If all that we were is all that we'll ever be, it's bittersweet // Если всё, чем мы были, — это всё, чем мы когда-либо будем, то это горько-сладко

Её день с самого начала пошёл наперекосяк. Кейтлин была методичной женщиной, которая любила придерживаться режима, особенно с маленьким ребёнком. Для Лаванды было важно знать своё расписание и каждый день делать одно и то же. Кейтлин ценила порядок и знала, что это помогает воспитывать в дочери чувство ответственности. Но в то утро, когда будильник прозвенел в третий раз и Кейтлин осознала, что опаздывает, она сразу поняла: день будет ужасным. Она спала настолько плохо, что глаза жгло, пока она будила Лаванду. Ночь выдалась долгой. Накануне у Кассандры был третий сеанс химиотерапии, и с каждым новым циклом она казалась всё более хрупкой, уставшей и, что хуже всего, всё более больной. Кассандра вернулась из больницы бледнее обычного, с тёмно-фиолетовыми кругами под глазами. Она попыталась замаскировать их плотным макияжем, но Кейтлин всё равно всё замечала. За ужином ей пришлось увести Лаванду из-за стола, когда Кассандре стало плохо, она не хотела, чтобы дочь становилась свидетелем этого. Как бы Кейтлин ни старалась оградить Лаванду от подобных моментов, вопросов было не избежать. Она всегда старалась быть с дочерью максимально честной, не желая скрывать больше, чем необходимо. Поэтому, когда Лаванда выглядела немного напуганной, не понимая, что происходит с бабушкой, Кейтлин села рядом с ней для долгого разговора. Лави была удивительным ребёнком. Чуткая и по-настоящему переживающая за свою семью. Она уже знала, что бабушка больна, но пока не до конца понимала, насколько это серьёзно. Когда Кассандру наконец уложили в постель, Лаванда захотела пожелать ей спокойной ночи. Так они втроём и закончили вечер, растянувшись поперёк большой кровати в главной спальне, просто наслаждаясь обществом друг друга. Лаванда не спала намного дольше обычного, а когда она наконец задремала, Кейтлин осталась в постели рядом с матерью, пока не вмешался Тобиас, настояв, что всем нужно поспать. Кейтлин отчаянно хотелось впитать каждое мгновение рядом с матерью, будто так можно было наверстать упущенное время. Вернувшись в свою комнату, она долго не могла уснуть. Последние пять лет снова и снова прокручивались у неё в голове, подпитывая гложущее чувство отчаяния. Каждый раз, закрывая глаза, она видела мать с Лавандой, смеющихся вместе в саду. Видела улыбку дочери всякий раз, когда рядом была Вай, как быстро они сблизились, несмотря на редкие встречи. Она лишила самого важного человека в своей жизни возможности расти в окружении людей, которые её искренне любили. Лаванда заслуживала расти рядом с семьёй. А семья заслуживала присутствия Лаванды. Кейтлин чувствовала себя эгоисткой, мелкой и ничтожной – это было ужасное чувство. И вдобавок ко всему была постоянная тревога за мать. Она провела несколько часов, беззвучно плача, чувствуя себя невыносимо одинокой и печальной, прежде чем наконец уснула. Именно поэтому она не услышала первые звонки будильника, и именно поэтому им с Лавандой пришлось нестись сломя голову, чтобы успеть на все дела. Не было ещё и девяти, а Кейтлин уже валилась с ног от усталости. Отведя Лаванду в школу, Кейтлин спешила по оживлённым улицам Пилтовера, одновременно жонглируя сумкой, документами, которые нужно было привезти Джейсу, и телефоном, который беспрестанно вибрировал от сообщений в их общем чате с Мэл и Джейсом. Кейтлин официально взяла на себя часть обязанностей Кассандры. Теперь она сидела в главном кресле семейной компании, радуясь, что может вернуться домой и всё же обсудить с матерью важные решения, прежде чем их принять. Кассандра хотела, чтобы Кейтлин со временем заняла и её место в Совете – вопрос, на который сама Кейтлин пока так и не нашла ответа. В то утро у неё была назначена встреча с Джейсом, чтобы решить вопрос распределения ресурсов и следующих шагов для проекта по очистке воздуха Зауна. Джейс, несмотря на то что был владельцем Хекстека, всё ещё оставался в душе изобретателем, пока Кейтлин занималась контрактами и финансами. Со временем в этот разговор придётся включить и Вай, как только оценят социальные последствия проекта. Джейс (08:45): Встретимся в спортзале? Возьмём кофе и разберём эти скучные контракты. Мне нужен кофеин, чтобы пережить этот разговор.

