Добыча

      Каменные коридоры ветвились во всех направлениях. Сейчас они явно двигались под углом вниз. Саторнил оценил, насколько хватало его не самых обширных знаний, что когда-то это была сеть пещер естественного происхождения. Помещения имели неровную форму, где-то были выточены водой, но ряд проходов расширяли, где-то добавили окна, двери.       Сейчас же им обоим пришлось сильно пригнуться и идти друг за другом. В узком темном коридоре напряжение сгустилось. Саторнил едва вписывался в пространство. Плечи то и дело задевали стены, что для сломанной ключицы оказывалось не слишком приятно. Левая рука висела плетью Под пальцами правой ощущались узоры, вытесанные в камне. Но в скудном свете фонаря, который еще и изрядно отдавал чем-то гнилостно-грибным, трудно было разглядеть, что там кроется.       Свое любопытство Саторнил отогнал подальше. Все это ересь, призраки древних верований, которые следовало бы стереть. Инстинкты все еще кричали о возможной опасности. Нельзя было исключать, что этот хитрый друкари заведет его в ловушку.       Идущий впереди Вразис двигался тихо. Подошвы его мягких сапог не издавали почти ни звука. Самое то для безмолвных каменных лабиринтов. Саторнил же шел босиком.       После их неловких взаимных угроз, Вразис кинул ему какое-то подобие туники, сшитое из двух кусков грубой ткани. Саторнилу наряд оказался не по размеру. Пришлось соорудить какое-то подобие набедренной повязки. Не без помощи Вразиса, продолжающего отпускать шуточки по поводу достоинств астартес ниже пояса.       Послышался плеск воды. Вразис резко остановился. Друкари развернулся и черные волосы хлестнули Саторнила по лицу. Мелькнул горьковатый травяной аромат. Вразис приложил палец к губам, призывая к тишине.       Стоять лицом к лицу в узком проходе было неудобно. Саторнил прижался спиной к холодной стене. Бедро друкари оказалось где-то у него между ног. Мозг отчаянно сигнализировал об угрозе. Но никакого ножа под ребрами не оказалось. Только губы друкари у самого уха.       — Я проверю, чтобы там никого не было. Оставайся здесь и не двигайся. Кивни, если понял.       Саторнил послушно кивнул, а Вразис уже скользнул вперед и скрылся за едва различимым поворотом, который легко было спутать с каменным наростом. Зеленоватый фонарь тихо шипел и лишь немного разгонял густую темноту.       В этой части коридора резьба на стенах почти совсем стерлась. Очевидно, раньше по всей длине тянулся узор. Не было фигур, похожих на человеческие. Не было зверей. Только что-то растительное. Украшение, а не история, вытесанная в камне.       Движения воздуха почти не было. Кто знает, выбрался бы ли он сам из этого каменного лабиринта? Размышления Саторнила прервала череда звуков. Удары, явная борьба, громкий плеск воды, оборвавшийся крик.       Несколько секунд на раздумья — не лучше ли остаться здесь? Нет, точно не лучше. Отбросив сомнения и заткнув куда подальше назойливую боль от сломанных костей, Саторнил бросился к проходу, где ранее скрылся Вразис.       Проход вел в небольшую пещеру, полную углублений. Вода стекала по стенам в нескольких местах и наполняла их водой. Света от узкой дыры под сводом едва хватало, чтобы различить, как две фигуры дерутся, кидая друг друга на каменный пол.       Саторнил рывком приблизился, откидывая ногой на ходу упитанную тушу, вцепившуюся в плечо Вразиса. Друкари моментально среагировал и вспорол брюхо твари. Потроха со шлепком вывалились на пол. Их окатило горячей кровью с неприятным гнилостным запахом.       — Пещерная крыса. — выплюнул слова и кровь от разбитой губы Вразис.       Лежащее перед ними существо мало походили на крысу. В длину почти полтора метра, жирная, но сильная туша, ноги похожи на паучьи лапы, сплошь из крепких узловатых мышц, на концах цепкие когти, рот полон острых кривых зубов.       — Оттащу пока, чтобы не воняла. Потом можно продать шкуру и клыки.       Друкари говорил спокойным тоном, словно рассуждал о погоде. Пряди выбились из гладкого хвоста и падали на лицо. Вразис откидывал их с раздражением, они снова лезли в глаза. В конце концов он просто рванул ленту и длинные, почти до ягодиц, волосы рассыпались по плечам. Наскоро заплетя кривую косу, Вразис взвалил на плечо тушу, без тени брезгливости собрал кишки, и направился в другую сторону пещеры, где пол уходил вниз.       — А ты чего стоишь? В воду залезай.       Саторнил молча наблюдал за всей этой картиной. Прежний его мир состоял только из приказов и тренировок. Но в осанке Вразиса и его движениях было нечто совсем не дикарское. Так не двигаются те, кто вырос в глуши. Не те, кому привычно разделывать тварей и продавать их шкуры.       