Экзорцист в Обществе Душ

Стоя перед зеркалом, Нему смотрела на свое отражение с ошеломленным выражением лица. Швеи Сейрейтея были чрезвычайно искусны, поэтому пошив одежды, которая ей подходила, был легким делом. И теперь она оказалась в такой странной ситуации, увидев своё отражение, но не в силах узнать его. Вместо обычного черного кимоно на ней было яркое сине-золотое, хотя и такое же короткое, как ее обычная одежда. Ее обычный конский хвост был развязан, позволяя ее длинным и красивым черным волосам свободно струиться позади. И хотя на её лице всё ещё не было улыбки, общее мрачное впечатление, которое она всегда производила, значительно рассеялось. Для Нему этот её образ был чем-то настолько чуждым, что на короткое мгновение она отказывалась верить, что в зеркале было действительно её отражение. Всю свою жизнь с ней всегда плохо обращались и игнорировали… Единственным проявлением заботы, которое она получила, было то, что ей дали имя. Первоначально её звали не Нему Куроцучи, а Нанаго Немури, что можно перевести как «Спящая №7». Седьмой и единственный успех эксперимента, известного как проект Немури. Проект, у которого была только одна цель - создание новых душ вне цикла реинкарнации. Для нее Маюри был одновременно и создателем и отцом, и её преданность ему была неоспорима. Несмотря на это, она чувствовала себя по-настоящему счастливой только тогда, когда ей дали его имя. По крайней мере, так было до сих пор. Дни, которое она провела с Годжо, были самыми странными днями в её жизни. Это было похоже на туманный сон, в котором она не могла разобраться. Годжо не только не обращался с ней плохо, но и на самом деле всегда был очень внимателен. Сначала она подумала, что он, должно быть, был от природы добрым человеком. Что она не была особенной или чем-то в этом роде. Но то немногое время проведённое с ним, заставило её забыть о подобных мыслях. Несмотря на то, что он не был злым, Годжо нельзя было назвать добрым и добродетельным человеком. Затем она задалась вопросом, интересовало ли его её тело. Но, несмотря на то, что она могла видеть некоторую признательность в его глазах, она никогда по-настоящему не видела никакой большой формы вожделения. Когда она спросила его, почему он помогает ей, он ответил, что это просто потому, что он хотел изучить ее происхождение. Но... если это действительно было правдой, он не должен был относиться к ней так ласково. Разница в силе между ними двумя была подобна бездне. Даже при том, что его глаза могли видеть многое, просто убить её и изучить тело было бы намного проще. Она не могла понять. Доброта была понятием, ей неизвестным. Истинное счастье было ей незнакомо. Любовь, дружба, признательность... Каждое такое позитивное чувство было для нее одинаково непостижимым понятием. Как будто она жила в другом мире. В последнее время у нее были проблемы со сном. Каждый раз засыпая, она боялась, что однажды проснется и обнаружит, что всё было не более чем иллюзией, просто сном. - О? Похоже, эти девушки действительно хорошо поработали. Обернувшись, она увидела Годжо, прислонившегося к двери комнаты, которую он ей выделил. Ей все еще было трудно называть это место своей комнатой. Нему снова застыла в изумлении, хотя и по другой причине. Она была не единственной, кто переоделся. Для фестиваля Годжо выбрал черное хаори с синим подолом и синими же рукавами. Под ним был совершенно белый топ и такие же белые брюки. Кроме того, он не носил ни повязки на глазах, ни очков, как обычно. - Ах, это? Я просто подумал, что будет напрасной тратой времени, если я не смогу увидеть всё, что может предложить этот фестиваль. Несмотря на то, что его восприятие возросло, увеличив объем информации, которую он должен был обрабатывать вместе с ней, он также стал более опытным. Более того, теперь, когда у него была Кого, он не особенно беспокоился о своих глазах. В конце концов, он не просто исцелил, но и полностью восстановил нервы в своем мозгу. Это было гораздо менее болезненно, чем сжигание и исцеление клеток своего мозга при жизни, а также было более тщательным. Единственная