Viridescent (Зеленоватый)

Кай Чисаки вытер вымытые четыре раза руки. Уже использованные три полотенца были собраны его правой рукой, Хроностазисом, терпеливо ожидающим, пока его босс завершит свой ритуал чистоты. Убедившись в своей полной чистоте, Чисаки передал полотенце Хроно, который сохранял осторожность, пытаясь не касаться своего лидера. Чисаки сразу же надел белые хирургические перчатки, оставив своего заместителя закрывать кран, из которого продолжала идти вода. Если Чисаки прикоснется к нему, то придётся вновь мыться. — Полученная нами информация точно является достоверной? — спросил Чисаки. — Мимик прямо сейчас изучает её, но пока что выглядит весьма достоверной, — ответил Хроно, — нанять следователя со стороны было отличным решением. — Мы слишком заметны, чтобы проводить поиски самостоятельно. Начни мы искать сами, то всё стало бы слишком очевидно, особенно после того, как тот идиот попался. Это отодвинуло мои планы.… Ему повезло, что тюремный срок стал его единственным наказанием. — Он был неудачником, — согласился Хроно. Они вошли в офис Чисаки, где их ожидал Мимик. Крошечный мужчина бросил быстрый взгляд на них, прежде чем вернуть своё внимание к компьютеру. Чисаки занял свое место с противоположной стороны и уставился на своего главного менеджера. — Отчет. — Информация выглядит достоверной, — ответил Мимик, — всё найденное совпадает с отчётами после захвата Акаину. После того инцидента Эри исчезла и нам было известно лишь то, что её перехватил Всемогущий. У нее не было никаких юридических документов, поэтому по легальным каналам её было не отследить, и, судя по всему, никаких инцидентов с её Причудой также не происходило. Перемотай она кого-то, это стало бы известно. — Но нанятому следователю удалось кое-что раскопать. Ее удочерила семья с учеником из Юэй. Полагаю, именно они держат её Причуду под контролем и учат её контролировать. — Мы не можем этого допустить, — глаза Чисаки сузились, — как долго они развращали ее «Синдромом Героя»? — Сказать точно невозможно. Возможно, её обучение началось ещё с тех пор, как её забрал Всемогущий, — мрачно ответил Мимик, — это может усложнить ситуацию, когда мы её вернём. — Я разберусь с ней... поведенческими проблемами, если таковые возникнут, — пробормотал Чисаки, — продолжай. — Её удочерила семья Мидории, — продолжил Мимик, — точнее, Изуку Мидории. Отпрыска Огненного Змея и, предположительного, его бывшей любовницы. Официально они её удочерили недавно, но она была на их попечении с тех пор, как её нашёл Всемогущий. — Мы должны быть осторожны, — отметил Хроно, — нельзя, чтобы Змей узнал о том, что мы нацелились на его семью. Он и так настороженно к нам относится. — Мы охотимся за Эри, а не за ними, — отмахнулся Чисаки, — мы заберем её, а остальных оставим целыми. Не хочу, чтобы этот монстр пришёл мстить. — Согласен, — кивнул Мимик, — мне отправить вторую половину оплаты следователю? — Отправляй, — приказал молодой босс, — сообщи им, чтобы держали линию открытой, если они понадобятся снова. Я хочу держать наготове запасной вариант, если поиск Эри осложнится. — Хорошо. *** Изуку постучал себя по подбородку, медленно перечитывая досье Восьми Заветов Смерти, выданных ему Ночноглазом. Он делал все возможное, чтобы максимально абстрагироваться от ситуации и беспристрастно изучить все криминальные профили ключевых игроков якудза. Его способность всесторонне анализировать Причуды частично помогала с этим, но его настроение продолжало портиться всякий раз, когда он видел упоминание Чисаки Кая. Сегодня была пятница, преддверие наступления долгожданного отдыха после столь изматывающей недели. Завтра он, Кацуки, его мама, Эри и Тошнори отправятся в веселую поездку по магазинам за костюмами для Хэллоуина. Изуку был нужен такой перерыв. Сдача стирающей Причуды пули, которую им дала Химико, Цукаучи позволила провести лабораторный тест, который окончательно подтвердил, что содержание препарата внутри было именно тем, чего они опасались – это была сыворотка, состоящая из клеток крови Эри, использующая её Причуду таким образом, чтобы временно блокировать Причуды цели. Цукаучи сказал, что якудза потребовалось много времени, чтобы довести до такого состояния этой препарат. Годы. Именно эта информация заставила Изуку и Кацуки вступить в еще один спарринг, дабы выплеснуть свой гнев. К