Кейтлин (08:46):

Я зря потратила деньги на ужасный кофе

Мог бы предупредить пораньше

Ворча по поводу отвратительного завтрака и всё ещё борясь с усталостью, Кейтлин вошла в здание компании. Когда она уезжала из Пилтовера, Джейс только-только начинал Хекстек. Он был гением, полным невероятных, высокотехнологичных идей. Пять лет спустя Пилтовер вырос в разы – во многом благодаря Джейсу, – как выросли и доходы семьи Кирамман: их ставка себя оправдала. Двери лифта раскрылись на этаже спортзала, и Кейтлин быстро вышла, отправив Джейсу сообщение о том, что она пришла. Не желая заходить внутрь, она окинула взглядом помещение через большие стеклянные стены, пытаясь найти лучшего друга. Но первым, что бросилось ей в глаза, оказались розово-красные волосы Вай. И, чёрт возьми, Кейтлин чуть не забыла, как дышать. Это было несправедливо выглядеть так хорошо в девять утра. На Вай был чёрный спортивный топ, выставлявший напоказ рельефный пресс. Мышцы идеально обрамляли её татуировки, и Кейтлин почувствовала почти непреодолимое желание прижаться губами к каждой линии. Невольно всплыли воспоминания, как Вай когда-то обожала прикосновения губ Кейтлин к своей коже, звуки, которые та издавала, когда была особенно чувствительна. Кейтлин всю передёрнуло, и ей пришлось заставить себя сделать долгий, успокаивающий вдох, чтобы отогнать эти образы. Но стоило к Вай подойти другой женщине, как наваждение мгновенно рассеялось. Рыжеволосая тоже была в спортивной одежде и, судя по всему, вполне непринуждённо положила руку Вай на плечо, и Вай это прикосновение не отвергла. Они увлечённо о чём-то заговорили, настолько увлечённо, что Вай открыто смеялась, кивая на всё, что говорила собеседница. Вай даже достала телефон, наклонившись так, что их плечи соприкоснулись, пока они вместе разглядывали что-то на экране. Сердце Кейтлин колотилось так, что стучало в ушах. Руки сжались в кулаки, и она почувствовала почти неконтролируемое желание вмешаться. Да кем эта женщина себя возомнила, чтобы вот так трогать Вай? И прямо посреди спортзала, боже правый! – Привет, Кейт, – голос Джейса застал её врасплох, оторвав внимание от Вай и переключив его на лучшего друга, появившегося будто из ниоткуда. – Кто это с Вай? – Кейтлин даже не потрудилась поздороваться. Ей нужны были ответы. Она прищурилась, глядя, как рыжая прислонилась лбом к плечу Вай, смеясь над чем-то, что Кейтлин отчаянно хотелось узнать. – С Вай? – на мгновение Джейс растерялся, прежде чем взглянуть в сторону двух женщин – единственных, кто ещё оставался в зале. – А, это Сара. Она здесь тренер. – Тренер? – Кейтлин было почти невозможно отвести взгляд, несмотря на нарастающий дискомфорт. – Не очень-то профессионально с её стороны так трогать Вай, так с ней разговаривать, – она сморщила нос. – Э-э, наверное? Я, если честно, не в курсе, – Джейс почесал затылок, всё ещё не понимая, почему это так важно. – Они дружат, наверное, поэтому? Сара классная, и они с Вай хорошо ладят. – Насколько хорошо они ладят? – Довольно близко? Точно не знаю. Знаю только, что они несколько раз куда-то ходили вместе, – он направился к лифту, пока Кейтлин продолжала наблюдать, явно взволнованная тем, насколько оживлённо те двое общались. – Может, пойдём уже? Я умираю с голоду. – То есть они встречаются? – она пока не была готова отпустить эту тему. Это привлекло внимание Джейса. Его лицо тут же засветилось, будто кусочки пазла внезапно сложились воедино. – Мне казалось, мы договорились не обсуждать личную жизнь твоей бывшей. Кейтлин смерила его убийственным взглядом, борясь с желанием отвесить подзатыльник. Закатив глаза, она нехотя пошла следом за ним, пока он вызывал лифт. – Мне просто любопытно. – Ну да, конечно, любопытно, – усмехнулся он, затягивая её внутрь. – По-моему, тебе стоит спросить об этом саму Вай, а не меня. – Ты ужасный друг, ты в курсе? Джейс лишь пожал плечами, широко улыбаясь, ничуть не смутившись. – И всё равно ты меня любишь. – Спорный вопрос.

