Твоя ненависть так знакома

Три недели тишины и осенний бал, который всё изменит Три недели. Двадцать один день. Пятьсот четыре часа. Тридцать тысяч двести сорок минут. Вика считала каждую минуту с того самого вечера в ресторане, когда она потеряла сознание в объятиях Дениса. Она лежала в больничной палате, смотрела в белый потолок и слушала монотонный звук капельницы. Рядом на соседней койке спала Даша, её лицо было бледным, а дыхание — тихим и прерывистым. Вика смотрела на подругу и чувствовала, как её сердце разрывается от боли. Они прошли через ад вместе. Они пережили похищение, потерю, отчаяние. Они научились жить заново. А потом они снова потеряли всё. Денис и Егор так и не пришли. Вика ждала их каждый день. Она смотрела на дверь палаты, прислушивалась к шагам в коридоре, ловила каждый звук. Но они не приходили. Ни в первый день, ни во второй, ни в последующие. Они просто исчезли, как будто их никогда и не было. Как будто тот вечер в ресторане был просто сном, галлюцинацией, которую её больной разум создал, чтобы облегчить страдания. — Они не придут, — прошептала Вика однажды вечером, когда Даша проснулась и посмотрела на неё своими зелено-голубыми глазами. — Они придут, — ответила Даша, и в её голосе была уверенность, которой Вика не чувствовала. — Они просто боятся. Они думают, что мы не захотим их видеть. — Но мы хотим, — сказала Вика, и её голос дрожал. — Мы так хотим их видеть. Я так хочу увидеть его. Я хочу, чтобы он вошёл в эту дверь, обнял меня и сказал, что всё будет хорошо. Я хочу, чтобы он был рядом. Но его нет. — Он придёт, — повторила Даша, и её глаза наполнились слезами. — Я верю в это. Но Денис и Егор не пришли. Они стояли в коридоре больницы, прижимаясь лбами к холодному стеклу, и смотрели на девочек через прозрачную стену палаты. Их сердца разрывались от боли. Они хотели войти. Они хотели обнять их, поцеловать их, сказать им, что они любят их больше жизни. Но они не могли. Они боялись. Они боялись, что их прогонят. Боялись, что увидят в глазах девочек ненависть и отвращение. Боялись, что их слова прощения будут отвергнуты. — Мы должны войти, — прошептал Егор, и его голос был хриплым от слёз, которые он так и не смог остановить. Его чёрный костюм был измят, под глазами залегли тени, а на лице застыло выражение глубокого отчаяния. Он выглядел так, будто не спал все эти три недели — и это было правдой. — Мы не можем, — ответил Денис, и его голос дрожал. Его белый костюм, который ещё в тот вечер выглядел идеально, теперь был покрыт складками и пятнами. Его рыжие волосы были растрёпаны, и он постоянно проводил по ним рукой, не замечая этого. — Они не хотят нас видеть. Мы причинили им слишком много боли. Мы не имеем права просто войти и сделать вид, что ничего не случилось. Мы оставили их на два года. Мы заставили их думать, что мы мертвы. Мы не можем просто так войти и сказать: «Прости, мы любим тебя». — Но мы должны попытаться, — настаивал Егор. — Мы не можем просто стоять здесь и смотреть, как они страдают. Посмотри на них, Ден. Они плачут. Они страдают. И мы виноваты в этом. Мы должны быть рядом. — Мы будем рядом, — сказал Денис, и в его голосе была такая боль, что Егор не мог больше спорить. — Но мы будем ждать. Мы будем ждать, пока они сами захотят нас видеть. Мы не имеем права навязываться. Так они ждали. Каждый день они приезжали в больницу и стояли в коридоре, глядя на палату через стекло. Они не входили. Они просто смотрели, и их сердца разрывались от боли. Они видели, как девочки плачут. Они видели, как они говорят о них. Они видели, как они ждут их. Но они не могли войти. Они не могли заставить себя. На двадцать первый день Вику и Дашу выписали из больницы. Их