счастью, Тошинори сумел разнять их до того, как всё перешло черту, и научил их выплескивать агрессию способами, которые не подразумевают избиение. Хоть обычно они были весьма осторожны в своих спаррингах, но тогда они были слишком злы, чтобы себя контролировать. Изуку искренне верил, что никогда не сможет по-настоящему ненавидеть человека за то, что он просто... существует, но Чисаки доказывал ему обратное каждый раз, когда ему удавалось узнать о боссе якудза что-то новое. Он еще даже не видел этого человека, а уже чувствовал отвращение к самому факту присутствия его фотографии в криминальном досье. Он отложил этот конкретный файл в сторону, пока изучит остальных членов Восьми Неудержимых. Нельзя было концентрироваться лишь на главаре, всё же каждый член якудза был опасен. У них были весьма разнообразные Причуды, но большинство из них могли использоваться лишь в ближнем бою. Лишь некоторые, включая Причуду Чисаки, Реконструкцию, были жизнеспособны в дальнем бою, но это не отменяло их опасности. Ночноглаз сообщил ему, что Восемь Заветов подозреваются в создании и распространении наркотика триггер на черном рынке. Глупо думать, что они не воспользуются им для защиты своего босса. После прочтения досьё, Изуку сомневался, что Чисаки соизволит вколоть в себя триггер. Чисаки страдал обсессивно-компульсивным расстройством, из-за которого был одержим собственной чистотой. Рассказ Химико о его поведении во время стычки между Лигой и Заветами лишь подтвердил это. Чисаки ненавидел, когда люди или какие-то вещества прикасались к нему, должно быть, из-за ощущения, что они заражают его своими микробами или ещё как-то делают его нечистоплотным, что он считал ниже своего достоинства. Изуку мог этим воспользоваться. Он отбросил эту мысль и продолжил читать профиль Сорамицу Табе, анализируя его способности, отмечая возможные сильные и слабые стороны в бою. Его Причуда, которая называлась Поедание, наделяла его увеличенным ртом с мощными зубами и челюстями, которые могли перегрызть что угодно. Также это делало его желудок способным переваривать абсолютно что угодно, включая даже металлы и другие неживые материалы, за секунды, но это оставляло его постоянно голодным. Побочный эффект Причуды доводил Сорамицу до безумия. Честно говоря, Изуку даже не считал этого человека злым – Чисаки просто нашёл его в самый тяжелый момент его жизни и дал нечто, что он посчитал целью в жизнью. До становления преступником, Сорамицу страдал тяжелой депрессией, но не мог позволить себе лечение, а его характер усложнял интеграцию в общество. Это было печально, но, возможно, у Сорамицу появится шанс после того, как его схватят. В Восьми Заветах было несколько таких людей, объединенных в группу, называемую Восемь Неудержимых, в которые входил Сорамицу. Они состояли из преступников, поклявшихся служить и защищать Чисаки до самой смерти. Это делало их ещё более опасными, поскольку всегда был шанс того, что они пойдут в самоубийственную атаку. Они считали свои жизни малой ценой ради защиты Чисаки. Это еще больше огорчило Изуку и ещё больше распалило пламя гнева к Чисаки. Даже Шигараки начал защищать Компресса после того, как тот был ранен, а также помешал Химико продолжить атаку, чтобы она не погибла. По крайней мере, Лига ценила друг друга как союзников. Как людей. Чисаки видел в них лишь средство достижения своей цели. Они были для него инструментами. Это было неудивительно, учитывая его психопатию, но Изуку не мог найти в себе сил рассматривать психическое состояние Чисаки в том же свете, как у Восьми Неудержимых. Он был жесток и безумен сверх всякой меры. Он использовал слабости других, чтобы вылепить их по своему желанию, а затем отбрасывать, когда ему вздумается. Он не был похож на Все За Одного, который технически был социопатом, хоть Все За Одного и был абсолютным воплощением этого недуга. У него были хоть какие-то зачатки совести, хоть он и мог затыкать её при желании. Чисаки был абсолютно неспособен к эмпатии или эмоциям. Очевидно, он достаточно хорошо научился имитировать их, чтобы выглядеть человеком в глазах окружающих, но его истинное лицо принадлежало монстру. Изуку застонал и ущипнул себя за переносицу от разочарования. Мысли о Чисаки снова его отвлекли. Ну всё. Ему нужен перерыв. Он положил досье Сорамицу обратно в ящик своего стола, после чего