***

– Джейс… – Нет. – Пожалуйста. – Нет, – Джейс даже не поднял глаз, слишком сосредоточенный на том, что печатал на компьютере. – Я в это не полезу, Кейт. Если хочешь что-то узнать, спроси её сама. Кейтлин закатила глаза, пытаясь сосредоточиться на груде контрактов, открытых на ноутбуке перед ней. Прошло уже немало времени с тех пор, как она приехала в Хекстек, и после долгих двух часов совещания с Джейсом решила поработать ещё немного из кабинета лучшего друга. Она могла бы вернуться в офис Кирамман, что, наверное, было бы разумнее, учитывая, что теперь на ней висели и остальные семейные дела, – но Кейтлин была не в настроении оставаться одна. Она провела годы в одиночестве, в городе, совершенно ей чужом. Теперь ей нравилось пользоваться любой возможностью, чтобы побыть рядом с теми, кто ей дорог. И, хотя вслух она бы никогда в этом не призналась, она надеялась увидеть Вай, надеялась наконец узнать, кто такая эта Сара Фортуна на самом деле. Кейтлин прекрасно понимала, что у неё почти нет, если вообще есть, если быть до конца честной, права ревновать. Это ведь она сама разорвала отношения с Вай, ушла и пропала почти на пять лет. Ей приходилось жить с последствиями собственных неудачных решений, и это, без сомнения, было самым очевидным из них. Вай была ослепительной женщиной, и с годами стала только красивее. Вдобавок ко всему она была потрясающей – любящей, преданной и по-настоящему доброй. Конечно, рано или поздно она будет с кем-то ещё. Кейтлин всегда это знала. Она провела немало ночей в Ионии, выслеживая Вай в интернете, пытаясь понять, встречается ли та с кем-то, счастлива ли. Счастье Вай всегда было одним из приоритетов Кейтлин. Даже после того, как она ушла, эта тревога никуда не делась. Но избежать ревности было невозможно. Почти невыносимо было не почувствовать этот острый, тревожный укол при виде того, как другая женщина стоит так близко к Вай. Да кем себя возомнила эта Сара? Кто она вообще такая? Это было в высшей степени непрофессионально – тренеру заводить отношения с клиенткой! (Не то чтобы Кейтлин точно знала, была ли Вай клиенткой Сары, но всё равно.) Она раздражённо фыркнула на саму себя за то, что не могла сосредоточиться на действительно важном. Столько всего предстояло разобрать: семья Кирамман была связана с бесчисленными проектами, и Кейтлин не понимала, как мать умудрялась не теряться во всех этих деталях. Детали. Вот на чём ей следовало сосредоточиться. Но единственными деталями, которые снова и снова прокручивались в голове, были рука Сары на плече Вай и звук её непринуждённого смеха. – Я ухожу, – внезапно сказал Джейс, отчего Кейтлин едва не подскочила. Она настолько погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как он поднялся. – Можешь остаться, если хочешь, но раньше трёх я вряд ли вернусь. Обедаю с моей прекрасной невестой, а потом мы идём выбирать диван для дома. И ты же знаешь Мэл – мы, наверное, проведём часы в поисках идеального и так его и не найдём, – он вздохнул, изображая усталость, хотя широкая улыбка выдавала его с головой. Кейтлин знала, как сильно Джейс любит