Избалованный кот не боится наказания

Чхве Соин среагировал не просто быстро — его реакция была молниеносной. Одной рукой он схватил Делиня за затылок и резко притянул к себе, заставив его почувствовать грубость и боль от этого жеста. Пуговица пиджака впилась в скулу, оставив яркий синяк, который свидетельствовал о силе альфы. Чхве Соин инстинктивно поднял вторую руку, словно пытаясь образовать барьер между омегой и надвигающейся угрозой. Его предплечье застыло в воздухе, а мышцы напряглись до предела. Внезапно вокруг них распространился густой и ядовитый запах кислоты, резкий и пронизывающий, который мгновенно вызвал тошноту и страх. Секундами позже кислота коснулась его пиджака, скользя по ткани. Она оставляла за собой мелкие капли, которые впитывались в шерсть, вызывая жгучие ощущения, как если бы её поджигали. Зловонное вещество начало разъедать волокна, проникая глубже. Чхве Соин закричал от ужасающей боли, когда жидкость добралась до кожи, оставив пронзительные отпечатки. Субстанция дымилась, и на его теле возникали ярко-красные пятна, словно следы от огня. Человек, совершивший нападение, быстро ускользнул в темноту, Делинь понимал, что у него не было времени для погонь. Вместо этого он, охваченный паникой, отчаянно взывая о помощи, начал срывать с Чхве Соина оставшиеся куски одежды, стараясь снять всё, что могло контактировать с кислотой, чтобы минимизировать ущерб. Он буквально поволок Соина за собой обратно в ресторан, его сердце колотилось до боли в рёбрах. Владельцы, увидев их, вскочили с места в панике, не понимая, что происходит. — Скорую! Вызовите скорую! Воскликнул Делинь, не остановившись, пронзив взглядом растерянные лица людей, которые, казалось, не знали, как реагировать. Он быстро направился в уборную, где была возможность хоть немного очистить раны Чхве Соина от ядовитого вещества. Ходят разные мнения, как себя вести при подобных ожогах, что может сделать хуже, а что лучше. Некоторые предлагают чуть ли не соду на рану сыпать, чтобы остановить химическую реакцию. Но в университете, в котором учился Делинь, им очень грамотно донесли, что пока вы не знаете, что это, пока не можете это определить, нужна вода, много воды, она в любом случае способна смыть жидкость и чуть облегчить состояние. До прибытия скорой это лучшее, что можно сделать для пострадавшего. Делинь на полную открыл кран и подставил руку Чхве Соина под напор. Его лицо исказилось болью, он с силой сжал зубы. Спустя короткий промежуток времени в уборную вбежал взволнованный брат. — Что делать? Что я могу сделать? Он был растерян и не знал, куда себя деть. — Нужно ждать скорую, лучше не вести его самим, они смогут оказать первую помощь. Я позвоню своим, подниму всех… Делинь испытывал такое отчаяние, ему было страшно, оттого что пострадал альфа, оттого что мог пострадать он сам. Хотелось рыдать, глаза были полны слёз, но он старался сдержаться, старался собраться, потому что Чхве Соину сейчас было хуже, чем ему, гораздо. Скорая помощь прибыла быстро, всё это время Соин опирался на Делиня, почти полностью положившись на его поддержку. Последний так крепко сжимал его, что костяшки пальцев побелели от напряжения. Внутри машины скорой он тоже не сидел без дела: предложил медикам своё содействие и активно участвовал в оказании первой помощи. Он настоял на том, чтобы автомобиль перенаправили в Concord Group. По дороге Делинь сделал несколько важных звонков, собрав команду высококвалифицированных специалистов, готовых вмешаться, как только доберутся до места.