вышел из комнаты, направившись к лифту. Вскоре он уже шел на кухню, направляясь к холодильнику. «Что же попить…» — Привет, Изуку! — окликнул его Ханта, играющий в консоль на диване. — Привет, ребята, — ответил Изуку, заметив Денки и Мину, сидящих за столом, — отдыхаете после домашки? — Я уже закончил, — ухмыльнулся Ханта, кивая на остальных, — но вот они… — Братан! Это не круто! — запротестовал Денки. — Говори за себя. Я сделала вместе с Цую, — самодовольно сказала Мина. Она перегнулась через край дивана с пером на веревочке, прикрепленной к палочке, и игралась с Т'Чаллой. Котенок смотрел на перо так, словно это была самая важная вещь в мире, его хвост дрожал в предвкушении. — Включая алгебру? — спросил Изуку, выгнув бровь. — Да, включая алгебру! — надулась девушка, рассмеявшись, когда котёнок набросился на перо, — хоть это и проклятие моего существования, это не значит, что я её не сделаю! — Если тебе станет легче, то мне она тоже не нравится, — ответил Изуку, решив налить себе стакан молока, — но мы должны её делать. — Вокруг меня одни ботаники… — вздохнул Денки. — Я могу с этим жить, — усмехнулся Изуку, выпивая молоко, после чего огляделся, — вы не видели Кацуки? — Они с Момо ушли в спортзал, — ответил Ханта, возобновляя игру. Мине удалось вырвать перо из лап Т’Чаллы, после чего она кругами водила его по воздуху, пока котёнок сидел на задних лапах и с уморительно широкими глазами наблюдал за пером. — Они в последнее время очень много общаются. Интересно, сколько времени пройдёт, прежде чем они скажут, что встречаются? Изуку чуть не выплюнул молоко. — Что?! — Ты не думаешь, что это уже перебор? — спросил Денки, приподняв бровь, — то есть, серьёзно? Момо и Взрывунчик? — Думай что хочешь, но между ними что-то есть, — настаивала Мина, почесывая Т’Чаллу за его ушами. Котенок развернулся и игриво ударил её по пальцам, но девушка отдернула руку раньше, чем её успели задеть. Изуку несколько секунд тупо смотрел на нее, прежде чем уставился в потолок, обдумывая эту информацию. На самом деле... теперь, когда он задумался, то Момо и Кацуки и впрямь проводили много времени вместе. Весьма вероятно, что он накручивал себя – скорее всего так и было, поскольку он ничего не знал о девушках и отношениях, – но теперь, когда Мина упомянула, то Момо и Кацуки проводили большую часть вне занятий друг с другом. Они оба ещё не приняли решения насчёт стажировок, так что проводили в общежитии больше времени, чем Изуку. Он знал, что они часто делали домашнюю работу вместе, котенок практически принадлежал им двоим, не говоря уже о постоянных тренировках. Они никогда и никого с собой не звали – только они вдвоём. К тому же Кацуки был по-настоящему... терпимым? Нет, не совсем подходящее слово для описания его отношений с Момо. Он был терпимым, пусть и с трудом, к большей части класса. Открытым? Может, это правильный термин? Когда Изуку думал в подобном ключе о Кацуки, то начал задаваться вопросом не сошёл ли он с ума. — Видишь?! Даже Изуку начинает складывать всё воедино! — закричала Мина. Изуку подпрыгнул и едва не расплескал молоко по полу, отчаянно замотав головой. — Ах, нет, нет, нет! То есть… да, возможно, они проводят много времени вместе! Н-но Кацуки всегда говорит, что проводит время с Момо, потому что она его не бесит и ему нравится соревноваться с ней, это не значит, что между что-то есть, но при этом это не значит, что ничего нет, но это всё ещё мое предположение, то есть, ведь нельзя узнать наверняка… — Чувак, дыши! — остановил его Денки, — людям нужно дышать! Изуку втянул в себя воздух и выдохнул, что его плечи поникли. — Фух… я увлёкся… — Да. Да, ты увлёкся, — самодовольно сказала Мина. — Я-я имею в виду ... — зеленоволосый парень заерзал, — я не думаю, что между ними что-то есть. Ну, в р-романтичесокм плане. М-может, когда-нибудь в будущем? Но я сомневаюсь, что сейчас между ними что-то есть… Кацуки сказал бы мне. — Оу, — надулась девушка, — значит, он ничего не сказал? — Нет... Стоп, неужели Момо… — Она мало что говорила, — Мина поджала губы и вернулась к игре с котёнком. Её глаза заблестели, смотря как Т’Чалла непрерывно следит за движением перышка, — вообще-то она очень спокойно к этому отнеслась, так что сейчас они скорее хорошие друзья. Но… я не знаю. Просто посмотрите, как они вместе делают домашнее задание. Что-то между