Мэл. Честно говоря, это было мило, особенно если учесть, что её лучший друг всегда был полной катастрофой в отношениях. Видеть его таким внимательным, таким чутким к капризам Мэл было почти невероятно. Ему понадобились годы, чтобы наконец признаться в своих чувствах, и было приятным сюрпризом узнать, что Мэл чувствовала то же самое. – Ничего страшного, я побуду здесь, пока не закончится у Лави. Увидимся завтра? – Само собой, – Джейс наклонился, на ходу чмокнув её в макушку. – До завтра, Тростинка. Оставшись одна в кабинете лучшего друга, Кейтлин забарабанила пальцами по столу – мысли неслись вскачь. Сердце гулко стучало в ушах, пока формировалась мысль – безрассудная и пугающая. Прежде чем успела передумать, она вскочила на ноги, одним быстрым движением засовывая ноутбук в сумку. Она не могла позволить этому редкому приливу смелости ускользнуть – потому что Кейтлин Кирамман никогда не славилась импульсивными решениями. Совсем наоборот, на самом деле. Она обо всём слишком много думала. Это всегда было её слабым местом. Она закрыла за собой дверь и вышла в коридор, который начинал казаться ей чуть более знакомым. Она бывала в Хекстеке не так уж часто, но точно знала, куда хочет пойти. Всего через несколько шагов она оказалась у кабинета Вай. Вай сидела за столом, взгляд прикован к монитору, лицо застыло в яростной сосредоточенности. Она была великолепна. Особенно с этой маленькой морщинкой между бровей, которая появлялась, когда она слишком сильно концентрировалась. На секунду Кейтлин подумала, что это может быть ужасной идеей. Но прежде чем разум успел её отговорить, она дважды постучала в дверь. Вай подняла голову и всё её лицо тут же засветилось, стоило ей увидеть стоящую в дверях Кейтлин. Это было несправедливо. Совершенно несправедливо, что спустя столько времени Вай всё ещё выглядела счастливой при виде неё. Вину пронзило Кейтлин насквозь. Она вела себя как полная идиотка, стоя тут и пытаясь всё обдумать, хотя понятия не имела, с чего начать. Наверное, с правды. – Привет, – её голос прозвучал робко, и жар тут же прилил к щекам, заставляя её снова почувствовать себя той самой девчонкой-подростком, которая издалека любовалась красотой Вай. – Я как раз шла на обед и подумала… может, ты захочешь пойти со мной, может быть… Если не можешь, ничего страшного, я понимаю, ты, наверное, занята, и… – Пойдём, – Вай оборвала её с лёгкой улыбкой, милосердно избавив Кейтлин от дальнейшего сбивчивого лепета. Сердце тут же успокоилось, облегчение разлилось по телу, пока Вай поднималась, собирая вещи. Кейтлин отвела взгляд – отчасти потому, что не хотела быть застуканной за разглядыванием того, как ослепительно Вай выглядит, отчасти потому, что телефон завибрировал в руке. Мэл (12:33): Джейс поступил невероятно грубо, не пригласив тебя пообедать с нами. Если хочешь присоединиться, мы рядом с офисом. (геометка в реальном времени) Джейс (12:34): В своё оправдание скажу: я не думал, что тебе захочется идти с нами выбирать диван, Кейт. Мэл (12:34): Можешь уйти после обеда, милая. Но точно не можешь есть в одиночестве. Приходи к нам.

