Быль о буднях в Акацуки

       А остальные же маргиналы, свободные от работы, собрались всем скопом в каморке самых блатных ферзей этой организации, чтобы зарезаться в карты. И сборище это было на редкость козырным (пока начальство в лице Конан и Пейна отсутствовало). На фоне вовсю базлало радио шансон, Хидан всем подряд щедро разливал самогонку (несмотря на то, что Тоби что-то там мямлил про то, что «такие крепкие напитки ему ещё рано пить», и вообще ломался похуже Саске, когда того звали в Коноху). Подвыпивший Какузу гаденько хихикал, глядя в свои карты, а Зецу улыбались слишком многозначительно, чтобы сегодня не принести какую-нибудь капитально хайповую сплетню.        — Народ, чё примолкли-то, как рыбы? — усмехнулся Хидан, подкидывая Тоби карты. — Мы ж не только пришли в картишки зарубиться!        — Завались, Хидан, — буркнул Какузу. — Из-за твоей болтовни можно в дураках остаться.        — Ой, да хорош претворяться, Какузу! Ты же сам со мной охотно за картами базаришь!        — С тобой понятно: ты дураком и при козырях оказываешься.        — Ой, да иди ты с такими заявлениями в пизду оплёванную, понял меня?!        Язычник толкнул напарника в плечо, но тот даже не поморщился — лишь гоготал ещё мразотнее, как последний продажный чиновник при виде взятки.        — А вы, парни, всегда так друг с другом себя ведёте? — хохотнул Тоби, по-тихому мухлюя с помощью камуи. — Или вам нужно перед брачными играми выпивкой настроение поднять?        — Сам ты пидорас! А мы с Какузу нормальные мужики! — Мацураси на волне гордости за себя и напарника даже приобнял казначея за плечо, хотя ещё минуту назад посылал его далеко и надолго. — Правда, Какузу?        — Правда-правда, — казначей уж было приобнял того в ответ, но тут же предусмотрительно отстранился.        Зецу многозначительно захихикали. Тоби прикрыл рукой часть маски, под которой должен был находиться рот, и тоже издал какой-то звук.        — Чё ржёте, гандоны использованные? — Хидан был сегодня в ударе и плёл настоящие матерные кружева. — Ходи уже, клоун наш! — кивнул он Тоби, глядя на то, что он под шумок отбился.        — Ай, Хидан-сан! Тоби и забыл уже о своём ходе! — Тыква напряжённо вгляделся своим единственным глазом в карты и с чего-то там сходил.        Пару ходов наша компашка всё же провела, следя за ходом игры, затем Хидану вскоре опять надоела тишина.        — Какузу, давай хоть анекдот какой-нибудь расскажи, чё молчать-то?        — Раз уж тут есть наш шпион — значит, пришло время для анекдота про Штирлица. (он откашлялся). Штирлиц, как наш Зецу, вёл двойную жизнь и очень надеялся, что хотя бы одна из них сложится удачно.        Хидан заржал так, что даже самогонку расплескал, Тоби захихикал в лучших интонациях пятилетней девочки. Зецу было уже хотели что-то ответить, но им не дали.        На пороге стоял Дейдара с очумелым выражением лица (ну вы знаете эти шокированные аниме рожи).        — Что за дерьмо вы здесь слушаете? И… сука, почему из вышей комнаты несёт, как из морга?!        Дейдара даже зажал нос рукой и постарался дышать ртом.        — Это не дерьмо — это радио шансон, — пояснил казначей.        — Хей, блондиночка! — сознание Хидана уже обещало свалить далеко и надолго под ручку с выпитой алкашкой. — А самогонки не хочешь? Мы с Какузу сами варим!        — Хидан-сан, ты разве забыл, что Дейдара-сенпай у нас беременный? — пискнул Тоби. — Ему такими вещами нельзя баловаться!        — Да ладно! Он будто не в пьяном угаре своего пиздюка с Карасём заделал!        — Сами свою отраву пейте, если хотите! — гордо заявил подрывник, садясь на место рядом с Тыквой. — Блевать потом будете дальше, чем видите!        Он немного привык к разящему запаху перегара в этом гадюшнике, и решил посмотреть на то, что будут вытворять подвыпившие члены организации (как вы поняли, чувство самосохранения у нашего Дейдары работает лишь немного лучше, чем у парочки бессмертных).        Хидан уже хотел было возразить, но его перебил Тоби.        — Зецу-сан, вы же хотели нам рассказать о чём-то очень интересном! Что же там?        — Новости? — Тсукури уже навострил уши.        — Есть кое-какие, — усмехнулись Зецу одновременно. — Мы на всех помаленьку собираем компромат, чтобы определить ваш пол в омегаверсе.        — Да ладно! Это рил будет у кого-то кроме Трески и блондинки? — в глазах Хидана заплясали подвыпившие чёртики.        — Представь себе. У всех, кроме женщин. Авторы омегаверса сами не представляют, что с ними делать, поэтому женщины — просто женщины.        — Пиздец им повезло, конечно, — язычник снова принял на грудь.        — И угадайте, что мы узнали? — заговорчески произнёс Чёрный Зецу. — Что Дейдара у нас не единственный омега.        Тоби испуганно пискнул, Какузу и Хидан встревоженно переглянулись, даже подрывник насторожился. Все ждали, что Зецу сейчас выдаст что-то мозговыносящее.        Но пока наш Штирлиц выжидал театральную паузу, Дейдара резко осознал, что токсикоз, которым он очень удобно прикрывался, чтобы отлынивать от дел, всё-таки настиг его в реальной жизни, потому резко подорвался и выбежал из комнаты со скоростью, которой бы сам четвёртый хокаге позавидовал.        — Чего это с нашим сенпаем? — удивился Тыква. — Да и хуй с ним! — Хидан нетерпеливо взглянул на главного поставщика сплетен. — Так кто омежка?        — Пока не ясно. Но омега точно есть, вот сто процентов. И это не Конан.        — За такие кликбейты вас обоих надо в жертву принести Джашину-саме… — разочарованный язычник принялся угрюмо тасовать карты.