ними есть… — Да, давайте смотреть, как Взрывунчик делает домашнее задание, — фыркнул Денки, — что же может пойти не так? — Только если тебя поймают! — показала язык Мина. — Я до сих пор даже не понимаю, почему Момо так много времени проводит с ним, — пробормотал Денки, — он же такой придурок! Почему хорошим парням никогда не достаются девушки? Изуку нахмурился. — Нет ничего плохого в доброте, но это не значит, что человек обязан быть с тобой лишь из-за этого, верно? Никто не обязан любить тебя. Все, включая Т'Чаллу, подпрыгнули, когда Мина резко хлопнула по дивану и протянула руки к Изуку. — СПАСИБО. Господи, я не понимаю, почему что-то столь простое не может дойти до некоторых! — Это и впрямь такая большая проблема? — удивился Изуку, — я думал, что это обычная логика… — О, Изуку, моя дорогая, чистая, невинная булочка с корицей, — драматично вздохнула Мина, — ты благословлен слепотой к невежеству низших существ. — Эй, Изуку? — позвал Ханта, не отрывая глаз от игры, — если ты закончил общаться с шипперами, то подойди пожалуйста. Я хотел спросить тебя о парочке специальных приёмах, которые задумал. Изуку оживился от упоминания темы, в которой он чувствовал себя он комфортнее, и подошёл к Ханте. — Конечно. Что такое? — На самом деле, смотря на твою сумасшедшую драку с Тецутецу на днях, меня посетило вдохновение, — начал Ханта, — помнишь как ты связал его хлыстом и просто швырнул в землю? Я подумал, что можно попытаться сделать нечто подобное с моей Причудой, так что вытащил свой God of War 4 для вдохновения. Взгляд Изуку переместился на телевизор, где Кратос, главный герой игры, выполняет серию приёмов при помощи цепей, прикрепленных к рукам. Это было не совсем те же движения, что Изуку использовал с Черным Хлыстом, но невероятно похожие. — Кацуки вроде упоминал об этом, но я не играл в эту серию, так что сказать ничего не могу, — пробормотал Изуку, загипнотизированный сложными – и, на самом деле, довольно сумасшедшими – движениями Кратоса. — Да, просто невероятно, насколько похоже, верно? Ну, кроме Клинков Хаоса, — усмехнулся Ханта, затем смущенно почесал щеку, — хотя, возможно, мне лучше подходят приёмы Человека-Паука. Если подумать, то у меня сомнения, что моя Причуда подходит для настолько агрессивного стиля боя, как у Кратоса. — Я тоже так думаю. Лента отлично усиливает твою мобильность и позволяет сковывать противника на расстоянии, но она не подходит для настолько динамичного боя, — пробормотал Изуку, слегка поморщившись, увидев особо жестокую комбинацию. Название «Неистовство Фурий» отлично подходило для комбо, — что касается моей причуды… некоторые из этих приёмов может и выполнимы, но слишком экстремальны для боя. Мы вроде не пытаемся убить Злодеев. — Знаю, знаю, — Ханта поднял взгляд на своего друга, — но некоторые из них выглядят весьма неплохо. Видишь? Например этот приём, Гнев Артемиды, отлично подходит, чтобы обезоружить противника и разом вырубить. Другие можно использовать, чтобы зачистить пространство вокруг себя, вроде Циклона Хаоса или Шторма Икара. Мы же не обязаны буквально их повторять. — Их можно использовать как основу, — Изуку задумчиво прищурился, — возможно, если я смогу сделать их менее жестокими и нацеленными на оглушение, а не убийство, то смогу использовать их… Надо только поработать над снижением сопутствующего урона, поскольку дальний бой для меня всё ещё в новинку. — Нам надо потренироваться вместе над этим, — предложил Ханта, — у меня уже есть опыт в дальнем бою. К тому же, это повод наконец-то зарубиться в игры. — Это будет неплохо, — застенчиво улыбнулся Изуку, — спасибо. — Без проблем. Просто помоги мне придумать несколько безумных приёмов! *** Эри с любопытством посмотрела на Изуку, когда они, Кацуки, Инко и Тошинори садились в поезд до торгового центра. — Изу, а что такое Халлоуин? — Хэллоуин, — мягко поправил он, сжимая ее маленькую ручку в своей, — это такая ежегодная традиция. Все наряжаются в свои любимые костюмы и ходят от дома к дому, чтобы получать конфеты. — Или ты надеваешь страшный костюм, чтобы пугать людей, — хихикнул Кацуки. — Чего мы не будем делать в этом году, — Изуку натянуто улыбнулся своему другу, который только усмехнулся. — А во что мы оденемся? — спросила Эри, наклонив голову набок. — Во всё, что захочешь, — сказала Инко, — мы посетим парочку магазинов