Your Family and You / Твоя Семья и Ты

      С глухим стуком я уронил пустую корзину в траву. Выпрямившись, я провёл рукой по своим коротко остриженным волосам и посмотрел на развевающуюся на тёплом весеннем ветру сухую одежду. В основном это была моя одежда, но также были постельные принадлежности и одеяла.       Утро выдалось тёплым, солнце светило сквозь растущую облачность, и метеорологи приступили к работе. Во второй половине дня начался дождь, который, по плану, должен был перерасти в грозу. Поэтому я спешил закончить стирку до того, как дождь нанесёт нам визит. Это также означало, что для этого мне пришлось встать раньше, чем хотелось бы.       — Ах, мать вашу… — вздохнув, я потянулся, прежде чем схватить ближайший предмет одежды.       Я хорошенько встряхнул его, прежде чем сложить и положить в корзину. Затем я взял следующую и проделал то же самое, а затем и следующую, продвигаясь по верёвке. У меня были некоторые проблемы с подогнанными простынями и их дурацкими углами, но в конце концов мне удалось сложить их более-менее приличным образом. Вроде бы. Ну, не совсем.       Работая, я что-то беззвучно напевал себе под нос и вскоре закончил первую верёвку. Когда я приступил ко второй, я заметил кое-что странное. На месте, где раньше висели какие-то предметы, теперь были странные промежутки. Прикусив губу, я некоторое время смотрел на пропуски, прежде чем оглянуться в сторону библиотеки.       — Эй! Спайк!       На мгновение воцарилась тишина, а затем из одного из окон второго этажа высунулась маленькая головка.       — Да? — крикнул он вниз.       — Ты что-то снимал с верёвок?       — Не-а, чувак. Я сегодня не прикасался к ним, — ответил он.       — Хм… — я почесал свою бороду, которая становилась всё длиннее. — Хорошо. Извини за беспокойство.       — Нет проблем, — его голова снова скрылась за дверью, оставив меня наедине с самим собой.       — Странно, — пробормотал я, всё ещё глядя на пустые места. — Может, это было что-то от Эбони или Праймроуз? Нет, подождите, в этой партии у них ничего не было. Значит, что-то от Твайлайт? Нет, всё постельное бельё на месте... — погодный пони пролетел над головой, разгоняя облака, и я покачал головой. — Неважно. Нужно с этим покончить.       Я прошёл половину верёвки, когда понял, чего не хватает.       — Вот же сука, — быстро пересчитав те, что ещё висели, и те, что я уже сложил, я выругался. — В самом деле? Я не понимаю. Почему мои рубашки? Почему именно мои рубашки?!       Ворча себе под нос, я быстро схватил оставшиеся рубашки, прежде чем вернуться к другой одежде. Это начинало раздражать. С каждым разом пропадало всё больше и больше моих рубашек, и вскоре у меня не осталось ни одной. Бельё не простаивало без присмотра так долго. Я зашеё внутрь минут на десять, чтобы взять книгу для чтения. Всё это время я сидел, прислонившись к стволу дерева, и читал. Никто не заходил на задний двор, и всё же мои рубашки пропали.       Поморщившись, я был вынужден отложить этот вопрос в сторону и вернуться к складыванию остального белья. Облака над головой продолжали сгущаться и темнеть.