причина, по которой он всё ещё использовал защиту, заключалась в том, что, в конце концов, боль всё ещё была болью, и у него не было причин заставлять себя, так как он всё ещё не разблокировал нейтральный режим Безграничности. - Ну что ж, тогда мы пойдем? Нему спокойно кивнула и в последний раз взглянула в зеркало, прежде чем последовать за ним на улицу. Она не знала, когда это произошло, но следование за ним и наблюдение за его спиной давали ей чувство безопасности, которое, она никогда не думала, что когда-нибудь почувствует. ---- Обон был довольно простым праздником в честь умерших и предков. Во время фестиваля перед домами развешивали фонари, устраивали танцы и посещали могилы. В конце концов, плавающие фонари будут помещены в реки и озера, чтобы направлять духов обратно в их мир. Поскольку этот фестиваль затронул только души в Руконгае, мало кто из членов Сейрейтея участвовал, если вообще участвовал. Конечно, это было только для дворян. Большинство членов Готея 13 всегда старались участвовать, пока они не были слишком заняты. В конце концов, большинство из них были из Руконгая, и в каком-то смысле этот фестиваль был связан с ними. Выйдя за пределы Сейрейтея, Годжо был поражен тем, как ярко все выглядело. Циничная часть его рассмеялась про себя, так как этот фестиваль касался только первых нескольких районов Руконгая. Он сомневался, что люди из 80-го района вообще про него слышали. Но этого знания было недостаточно, чтобы испортить ему настроение. Даже когда он был жив, по всему миру ежечасно происходили зверства. Если бы ему пришлось перестать веселиться из-за этого, он умер бы в печали и меланхолии. Улицы были наполнены шумом смеха и музыки. Повсюду можно было увидеть киоски, предлагающие всевозможные игры и еду. Остановившись в его любимом магазине Данго и купив немного для себя и Нему, они некоторое время продолжали гулять. - Нему? Наклонив голову, Годжо остановился и оглянулся. Нему, которая обычно шла не дальше, чем в нескольких шагах позади него, всё ещё стояла перед прилавком. Это было довольно удивительно, так как он знал, что её мало что интересовало. - Хех, что привлекло твое внимание? Спросил он, возвращаясь назад и взглянув на то, что продавал старик. - О!? Я не думал, что тебя интересуют драгоценности. - Он того же цвета, что и твои глаза. Тихим голосом ответила Нему, не отрывая взгляда от какого-то драгоценного камня. На первый взгляд он был похож на лазурит, но голубой цвет был гораздо более четким. Это было всё равно, что смотреть на само бескрайнее небо. Улыбнувшись, он спросил: - Ты его хочешь? Нему не знала, что ответить. За всю свою жизнь она ни разу ничего не просила для себя. Простая причина заключалась в том, что у нее никогда не было того, чего она желала. Это был первый раз, первый раз, когда она действительно чего-то хотела. - Я... Она с трудом открыла рот. У неё пересохло в горле, как будто комок мешал ей высказать свои мысли. Она боялась, боялась, что первое, о чем она когда-либо мечтала, будет отвергнуто. Тем не менее, она вцепилась в подол своей юбки и пробормотала таким тихим голосом, что его было едва слышно: - Я действительно хочу его. Она тут же рефлекторно закрыла глаза. Как будто ожидала получить удар. Но все, что она почувствовала, это теплую руку на макушке: - Видишь, это было не так уж трудно, не так ли? Нежная, но озорная улыбка на его лице в лунном свете навсегда отпечаталась в её памяти. (Прим: *Кхм* Любые корреляции или сходства с одной сценой одного из самых красивых аниме, либо созданных, являются не более чем совпадением. Я, конечно, не копировал первую сцену «Вайолет» когда-либо *Кашель* Не обращайте на меня внимания. Но если серьезно, то Вайолет и Нему имеют много общего. Я действительно хочу сделать Годжо майором Гилбертом. Кстати, большие спойлеры. Майор Гилберт не умер, и он женился на Вайолет. Что, честно говоря, довольно тревожно, когда вспоминаешь, сколько ей было на самом деле. Затем снова у нас был целый эпизод с принцессой-подростком, делящейся любовными письмами с принцем средних лет. Так хорошо...*Гм*)