костюмов и посмотрим, есть ли там что-то, что вам всем понравится. Изуку посадил Эри к себе на колени, пока поезд готовился к отправлению. Был субботний день, но осень напоминала о своём присутствии, из-за чего темнота уже начала накрывать город. Инко настояла, чтобы мальчики сначала сделали свою домашнюю работа, а она сделала свои дела. Из-за этого они смогли отправиться только к шести вечера, и парни уже планировали переночевать в доме Мидорий после шоппинга. Им потребовалось около двадцати минут, чтобы добраться до торгового центра, после чего Изуку направил их к магазину костюмов, который посещал с Химико. Они начали перебирать костюм за костюмом, и вскоре Изуку забавлялся полным замешательством Эри, особенно когда ему удалось убедить Кацуки надеть маску единорога. — Смотри, Эри. Ты и Кацуки теперь одинаковые! — ухмыльнулся Изуку, указывая на радужный рог. Эри лишь по-совиному моргнула, в то время как Кацуки закатил глаза. — Для протокола, это разовая сделка. Наслаждайся пока можешь, потому что в следующий раз я буду выбирать тебе костюм, Деку. — Справедливо, — усмехнулся Изуку. Эри продолжала удивленно наблюдать за всем. В итоге Кацуки выбрал для Изуку костюм Мотры в стиле старых фильмов Toho, в котором Изуку выглядел как огромная мокрица с огромными яркими крыльями и парой антен. Эри потратила пять минут, из чистого любопытства играясь с крыльями. Инко быстро выбрала костюм феи-крестной и шуточно взмахнула маленькой палочкой, чтобы наложить на Эри «заклинание смеха», исполнившееся, когда Изуку начал щекотать живот девочки, пока та не запищала. Когда они, наконец, решили выбрать костюм для Тошинори, то в итоге он оказался в увеличенной, мускулистой версии себя. В костюме Всемогущего Серебряного Века он выглядел настолько странно, что нельзя было не смеяться. — Скажи «рар!» — подбадривал Изуку, включая фотоаппарат на телефоне. — Р... рар! — пискнула Эри, вытянув пальцы в виде когтей, пока позировала в костюме льва. Изуку почувствовал, как его сердце сжалось от улыбки девочки. Он чувствовал счастье, наблюдая, как Эри становится всё радостнее с каждым днём. — Ладно, пошли глянем, что тут есть ещё, наглец, — ухмыльнулся Кацуки, — выбор тут немаленький. — Хорошо! — прощебетала Эри, вприпрыжку следуя за Кацуки. Изуку улыбнулся им вслед, затем перевёл взгляд на свою мать и Тошинори, которые, кажется, выбирали украшения для дома. Сжав губы, он решил пройтись по остальным отделам, чтобы поискать то, что может понравиться Эри. В итоге он забрел в дальний отдел магазина с явно не детскими костюмами, среди которых было несколько знакомых ему по видео со Всемогущим аксессуаров. Тут была бензопила, заляпанная зеленой кровью – несомненно, одно из оружий Токсичной Бензопилы, которую Всемогущий победил много лет назад – а также ещё несколько костюмов и их элементов, являющихся фирменным знаком Злодеев, что их носили. Он узнал некоторые, включая смущающе знакомую маску Стейна. Он уже хотел уйти к остальным, но остановился на полпути, заметив одно из украшений. Ободок с двумя зелеными рожками, стилизованных под языки пламени, не могли принадлежать никому, кроме него и его отца. Он нерешительно снял один из ободков и осмотрел его, застыв на мгновение, когда увидел по обе стороны бирки изображения себя и отца в покрове пламени. Его фото, должно быть, взяли со спортивного фестиваля, во время битвы с Шото. Образ Хисаши точно был взят с Инцидент Камино. Пока его взгляд перебегал между двумя фото, Изуку поразило, насколько же они похожи. Сходство было сверхъестественным, особенно когда злились. Он горько фыркнул. Когда он думал о том, каким будет первый мерч Герой Деку, это… точно не то, о чём он думал. Рука, коснувшаяся его плеча, заставила Изуку подпрыгнуть и повернуть голову. Позади него стоял Тошинори, осторожно забравший ободок из рук Изуку и вернувший их на место. — Как насчет того, чтобы примерить это? — предложил Тошинори, беря ободок с изображенными на нём двумя светлыми прядями волос, которые были одним из символов Всемогущего. Изуку улыбнулся и потянулся за ними, чувствуя себя немного легче. *** В конце концов, после двух часов покупок каждый из них нашел костюм, который ему понравился. В итоге Изуку купил костюм Годзиллы, который он приметил ещё когда гулял с Химико. Словно в противовес ему, Кацуки выбрал костюм Родана, чей