If all that we were is all that we'll ever be, it's bittersweet // Если всё, чем мы были, — это всё, чем мы когда-либо будем, то это горько-сладко

Жизнь была хороша. Вай думала об этом постоянно. Как же так вышло, что после многих – правда, многих – лет полного дерьма она вдруг может с уверенностью сказать: наконец-то её жизнь налажена. Даже спокойна, с чётким распорядком дня, без больших сюрпризов и без ничего, что могло бы выбить её из колеи. У неё была работа, которая действительно ей нравилась – после долгих лет подработок на паршивых местах, когда приходилось разрываться между учёбой и суровой реальностью, которая всегда требовала от неё слишком многого. Теперь она могла с уверенностью сказать, что занимается чем-то, что способно изменить жизни других людей. С самой высокой зарплатой, какую она когда-либо получала, Вай теперь могла помогать оплачивать расходы Паудер, которая жила в другом городе, училась в престижном университете и была настоящим гением в учёбе и, к счастью, куда более эмоционально стабильной за последние три года, чем когда-либо прежде. Жизнь была хороша. Настолько хороша, что Вай даже удалось снять квартиру – маленькую, да, но идеально ей подходящую, – достаточно близко к работе, чтобы каждое утро добираться пешком, и достаточно близко к отцу, что здорово помогало их отношениям. Вай ужасно скучала по Вандеру все те годы, что провела вдали от дома, учась в колледже, и теперь была рада возможности проводить с ним выходные. Жизнь была настолько хороша, что Вай не всегда думала о Кейтлин Кирамман. После их последней встречи, в декабре 2019-го, почти пять лет назад, хотя кто их вообще считает? Вай могла с уверенностью сказать, что больше не тратит много времени, гадая, думает ли о ней бывшая девушка, снится ли ей до сих пор Кейтлин, как это порой бывало. Как тот сон, например, настолько яркий, что она проснулась слегка одурманенная, сбитая с толку ощущением, будто чувствует запах лавандовых духов, которыми Кейтлин пользовалась ещё подростком. Просыпаться в одиночестве после такого реалистичного сна всегда выбивало её из колеи и почти лишало равновесия, а сегодня это было совсем некстати, ведь на вторую половину дня у неё была назначена встреча с Советом, и там она почти наверняка столкнётся с бывшей свекровью. Жалко. Определённо жалко. Вздохнув, Вай ещё несколько раз ткнула кнопку своего этажа в лифте, сгорая от нетерпения поскорее оказаться в спортзале и занять голову хоть чем-то, только не духами Кейтлин и не её до отвращения синими глазами, которые, к сожалению, до сих пор занимали в её мыслях куда больше места, чем ей хотелось бы признавать. Как только двери открылись, она удовлетворённо улыбнулась, увидев, что зал наполовину пуст, особенно в такой час. У неё был чётко отлаженный распорядок: каждый день около семи утра приходить в здание «Хекстек», чтобы потренироваться с Джейсом перед работой. К счастью, компания её друга предоставляла сотрудникам кое-какие привилегии, и хорошо оборудованный спортзал в здании был одной из них. Для неё это было почти идеальным миром: утренняя тренировка, чтобы держать голову ясной, кофе с другом, и по совместительству боссом, за разговорами о всякой ерунде, работа до самого обеда, а потом ещё несколько дней в неделю возвращение в зал, чтобы не набить кому-нибудь морду, работа была полна идиотской бюрократии, лёгкий перекус и возвращение к обсуждению того, что действительно иМэло значение и могло изменить жизни тысяч людей. Жизнь была прекрасна. Вай закинула сумку в шкафчик у входа в зал, прежде чем начать искать взглядом Джейса, которого быстро заметила на одной из нескольких беговых дорожек, выстроенных в ряд по всему залу. – Сегодня ты рано, – заметила Вай, подходя к нему и решив размяться