Кейтлин (12:34):

Вообще-то…

Я иду обедать с Вай. Мы как раз заходим в лифт

Джейс (12:34): СТОП, ЧТО?! Мэл (12:34): Неужели моя девочка наконец решилась?! («моя девочка» тут может быть любая из вас, но мне нужно знать, кто кого пригласил)

Кейтлин (12:35):

Я пригласила

Мэл (12:35): Вот это моя девочка!!! Джейс (12:35): Если хочешь, мы можем забрать Лаванду из школы. На всякий случай, вдруг ваш разговор затянется.

Кейтлин (12:35):

Хм, не знаю, дойдёт ли у нас вообще до этого разговора…

Джейс (12:35): Может, это как раз идеальный момент, раз вы будете наедине… Мэл (12:35): И если понадобимся – мы рядом, всегда поддержим.

Кейтлин (12:36):

Не знаю, как пройдёт обед, но Лаванда в приоритете.

Мэл (12:36): Не забывай, теперь у тебя есть тыл. Мы обожаем проводить время с Лав. Что угодно понадобится – только скажи. Мы тебя любим, приятного обеда. И потом расскажи мне всё.

***

Вай изо всех сил старалась выглядеть спокойной. Когда день только начинался, меньше всего она ожидала получить приглашение на обед от Кейтлин Кирамман, хотя эта мысль и мелькала у неё в голове раз или два тем утром. Она видела, как Кейтлин шла рядом с Джейсом тем утром, входя в лифт, пока сама Вай ещё была в спортзале, разговаривая с Сарой. Кейтлин, разумеется, выглядела совершенно ослепительно в своей деловой одежде, которая словно подчёркивала её и без того невозможно длинные ноги. Вай всегда обожала ноги Кейтлин. – По-моему, ты пускаешь слюни, дорогуша, – рассмеялась Сара, глядя на её лицо, и это мгновенно вырвало её из транса, потому что, чёрт возьми, Кейтлин ранним утром, то ещё зрелище, с которого стоит начинать день. Вай лишь пожала плечами, заставляя себя вернуть внимание к своей… подруге? Она, если честно, сама не знала, кем именно они с Сарой друг другу приходятся. Но ей нравилось, что персональный тренер рядом. С Сарой было легко общаться, она была по-настоящему весёлой и беззаботной. Когда Вай уходила из зала, она подумала, не заглянуть ли в кабинет Джейса. Может, придумать какой-нибудь повод, чтобы «случайно» столкнуться с Кейтлин и найти какую-нибудь ерунду для разговора. Или сделать то, что советовал Вандер: и правда пригласить Кейт куда-нибудь. Может, сходить куда-то вместе после работы? Нет, это определено плохая идея. У Кейтлин наверняка и без того сумасшедший график – маленькая дочь, больная мать, все обязанности Кирамман. Ужин вряд ли был бы лучшей идеей. Хотя, может, вообще куда-либо приглашать её – плохая идея… Вай понимала: она не имеет права запутывать жизнь Кейтлин, пока сама не разберётся, чего действительно хочет. У Кейтлин, чёрт возьми, есть дочь! Вай не хотела ничего усложнять,не хотела входить в жизнь Лаванды только для того, чтобы исчезнуть, если всё развалится. Нет, им нужно было двигаться медленно… но медленно к чему именно? Вай даже не понимала, что на самом деле чувствует в тот момент, окончательно запутавшись в вихре эмоций, бушевавших внутри. Она скучала по Кейтлин, конечно. Увидев её снова, она заново разожгла чувства, которые, как ей казалось, были похоронены годы назад. Но была ещё и боль. Она ничего не могла с этим поделать – она всё ещё злилась на Кейтлин, из-за того, как всё закончилось, как всё это произошло, и даже немного сердилась. Её оставили в неведении, и она до сих пор не до конца понимала, что тогда случилось. Кейтлин исчезла на годы, вернулась с дочерью, и вот она снова морочит Вай голову. Вай начала уходить в спираль тревожных мыслей, тряхнула головой и призвала всю свою волю, чтобы сосредоточиться на работе, впившись взглядом в то, что нужно было доделать. Новые воздуховоды для фильтрации воздуха Зауна должны были установить через несколько недель, Джейс усердно поработал над идеальным фильтром, и ей нужно было курировать процесс. Нужно было сосредоточиться на этом – на важной работе, которую она делала, – а не на самой красивой женщине, какую она когда-либо видела. Кейтлин всё ещё оставалась главным отвлекающим фактором. Вай пыталась сосредоточиться. Старалась так усердно, что в итоге у неё получилось. Погрузившись в дела, требующие