* * *

      Дождь размеренно барабанил в окно, когда я со стоном опустился на диван. Было уже далеко за полдень, и я только что закончил с последними делами из своего списка. Некоторые из них заняли немного больше времени, чем я ожидал, но теперь, когда они были закончены, я действительно почувствовал себя опустошённым. Всё, что мне оставалось сделать, это отдохнуть несколько минут, прежде чем встать и пойти перекусить.       Наверху послышался какой-то шорох; без сомнения, Спайк над чем-то работал. Эбони была в теплице, пытаясь подготовить все растения к эксперименту. Авера, вероятно, помогала метеорологам закончить приготовления, а Праймроуз, должно быть, дремала. Что касается Твайлайт, то она помогала Пинки тестировать новый рецепт кексов. Осталась еще одна участница группы… но теперь, когда я думаю об этом, я не совсем уверен, где находится Пайрстид.       Это... на самом деле было проблемой. Я не видел её весь день, но это никогда не было хорошим знаком. Я как раз собирался с духом, чтобы заставить своё уставшее тело встать и отправиться на поиски этой чудачки, когда Твайлайт с громким хлопком появилась посреди библиотеки во вспышке света. Она моргнула и огляделась, но, увидев меня, подняла копыто. Улыбка тронула её губы.       — О, ты здесь. Отлично.       — Эмм... а я должен был быть где-то в другом месте? — спросил я, быстро пытаясь вспомнить, были ли у меня ещё дела, о которых я совершенно забыл.       — Я не знаю, — призналась она. — Здесь хорошо. На самом деле, здесь более чем хорошо. Я надеялась, что ты не отправишься сегодня в город. Там становится немного неспокойно. Вот и все.       Она расправила крылья, и только тогда я заметил, что она вся мокрая.       — А что с тобой, собственно, случилось?       — Я вышла из «Сахарного уголка», — она взмахнула крыльями, и на пол каскадом посыпались капли воды. — Это длилось всего мгновение, но я промокла насквозь! Вместо этого решила телепортироваться домой. К сожалению, — она указала на лужу, растущую у её копыт, — было слишком поздно.       — Что ж, убедись, что ты прибрала за собой, — сказал я. Откинувшись назад, я положил голову на спинку дивана и закрыл глаза. — Я только что закончил здесь прибираться и хотел бы, чтобы здесь оставалось чисто как можно дольше.       — Оу, правда? Ладно.       Раздался волшебный звон, и я почувствовал, как меня обдало волной жара. Приоткрыв глаза, я увидел, что Твайлайт уже полностью высохла. Её грива всё ещё была взъерошена, а шерсть теперь немного топорщилась, но и то, и другое только добавляло ей очарования.       Подбегая, она посмотрела на меня с некоторым удивлением.       — Итак, ты сегодня немного прибрался? Правда? Без того, чтобы мне пришлось спрашивать тебя?       — Вообще-то, да. Сюрприз!       Её глаза сузились.       — Ты постирал белье? Вытер пыль с полок? Поставил кофе, чтобы он был готов к утру?       — Ага! — я снова закрыл глаза. — Всё настроено и готово к работе. Просто нажал на кнопку, и бац! Кофе готов.       На мгновение воцарилась тишина, а затем на меня внезапно навалилась тяжесть. Открыв глаза, я оказался лицом к лицу с Твайлайт, которая теперь сидела у меня на коленях.       — Это, — прошептала она, прикрыв глаза, — самая сексуальная вещь, которую я слышала за весь день.       Наклонившись, она прижалась своими мягкими губами к моим, и от этого ощущения у меня по спине пробежал холодок удовольствия. Аромат лаванды наполнил мои ноздри, затопил мои чувства и заставил меня ещё глубже вжаться в диван. Это было божественно... Это длилось всего секунду, прежде чем она отстранилась.       Мои губы всё ещё покалывало, я облизал их, когда мой пульс участился. Я хотел большего.       — Ну, а как насчёт этого? Я также вымыл обе ванные комнаты и сменил полотенца.       — Ооо... — Твайлайт выдохнула. — Расскажи мне больше.       Наклонившись, она уткнулась носом мне в щеку.       — Пожалуйста, — умоляла она, — расскажи мне больше. Удиви меня, жеребец.       Её дыхание обдало мою кожу, отчего по рукам побежали мурашки.       — Я сменил постельное бельё на кроватях, вынес мусор из мусорных баков и отправил по почте все письма.       После каждого дела, которое я перечислял, Твайлайт тихонько всхлипывала и ещё сильнее прижималась лицом к моей щеке. Она прижалась ко мне всем телом, её шёрстка скользнула по моей рубашке.       — О Создатель, — простонала она мне на ухо. — Ещё, жеребец. Мне нужно больше.       Я попытался заговорить, но слова застряли у меня в горле, когда её язык внезапно прошёлся по мочке моего уха. Она прикусила мою мочку, и я заёрзал под её весом. Внезапно в комнате стало очень, очень тепло, и я остро ощутил, как её вес давит на что-то очень, очень чувствительное.       — Ха… ну, эмм… Я-я заказал несколько обновленных книг для библиотеки, — пробормотал я, бессознательно поворачивая голову, чтобы предоставить ей больший доступ к моему уху. Я положил руку ей на бок, на что она застонала мне в ухо. — Первая, п-посылка должны быть здесь примерно через не-е-е… ах! Примерно через неделю!       Твайлайт застыла на месте.       — О, Селестия, да! — воскликнула она, запрокидывая голову. — Вот это да! О, да! Да! Да!       Наклонившись, она снова захватила мои губы в страстном поцелуе, её язык безжалостно вторгся в мой рот, а затем внезапно повернулась и спрыгнула с дивана. Она убежала, оставив меня ошеломлённым, сбитым с толку и крайне взволнованным.       — П-подожди, — крикнул я ей вслед, рука, которая до этого лежала на её жопке, теперь просто висела в воздухе.       — Хм? — она остановилась и оглянулась через плечо. — Что-то не так? Тебе что-то нужно?       — И… это все? — пробормотал я. — Всё это наращивание напряжения? Сексуальность? Облизывание? Мы разве не собираемся, ну, знаешь… сделать это сейчас?       — Ну… — Твайлайт пожала плечами. — Этот момент вроде как прошёл. Но спасибо, что всё это делаешь! Ты потрясающий.       Её смех наполнил библиотеку, когда подушка, пролетев через всю комнату, прилетела ей по заднице.