свирепый дизайн лишь подчёркивался дикой ухмылкой парня. Инко осталась в своем костюме феи-крестной, но Тошинори попросил подождать с его костюмов – видимо, его осенила какая-то идея, так что он решил сделать костюм на заказ. Эри выбрала детский вариант костюма Годзиллы в тон Изуку. Улыбка не покидала его с того момента, как они покинули торговый центр. На улице уже было достаточно темно и прохладно, чтобы заставить толпу постепенно исчезать. К тому моменту, как они сошли с поезда и направились домой, улицы были почти пусты. Изуку и Кацуки держали Эри за руки и иногда поднимали её в воздух, вызывая смех девочки. Инко и Тошинори шли прямо за детьми, с улыбкой наблюдая за ними. — Мы можем ещё раз сходить в магазин костюмов, Изу? — спросила Эри, ее глаза сияли от возбуждения. — Может на следующей неделе, когда будем помогать маме выбирать украшения, — предложил он, — или ... мы можем поискать костюм для котенка!" — У них есть костюмы для кошек?! — ахнула Эри. — Ага. Надо просто найти нужный магазин. — Могу я выбрать что-нибудь для котенка? — попросила Эри, переводя взгляд между Изуку и Кацуки с абсолютно ненужным умоляющим лицом. — Конечно, малыш, — фыркнул Кацуки. Они добрались до относительно тихой части улицы, когда визг автомобильных шин заставил всех застыть. Изуку нахмурился, когда черная машина перегородила им дороги, но когда огромный черный фургон остановился позади них, то его охватила тревога. Краем глаза он заметил, как напрягся Кацуки, после чего они тут же образовали полукруг вокруг Инко, Эри и Тошинори, который также отвёл женщин к центру, где было безопасней. Они все быстро отошли к стене одного из зданий, оставив Изуку и Кацуки в V-образном построении вокруг группы. Изуку наблюдал за первой машиной, когда дверь у водительского сидения начала открываться… Шок, неверие, а затем и холодная ярость охватили его, когда он увидел выходящего из машины Кая Чисаки. Он бросил взгляд на Кацуки, чьи ладони уже начали хлопать взрывами. Они встали в боевые стойки, когда из машин начали выходить остальные члены Восьми Заветов Смерти. Глаза Эри стали огромными, а дыхание почти застыло. . Чисаки встал в нескольких шагах от машины, откуда также вышли Хроностазис, Шин Немото, Дейдоро Сакаки и Хекиджи Тенгай присоединились к нему. Из передней части фургона вышли Тойя Сэцуно, Ю Ходжо и Сорамицу выбрались из передней части фургона, а из задней части выбрались массивные фигуры Кендо Раппы и Рикии Кацукаме. Изуку насчитал десять якудза и сразу заподозрил неладное. Тут были все Восемь Неудержимых, а также Чисаки с Хроностазисом, но кое-кого не хватало. — Добрый вечер, — зазвучал глухой голос Чисаки из под маски. Изуку сразу возненавидел этот звук. — Что происходит? — спросила Инко со смесью страха и гнева в голосе. Тошинори нахмурился, заняв позицию между мальчиками, Инко и Эри. — Мы здесь лишь для того, чтобы вернуть то, что принадлежит нам по праву, — спокойно ответил ей Чисаки, — если вы будете сотрудничать, то никто… — Нет. Босс Якудзы сделал паузу и посмотрел на Изуку, приподняв бровь. — Прошу прощения? — Ты не заберешь ее у нас, — прошипел Изуку, его тело вспыхнуло в ответ на гнев. Бровь Чисаки опустилась, и его взгляд переместился с Изуку на Эри, которая отчаянно пряталась за Инко. — Значит мне не нужно ничего объяснять. Так куда проще. Пожалуйста, поймите, что Эри важна… Изуку тут же поднял руку, обуреваемую разрядами плазмы, заставив Чисаки замолчат. Он зажал палец, готовясь выстрелить на 100%. — Ты не имеешь права говорить о ней. У тебя есть право только проваливать отсюда, пока я не отправлю тебя на тот свет. Хлипенького барьера Хекиджи не хватит, чтобы остановить меня. — Грубый блеф на меня не подействует, малыш, — прищурился Чисаки, — ты не знаешь, во что ввязываешься… — Кай Чисаки, Причуда: Реконструкция, — прорычал Изуку, — ты можешь деконструировать любой объект, живой или неживой, после чего собрать по своему желанию. Твой заместитель, Хари Куроно, Причуда: Хроностазис. Его волосы в форме стрелок позволяют замедлять любую цель, которую он коснётся. Чисаки замер, пока Изуку яростно продолжал. — Твои Восемь Неудержимых – группа преступников, потерявших достоинство и смысл жизни, из-за чего были готовы последовать за тобой, надеясь обрести хоть какую-то цель. Готовы умереть за твою жалкую, никчемную жизнь. — И твой