встретила мама Вики, которая плакала и обнимала дочь, не веря, что она снова рядом. Она не знала всей правды — только то, что девочки пережили сильный стресс, что они потеряли сознание в ресторане. Она не знала о Денисе и Егоре. Она не знала о той боли, которая разрывала их сердца. Она просто обнимала дочь и говорила, что всё будет хорошо. Вика и Даша вернулись в школу через неделю после выписки. Они шли по знакомым коридорам, и всё вокруг казалось им чужим. Они смотрели на одноклассников, которые улыбались им, здоровались, но их глаза были пустыми. Они не замечали никого. Они искали их. Дениса и Егора. Но их не было. — Они уехали, — сказал Кирилл, когда они встретили его в коридоре. Он выглядел расстроенным и каким-то потерянным. — Я не знаю куда. Они просто исчезли после того вечера. Я пытался их найти, но они не отвечают. Наверное, они снова сбежали. Наверное, они снова испугались. Вика и Даша переглянулись. Их глаза наполнились слезами. Они снова ушли. Они снова оставили их. — Мы справимся, — прошептала Даша, сжимая руку Вики. — Мы справлялись раньше. Мы справимся и сейчас. — Мы справимся, — повторила Вика, и её голос дрожал. Но внутри них всё рухнуло. Они снова были одни. Снова. Осенний бал в школе объявили через две недели после их возвращения. Это было событие, которое ждали все. Ученики готовили костюмы, репетировали танцы, обсуждали наряды и призы. Главным призом была поездка на две недели в Рио-де-Жанейро для всех участников номера, который займёт первое место. Это было невероятно, и все хотели победить. Класс Вики и Даши тоже решил участвовать. Они подготовили вальс под песню «No. 1 Party Anthem» группы Arctic Monkeys. Это был медленный, чувственный танец, который требовал грации, синхронности и, самое главное, — чувства. Учитель хореографии, молодая женщина с красивым именем Ирина, говорила им на каждой репетиции: — Вальс — это не просто движения. Это история. Это чувства. Вы должны танцевать так, чтобы ваши сердца бились в унисон. Вы должны чувствовать музыку. Вы должны чувствовать друг друга. Заявки на участие подали все — Вика, Даша, Денис, Егор, Саша Варров, Саша Голышев, Катя Москаль и Ева Гладун. Но никто не знал, кто будет танцевать в паре. Пары формировались на рандом — учитель хореографии просто вытягивала имена из двух коробок: одной для девушек, другой для парней. Это было волнительно. Это было страшно. Это было интригующе. Вика стояла в коридоре школы, когда объявили результаты жеребьёвки. Она смотрела на доску, на которой были написаны пары. Её сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Она искала своё имя. Она искала его имя. И она нашла. Вика Данильченко — Денис Дудин. Даша Басюл — Егор Лобов. Саша Варров — Ева Гладун. Саша Голышев — Катя Москаль. Вика почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. Её руки начали дрожать. Она не знала, плакать ей или смеяться. Она не знала, что чувствовать. Денис будет танцевать с ней. Он будет рядом. Он будет держать её за руку. Он будет смотреть на неё. Даша стояла рядом и читала список. Её глаза расширились, и она тоже начала дрожать. — Мы будем танцевать с ними, — прошептала Даша. — Мы будем танцевать с ними, Вика. Это судьба. Это не просто случайность. Мы должны быть вместе. — Они могут не прийти, — ответила Вика, и её голос дрожал. — Они могут снова сбежать. Они могут не прийти на репетицию. Они могут просто исчезнуть. — Они придут, — сказала Даша, и в её голосе была уверенность, которой она не чувствовала раньше. — Я знаю, что они придут. Они должны прийти. Это наш шанс. Наш шанс всё исправить. Первая репетиция была назначена на субботу. Вика и Даша пришли в актовый зал школы за час до