короткой прогулкой на беговой дорожке. – Ты даже не представляешь, насколько рано, – ответил Джейс, его голос звучал немного устало, будто он слишком сонный, чтобы начинать день. – У меня сегодня жуткий загруз, и Мэл уверена, что я опоздаю на все встречи. Решил начать пораньше, чтобы доказать ей обратное, но сейчас я в шаге от того, чтобы просто рухнуть на пол от недосыпа и опоздать вообще на всё. – Чувак, ты реально выглядишь так, будто вот-вот вырубишься, – рассмеялась Вай, зная, как у Джейса есть небольшая склонность к драматизму, достаточная, чтобы слегка менять свой режим просто ради того, чтобы кому-то что-то доказать, хотя Мэл почти никогда не ошибалась. Джейс и Вай были знакомы уже много лет благодаря Кейтлин, ещё в совершенно другое время, когда Вай приходилось разрываться на части, чтобы совмещать все обязательства в своей жизни. Джейс был и, наверное, остаётся кем-то вроде старшего брата Кейтлин и, соответственно, постоянной фигурой в её жизни. Она помнила, как для Кейтлин было важно, чтобы они с Джейсом поладили, и что ж, это сработало с первой же секунды, будто у них на двоих был один мозг. В ту ночь, когда они с Кейтлин расстались, Вай была искренне удивлена, получив сообщение от Джейса с вопросом, всё ли с ней в порядке. Сперва она колебалась, стоит ли оставаться на связи, но как только поняла, что это действительно Джейс заботливый, преданный тем, кто ему дорог, и они сохранили дружбу. Настолько, что, когда «Хекстек» начал активно заниматься социальными проектами по улучшению жизни в Зауне, именно к Вай Джейс обратился первым, предложив ей работу. – Эй, – вдруг сказал Джейс, вырывая Вай из мыслей, которые опасно близко подобрались к человеку, о котором она думать не хотела. – Сара Фортуна не сводит с тебя глаз вон оттуда. Между вами уже что-то случилось? – спросил он, звуча уже чуть бодрее. В конце концов, Джейс всегда обожал хорошие сплетни. Вай пожала плечами, снова переводя взгляд на рыжую тренершу в дальнем углу зала, помогавшую одной из девушек, которую Вай узнала, кажется, из отдела маркетинга, хотя имени вспомнить не могла. – Мы пару раз встречались, с ней весело, – ответила она, помахав Саре в знак приветствия, прежде чем снова вернуться к беговым дорожкам. Тренерша тут же помахала в ответ, улыбаясь, и Вай почему-то нашла это странно приятным, ну, она просто любила любоваться красивыми женщинами. – Проигнорирую тот факт, что ты мне об этом не рассказала, и притворюсь, что не обижен. Но судя по тому, как она на тебя смотрит, мне кажется, было больше, чем «пару раз», – сказал Джейс, явно забавляясь, снова повернувшись к Вай с широкой улыбкой. – Вы встречаетесь? – Нет… не думаю? Наверное, нет, – быстро ответила Вай, спотыкаясь на словах, потому что реально не знала, что сказать. – Мы вроде как видимся иногда. Сара классная, но она сказала, что сейчас не ищет ничего серьёзного. Джейс пожал плечами, и в тот момент, когда он открыл рот, явно чтобы отпустить ещё какой-нибудь очевидный комментарий насчёт того, как они с Сарой переглядывались, зазвонил его телефон, и он тихо буркнул: – Вот, чёрт. Он быстро нажал кнопку аварийной остановки на дорожке, мгновенно её останавливая, и поднёс телефон к уху. – Я не опаздываю! – воскликнул он, едва ответив, наклоняясь за бутылкой воды. – Я в «Хекстеке», это ближе к аэропорту, чем было бы от дома… – судя по тону, он явно пытался оправдать это как удачное решение. – Уже выезжаю, Мэл. Знаю, не заставлю их ждать… нет, не забыл. Знаю, детка, успокойся! Не забуду. – Он провёл рукой по лицу, глубоко вдохнув. – Нет, я этого не знал. Чёрт. Уже еду, тоже люблю тебя, увидимся позже. Джейс окончательно слез с дорожки, выглядя куда более напряжённым. – Как бы мне ни нравилось торчать тут и обсуждать твою