месте Доминика, вы бы поступили с леди Долорес иначе? Прекрасно зная о её прошлом, — пронзительно глядя в глаза, поинтересовалась Вивиана. — Какой бы она ни была, она остаётся моей матерью, — Томас мотнул головой. — И сколько за ваши годы она провела рядом? — поджав губы, продолжила Вивиана. — А ваша? — тут же ответил Томас. — Ладно, — протянула Вивиана напополам с недовольством и какой-то тихой радостью. — Хорошо. И всё же пусть мы оба росли без материнской ласки и любви, обстоятельства подобного были различны и сравнивать их — дело не самое благодарное. — Мы отошли от темы, — вернул разговор в прежнее русло Томас. — Причина нападений на Доминика в его политике? Вивиана лишь кивнула. — Она… излишне жестка? — Опять же, смотря с чем сравнивать, — Вивиана пожала плечами. — С Иолантой и дедушкой? Да, бесспорно. А если на вторую чашу весов поставить ту же Шарлотту Первую или её сына, то Доминик будет парить. — Шарлотта Первая… Это сестра Стефана? Тех, от кого пошли наши рода? — копаясь в памяти, спросил Томас. — Нет. Стефан, ваш предок, был королём Шерона, крупной северной страны до Разделения, частично её территории находятся в подчинении де Литтера. Его единоутробная сестра Шарлотта, мой предок, была рядом как… советник. После же Разделения, когда Луноликий стал Главенствующим, его же род пришёл к королевской власти и на тот момент первой королевой стала далёкая правнучка той самой Шарлотты, с тем же именем. И для того, чтобы объединить полмира, а после не загубить всё это потомками, Шарлотта Первая вела довольно… агрессивную политику, в сравнении с которой все последующие конфликты кажутся лишь детским лепетом. Вам стоило бы ещё больше подучить историю. — Знаю, — Томас поморщился. — А как всё же считаете вы, какова политика вашего брата? — Не будь на вас клятвы, я могла бы решить, что вы задумываетесь о перевороте, — Вивиана хмыкнула. — Я считаю её неоправданной. В ней есть зерно… здравости? Пусть так. Однако Доминик любит усложнять, а его страх за собственное здоровье порой может перетекать в агрессию к тем, кто хотя бы потенциально может ему угрожать. Подобное сильно изматывает как духовно, так и телесно. Доминику нужен отдых и, к сожалению, на данный момент это невозможно. — Ни вы, ни Её Величество не желаете как-то помочь ему? — вкрадчиво спросил Томас, пытаясь заглянуть принцессе в глаза. — Иоланте, вопреки недавним событиям, он по-прежнему не готов открыться, а из меня утешитель довольно посредственный, — Вивиана хмыкнула. — Ему нужен кто-то, кто готов его похвалить, понять, даже не обязательно принимать его действия. И пожалеть. Я так не умею. — О да, вы любите говорить исключительно то, что вам вздумается, — Томас закатил глаза, замечая, как, сделав круг, они вновь приблизились к ютившимся около королевского шатра аристократам с изредка мелькавшей чёрной макушкой между ними. — Не вижу в этом ничего дурного, — Вивиана пожала плечами. — Да и вам, я думаю, мои ложь или увёртки не пришлись бы по душе. — А вас так волнует то, что может прийтись мне по душе? — внезапно спросил Томас, останавливаясь в десятке шагов от гомонящей толпы и боясь посмотреть на собеседницу. Вивиана молча двинулась вперёд, заставляя аристократов расступаться перед собой. И у самого шатра, слегка откинув полог, она резко обернулась. Прищурившись, взглянула с насмешкой в глаза Томаса и одними губами прошептала: — Пожалуй. И тут же скрылась за пологом, не давая возможности окончательно осознать сказанное, и понять, а было ли оно вообще? Или всё это привиделось? — Томми! — звонкий голос Долорес и её холодная рука на плече в мгновение привели Томаса в чувство. — Матушка, — осторожно положив свою ладонь поверх, ответил Томас. — Неужели вновь что-то произошло? — У меня нет, — нахмурившись, выдала она, закусывая губу. — О чём ты говорил с Виви? — О Доминике и об Эмили, — пожав плечами, произнёс Томас. — Оу, — кажется, Долорес поморщилась. — Ты не сказал ей ничего лишнего, ведь так? — А чего они ещё не знают, матушка? — устало осведомился Томас, уводя Долорес подальше от прислушивавшихся к их разговору аристократов. — Как думаешь, Сиэль позволит вам вновь пожениться? — тихо спросила Долорес, прячась под широкими ветками нависшего дерева. — Не знаю. В любом случае шанс на это выше, нежели просьба о женитьбе у Луноликого, — придерживая мать под руку, ответил Томас. — А ты всё ещё хочешь жениться на Эмили? — задумчиво спросила Долорес, глядя на то, как из шатра вышли Иоланта едва ли не под руку с Эмили. Их тут жу окружила аристократия, изрядно напугавшая своим энтузиазмом потерянно оглядывающуюся Эмили. Томас, не сильно стесняясь, всё же находился на отшибе, вышел из-под дерева и махнул рукой, прекрасно понимая, что в ночной темени его чёрная макушка прекрасно видна исключительно внутри скопления блондинов, никак не под ветвями такого же чёрного дерева. Заметив их и радостно выдохнув, Эмили поспешила вперёд, кое-как ускользая от любопытствующих. Правда, Томасу всё же пришлось прийти ей на помощь, иначе вновь обретшую статус виконтессу могли банально задавить массой. Сбежав уже в герцогский шатёр вместе с Долорес, Томас начал интересоваться тем, о чём же так долго Эмили беседовала с королевой и кронпринцем. — Ни о чём конкретном, как ни странно, — сняв натёршую обувь и тут же подлечив щиколотки, Эмили с ногами забралась на кровать, удобно устроив кудрявую голову на плече Томаса, в то время как Долорес сидела напротив. — Благодарили, подтвердили насчёт титула, Её Величество при мне даже написала прошение. И как-то дальше пошли просто разговоры обо всём и ни о чём, даже конкретной темы выделить не смогу, — она устало выдохнула, вновь ища наиболее удобную позу. Томас молча положил её голову себе на колени и начал аккуратно массировать затылок, от чего Эмили в скором времени задремала. — Я вас оставлю, — прошептала Долорес и вышла из шатра, предварительно проверив, чтобы никакие личности рядом не находились.