Вода оказалась не такой холодной, как ожидал Саторнил. Импровизированные купальни, с вытесанными ступенями были достаточно широкими и глубокими, чтобы астартес поместился туда целиком и даже с головой смог погрузиться под воду. Распутывая короткие волосы, слипшиеся от запнувшейся крови, Саторнил почувствовал странный запах. Что-то горько-сладкое наполняло пещеру.       Вразис вернулся тихо. Проскользнул, как тень. Но уже ставил вторую курильницу, источник запаха. Сквозь благовония все еще пробивалась вонь от мертвой крысы.       — Спасибо. Я справился бы сам, но все же спасибо. — негромко произнес друкари.       Саторнил кивнул, наблюдая за тем, как Вразис стягивает высокие сапоги и погружает ноги в ту же купальню, где сидел он сам.       — Обычно я всякую дрянь отваживаю вонючками этими.       Он потер нос и продолжил:       — Не заходил уже несколько дней. Видимо, почувствовали твою кровь, а запах отпугивающий выветрился. Да не важно уже.       — И давно ты живешь так?       — А что, завидуешь моей личной купальне, м?       Смех Вразиса разлетелся по пещере, отражаясь от голых стен.       — Слушай, малыш, я врать тебе не хочу. Знаю, какого ты мнения о таких, как я. Но мы друг другу помогаем и разбегаемся. Все просто. И желательно не привлекаем лишнего внимания.       Ковыряя корочки на заживающих ссадинах, Саторнил слушал, а Вразис продолжал стягивать с себя одежду, пропитавшуюся кровью, и говорить:       — Тут связи нет. Совсем. Вероятно, перед твоим падением ты это заметил.       — Да, все так. Перед спуском нас проинструктировали и дали информацию, что здесь нечто экранирует связь.       — Не нечто. Все это.       Вразис длинным пальцем обвел пространство вокруг.       — Особая порода. Древний город в камне. Большинство этих ходов и пещер. Они обосновались здесь и жили когда-то очень, очень, очень, очень давно.       — Люди?       — Наверное. Не знаю. Может, тут правили крысы до того, как обезуметь и превратиться в этих вот тварей? Да, бля, не важно. Ты заключишь со мной сделку?       Странно было обсуждать такие вещи, сидя с незнакомцем обнаженными в полной воды пещере, но Саторнил протянул руку.       — Я хочу продолжить свою службу во имя Императора. Говори, Вразис.       Рукопожатие друкари было сильным, острые когти впились в кожу Саторнила, будто бы скрепляя их договор.       — Я отведу тебя к внешнему городу. Там есть связь и имперские люди. Идти придется частично через пещеры, частично через руины снаружи. Сам не выйдешь, поверь. Даже с твоей силой. Попадаешься пещерному каравану или стае крыс и…       — Понял. Продолжай.       Спорить с Вразисом Саторнил не хотел. Инстинкты несколько успокоились, притихли, но были все еще настороже.       — Ты — моя добыча.       — Я, прости, что?       Вразис приблизился, проводя когтем по шее астартес. Это можно было бы принять за флирт, но в мире Саторнила не было флирта. Он едва не вывернул друкари руку, но остановился, думая о том, что даже раздетый Вразис может где-то прятать нож.       — Ты. Моя. Добыча.       Выудив из одежды мешочек с пахнувшим горьковатыми травами порошком, Вразис начал промывать им свои длинные волосы. В воде они змеились водорослями.       — Я объясню. Ты не погиб только по той причине, что упал на мою сеть. Там, наверху, проходит путь внешних караванов.       — Хм, нас отправили как раз с операцией по перехвату. Один из караванов…       Саторнил осекся. И почему он вообще рассказывает этому остроухому то, что касается его службы? Но запах благовоний и едва теплая вода удивительно расслабляли. Он даже подумал бы, что друкари пытается одурманить его, если бы не знал, что слабо этому подвержен.       — Что, думаешь, я шпион? Саторнил, я живу тут последние восемь лет. Меня загнали сюда. Бросили. Тебя бы твои братья не бросили умирать. Думаю, они просто были уверены, что даже полубогам, как вы, не пережить такого низвержения. И были совершенно правы. Я получаю прочный липкий материал из одного местного гриба. Сделал сеть из него. Караваны, поверь, очень часто что-то теряют в ущелье. Более того, я слышал, у них есть традиция, бросать что-то вниз на удачу. И иногда это можно продать. В этой опасной части пещер мало кто охотится. А я вот тут живу. И ты — моя добыча.       — И зачем я тебе, если ты приспособился тут выживать?       — Мне нужна защита. Я не справлюсь один. Но, какое чудесное совпадение, мне тоже нужно во внешний город. Мне тут сообщили секретик, что там как раз будет гостить тот, кто меня, как он думает, убил.       — Я только сопровожу тебя, хорошо. Но я не наемный убийца.       — Я убийца. Но одного твоего вида достаточно, чтобы запугать кого угодно.       — Ладно. Разберемся по ходу. Император защитит.       Саторнил вылез из воды и начал вытираться тем куском ткани, что был единственной доступной ему сейчас одеждой.