почти несуществующую личную жизнь, мне пора, – сказал он, явно отвлекаясь на что-то, печатая на телефоне. – Кейтлин приедет раньше, чем я думал, Мэл напутала со временем рейса. – Э-э, Кейтлин приезжает в Пилтовер? – Вай попыталась звучать небрежно, в конце концов, ничего серьёзного, ничего, что могло бы что-то изменить в её жизни, так? Ничего необычного не происходит, всё нормально, даже если сердце чуть сжалось от одного только звука имени её бывшей, произнесённого чужими устами. Тот самый «чужой», услышав вопрос Вай, машинально скривился, будто понял, что сболтнул лишнее. Щёки Джейса, кажется, слегка покраснели, когда он отвёл взгляд от телефона и смущённо почесал затылок. – Э-э… Извини, мне не стоило говорить тебе о Кейтлин. – У них было негласное соглашение не делиться с Вай подробностями её жизни. Не потому, что Вай не хотела знать, а потому, что так казалось лучше для всех. Прошли годы с тех пор, как Вай в последний раз слышала о ней хоть что-то. – Но да, она правда возвращается, – Джейс выглядел немного виноватым за то, что поделился информацией. – Кассандре стало хуже, её снова госпитализировали сегодня утром. Кейтлин решила вернуться в Пилтовер, чтобы быть рядом с матерью. Этого хватило, чтобы всякое напускное спокойствие мгновенно исчезло с лица Вай. Она в тот же момент остановила свою дорожку, полностью повернувшись к нему. – Её снова госпитализировали? В последний раз, когда я её видела, Кассандра говорила, что ей стало лучше, а это было… не знаю, месяца три назад? – теперь она была искренне встревожена. Кассандра всегда была с Вай не просто вежливой, а даже доброй, с самой первой их встречи. Когда Вай устраивалась на эту работу, она знала, что им придётся работать вместе, ведь семейная компания Кирамман – главный партнёр «Хекстека» в проектах по улучшению воздуха в Зауне, а поскольку там же была задействована и государственная сторона, участвовал и Совет. Они регулярно встречались. Обсуждали ли планы действий или утверждали проекты, Кассандра присутствовала с самого первого дня проекта. Вай знала про её болезнь. Рак, появившийся пару лет назад, но, насколько ей было известно, после удачной операции восстановление шло хорошо. – Да, рак вернулся, на этот раз в более тяжелой. Мы узнали об этом чуть больше месяца назад. Она даже не хотела говорить Кейтлин, но мы её убедили – это было бы нечестно, понимаешь? Вай кивнула, прекрасно понимая, о чём говорит Джейс. Несмотря на постоянные споры и разногласия, Кейтлин и Кассандра всегда были очень близки, и Вай знала, как сильно Кейтлин восхищается матерью и любит её. Всё, о чём она могла думать, это как сильно сейчас, должно быть, страдает Кейтлин, и как она наверняка выжимает из себя больше, чем нужно, лишь бы казаться в порядке. – Кейтлин решила вернуться сюда, будет снова жить с родителями. Думаю, это пойдёт им на пользу, особенно ей. Кейтлин бы с ума сошла вдали, ты же знаешь, какая она, ненавидит узнавать всё последней. Ну и, думаю, для Кассандры это тоже здорово иметь рядом Кейт и Лави, – продолжал Джейс, не подозревая, насколько сильно последняя новость выбила Вай из колеи. – Лави? Что за Лави? – спросила Вай, и Джейс снова стал похож на ребёнка, пойманного за чем-то плохим. Он тут же покраснел, на этот раз куда сильнее, и огляделся по сторонам, будто ожидал, что вот-вот случится какое-то чудо, которое его спасёт, или что земля просто разверзнется и поглотит его. – Я… чёрт, – пробормотал он себе под нос что-то о том, как ненавидит Кейтлин и как она наверняка его потом пристрелит. – Э-э, Лаванда. Дочка Кейт. Касси от неё без ума. – Стоп, что? – Вай моргнула, открыв рот от неверия в услышанное. Сердце, казалось, забилось так громко, что она слышала его стук в ушах. – У Кейтлин есть дочь?