внимания, скучные бюрократические разговоры и бесконечные письма, она была настолько сконцентрирована, что вздрогнула, услышав робкий стук в дверь, и Кейтлин появилась, будто во сне, сделав именно то, что сама Вай хотела сделать всё утро. И вот теперь они вдвоём сидели в машине Вай. Кейтлин на пассажирском сиденье, выглядела слегка нервной, сцепив руки, одна нога слегка подрагивала, пока она оглядывалась по сторонам, пытаясь угадать, куда они едут. Сама Вай тоже немного нервничала, хотя ей удавалось хорошо это скрывать. На мгновение у неё промелькнула мысль, что, может, они поговорят, и она наконец немного лучше поймёт, что случилось все эти годы назад. – Ты в курсе, что мы вообще-то могли просто поесть где-нибудь рядом с Хекстеком? – спросила Кейтлин после короткого молчания, её голос был таким тихим, что Вай пришлось убавить радио, чтобы расслышать её как следует. – Насколько я знаю, тебя не было в Пилтовере годами. Так что я обязана отвезти тебя туда, по чему, я знаю, ты скучала. – ответила Вай с игривой улыбкой, тронувшей губы. Нет, она вовсе не была рада снова остаться с Кейтлин наедине. Определённо нет. – Меня всерьёз тревожит, куда ты меня везёшь… – сказала Кейтлин, пытаясь звучать серьёзно, хотя было очевидно, что ей вполне комфортно и она полностью доверяет Вай выбор. – Расслабься, Кексик, я знаю твои вкусы. Кейтлин издала тихое ворчание, что лишь ещё больше порадовало Вай саму собой. Кейтлин никогда не была поклонницей сюрпризов, но это никогда особо не останавливало Вай. Она быстро вела машину через город, к мосту, соединяющему обе стороны. Кейтлин приподняла бровь, когда Вай свернула на знакомую улицу рядом с мостом, а затем рассмеялась, поняв, куда они направляются. Именно такой реакции Вай и добивалась. – Ты везёшь меня к «Джерико»? Серьёзно? – снова рассмеялась Кейтлин, пока Вай заезжала на парковку маленькой закусочной. – Что? Только не говори, что не скучала по лучшему бургеру в своей жизни, – поддразнила Вай, выходя из машины. – У меня было немало хороших бургеров за эти годы. – Но ни один не лучше этих. В этом я уверена. – ухмыльнулась Вай, придерживая для Кейтлин дверь. Они сели друг напротив друга в кабинке в самом дальнем углу маленького ресторанчика. Запах жареного масла и уютной еды заставил живот Вай заурчать – она только сейчас поняла, насколько проголодалась. – Определённо не то место, куда, как я думала, мы попадём, когда я пригласила тебя на обед, – сказала Кейтлин, пробежавшись взглядом по меню и обнаружив, что за эти годы ничего не изменилось. – Прости, это что, свидание? – поддразнила Вай. И хотя она шутила, сама мысль о том, что Кейтлин пригласила её на свидание, вызвала тот самый старый, знакомый трепет где-то внутри – то, чего она не чувствовала со времён подростковых лет. С тех самых пор, как была Кейтлин, если точнее. – Если бы это было свидание, я была бы красивее и наряднее, – пожала плечами Кейтлин, опуская меню и устремляя на Вай эти потрясающие голубые глаза. – Ты красивая, Кейт. – слова вырвались прежде, чем Вай успела их остановить, отчего Кейтлин мягко, почти застенчиво улыбнулась. Вай могла поклясться, что та даже слегка покраснела. – Ты со мной флиртуешь, Вайолет? – спросила она, акцент стал чуть заметнее, пока она понижала голос и выгибала бровь. Вай забыла, как дышать. – Может быть… Но я также могу просто любоваться красивой женщиной. – О, так вот почему ты сегодня утром любовалась своим персональным тренером? – вопрос застал её совершенно врасплох, особенно с этой внезапной сменой тона. Вай достаточно хорошо знала Кейтлин, чтобы распознать ревность. Она видела это в том, как чуть сузились глаза Кейтлин, в наклоне её головы, будто та пыталась прочитать что-то за выражением лица Вай. Это было настолько очевидно, что Вай рассмеялась вслух. – Ты ревнуешь, Кейтлин? – Я… Что? Конечно нет, – быстро ответила Кейтлин, отчего ухмылка Вай стала только шире. – Не смотри на меня так! Я просто подумала, что Сара Фортуна вела себя немного непрофессионально, вот так тебя трогая. – Так ты уже знаешь её полное имя?! Как ребёнок, пойманный