Мы невозможны

      Он выпал из белёсого тумана, распластался ничком, потом кое-как встал на четвереньки и потряс головой. В ушах стоял звон, перед глазами висела розоватая пелена. Через несколько мгновений, показавшимися Геллару бесконечными, слух и зрение начали возвращаться. Пока не решаясь встать на ноги — голова кружилась — он огляделся.       На небольшой мшистой проплешине, окружённой лесом, Геллар был не один. Чуть поодаль он разглядел сквозь ещё застилающий взгляд туман фигуру Ниранна, а напротив него богато одетого дахака с длинной белой косой. Волла — Великая Тень кабара.       Пошатываясь, Геллар всё-таки встал и приблизился к дахака. Ниранн одарил его свирепым взглядом искоса, но ничего ему не сказал.       — Не думал, что вместе с ошейником ты прицепил армоху ещё и поводок, — Волла улыбался и, казалось, был очень рад всех видеть. — Я надеялся, что мы поговорим с тобой наедине, Нир.       — Я надеялся, что ты присоединишься к этому шутовскому сражению, — ответил Ниранн. — Но раз уж ты предпочёл насладиться красотой лесов… Говори смело, Волла, нам ли опасаться армоха?       — И то верно, — Волла кивнул. — В сущности, нет нужды беспокоиться о том, что наши маленькие секреты уйдут дальше этой чудесной полянки. Я знаю, что ты затеял, Ниранн Вирот.       — И что же я затеял? — скучающим голосом спросил Ниранн.       — Ты давно метишь на моё место, Стальной Пёс, это известно мне. Но теперь ты ещё спелся с Жалом, и вот это мне уже не нравится. Полагаю, скоро мне был бы брошен вызов. А мне больше нравилось, когда вы ненавидели друг друга и боролись за власть у моих ног, где вам обоим и место. Но… Мы — дахака, и я понимаю твои стремления.       — Не понимаешь, — всё тем же скучным голосом перебил его Ниранн. — Ты многое перестал понимать в последнее время, Волла. Однако зачем такие сложности? Или ты побоялся моего вызова, Великая Тень? Так испугался, что попросил Высокого Магистра дать мне это нелепое поручение, с тем, чтобы я увёл ир-кабар из поместья? Подальше увёл. Так, Волла? Что ты пообещал владыке Тангаты взамен? Преданность и службу кабара Магистратуму? Как в былые времена?       — Какая тебе теперь разница, Нир? — усмехнулся Волла. — Пока ты тут изображал хозяина северных земель и кормил блох на спальнике в походе, я отдал приказ захватить Ир-Вирот и объявить все твои владения собственностью Великой Тени. И я вызвал тебя сюда исключительно для того, чтобы посмотреть на твоё лицо сейчас.       Геллар внутренне ахнул, но стоял молча, понимая, что здесь он просто немой слушатель. И зритель того, как решается сейчас судьба высшей власти в кабаре. Вот прямо сейчас. И, вероятнее всего, его собственная судьба тоже.       — Нравится? — с интересом спросил Ниранн, чуть склонив голову набок.       — Что? — Волла продолжал улыбаться.       — Моё лицо. Ты же его смотреть хотел. Насмотрелся? Волла, Волла, тебе действительно пора на покой. И ты мог бы уйти с честью, приняв вызов от достойного соперника, как и подобает Великой Тени. Но ты предпочёл лизать пятки Магистратуму, только чтобы сохранить свой титул, свой замок и коллекцию дорогого барахла. Но я, в отличие от тебя, не ушёл со следа Руна, и поэтому ничто не мешает мне бросить тебе вызов прямо сейчас. Или сбежишь в портал?       Волла снисходительно махнул рукой.       — Ты не готов к поединку с Великой Тенью. У тебя не было ни времени, ни возможностей, чтобы подготовиться. И даже ты не настолько безрассуден, чтобы вот так попросту подставить мне горло. Потому, что я подготовился как следует. Хотя… Ты можешь попробовать. Тебе же теперь нечего терять. Ты никто, Ниранн Вирот. И я попросту убью тебя и твоего щенка здесь. В этой глуши. Бесславно. Для тебя, разумеется. А мне и вовсе слава не нужна, мне достаточно власти над кабаром и богатства, которое теперь изрядно увеличилось, благодаря твоим владениям.       