Фигуры из осколков

      Вернувшись из кинотеатра и сухо отчитавшись перед Намджуном, Юнги наскоро попрощался с коллегами и тут же поспешил вернуться к себе домой. После случайного откровения Чимина он чувствовал себя этаким дворовым псом, которого подразнили вкусной вырезкой, а накормили лишь голой костью. Вроде и информацию он получил весьма исчерпывающую, но чувство, будто от него утаили самую интересную и важную часть, крепко обосновалось в воспалённом неожиданными деталями мозгу. Неприятно. Вновь и вновь монотонно прокручивая в голове недавний разговор, он традиционно уже не мог понять ни Чимина, ни его мотивов. Пак, словно калейдоскоп, каждый раз представал перед ним в ином свете и образе. Если сначала он считал того простым содержанцем, на всё готовым ради денег, то сейчас начинал склоняться к мысли, что паренёк-то не так уж и прост. В нем был стержень. Ещё хитрость. Много хитрости.       Уже очень долгое время ни один человек не пробуждал в Юнги такой интерес. Работая на политического деятеля, ему пришлось хорошо развить свою интуицию и научиться читать людей как открытые книги. Эмоции собеседника всегда куда красноречивее и честнее, чем его рот. Но Чимин… Чимин кардинально другой. Он отличался от всех «злодеев», которых ему довелось повстречать. Пак был весьма искусным оратором: говорил самую малость и лишь то, что было выгодно ему, а «слушатели» все равно слепо внимали его речам. Юнги хотелось разгадать его, узнать, на самом ли деле тот так умен и изобретателен, как кажется? Или же просто умело играет роль? Какой Чимин из тех, что он видел, настоящий?       Как-то за послеобеденным чаем Намджун обмолвился о том, что Чимин никогда ничего не делает просто так. Все его слова и действия хорошо обдуманы и преследуют какую-то определенную цель. Но вся проблема заключается в том, что невозможно сразу раскусить его план, слишком уж сдержан он в эмоциях. Сейчас Юнги неожиданно был совершенно солидарен со своим боссом. Разговаривая с Паком, он не увидел ни одной «лишней» эмоции на его красивом лице. Тот был сосредоточен и внимателен, казалось, что Чимин говорит искренне, но лукавый огонёк в глазах всё же заставлял усомниться в правдивости полученной информации.       Юнги понимал, что получив такого интересного «противника», он уже не сможет спустить все на тормозах и вести привычную размеренную жизнь. Слишком многообещающей была их партия, слишком опасными были методы. Да, он любитель посоревноваться в играх разума. Грешен. Что тут уже поделать? Опасная тропинка нашла его сама. Повернуть бы назад, да любопытство не позволит. И это проблема, да. Как он уже успел узнать, стоило Намджуну лишь увидеть чей-то интерес, направленный на Чимина, как тот сразу же лишался работы. Пак был для всего персонала чем-то вроде святыни: смотреть можно, но недолго, а вот прикасаться строго-настрого запрещено. Если ослушаешься, наказания не избежать. Юнги очень не хотелось терять работу из-за случайной игры. Он уважал Намджуна и считал его прекрасным человеком. Чимин явно не стоил того, чтобы терять доверие босса. А это значило то, что напрямую выражать заинтересованность тем крайне нежелательно, а вот подружиться с Ким Тэхёном и выпытать у того нужную информацию вполне себе возможно.       Кивнув, соглашаясь со своими мыслями, Юнги, едва переступив порог рабочего места, тут же направился к Тэхёну. Тот уже привычно сидел у окна и, попивая горячий кофе, листал какой-то модный журнал.       — Что интересного пишут? — присев возле Кима, спросил Юнги.       — Желтый будет очень модным в следующем сезоне, — отложив журнал, ответил Тэхён.       — Класс, я вчера купил желтые тапочки, — засмеялся Юнги.       — Да, ты модный парень, — улыбнулся Тэхён, отпивая из чашки кофе.       — И не говори, — кивнул Юнги, стараясь вести себя максимально непринуждённо. — Сегодня есть выезды?       — Один, после двенадцати. У Чимина, то есть у молодого господина, началась сессия, нужно сопроводить его в институт.       «У молодого господина» — вот же… Юнги всегда удивляло то, что Ким на работе никогда не звал друга по имени. Если он был с группой на выезде, то всегда обращался к Чимину не иначе как «молодой господин». А вот если они просто отдыхали, то обращение кардинально менялось: от простого «Чимин» до «придурок ты крашенный». Сколько бы Юнги ни старался, так и не смог понять природу чужих отношений. Чимина и Тэхёна сложно было назвать просто друзьями, но и на любовников они мало походили. Казалось, что они балансируют где-то на середине. Уже не друзья, но ещё и не любовники. Удивительно, что Намджун до сих пор не сослал Кима куда-то в Сибирь.       — Тэхён, я давно спросить хотел, — негромко проговорил Юнги. — Почему молодой господин постоянно пытается сбежать?       — Почему ты спрашиваешь именно меня? — нахмурился Тэхён, жопой чуя неладное.       — Я личный охранник Намджуна, меня тут недолюбливают, — развёл руки в стороны Юнги. — У кого мне ещё спрашивать, как не у брата по несчастью?       — У Чонгука, например.       — Ты смеёшься? — скривился Юнги. — Он никогда не интересуется местными страстями.       — Юнги, Чимину всего двадцать лет, а хозяину уже пятьдесят. Улавливаешь суть? — нехотя прошептал Тэхён вполне себе очевидные вещи.       — Если честно, то нет.       — Намджун — первый и единственный мужчина Чимина, он просто боится, что в юную голову его ненаглядного что-то стукнет, и он решил попробовать ещё кого-то. Вот и вся тайна.       — Тогда… ты… почему… — не смог правильно сформулировать свой вопрос Юнги.       — Пытаешься спросить, почему я в немилости у местного царя?       — Да, извини, если лезу не в своё дело.       — Я вечно иду на поводу у Чимина, если случается что-то масштабное, мы всегда вляпываемся в это вместе…       — Например?       — Стрип-бар, одинаковые татуировки, ну или когда мы дельфина пытались поймать в дельфинарии…       — Одинаковые татуировки? — обалдел Юнги, резко став понимать ненависть своего босса, если бы его девушка сделала подобное со своим другом, он бы тоже этого не понял.       — Не совсем. Фраза одна и та же, на одном и том же месте… И ещё кое-что, — неопределённо пожал плечами Тэхён.       — И что вы написали?       — Не бери в голову. Наша нянечка часто так говорила, — с улыбкой произнёс Тэхён.       — Вы росли вместе? — зацепился за интересную деталь Юнги. — Неожиданно.       — Мы… были знакомы в детстве, но так случилось, что я уехал в Америку, и мы потеряли связь, — потерев переносицу, произнёс Тэхён. — Потом, уже когда я вернулся на родину и устроился в охранное агентство, судьба снова свела нас вместе. Но, если что, это секрет.       — Я — могила!       Внимательно наблюдая за поведением своего нового «друга», Юнги диву давался. Эмоции того были выразительными и неподдельными. Тэхён не умел так же искусно, как и Чимин, прятать их, они его выдавали. Было видно, что Ким понял, что сболтнул лишнее, и пытался как можно поверхностнее ответить на вопрос. Но при этом сказать правду. Та же тактика, что у Чимина. Они заодно? Или это просто перенятая привычка? Любопытно. Весьма…       Постукивая пальцами по своему колену, Юнги всё больше увлекался этой странной парочкой. Новые факты были горячи и занятны. Если верить словам Чимина, то он с детства живет с Намджуном, тогда как он смог подружиться с Тэхёном? В детском саду? Это вряд ли. Все знают, что родители Кима небогаты. Как бы он смог попасть в элитный садик? Жили по соседству? Тоже навряд ли. В этом районе живут лишь состоятельные люди. Родители работали прислугой? Быть может. Тогда выходит, что Тэхён немного приукрасил свой ответ, и никакой случайности не было. Он сознательно вернулся в этот дом. Ещё он близок с Сокджином. Случайность? Или же…       — Пятница — тяжелый день, все эти светские мероприятия меня так утомляют. Сидишь истуканом в машине и ждешь, пока хозяева вдоволь накрасуются перед себе подобными, — недовольно проговорил Тэхён, тем самым вырывая Юнги из марева его размышлений.       — Тебя тоже приписали? — тряхнул тяжёлой головой Юнги. — Я думал, что ты охраняешь лишь молодого господина.       — Только его. И, как назло, Намджун тащит его с собой.       — Серьёзно? Их отношения не тайна? — удивился Юнги и даже не попытался этого скрыть.       — Тайна, конечно, — понизил голос Тэхён. — У хозяина безупречный имидж.       — Тогда зачем ему Чимин? Почему не возьмёт женщину? Это же вызовет подозрения, — на мгновение усомнился Юнги в адекватности своего босса. Тащить Пака на такое серьёзное мероприятие… Идиотизм же!       — Какие подозрения? — приподнял бровь Тэхён. — Чимин — его наследник.       — Прости, что?       — Юнги, если у тебя ещё есть вопросы, то задай их Намджуну, а то я чувствую себя бабушкой во дворе.       — Прости, но ты уверен, что Чимин наследник?       — Интернет тебе в помощь. Пойду поем, — улыбнулся Тэхён и, поднявшись с диванчика, стремительно покинул помещение.       Проводив Кима крайне удивлённым взглядом, Юнги быстро достал из кармана брюк телефон и вбил в поиск имя Чимина. Но запрос ожидаемо не принес никаких результатов, Пак Чимин явно не был сильным мира сего. Немного подумав, он слегка изменил свой запрос, вбил в строку поиска «Ким Чимин» — и тут-то удача улыбнулась ему. Чимин действительно был наследником всего состояния Намджуна. Единственным, что смутило Юнги и добавило ещё больше вопросов, было то, что, по всем данным сети, Чимин был сыном Намджуна. На некоторых сайтах даже имелись старые фотографии, на которых его босс шел за ручку с маленьким Чимином, которому на вид было не больше десяти лет.       Выходит, Пак не соврал, и Намджун действительно растил его… Но тогда… В какой момент изменились их отношения? И какие узы их связывают? В то, что Чимин родной сын Намджуна, Юнги не верил. Во-первых, его босс люто презирал инцест, во-вторых, они совершенно не похожи. Здесь было скрыто что-то другое. Усыновление? Возможно. Но тогда зачем Чимин представляется как Пак Чимин? Что он пытается скрыть? Отношения с «отцом»? Быть может. Или же просто не хотел забывать? Но тогда что именно он хранил в памяти?       Окончательно запутавшись в своих мыслях, Юнги отложил телефон в сторону и, от греха подальше, решил подумать об этом чуть позже. Суть где-то рядом, спокойно лежит себе на поверхности. Просто нужно понять, в какой части её нужно искать. Всему своё время.       А пока Юнги мучился в раздумьях, Тэхён, не спеша, дошел до комнаты Чимина и тихонько постучал.       — Войдите, — сонным голосом проговорил Чимин.       — Спишь? — прыснул Тэхён. — Девять утра уже!       — Рань-то какая… Чего такой довольный?       — Все, как ты и сказал, Юнги решил поиграть со мной в дружбу.       — Быстро же он. Что спрашивал? — оживился Чимин.       — Все и ничего. О тебе, обо мне, о Намджуне. У меня сложилось впечатление, что он старается сложить пазл и активно ищет недостающие части.       — Ничего лишнего не сказал?       — Нет, но посоветовал почитать о тебе в интернете.       — Интернет… Точно… как я до этого не додумался?       — Ты всегда всё усложняешь. План не обязательно должен быть гениальным. Простые тоже имеют право на жизнь, — гордо промолвил Тэхён.       — Ладно, ладно, — улыбнулся Чимин. — Думаешь, он воспользуется твоим советом?       — Да, и, скорее всего, он уже знает о том, кто твой папочка, — не без гордости произнёс Тэхён. — Что будешь делать дальше?       — Попытаюсь сблизиться. Узнай, чем он увлекается, чем интересуется.       — Хорошо, я пойду. А ты вставай и готовься к экзамену.       — Ладно. Тэхён, ты помнишь, что мы планировали сегодня?       — Довести Намджуна до инфаркта.       — Рано ему ещё на тот свет, — отмахнулся Чимин. — В три часа жди меня у окон кабинета химии. Повеселимся сегодня!       — Только давай без абсента и татуировок.       — Договорились!       Улыбнувшись, Тэхён вышел из спальни Чимина и нехотя вернулся в комнату охраны. Если они без проблем реализуют сегодня план побега, Намджун явно ещё больше возжелает его смерти. Но зато Юнги сможет увидеть, каким жестоким может быть его ненаглядный босс.       Опасно. Да. Но не лишено смысла.