менеджер, Мимик. Взгляд Изуку метнулся за их спины и заметил верхнюю половину человеческого туловища, незаметно выглядывающую из бетонной стены, чтобы похитить Эри. Мимик замер от шока, но не успел среагировать на пылающую руку, которая выдернула его из стены. Инко и Эри ахнули от удивления, когда Тошинори быстро отодвинул их, пока Изуку впечатывал Мимика лицом в бетон. Мимик попытался вытащить пистолет из-за пояса, но Изуку схватил его руку и сильно вывернул. Пистолет бессильно упал на землю одновременно с криком Мимика. — Как ты… — Твоя Причуда, Мимикрия, позволяет проникать в твердые объекты и манипулировать ими, — прорычал Изуку, шокировав якудза злостью в своём голосе, — насколько ты глуп? Твоя попытка была столь очевидна, что даже смешно. Глаза Мимика выпучились, когда он повернул голову, чтобы заорать на парня. — НЕ СМЕЙ СМОТРЕТЬ НА ЯКУДЗУ СВЫСОКА! Изуку встретил его взгляд с нехарактерной для него тьмой в глазах, отчего у Мимика по спине пробежал холодок. Чисаки и другие якудза изначально хотели двинуться, когда Изуку схватил Мимика, но тут же застыли. Напряжение в воздухе взлетело до небес за считанные мгновения, вся эта ситуация всё больше и больше напоминало мексиканское противостояние. По крайней мере, Изуку хватило самоконтроля, чтобы не убить захваченного Мимика. Он убрал огонь ровно настолько, чтобы пленник остался жив, но держал его достаточно жарким, чтобы мужчина оставался покорным. — Ты куда больший сын своего отца, чем я ожидал, — пробормотал Чисаки. — Ты еще тупее, чем кажешься, если продолжаешь болтать после того, как твоего дружка поймали, — усмехнулся Кацуки. Чисаки явно хотел взять слово, но Изуку перебил его. — Его не волнуют жизни его последователей, Кацуки. Он психопат – не способен на эмпатию и человеческие эмоции в принципе. Все они для него пешки, которых он может использовать так, как ему хочется. Хроностазис взвел курок пистолета справа от них, заставив группу напрячься. — Я думаю, ты уже достаточно наговорился, малыш. Откуда у тебя такая информация? — Ты думаешь её сложно было достать? — насмешливо ответил Кацуки, — твой мелкий приятель, кидающий огненные шары, запел словно петух, коим и был, когда мы надрали ему зад. Он был так слаб, что мы победили его в первую же неделю учёбы в Юэй. — Всемогущий победил его, — исправил его Хроностазис. — На самом деле, я просто прибрался за ними, — ответил Тошинори, заставив якудза на мгновение застыть от шока после осознания того, что тут есть сам Всемогущий. — Вау, твоя информация устарела, — хихикнул Кацуки, — удивительно, что вы вообще можете функционировать. Это была ложь, но убедительная ложь. Якудза не нужно знать о том, что их уже расследуют. — Это пустая трата времени, — объявил Чисаки, протягивая руку вперед,, — Эри, иди сюда. Мы и так потеряли слишком много времени. Эри съежилась, ее глаза расширились от ужаса, она попыталась ещё сильнее спрятаться за Инко. — Н-нет...нет, нет, нет ... — Я не буду просить снова, — отрезал Чисаки, потянувшись рукой к перчатке, готовясь её снять, — ты вернешься, чтобы выполнить свою часть плана, или я буду вынужден… Чисаки внезапно хлопнул себя рукой по правому глазу, отчего он пошатнулся и застонал. — Босс! — крикнул Хроностазис. Остальные Восемь Неудержимых приготовились к защите своего лидера, — что вы сделали?! Изуку растерянно моргнул, прежде чем оглянуться и застыть от удивления. — Мама?! Инко вытянула руку к Чисаки, вспотев от той концентрации и напряжения, что требовала от неё Причуда для активации на таком расстоянии. Ее голос был напряженным, когда она прошипела сквозь стиснутые зубы. — Ты не тронешь моих детей! — Ну хватит! — зарычал Чисаки, — взять их… Треск. Звук бьющейся стали и стекла заставил всех подпрыгнуть, а затем прохлада сменилась жаром и все повернулись к источнику звука… Чисаки оглянулся через плечо на фигуру, стоящую на крыше его разбитой машины. Никто не осмеливался дышать. Хисаши уставился на Чисаки с сердитыми зелеными глазами и грозным лицом. — Какие. У тебя дела. К моей семье? — Огненный Змей! Все оружие было тут же направлено на куда большую угрозу, но Хисаши полностью проигнорировал их, наградив Чисаки смертельным взглядом. — Если ты дорожишь своей никчемной жизнью, то дашь мне вескую причину не испепелять тебя прямо на месте. — Мы ведем мирные переговоры с Лигой… — Лига не