Мадара Учиха в мире Ван Пис»

Формирование оперативной группы заняло два дня, прошедших в лихорадочной, но методичной подготовке — не той панике, что охватывает неопытных бойцов перед лицом неизвестности, а той сосредоточенной деловитости, что отличает профессионалов, готовящихся к операции, исход которой прекрасно понимают все участники. Мадара, наблюдая за этим процессом, отмечал про себя, насколько серьёзно командование Дозора отнеслось к угрозе, исходящей от Рокса — обычно подобная спешка и масштаб мобилизации предназначались для куда более значимых целей, чем зачистка территории от пиратской банды, какой бы устрашающей репутацией она ни обладала. — Тринадцать кораблей, — произнёс Гарп, разглядывая построение флота, готовящегося к отплытию с гавани Маринфорда. — Три вице-адмирала, включая меня, несколько контр-адмиралов, и ты, коммодор, в качестве... скажем так, особого актива, чей статус в цепочке командования остаётся довольно расплывчатым. — Расплывчатость меня не смущает, — ровно ответил Мадара, наблюдая за погрузкой припасов и снаряжения на флагманский корабль, к которому был приписан их отряд. — Я предпочитаю действовать по собственному усмотрению, а не строго следовать чужим приказам в разгар сражения. — Учитывая противника, с которым нам предстоит столкнуться, — Гарп мрачно усмехнулся, — подозреваю, что строгая субординация продержится ровно до первого удара со стороны команды Рокса, а дальше каждому придётся полагаться на собственные суждения. Мадара окинул взглядом собравшихся на пристани бойцов — сотни дозорных, готовящихся к отплытию, их лица, скрывающие за военной выправкой различную степень тревоги, решимости, а порой и плохо скрываемого страха. Он давно перестал удивляться подобной палитре эмоций перед лицом серьёзного противостояния — видел её тысячи раз на полях сражений своего родного мира. — Что известно о конкретном плане атаки? — спросил он, когда они поднялись на борт флагмана. — Немного, — признал Гарп, разворачивая карту острова Года Вэлли в тесной каюте, отведённой для старших офицеров. — Остров укреплён естественными скальными образованиями, создающими что-то вроде природной крепости. Наша задача — высадиться с нескольких направлений одновременно, минимизируя возможность Роксу и его команде организовать эффективную оборону или, что хуже, скрыться прежде, чем мы успеем нанести решающий удар. — А если он решит принять бой открыто, а не бежать? — уточнил Мадара. Гарп помолчал, и в его глазах Мадара разглядел то самое, редко проявляемое им беспокойство. — Тогда, — произнёс он тихо, — мы узнаем, была ли вся эта подготовка достаточной, или же мы плывём навстречу катастрофе, которая войдёт в историю как один из самых тяжёлых дней в летописи Дозора. Путь до острова занял чуть больше суток — время, которое Мадара использовал для дальнейшего изучения собранных разведданных о команде Рокса, методично выстраивая в уме возможные тактики противостояния каждому из известных членов банды. Информация была отрывочной, полной пробелов, но достаточной, чтобы составить общее представление о масштабе предстоящего испытания. Ближе к вечеру второго дня пути, когда флот приблизился к территориальным водам острова, атмосфера на борту флагмана ощутимо изменилась — разговоры стихли, сменившись напряжённым, почти осязаемым молчанием готовящихся к бою людей. — Идём на сближение, — доложил один из штурманов, обращаясь к присутствующим на мостике офицерам. — Остров прямо по курсу. Мадара вышел на палубу, ощущая, как воздух вокруг словно сгущается — не физически, а на уровне того особого чутья, что позволяло ему за свою долгую жизнь безошибочно определять приближение крупномасштабного насилия задолго до того, как оно становилось видимым глазу. Гарп присоединился к нему у борта, его взгляд был устремлён вперёд, туда, где на горизонте уже начали проступать очертания скалистого острова. — Чувствуешь? — спросил он тихо, не отрывая взгляда от приближающейся земли. — Да, — коротко ответил Мадара. Ощущение было отчётливым, почти материальным — где-то там, на этом острове, уже разворачивалось нечто, куда более масштабное, чем просто зачистка пиратской банды. По мере приближения флота открывающаяся картина всё больше подтверждала это ощущение. Остров, ещё недавно, судя по донесениям разведки, представлявший собой процветающее поселение под протекторатом одной из Двадцати Королевских Семей, теперь тонул в дыму пожаров, поднимающихся сразу из нескольких точек побережья. Отдалённые звуки — не просто выстрелы, а нечто более катастрофическое, раскаты, напоминающие грозовые разряды, перемежающиеся с чем-то похожим на рёв, слишком мощный и низкий, чтобы принадлежать человеческому существу, — доносились даже сквозь плеск волн и гул корабельных двигателей. — Мировое Правительство опоздало, — процедил Гарп сквозь зубы, его руки крепко сжали поручень борта. — Рокс уже там. Судя по масштабу разрушений, сражение началось задолго до нашего прибытия. Мадара всматривался в приближающийся берег, различая уже отдельные силуэты — гигантские фигуры, сошедшиеся в противостоянии посреди пылающих руин некогда процветающего поселения, вспышки того, что могло быть лишь проявлениями Дьявольских плодов невероятной мощи, и повсюду — паника мечущихся мирных жителей, пытающихся спастись от разворачивающегося на их глазах апокалипсиса. — Кажется, — произнёс Мадара медленно, ощущая, как в груди разгорается давно забытое, почти позабытое чувство настоящего боевого азарта, — мы прибыли как раз вовремя, чтобы не пропустить самое интересное. Флагманский корабль начал манёвр сближения с берегом, и с каждой секундой открывающаяся картина хаоса становилась всё отчётливее — этот остров, ещё вчера бывший мирным поселением, сегодня превратился в арену, на которой решалась судьба целой эпохи, и Мадара, стоя на носу корабля, чувствовал, как всё его существо настраивается на предстоящее испытание, способное наконец дать ответ на вопрос, который он задавал себе с самого момента пробуждения в этом новом мире: достоин ли он, Мадара Учиха, называться сильнейшим и в этой новой реальности.