Ниранн смотрел на него спокойно и ничто в его лице не выдавало волнения или, тем более, опаски. Он действительно не был ни удивлён, ни встревожен, как будто знал обо всём заранее. И Геллар был даже почти уверен, что знал. Но почему же тогда Ниранн решил выполнить поручение Высокого Магистра и увести людей из Ир-Вирот?       — Ох и любишь ты богатство делить, Волла, — вздохнул Ниранн. — Чужое. Однако ты ошибся. Я безрассуден настолько. Я бросаю тебе вызов, Великая Тень кабара. И пусть нам свидетелем будет сам Рун. Раз уж ты предпочёл избежать честного поединка на арене.       Он вытащил уже знакомый Геллару покрытый травленым узором кинжал, пропорол рукав вместе с собственной кожей от локтя вниз, стряхнул тягучие тёмные капли в мох.       — Жертвую тебе этот бой, Бешеный, — сказал Ниранн без особой торжественности, а как-то обыденно и почти равнодушно.       Волла глядел на него настороженно, и во взгляде читалось сомнение. Он не верил — подумал Геллар. Так и не мог поверить, что Вирот решил рискнуть. Должно быть, был уверен в своих силах и, более того, знал, что они известны и Ниранну. Но безумного хозяина Геллара это не остановило.       — Что ж, — Волла кивнул. — Рун будет рад сожрать твою душу, как уже, похоже сожрал разум.       — Геллар, отойди в сторону, — сухо сказал Ниранн, не поворачивая головы.       Геллар послушно отступил назад, так чтобы видеть всё происходящее. Он понимал, что в случае победы Воллы ему тоже не жить. Но страха не было. Была горечь и сожаление о потерянной свободе. И ещё смутное чувство предвкушения. В конце концов, увидеть перед смертью сражение сильнейших воинов — не худшие последние мгновения жизни, так ведь? На мгновение он ощутил, как слегка засаднило клеймо Вирота на руке.       Всё то, что Геллар до этого видел, не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило сейчас. Он едва успевал замечать росчерки синеватой стали, силуэты бойцов выглядели рваными пятнами — так высока была скорость их перемещений, усиленная — не иначе — магией. Звенели клинки, вспыхивали огоньки призванной Силы. Вспыхивали и рассыпались, отражённые защитными чарами. Геллар не раз видел, как эвокаты ставят магические щиты, но и у лучших из магов на службе Амеронта это всё-таки занимало время. Здесь же магия творилась почти мгновенно. Надо быть очень сильным магом, чтобы использовать Силу так.       А Волла и Ниранн такими магами определённо были. А ещё они будто играли друг с другом. В смертельно опасную и очень азартную игру на кончике острейшего лезвия. И в короткие моменты ясности, когда можно было разглядеть их лица, было заметно, что оба наслаждались боем и собственным искусством. Все дахака немного безумны, но, видимо, чем выше — тем безумнее. Или иные не могут стать выше…       Что-то поменялось, когда Волла вдруг остановился на несколько коротких мгновений. Геллар приметил, как по его диковинным шрамам на лице пробежали тусклые багровые искры, и такое же тускловатое свечение разошлось по всему телу Великой Тени, окутывая его лёгкой дымкой. И его атака показалась невообразимо резкой. Вспышка. Просто вспышка, и вот уже свистит изогнутое лезвие у самого бока Ниранна.       Вирот увернулся каким-то немыслимым чудом, припал к земле, уходя от следующего удара сверху и наискось.       Ему не совладать. Не теперь, когда Волла призвал какую-то невероятную магию. Пока он только успевает уворачиваться — о нападении и речи нет — но как долго Ниранн выдержит такой темп?       