отвечает за меня и ты ещё ни о чём с ними не договорился, — прорычал Хисаши, — или уже забыл, как хорошо прошла прошлая встреча? Даже если бы Лига за меня отвечала, неужели ты думаешь, что я буду сидеть сложа руки и смотреть, как ты угрожаешь моей семье? Босс якудза зарычал и ткнул пальцем в сторону Эри. — Она нужна нам. Она жизненно необходима для наших планов. Ты ведь желаешь процветания Лиги? Нам нужна лишь эта девочка. Остальных мы не тронем. Взгляд Хисаши скользнул к Эри, заставив девочку дрогнуть, но взгляд Суперзлодея быстро переместился на его сына. — Изуку, это та девочка, о которой ты мне рассказывал лето? Твоя… сестра? Чисаки повернулся к Хисаши с недоуменной яростью. — Она не... — Заткнись, — приказал Змей, — или я убью тебя. Изуку? — Так и есть, — ответил Изуку, слегка сместившись, чтобы закрыть Эри собой. Он продолжал смотреть на Чисаки, отдавая предпочтения гневу на него, а не на отца, — они ее не заберут. — Нет. Не заберут. — Ах ты сукин сын! — зашипел Чисаки. — Тихо! — глаза Хисаши загорелись, отчего машина начала плавиться под ним, — девочка остаётся с ними. Попробуешь её забрать и не доживёшь до следующей попытки. Восемь Заветов тут же напряглись, но никто из них не был готов затевать драку с Хисаши так скоро после их прошлой встречи, особенно когда он теперь нападал на них. Не говоря уже о том, что они и так здесь задержались – вскоре их могут заметить и тогда план отступления в штаб-квартиру может пойти прахом. Хисаши спрыгнул с машины и подошёл к Чисаки, который уставился на более высокую Химеру. Зеленые и золотые глаза сверкнули друг против друга, но кто-то должен был отступить. — Уходи, — приказал Хисаши, — проваливай, пока у меня ещё осталась жалость к вымирающему виду. — ... хорошо, — прошипел Чисаки, оборачиваясь, чтобы в последний раз взглянуть на Эри. Его взгляд метнулся к Изуку, который злобно посмотрел в ответ, — верни моего менеджера и мы уйдём. Изуку на минуту задумался об этом и кивнул, начав медленно отходить от Мимика… … только ради того, чтобы мгновением спустя нанести ему удар прямо в затылок. Мимик издал стон и потерял сознание, оставив всех Заветов в ошеломленном молчании. — Нет, — ухмыльнулся Изуку, — ты угрожал моей семье, и я отплачу тебе тем же. Я буду разбирать твою организацию по кусочкам, пока не останется лишь пепел. Вот твоё предупреждение. А теперь уходи. Понимая, что у него нет рычагов воздействия, и осознавая реальность угрозы Огненного Змея, Чисаки медленно повернулся и направился обратно к машине. Он бросил взгляд крайнего отвращения на Изуку. — Это еще не конец. — Так и есть, — нахмурился Изуку. — Хватит, — прорычал Хисаши, — уходи Чисаки. Я прослежу за тобой до самой твоей базы. Попробуешь меня обмануть – и не увидишь рассвета. Чисаки не произнес больше ни слова, восстановив машину своей Причудой, после чего забрался в неё с частью своих сил, пока остальные забирались в фургон. Вскоре они умчались к себе, залечивать уязвленную гордость. Хисаши секунду смотрел им вслед, прежде чем повернуться лицом к Изуку и остальным. В прохладном ночном воздухе царила тишина. Изуку был занят слежкой за Мимиком, но также уделял внимание Хисаши. Кацуки выглядел настороженным, но был явно не уверен в своём желании ввязаться в драку. Тошинори был выбит из колеи, а Эри все еще пряталась за Инко. Глаза Хисаши встретились с глазами Инко. Изуку очень, очень хотел сказать, что ему просто показалось, что суровые глаза Хисаши смягчились горем, тоской и неуверенностью, но он не смог обдумать это, поскольку тишину нарушил голос его матери. — Тошинори должен вызвать полицию, чтобы разобраться с этим человеком, — сказала Инко, ее тихий голос прогремел громом в абсолютной тишине улицы, — Хисаши, ты должен встретиться с нами в квартире позже вечером, когда все закончится. Через три часа. Изуку неверяще оглянулся на свою мать, но Инко твердо смотрела на своего бывшего возлюбленного. Хисаши несколько мгновений ничего не говорил, затем медленно склонил голову. — Хорошо. И с быстрой вспышкой пламени, ускорившей его прыжок, Хисаши отправился следить за якудза. Тошинори испустил глубокий вздох — как и все они – и потянулся за своим телефоном. — Что же, это был насыщенный вечер. Изуку выбросил вихрь мыслей из головы и сконцентрировался на том, чтобы Мимик оставался под надзором. До завтра ещё далеко.