начала. Они хотели подготовиться, настроиться, успокоиться. Они стояли в центре зала, смотрели на паркетный пол, и их сердца бились в унисон. — Мы справимся, — сказала Вика, сжимая руку Даши. — Мы должны справиться. Это наш шанс. Наш единственный шанс. — Мы справимся, — повторила Даша, и её голос был твёрдым. В зал начали заходить другие участники. Варров и Голышев выглядели взволнованными, но довольными. Катя и Ева сидели в углу, смотрели на девочек и перешёптывались. Их взгляды были полны злобы и зависти. — Они снова здесь, — прошептала Ева. — Думают, что они лучше всех. Думают, что они выиграют. — Пусть мечтают, — ответила Катя. — Мы покажем им, кто здесь королевы. Но Вика и Даша не обращали на них внимания. Они смотрели на дверь. Они ждали. И они пришли. Денис и Егор вошли в зал, когда все уже были на местах. Они выглядели уставшими, но их глаза горели. Они смотрели на девочек, и их сердца бились в унисон. Вика почувствовала, как её дыхание перехватило. Он был здесь. Он пришёл. Он не сбежал. Он был рядом. Денис подошёл к ней, и они стояли друг напротив друга. Он протянул руку, и она взяла её. Её пальцы дрожали, но он сжал их в ответ. — Ты пришёл, — прошептала она. — Я не мог не прийти, — ответил он, и его голос дрожал. — Я не мог оставить тебя снова. Я обещал, что никогда не уйду. И я сдержу своё обещание. Я не знаю, как, но я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Даже если для этого мне нужно будет уйти. — Не уходи, — прошептала она, и слёзы потекли по её щекам. — Пожалуйста, не уходи. Я не могу снова потерять тебя. — Я не уйду, — сказал он, и в его голосе была такая твёрдость, что она поверила ему. — Я никогда не уйду. Репетиция началась. Ирина объяснила им основные движения, показала, как двигаться в паре, как синхронизировать шаги. Вика и Денис танцевали вальс, и их сердца бились в унисон. Они двигались плавно, красиво, как будто они никогда не расставались. Их руки были соединены, их тела двигались как одно целое. Даша и Егор танцевали рядом. Егор держал Дашу за талию, и она чувствовала тепло его рук. Она смотрела на него, и её сердце разрывалось от любви. — Я так скучал по тебе, — прошептал он. — Я тоже, — ответила она, и её голос дрожал. Они танцевали, и музыка заполняла их души. Песня Arctic Monkeys звучала так, как будто она была написана специально для них. Медленная, чувственная, она проникала в самые глубины их сердец. — «Let's dance to the song...» — звучал голос Алекса Тёрнера. — «...that they're playing on the radio». Вика закрыла глаза и позволила музыке вести её. Она чувствовала руки Дениса на своей талии, его дыхание, его запах. Она чувствовала, как он ведёт её в танце, как он смотрит на неё. Она чувствовала, как их сердца бьются в унисон. — «...And it's not for everyone...», — пел Алекса Тёрнер. — «...no, it's not for everyone». Они танцевали, и мир вокруг них исчезал. Оставались только они и музыка. Только их чувства. Только их любовь. Когда репетиция закончилась, никто не хотел расходиться. Вика и Денис стояли в центре зала, держась за руки, и не могли наглядеться друг на друга. Даша и Егор стояли рядом, и их глаза были полны слёз. — Мы не подведём вас, — сказал Денис, глядя на Ирину. — Мы сделаем всё, чтобы победить. — Я верю в вас, — ответила она, и в её голосе была уверенность. Вика смотрела на Дениса, и её сердце было полно надежды. Она не знала, что будет дальше. Она не знала, смогут ли они быть вместе. Но она знала одно: она будет бороться за их любовь. Она будет танцевать, чтобы выиграть этот тур, чтобы подарить им шанс. Шанс на новую жизнь. Шанс на счастье. И она верила, что они смогут. Они смогут всё. Потому что их любовь была сильнее всего.