с поличным, Кейтлин залилась густым румянцем. Её щёки покраснели так сильно, что Вай пришлось бороться с желанием наклониться и поцеловать их. И её губы тоже. Чёрт. – Джейс сказал мне её имя, – пробормотала Кейтлин, скрещивая руки и отводя взгляд. – Почему никто не подходит принять у нас заказ? Так медленно обслуживают. Вай снова рассмеялась, покачав головой, и махнула официантке, ждущей у стойки. Обед мог оказаться немного веселее, чем она ожидала. Разговор потёк легче, чем Вай могла себе представить. Сделав заказ, они соскользнули в непринуждённую болтовню. Кейтлин расспрашивала про Вандера и Паудер, и Вай рассказала ей про отцовский бар в Зауне, про то, что с деньгами теперь не проблема, раз она помогает Паудер с оплатой счетов. Она объяснила про диагноз Паудер и лечение, про то, как терапия и лекарства сильно ей помогли, и с гордостью рассказала про её стипендию. – Паудер всегда была гением. Я знала, что у неё получится, – ответила Кейтлин с широкой улыбкой, явно радуясь, что у той всё хорошо складывается. Вай почти стало неловко, вспомнив, что Паудер уже не совсем главная поклонница Кейтлин, но она пропустила это мимо ушей, тем более что в чём-то, как она понимала, её младшая сестра была не так уж и неправа. Они вскользь коснулись темы Кассандры. Кейтлин, похоже, было не по себе от этой темы, так что Вай не стала настаивать. Кейтлин рассказала, как мать хочет, чтобы она взяла на себя семейный бизнес, и разговор плавно перетёк к работе – к тому, как Вай справляется со своей. – Это потрясающе иметь настоящую, стабильную работу, – сказала Вай, когда принесли их бургеры. – Ты же знаешь, я всегда хотела менять жизни людей к лучшему, и теперь у меня и правда есть такая возможность. Мне нравится знать, что я делаю мир немного лучше. Кейтлин кивнула, но на мгновение показалась погружённой в свои мысли. Как раз когда Вай собиралась спросить, Кейтлин вдруг наклонилась вперёд, её голос прозвучал напряжённо: – Ты счастлива? Вай не понадобилось раздумывать, прежде чем кивнуть. – Очень. Мне нравится моя работа, нравится, что я могу помогать своей семье. Мне нравится то, какой я теперь стала. – Хорошо. Я всегда хотела, чтобы ты была счастлива, – быстро сказала Кейтлин, прежде чем откусить огромный кусок бургера. Она издала протяжный звук удовольствия, закрыв глаза, будто по-настоящему смакуя каждый кусочек. – Ты права, всё ещё лучший бургер в мире. – Я всегда права, – усмехнулась Вай, откусывая свой. После этого они ели в относительной тишине, перебрасываясь короткими репликами о еде, обмениваясь мелкими историями из жизни. Кейтлин упомянула новый сериал, который начала смотреть, последний фильм, что видела, они немного поболтали о музыке. Когда они закончили, Кейтлин – всё такая же безупречная даже после огромного бургера – коснулась телефона, судя по всему, проверяя время. Когда экран зажёгся, Вай невольно бросила взгляд – и в груди сжалось при виде заставки: детская фотография. – Это Лаванда? – спросила Вай, хотя уже знала ответ. Кейтлин кивнула, приподняв телефон, чтобы Вай было лучше видно. На фото Лаванде было всего несколько месяцев, она улыбалась беззубой улыбкой, круглые розовые щёчки, веснушки, рассыпанные по крошечному носику, серо-голубые глаза и копна светлых, непослушных волос. – Здесь ей пять месяцев, – объяснила Кейтлин, разблокировав телефон и пролистывая до другого фото, явно радуясь возможности поговорить о Лаванде именно с ней. – Лави родилась со светлыми волосами, почти розовато-лавандового оттенка. В тот момент, как я её увидела, я поняла: её будут звать Лаванда. – продолжала она, погружённая в приятные воспоминания, прежде чем протянуть телефон Вай. Появилось ещё одно детское фото, похожее на заставку, но под другим углом. Что-то в нём отозвалось в Вай странным чувством узнавания. Хотя она никогда прежде не видела Лаванду, она могла бы поклясться, что узнаёт некоторые черты – будто уже где-то их видела. Вай улыбнулась, проведя большим пальцем по фотографии, в груди защемило от грусти, которую она не до конца понимала, – грусти оттого, что её не было