***

Последние месяцы выдались очень непростыми, дни пролетали так быстро, сливаясь с ночами, что Кейтлин уже с трудом могла сказать, сколько времени прошло с тех пор, как она по-настоящему отдыхала. Наверное, день перед звонком отца, сообщившего о новом диагнозе матери. Её мир рухнул так стремительно, что Кейтлин пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть прямо там же, слушая, как Тобиас очень спокойно, хотя явно взволнованно, рассказывает о консультации, на которой они были несколькими часами ранее. Она даже не думала ясно. Первое, что пришло ей в голову – нужно быть в Пилтовере, рядом с родителями. Прошлый опыт и без того был ужасен – часами ждать звонка, чтобы узнать, как там Кассандра. Сердце останавливалось всякий раз, когда родители слишком долго не отвечали, и каждый раз, когда телефон звонил поздно вечером или очень рано утром, она боялась брать трубку, не желая услышать плохие новости. Быть вдали от семьи и совершенно одной, с ребёнком на руках в такое время было уже слишком. Ей нужно было быть рядом с ними. Ей нужно было быть рядом с матерью. Каждый вечер, уложив Лаванду спать, Кейтлин задавалась вопросом о том, какие ужасные решения принимала в своей жизни, и жизнь в Ионии была её самым большим сожалением. Какое-то время на это были причины. Что-то, что удерживало её в этом городе. У Лаванды был налаженный распорядок, маленькая жизнь, которую они с Кейтлин выстроили там вместе. Но все причины, особенно теперь, когда она узнала о здоровье матери, казались слишком мелкими, слишком глупыми, чтобы держать её вдали от Пилтовера, и ей нужно было вернуться как можно скорее. Сперва она думала, что Лаванда воспримет новость не очень хорошо. Оказалось, неожиданностью, что девочка была более чем рада и совершенно взбудоражена перспективой жить рядом с бабушкой и дедушкой. На самом деле это не должно было стать для Кейтлин шоком. Её родители всегда старались быть рядом, навещали их при любой возможности, и Кассандра прилагала для этого немало усилий, стараясь делать это регулярно. Мэл и Джейс тоже появлялись, минимум пару раз в год, с кучей подарков, готовые баловать племянницу. Лаванда любила свою семью, но почему-то Кейтлин казалось, что Лави заодно любит и Ионию, и что идея переезда в совершенно новый город, на другом конце света, напугает её девочку. Но, конечно же, та восприняла это как весёлое приключение. Лаванда определённо очень походила на свою маму, только не на Кейтлин. День за днём, с того самого звонка Тобиаса, маленький дом, который они делили на двоих, начал пустеть. Кейтлин упаковывала необходимые вещи и отправляла их заранее, до даты переезда, желая, чтобы всё было максимально организовано ради Лаванды, стараясь свести к минимуму любое влияние такого большого перемещения. Лаванде нравился сам процесс, она хотела участвовать во всём, не понимая настоящей причины решения матери. Она не видела ночей, которые Кейтлин проводила в слезах, боясь потерять маму. Она не слышала напряжённых разговоров между ней и Тобиасом, получая лишь весёлую, живую сторону своего дедушки. Кейтлин совсем не была готова к вопросам, которые неизбежно возникнут, как только Лаванда увидит состояние бабушки. Перелёт в Пилтовер