* * *

      Я пристально смотрел на своего врага. Она смотрела на меня с невинным видом. В комнате воцарилась тишина, пока мы продолжали играть в гляделки. Был слышен только шум дождя за окном. Ни один из нас не пошевелился, ни один из нас не моргнул, и я почти уверен, что в какой-то момент ни один из нас не вздохнул. И затем…       — ЧТО У ТЕБЯ ВО РТУ?! — взревел я, бросаясь на диван.       Надув щёки, Пайрстид бросилась влево, уворачиваясь от моих протянутых рук и огибая мебель. Её покрытые шрамами ноги шлёпали по полу, когда она бежала, а волосы развевались у неё за спиной. Я попытался выпрямиться в воздухе, что привело лишь к тому, что я опрокинул кофейный столик. Когда боль пронзила мою голень, я развернулся и погнался за убегающей женщиной.       — О, нет, ты этого не сделаешь! Вернись, женщина!       Мои пальцы коснулись её рубашки сзади, но она увернулась, почти по-кошачьи изогнув туловище. Прежде чем я успел схватить её, она закатилась под диван и выскочила с другой стороны.       — Не смей! — начал я, но было уже слишком поздно.       Оказавшись на свободе, Пайрстид сорвалась с места и быстро поднялась по лестнице. Вскрикнув от досады, я бросился за ней. На верхней площадке лестницы на полу лежал ошарашенный Спайк, его глаза закатились.       — Оу, что меня ударило? — спросил он, когда я пробегал мимо.       Перебегая из комнаты в комнату, мы играли в кошки-мышки. Мы несколько раз поднимались и спускались по лестнице — Спайк быстро убрался из опасной зоны — и подняли такой шум, что вскоре у нас появились зрители. Усевшись на одну из книжных полок, Авера с некоторым удивлением наблюдала за происходящим. Эбони и Спайк наблюдали за нами, сидя на диване, укрытые розовым магическим куполом. Их головы поворачивались туда-сюда, когда они следили за нами.       — Попалась! — сделав выпад для ныряния, я, наконец, сумел поймать Пайрстид, когда она в четвёртый раз рванула вверх по лестнице. Придавив её своим весом, я обхватил её голову руками. — Открой рот!       Прижав руки к бокам, она могла только дрыгать ногами, пытаясь высвободить голову из моих объятий.       — Открой свой рот! — повторил я. — Что ты там прячешь?       — Мммгрррф! - раздался приглушенный ответ, а она отказалась.       — Открой рот!       — Ммннгрпф!       — Открой рот немедленно!       — Ггффллррк!       — Пайрстид, клянусь, если ты сию же минуту не откроешь рот…       Схватив её за подбородок, я попытался разжать ей челюсти. Она сопротивлялась, решив сохранить свою добычу. Её колени колотили меня по спине, удары были на удивление сильными. Мы продолжали бороться друг с другом около минуты, прежде чем я, наконец, смогла добиться некоторого прогресса. Примерно в это время на верхней площадке лестницы появилась Твайлайт.       — Что, во имя Селестии, здесь происходит? — спросила она.       — Ага! Победа! — воскликнул я, поднимая украденный приз повыше, чтобы все могли его увидеть. Воцарилась тишина, и все уставились на предмет, который я держал в руке.       — Твою ж… — присвистнула Авера.       — Я в это не верю, — вмешалась Эбони.       Спайк и Твайлайт просто уставились на него широко раскрытыми глазами.       — Во имя Создателя, Пайрстид, — сказал я, слезая с неё. — Ты должна перестать класть в рот всё подряд.       Разжав ладонь, я наблюдал, как птица пьяно упорхнула, вероятно, всё ещё не оправившись от пребывания в своей мясистой тюрьме. Она несколько раз ударилась о стену, прежде чем, наконец, рухнула на высокий подоконник.       — Ууу, — заскулила Пайрстид, наблюдая, как птичка улетает. — Пип-пип-пип. Вернуться!       Она икнула, и изо рта у неё вылетела пара перьев.