рядом в эти моменты. – Она красавица, Кейт. Немного напоминает тебя, – сказала Вай, возвращая телефон. – Потрясающий ребёнок. – Да. Лаванда лучшее, что случилось со мной в жизни, – быстро согласилась Кейтлин, а потом замялась. Она открывала и закрывала рот несколько раз, теребя руки – явный признак того, что она нервничает. – Ты в порядке? – Да, просто… – Кейтлин покачала головой, глубоко выдохнув. Её правая рука скользнула к левому запястью, теребя что-то там. Вай потребовалось мгновение, чтобы узнать это: браслет, который она подарила Кейтлин много лет назад. Кейтлин потирала маленькую подвеску в виде кексика. На мгновение ей захотелось об этом заговорить – о том, что, несмотря ни на что, Кейтлин сохранила этот браслет. Вай отчётливо помнила тот летний разговор, когда Кейт пообещала, что никогда не расстанется с этим подарком. Но она решила оставить эту мысль при себе, стараясь не задумываться слишком сильно о том, как эта мелочь наполняет грудь надеждой – надеждой, что, может быть, только может быть, Кейтлин тоже так и не до конца отпустила их отношения. Это лишь ещё больше её сбивало с толку. Было странно, что Кейтлин сохранила эти подарки, ведь именно она тогда ушла. Вай пришлось глубоко вдохнуть, чтобы удержаться и не заговорить об этом, вместо этого ожидая, что скажет Кейтлин. – Нам нужно кое о чём поговорить, – продолжила Кейтлин, глубоко вдохнув. Не раздумывая, Вай потянулась через стол и взяла руку Кейтлин в свою, мягко сжав, будто пытаясь подбодрить её продолжать. Вай не совсем понимала, что именно Кейтлин имеет в виду. Может, она хотела поговорить об их странном расставании? Как бы сильно Вай ни жаждала ответов, ей не хотелось становиться ещё одним грузом в и без того непростой жизни Кейтлин. Кейт перевела взгляд с Вай на их соединённые руки на столе, лёгкая тень почти грустной улыбки тронула её губы. Она в ответ сжала руку Вай, большим пальцем нежно поглаживая её кожу, будто ей нужно было убедиться, что они и правда снова прикасаются друг к другу. Прежде чем она успела сказать что-то ещё, зазвонил её телефон. Кейтлин приподняла бровь, и последний след их недавних улыбок исчез. Она быстро поднесла телефон к уху, всё ещё держа Вай за руку. Вай почувствовала укол страха, что это насчёт Кассандры, судя по выражению лица Кейтлин. – Алло? Да, это я, – сказала Кейтлин, звуча растерянно. – Погодите – что? Она сделала что? Я… нет, всё нормально, я понимаю. Я сейчас же приеду. Спасибо. – она повесила трубку, повернувшись к Вай с широко раскрытыми глазами. – Мне нужно идти, прости. Это звонили из школы Лаванды – мне нужно её забрать. – она в последний раз сжала их сцепленные руки, прежде чем отпустить и встать. Вай мгновенно затосковала по этому теплу. – Что-то случилось? – спросила Вай, не в силах скрыть беспокойство за Лаванду, тоже вставая и доставая кошелёк, чтобы оставить деньги за еду. Вместе они вышли за дверь, к машине Вай. – Лаванда подралась в школе, – Кейтлин потёрла лицо, всё ещё выглядя потрясённой. – Не знаю, что случилось – Лаванда не из тех, кто затевает драки. Директор толком ничего не объяснил, только сказал, что ему нужно со мной поговорить. – Всё в порядке, я поеду с тобой, – тут же предложила Вай, пока они садились в машину. – Тебе не обязательно. Мы можем вернуться в Хекстек, я дойду до школы Лави пешком и… – Нет, Кейт. Я еду с тобой. У тебя сегодня нет машины? По причинам, которые она не могла толком объяснить, Вай не хотела оставлять Кейтлин разбираться с этим в одиночку. Несмотря ни на что, несмотря на весь этот вихрь противоречивых чувств внутри, Вай не могла отделаться от лёгкой тревоги, желания узнать, что случилось с Лавандой. Было что-то в этой девчушке – что-то, чему Вай до сих пор не могла подобрать слов, – что пробуждало в ней желание защищать её, заботиться о ней. – Нет, я сегодня доехала до Хекстека на такси. – Тогда решено. Мы заберём Лаванду, и я отвезу вас обеих домой. Кейтлин слабо улыбнулась, кивнув. Она всё ещё выглядела немного погружённой в мысли, и Вай догадывалась, что эти мысли – о Лаванде. – Хорошо. Поехали за Лавандой.