То, что Ниранн слабел, Геллар ощущал почти физически. Хотя почему почти? В голове вдруг снова зазвенело, как тогда, когда он провалился в портал, ошейник чуть сдавил горло, а в сознании явственно вспыхнуло слово. «Выпусти».       Клеймо на руке горело уже нестерпимо. Сквозь мягкий туман слабости Геллар чувствовал, как чужая Сила взывает к его Крови. Разве возможно?..       Повинуясь этому призыву, следуя ему на уровне самого глубокого инстинкта, Геллар своей волей подтолкнул Кровь, позволил ей соединиться с магией Ниранна. И уже желал отдать. Выпустить.       Ир-шад. Оружие мага. Волла призвал свою великую магию, а Ниранн использовал то, что создал себе сам.       Магический щит прогнул воздух, отбросил очередной яростный выпад, охваченного багровым свечением меча. Миг, и Ниранн оказался немного позади Воллы. Лезвие полоснуло, вспыхнуло бликом под жёстким углом к прикрытой расшитым воротником шее Великой Тени и вошло в неё, как топор лесоруба в древесный ствол.       Волла пошатнулся, отпрыгнул в сторону, запнулся. Рухнул на колени. Багровый туман вдруг сменился ослепительно белым. Он открыл портал? Вспышка разбросала Ниранна и Геллара по сторонам.       Портал схлопнулся, поглотив Великую Тень. Ну или его труп…       Там, наверное где-то не очень далеко отсюда, за невысоким горным хребтом был Амеронт. Геллар смотрел на Ниранна, лежащего без сознания, и думал о том, что достаточно просто повернуться к нему спиной. Сделать шаг, ещё один, потом десяток. Скрыться в густом лесу, подкрашенным сейчас в яркие цвета заката. И идти дальше — на север. Туда, где за невысоким горным хребтом…       Геллар шумно выдохнул и присел рядом с дахака. Битва, похоже, вычерпала Силу мага насухо. И что теперь с ним делать? Он беспомощно огляделся, словно надеялся найти достойный ответ тут на поляне. Ну должен же дахака очнуться скоро, правда? Геллар легонько похлопал его по щекам, в общем-то особенно не рассчитывая на этот способ, годящийся разве что для нервных барышень в обмороке.       Он снова вздохнул, подложил под голову Ниранна скатанный наскоро ком из пластов мха, и отправился собирать сухой хворост. Ночевать, судя по всему, придётся тут.       Когда Геллар вернулся и сбросил на землю охапку хвороста, Ниранн лежал на боку, подперев голову рукой, и пристально смотрел на него.       — Очухался? — буркнул Геллар. — Хорошо.       — Ты не ушёл, — без всякого выражения сказал Ниранн.       — Не ушёл.       — Почему? Ты мог.       Геллар отвернулся.       — Геллар. Ответь мне.       — Волла тебе мозги отшиб, дахака? — хмуро спросил Геллар, всё так же не глядя на него. — Не знаю, как принято у вас, но я принёс тебе воинскую клятву верности. Или ты думаешь, что рабу не по чину слово держать?       Ниранн помолчал потом тихо произнёс:       — Прости. Я не должен был спрашивать.       — Не должен был.       Ниранн виновато вздохнул. Слишком виновато, по мнению Геллара, чтобы можно было принять его раскаяние на веру. Скоро отойдёт и начнёт снова зубоскалить и язвить в своей манере.       — Волла сбежал, — Геллар предпочёл поговорить о том, что его беспокоило сейчас значительно больше. — Если не помер по пути.       — Не помер, — дахака поморщился. — Успел чуть податься в сторону, ну… скажем так, что успел. Это и спасло. А вот что сбежал… Это даже хорошо.       — Хорошо?! — вскинулся Геллар.       — Угу. Теперь примет вызов, как положено. На арене и при других дахака. Ну и с условием, которое я ему поставлю. Или судьба его будет… Не позавидуешь.       Геллар почти с ненавистью посмотрел на Ниранна.       — Объясниться не хочешь? Тебя только что чуть не прикончили, если бы ты… Не знаю что ты сделал, забрал у меня Силу или что там ещё, но всё-таки. Я ничего не понимаю в этой вашей магии. Не считаешь, что должен мне хотя бы объяснения? А ты опять говоришь только о том, как надрать Волле зад как можно более красиво.       — Нет, щеночек, я не считаю, что чего-то тебе должен, — беззлобно, но твёрдо ответил Ниранн. — Тебя зачем в портал понесло? А?       — Да пошёл ты! Вроде как я должен защищать тебя, господин, нет? Согласно моей клятве.       Ниранн неожиданно мирно усмехнулся.       — Защитить меня хотел, стало быть… Приятно. Учту. Не гневайся. Ты справился, хотя и подпортил мне планы немного. Но только в самом начале.       — Планы? — Геллар возмущённо вскочил на ноги и теперь нависал над невозмутимо лежащим дахака. — Планы, значит. То есть и Волла, и захват Ир-Вирота — это всё твои планы?       — Пощади, — рассмеялся Ниранн. — Не казни сейчас.       — Если бы я мог, — Геллар скрипнул зубами.       — Щеночек, с чего ты взял, что Ир-Вирот захвачен? Волла так сказал? Слушай, вот ты меня вроде успел узнать немного — я разве создаю впечатление беспечного идиота? Нет, иногда я, наверное, так выгляжу…       — Большую часть времени, — мрачно кивнул Геллар.       — Да? Ну ладно, — Ниранн махнул рукой. — Когда Высокий Магистр стал уговаривать меня отправиться в северное приграничье, я сразу почуял запах старого пса Воллы. И понял, что он сунул свою покорябанную морду в Магистратум, зная, что дни его власти подходят к концу. И естественно я принял меры по безопасности своих владений, прежде чем отправиться в поход. Ир-кабар Ламаи обеспечил её. Я знал, что Волла всеми силами попытается избежать ритуального вызова на поединок. И явится сюда либо попробовать убить меня, либо… договориться. Что вернее, я думаю. Тайно. Без свидетелей. Мне это на руку, пока не спрашивай почему. Но ты влез в нашу беседу со свойственным тебе упрямством и своеволием, пришлось на ходу переигрывать партию.       — Не понимаю, — Геллар упрямо мотнул головой. — Что изменилось-то с моим появлением?       — Не понимаешь? — Ниранн прищурился. — Риск есть в любой игре. А тобой я рисковать не хотел. Волла бы просто прикончил нас обоих, если бы я первым не вызвал его под оком Руна. Он не стал бы договариваться в присутствии кого бы то ни было. Я пошёл на то, чтобы бросить вызов сейчас, зная что смогу использовать твои способности, ну раз уж ты сам влез. И мы в итоге добились даже лучшего результата с тобой. Но рисковали изрядно… да. Видишь ли такие поединки нуждаются в подготовке, очень серьёзной, и Волла это знал, поэтому и не думал, что я рискну. В общем, чтобы ты окончательно не запутался, скажу так — Волла ранен, сбежал от поединка, вызов на который скреплён волей Руна. Мои владения остались при мне, а Волла теперь вынужден будет принять мои условия, чтобы поединок был закончен. Или Бешеный возьмёт своё. А это для любого дахака хуже смерти в сотни раз. Смекаешь?       Геллар передёрнул плечами.       — То есть получается ты выиграл.       — Именно, щеночек. И во многом благодаря тебе.       — Ты победишь его снова и станешь Великой Тенью, — едко сказал Геллар. — Наверное, это важно для тебя.       — Важно, но ты ошибаешься. Я не стану Великой Тенью, — Ниранн подумал, словно размышлял о том, стоит ли говорить дальше. — Великой Тенью будет Ламаи.       Геллар вздрогнул. Нет, он совершенно не понимал, что творится в головах у этих дахака.       — Но почему?! Почему ты рискуешь всем ради того, чтобы Ламаи стала главой Дахака Кабар?       — Такова названная ею цена за помощь, щеночек.       — Да за какую помощь?! За ту лабораторию что ли?       — В том числе. Что ж ты так орёшь-то… Голова аж разболелась. За помощь в достижении моей цели.       — И это каким-то образом связано со мной? — Геллар наконец снова сел и выдохнул с яростью, наклонившись над Ниранном — Да провались ты со своими целями и играми, Ниранн Вирот.       И оказался крепко прижатым к груди дахака. Железное кольцо рук сомкнулось на его спине, пластая тело к телу, а губы уже жадно захватили губы Геллара.       — Не провалюсь, не надейся, щеночек, — шептал дахака, перемежая слова поцелуями. — Не сдохну, не исчезну, буду мучить тебя и мучиться с тобой. Ты ведь пошёл за мной не потому, что клялся защищать, да? Привык ходить за мной, привык ко мне…       Геллар хотел было возмутиться, но не стал. Да в конце концов, безумием больше, безумием меньше. Что плакать об одёжке, когда шкуру содрали. Он расслабил руки, упрямо упирающиеся в плечи дахака, обхватил ладонями лицо Ниранна и сам поцеловал его. Жёстко, почти жестоко, прикусывая губы до крови. И ощутил злорадную радость от недвусмысленного стона. Злорадство и возбуждение — странное зелье. Отвратительное и притягательное одновременно. Не выпуская лица из колыбели своих ладоней прошептал в искусанные им же губы:       — Вернёмся в Ир-Вирот, и ты мне всё расскажешь.       Губы дрогнули, растянулись в усмешке.       — Или?..       — Или я никогда больше не сделаю вот так, — Геллар укусил его за мочку уха, потянул зубами, одновременно раздвигая коленом ноги дахака, уверенно и властно. — Или не позволю тебе умолять взять тебя. И даже никогда больше не выпорю тебя. А если серьёзно… Нир, ты сказал, чтобы я принял всё, что ты мне даёшь. А ты хочешь принять то, что могу дать тебе я? Решай. Или мы оба будем откровенны или никто. Не хочу быть слепым щенком. Не могу больше. Я — твой ир-шад, ты — мой кан-ир. Или ты — мой господин, а я — твой раб? Так хочешь?       — Не хочу, — Ниранн прикрыл глаза. — Убийственная прямота, щеночек. Я ждал её от тебя. Пусть будет так. Расскажу. И обещаю, что буду честен, насколько это возможно.       — Договорились, — серьёзно сказал Геллар и вдруг фыркнул. — Не думал выбить у тебя обещания угрозами никогда не бить тебя.       — Смешно, — согласился Ниранн. — Но теперь заткнись и ложись на спину. Сейчас проверим, захочешь ты ещё со мной поторговаться, и как долго. Проклятые доспехи!       В сгущающихся сумерках Геллар лениво наблюдал за тем, как Ниранн разводит костёр. Проклятый дахака действительно вытряхнул из него все мысли и заставил тело блаженно расслабляться, остывая от горячих ласк. Впервые Геллару не хотелось копаться в себе и искать внутри признаки раскаяния или стыда. Хотелось лежать, смотреть на возню заметно повеселевшего Ниранна и первые язычки пламени.       — Нир.       — Что? — дахака сел рядом и оперся спиной на согнутые ноги Геллара.       — А мы вообще-то где?       Ниранн встрепенулся, повертел головой и серьёзно ответил:       — Знаешь, я почти уверен, что мы… Да. Именно так — мы в лесу.       Геллар скривился — нашёл дахака повод для шуток.       — А всё-таки?       — Да почём я знаю, щеночек. Портал мог открыться где угодно. Завтра двинемся на юг, разберёмся. Посмотреть не могу пока — Сила ещё не восполнена, нужна пара дней или больше, выложился полностью.       — Ну вот, — Геллар вздохнул, — Я надеялся, что ты нас тоже порталом в Ир-Вирот перебросишь.       Ниранн покосился на него, но промолчал. Улёгся рядом, прижался спиной.       — Обними, а то замёрзнем ночью.       — Это приказ, кан-ир?       — Пожелание.       Коса Ниранна лезла в нос, щекотала губы. Геллар осторожно перекинул её вперёд, обхватил руками плечи дахака и закрыл глаза.