***

В больнице их ждали. Был поздний вечер, и они успели доехать быстро, без пробок и задержек. Делинь не отходил от Чхве Соина ни на шаг, сопровождая его вплоть до дверей операционной. Технологии клиники позволяли эффективно решать подобные случаи, существовал чёткий протокол действий. Врачи быстро и слаженно приступили к операции. Они остановили все химические процессы, контролируя параметры жизни, устранили кровотечение и успокоили воспалённые кожные покровы. Затем с аккуратностью и вниманием они нанесли тонкие полоски искусственной кожи на раны — это была специальная плёнка, которая идеально адаптировалась в коже, способствуя её восстановлению. Процедура, проведённая в первые часы после происшествия, была критически важной и направленной на минимизацию образования рубцов и заметных шрамов в будущем. Всё оказалось лучше, чем выглядело изначально, если к подобной ситуации в целом можно было применить термин «лучше». На руке Чхве Соина находилось всего три поражённых участка: раны небольшого диаметра и несколько мелких повреждений от расплескавшейся жидкости. Врачи провели все необходимые процедуры с максимальной осторожностью и профессионализмом. На месте инцидента уже трудились сотрудники полиции, которые собрали улики для расследования и, как сообщил Чхве Рён, даже успели задержать подозреваемого. Делинь сидел в коридоре абсолютно подавленный. Остатки алкоголя и адреналина, которые недавно придавали ему сил, теперь полностью иссякли, оставив только опустошение. В этот момент к нему подошёл Хироки, его лицо выражало беспокойство. Он несколько раз произнёс имя Делиня, прежде чем тот, наконец, пришёл в себя и отозвался. — Твои пальцы тоже пострадали… Заметил Хироки, пристально рассматривая руки Делиня. — Подушечки покраснели. Тот взглянул на свои руки и действительно заметил покраснение. Пока Хироки не обратил на это внимание, он не чувствовал боли, но теперь, приглядевшись, ощутил жгучее чувство, которое внезапно охватило его пальцы. — Пойдём, я обработаю. Соин всё равно пока в операционной, я дам тебе знать, как только всё закончится. Здесь сидеть смысла нет. Хироки настойчиво увёл его в свой кабинет и усадил на диван, а затем направился к полке с медикаментами, отыскивая всё необходимое. — Испугался? Спросил он, присев рядом и внимательно посмотрев на Делиня. — Сам пока не пойму… Ответил тот, отведя взгляд. — В голове пусто, только белый шум. Хироки кивнул, понимая, что справиться с такой эмоциональной бурей бывает сложно. Он осторожно коснулся пальцев Делиня, бережно обтирая их тампоном, смоченным в антисептическом растворе. Тот слегка дёрнулся от непривычного ощущения. — Всё будет в порядке, ты не пострадал, а Чхве Соин быстро поправится. — Мгм. Тихо отозвался Делинь, склонив голову и уперев её в плечо Хироки. Тот нежно погладил его по затылку. — Всё позади. Мне позвать психологов? — Нет. Дашь мне телефон? Я не знаю, где мой. Хироки мягко отстранился, закончив обработку пальцев, и передал Делиню свой мобильный. Он набрал номер Квон Дэ. — Какого чёрта ты не берёшь трубку? Его голос дрожал от эмоций. — Почему я узнаю обо всём от охраны, а не от тебя? Где ты сейчас? В его словах звучала не просто злость или гнев, а глубокое отчаяние. Делинь, почувствовав, что нарастало напряжение, завалился на бок и подтянул колени к груди. Прохладная обивка кожаного дивана коснулась тела, создав контраст с жаром, который поднимался изнутри. В этот момент он ощущал себя уязвимым и беззащитным, и каждое слово казалось ему острее, чем когда-либо. — Я в больнице. И я в порядке. — Не поверю, пока не буду убеждён лично. Я возвращаюсь в Сеул. — Не стоит, твоя рабо… — Юн Делинь, это не предложение! Я прилечу ближайшим рейсом. Делинь на мгновение замер и поёжился. Он давно не слышал, чтобы Квон Дэ обращался к нему полным именем. Эта форма обращения звучала так официально и веско. — Ублюдки… Раздался глухой звук, будто тот что-то пнул, Делинь мог только догадываться, что именно попало под удар его разъярённого поведения. Волнение Квон Дэ будто выплеснулось наружу, оставив за собой лишь беспорядок. Он закурил, и, похоже, это была уже далеко не первая сигарета. — Мы их найдём, найдём и… Квон Дэ не закончил мысль, сделав несколько глубоких и тяжёлых вдохов. — Я, правда, в порядке, а Чхве Соин сейчас в операционной. — Никогда не думал, что буду рад, что он оказался рядом с тобой. Я очень переживаю за тебя, Сонаги. — Я знаю. — Прости, что я не рядом… Голос прозвучал нежно, словно тёплый ветерок, который способен согреть даже в самый холодный день. От этой фразы всё съежилось внутри, как будто кто-то резко сжал сердце в кулак. Эмоции захлестнули Делиня, и он почувствовал, как на глаза навернулись слёзы. Он вдруг понял, что пережил покушение, — это осознание пришло к нему только сейчас. Опасное вещество, способное мгновенно разъесть лицо Делиня, изуродовать его, ослепить, а в худшем случае даже убить, находилось всего в нескольких сантиметрах от него. Эта мысль заставила замереть от ужаса. Почему именно он оказался мишенью? За что ему всё это? Зачем кому-то наносить такой вред? Он взглянул наверх и наткнулся на свое отражение в зеркальном шкафу, стоящем напротив. Внезапно перед ним возникла ясная картина того, каким бы он мог стать, если бы жидкость достигла своей цели. Он увидел свои рубцы и раны, расплавленные веки и искалеченные губы. Образ ярко и детально отпечатался в сознании. Люди, пережившие подобные испытания, казались ему невероятными. У них была колоссальная внутренняя сила, позволяющая переносить такие муки и оставаться стойкими. А смог бы он справиться с таким испытанием? — Ха-а… Делинь, чувствуя, как усталость медленно охватывает его, медленно провёл рукой по волосам, останавливаясь на висках. Он начал осторожно массировать эту область, пытаясь избавиться от напряжения. Затем он задумался: если всё это произойдёт, останутся ли пресловутые 90% всё ещё значимыми? Идеальная совместимость, допустим, но что будет, если его внешность изменится? Все те, одержимые идеей помолвки, как они реагировали бы на него, если бы он потерял свою привычную привлекательность? Их восторженное внимание могло угаснуть при взгляде на его изуродованное лицо? Сохранят ли они тот же напор интереса, если увидят, что его внешний вид уже не соответствовал тому, который им был известен? А самое главное — Квон Дэ. Как поступил бы он?