жизнь - тяжело.

[Вечер, 18:04.] Интерн сидел на лавочке, сжимая в пальцах бумагу об увольнении. Опять. Он уже сбился со счёта… то ли шестой раз за год, то ли седьмой. Но дело совершенно не в этом… Дело в том, что каждый раз Интерн старался во всю, но результат всегда один. … Бумага хрустела под пальцами. На глаза полезла дурацкая влага. Я зажмурился, но она всё равно просочилась. Блять. Какой же я позор. Что бы сказала мама? хотя она давно меня заблокировала везде, где могла. Я сидел долго. Бумага оказалась в мусорке, лицо в ладонях. Всхлипы вырывались сами, я не мог их контролировать. Город гудел где-то за моей спиной, но звуки казались ерундой. Я не услышал шагов. Только когда кто-то опустился рядом, я дёрнулся и поднял голову. Мужчина. В медицинской маске. Глаза тёплые, но цепкие, на голове рога. Мужчина внезапно заговорил… – Причина слёз? – Неважно… Он не ушёл. Наоборот - подсел ближе, и я почувствовал смесь антисептика и старой кожи. Он положил свою руку на мое плечо. Личное пространство лопнуло как будто его и не было. – Ну-ну, не будь таким хмурым. Я таких, как ты, чуть ли не каждый день вижу. Все вы думаете, что ни на что не годитесь. А потом оказываетесь единственными, кто способен на что-то. Я шмыгнул носом, вытер лицо рукавом. Стыд жёг шею с лицом. – С работы уволили, – сказал я тихо, вряд ли он услышал. – Ничего важного. Он улыбнулся – я мог поклясться что увидел, как под чужой маской дрогнули щёки. И это была не добрая улыбка. Пугающая. Даже маска не помогла ему. – Не важно, говоришь? Ещё как важно. Хочешь, я помогу? Я опешил. Помочь? Мне? ОН? – Чем же..? Он помолчал ровно столько, чтобы я успел мысленно сыграть барабанную дробь. Потом встал, достал из кармана сложенный лист и протянул мне. Я развернул. Заявка. В больницу. В БОЛЬНИЦУ, КАРЛ?! Я фыркнул – нервно, почти истерично. Меня туда не возьмут. Это точно. – Заполни, – сказал он спокойно. – Ручка у меня есть. И, да. Тебя примут. Я замер. Он что… мысли читает? Я хотел проверить, угадает ли числ-… Идиот. Безнадёжный идиот. Он протянул ручку. Я взял. Пальцы слушались плохо, но я вывел имя, дату, адрес. Он пару раз заглянул через плечо – проверял, что ли. Или просто не доверял. Я бы себе тоже не доверял. Через минуту я отдал заполненный лист. Он скользнул по нему взглядом – явно не вчитываясь, затем, он протянул свою руку для рукопожатия. Я вложил свою. Он сжал крепко. – Поздравляю. Вы приняты. С этого дня вы - стажёр в нашей больнице. Я моргнул. – Так… просто? Я д-… – Меня нагло и резко перебили. – Вы приняты. – повторил он сухо, и сунул мне в ладонь визитку. – Завтра. По адресу. Не опаздывайте. И ушёл. Быстро, бесшумно. Как будто его и не было. Даже имя свое не сказал, да и моего не спросил. Я посмотрел на карточку: «я - Доктор Харлоу. Приходите на первую смену, адрес : *******» Я забил адрес в телефон. Он существовал. Не какая-то свалка, не подвал. Настоящая больница. Может, ловушка? Меня вывезут в лес, и всё? Конец? Но… попытка не пытка. Хуже, чем сейчас, уже не будет. Я встал, сунул визитку в карман джинсов и пошёл домой. Город жил своей обычной жизнью - сигналили машины, где-то кричали, с огромных экранов шли важные новости, о том что, возможно скоро конец. Обычный вечер. Я почти прошёл перекрёсток, когда краем глаза заметил знакомую фигуру. Харлоу. Он стоял у подворотни рядом с тощим парнем, по виду видимо кот. Харлоу протягивал ему какой-то конверт… Я отвёл взгляд и ускорил шаг. Не моё дело. Завтра будет день получше. Надеюсь.