прошёл гладко, несмотря на хаос при посадке на рейс. Лави не привыкла летать так далеко, она никогда прежде даже не бывала рядом с Пилтовером. Но, к счастью для Кейтлин, её дочь провела большую часть полёта, спокойно устроившись рядом с ней, и спала так безмятежно, что Кейтлин почти удалось расслабиться. Почти. Столько всего крутилось у неё в голове. Во-первых, само собой, тревога за здоровье матери. Во-вторых, нужно было как можно скорее устроить жизнь Лаванды: записать в хорошую школу, дать ей то ощущение стабильности, которое было так важно. В-третьих, нужно было найти работу, она сойдёт с ума, если будет целыми днями сидеть одна в доме Кирамман, не имея ничем занять голову. А под всем этим по-прежнему лежала самая большая, до сих пор не решённая проблема в её жизни: Вай. Всё, чего она не хотела – всё, на что где-то глубоко внутри надеялась, что этого не случится – это чтобы встреча с бывшей девушкой произошла слишком скоро. В её жизни и без того происходило столько всего, что она едва могла осмыслить мысль о неизбежной, надвигающейся встрече. То, что она долго избегала. То, о чём жалела каждый день. Кейтлин вздохнула, устав от того, что мысли никак не желали останавливаться, мечтая заснуть так же спокойно, как Лаванда, когда пилот объявил, что самолёт заходит на посадку, и попросил подготовиться. – Солнышко, – прошептала Кейтлин, проводя длинными пальцами по розово-фиолетовым волосам дочери. – Пора просыпаться, – добавила она всё тем же мягким тоном. Лави один раз зевнула, открыв серо-голубые глаза, огляделась немного растерянно, потратив мгновение, чтобы вспомнить, где находится. – Мы уже прилетели? – спросила она хриплым со сна голосом, отчего Кейтлин мягко улыбнулась, помогая ей выпрямиться и застёгивая ремень безопасности. – Да, детка, скоро садимся, – Кейтлин продолжала перебирать пальцами волосы дочери, теперь пытаясь укротить непослушные пряди. – Я есть хочу, – пожаловалась Лави, потирая лицо, всё ещё пытаясь до конца проснуться. – Дедушка будет ждать нас с завтраком, как только мы приедем домой. Это, похоже, сразу же взбодрило Лаванду, видимо, напомнив ей, что теперь они будут жить рядом с семьёй. – А бабушка? Дядя Джейс и тётя Мэл? Они тоже придут? – Не знаю, Лави, – Кейтлин почувствовала, как сжалось сердце от одного упоминания матери, которой не будет дома этим утром. Наверное, должен существовать какой-то урок по тому, как объяснить четырёхлетнему ребёнку, что бабушка болеет, не напугав её при этом. – Узнаем, когда приедем домой, хорошо? Лави кивнула, тут же отвлёкшись на снижающийся самолёт и вид за окном, полностью забыв о теме разговора, а Кейтлин достала телефон. Во время перелёта, пока был интернет, она провела часть ночи, переписываясь с Мэл и Джейсом в общем чате. Когда рассвело, она быстро связалась с отцом, который, не желая её пугать, всё же решил заранее предупредить, что врачи сочли нужным госпитализировать Кассандру этим утром – этого хватило, чтобы Кейтлин почувствовала себя маленькой и совершенно напуганной. Ей было невероятно тяжело совмещать материнство прямо сейчас, ощущая себя такой же маленькой, как Лаванда, тоскующей по собственной маме. Кейтлин глубоко вдохнула и открыла чат с Мэл и Джейсом.

Кейтлин (07:32):

Мы прилетаем

Приземлимся, наверное, до 8

Мэл (07:33): Доброе утро, дорогая Как ты? Поспать удалось? Джейс уже едет вас забирать Джейс (07:34): Уже еду Буду через 30 Мэл (07:34): Что?

Кейтлин (07:34):

У нас всё хорошо, Лави в восторге

Всё нормально, нам ещё нужно пройти паспортный контроль

Может занять время, но если что, подождём

Мэл (07:38): Нет, ждать не придётся Джейс уже на месте Будет там через 10 минут Джейс (07:53): Доехал за 15, но всё равно раньше Кейт :D Кстати, Кейт… Мне надо тебе кое-что сказать Но пообещай, что не возненавидишь меня Мэл (07:55): Что ты натворил? Джейс (07:56): Ты тоже должна пообещать, что не возненавидишь меня Мэл (07:56): Джейс, что ты натворил?

Кейтлин (08:10):

Мы только что прошли паспортный контроль

Ты где, Джейс?

И что ты натворил?

Внимание Кейтлин отвлекла маленькая ладошка Лаванды, потянувшая её за руку, заставив сосредоточиться на дочери, которая взволнованно подпрыгивала рядом, прижимая к себе плюшевую обезьянку. – Мама, мама, вон там, дядя Джейс! – восторженно воскликнула Лаванда, когда они проходили через двери зоны прилёта, дёргая маму за руку, чтобы та отпустила её. Джейс действительно был там, ждал их обеих, держа в одной руке разноцветные шарики, а в другой нелепо яркую табличку с надписью: «Добро пожаловать домой, Лави (и Кейтлин)», отчего она на мгновение рассмеялась. Только её идиот-лучший друг умел разряжать напряжение, копившееся в ней последние недели. Лаванда выпустила руку матери, как только они подошли достаточно близко к Джейсу, и бросилась в объятия дяди, который тут же подхватил её на руки. Джейс без труда поднял Лаванду, держа её на одной руке и крепко обнимая, отчего девочка залилась громким смехом. – Ты меня задушишь! – запротестовала она сквозь смех, но объятий не разжала. – Прости, прости, я просто соскучился по своей любимой девочке, – ответил Джейс, пока Лави широко улыбалась и играла с шариками. – А вот и моя третья любимая девочка. – С трудом удерживая одновременно ребёнка, шарики и дурацкую табличку, Джейс обнял Кейтлин полусвободной рукой. – Третья? – Кейтлин приподняла бровь с лёгкой улыбкой, пока они втроём шли к выходу из аэропорта. – Лави – первая. Мэл – вторая. А ты, очевидно, третья – может, даже четвёртая, – пожал он плечами, притягивая её ближе, будто желая убедиться, что все они наконец вместе. – Ясно… Не хочу портить дружескую атмосферу, но ты так и не сказал, что натворил. – А ты так и не пообещала, что не возненавидишь меня. Кейтлин закатила глаза и стала ждать объяснений от Джейса, которые так и не последовали. – И с чего бы мне тебя ненавидеть? Что такого ужасного ты мог сделать? – голова уже начинала болеть от одной мысли о том, какую глупость мог выкинуть Джейс. Список возможных вариантов был слишком длинным, чтобы перебирать их в голове так рано утром, после очередной бессонной ночи. – Э-э… – начал Джейс, пока они выходили из аэропорта, направляясь к чёрной машине, припаркованной неподалёку. – Я, возможно, сделал кое-что, о чём ты меня несколько раз конкретно просила не делать. Кейтлин едва успела осознать, что снова дышит воздухом Пилтовера, уже нервничая из-за выходок своего лучшего друга, пока тот открывал дверь машины и усаживал Лаванду на заднее сиденье, пристёгивая её в новом автокресле, купленном специально для неё. – Дай я поправлю, – Кейтлин покачала головой, жестом попросив его отойти, заметив, как он путается с ремнями. – Ты сам расскажешь, или мне придётся выяснять самой? – проворчала она, пока Лаванда с не меньшим любопытством наблюдала за происходящим. – Ну, я сегодня утром был в зале с Вай, и я… – он замолчал, почесав шею, прежде чем выпалить на одном дыхании: – У меня случайно вырвалось имя Лави, она спросила, кто это, и я сказал, что у тебя есть дочь. – А кто такая Вай? – Лаванда наклонила голову, заинтересовавшись. – Ты что сделал?!